Рождённый василиском (джен)

Примечание: всё, что выделено курсивом, взято из «Ордена Феникса» Роулинг.

* * *

370 год до н. э.

Передышка

* * *

Когда Сал в следующий раз вернулся в Британнию, Лоандом уже превратился в селение со смешанным людом. Друиды по-прежнему оставались здесь, но теперь бок о бок с ними в согласии жили и обычные люди.

Сал шагал по улицам, высматривая старую часть Лоандома. Улиц было немного, однако ему всё равно потребовалось время, чтобы снова отыскать дом своего детства. Дом изменился: появилась деревянная дверь, а перед ней — скамья. Перед скамьёй и дверью стояли двое мужчин и спорили.

— Я хочу путешествовать, дядя! — как раз в этот миг говорил младший. — Я изготовитель посохов, моё ремесло нужно и в других краях! Не могут же все ходить за посохом ко мне! Мне нужно странствовать, как отец!..

— Ты слишком молод, Дьюин! Спроси меня снова, через две зимы, — ответил старший.

— Я друид, дядя! Отец отпустил бы меня, если бы…

— Твой отец мёртв, и одного я тебя в большой мир не отпущу — чтобы ты там тоже сгинул?!

— Я уже достаточно взрослый!..

— Ты, Дьюин, ещё ребёнок! Ты ничего не знаешь о мире и его опасностях! Я не позволю тебе погибнуть! Твой отец прикончил бы меня за такое!

— Но…

Сал решил наконец прервать спор, который явно топтался на месте.

— Я дома, отец, — поприветствовал он старшего из спорящих.

Услышав голос Сала, Мирддин Эмрис обернулся и вдруг улыбнулся.

— Салвазсахар, — произнёс он, — ты вернулся!

Второй тоже обернулся и посмотрел на Сала, с любопытством разглядывая незнакомца.

Сал слегка поклонился чужаку в знак приветствия — поклон давал понять, что Сал среди них старший.

— Доброй встречи! — сказал он. — Я Салвазсахар ап Мирддин Эмрис.

Обычай требовал называть себя сыном своего отца: родовое магическое имя значило куда меньше, чем отцовское. Салу это казалось странным, но он усвоил этот диковинный обычай сразу, как вернулся в Британнию, и перенял его, чтобы не выделяться.

— Доброй встречи! — ответил юноша и поклонился чуть глубже. — Я Дьюин ап Ллейдр Олливанндер. Ты сын вот этого Мирддина Эмриса? — спросил он, показав на Мирддина.

— Да.

— И ты путешествовал?

— Я путешествовал долгие годы, — искренне ответил Сал.

Он видел, как стоящий перед ним молодой человек внимательно его изучает, пытаясь прикинуть возраст. В конце концов юноша, похоже, пришёл к выводу.

— Так тебя он отпустил, а я должен сидеть здесь?! Это же несправедливо!

Сал не сомневался, что парень дал ему куда меньше лет: впрочем, неудивительно, ведь Сал выглядел лет на тридцать с небольшим.

— Ты наверняка отправился странствовать один, когда был куда моложе, чем я сейчас! — заключил Дьюин. — И он тебя отпустил!

Сал лишь фыркнул, поняв, что юноша решил воспользоваться его «молодостью», чтобы заставить Мирддина согласиться.

— Он отпустил меня, — небрежно отозвался Сал, — когда мне перевалило за сотню лет. Я почти уверен, что тебя он отпустит раньше. Ты ведь всё-таки не его сын.

Теперь Дьюин уставился на него, разинув рот.

— Могу я спросить… — выдавил он наконец, но осёкся, так и не задав вопроса.

Впрочем, Сал и без того знал, о чём Дьюин хотел спросить.

— …Сколько мне лет? — закончил он за него. — Точно не знаю. Где-то около трёхсот.

Дьюин ошеломлённо уставился на него, а затем покраснел.

— Прости, что счёл тебя куда моложе, — сказал он.

Сал лишь пожал плечами. Он знал, что в эти времена старики считались мудрыми, а старость была привилегией, а не проклятием.

— Не беспокойся, — ответил он юноше. — Я не держу зла.

Молодой человек кивнул, и Сал повернулся к отцу.

— Почему ты держишь его здесь, отец? — спросил он Мирддина. — Парень кажется толковым. Разве для его ремесла не нужен опыт изготовления посохов? Сидя здесь, он не станет лучше в своём деле — друидов тут слишком мало, чтобы помочь ему в этом.

— Он только вчера завершил кровное пробуждение, — ответил Мирддин. — Он ещё слишком молод, чтобы путешествовать одному.

— Тогда почему ты не пошёл с ним? — с интересом спросил Сал.

Мирддин лишь вздохнул.

— Я старик, Салвазсахар. Я устал от странствий и не мог отпустить мальчишку одного. У него нет никакого опыта путешествий. Без того, кто покажет, как надо, он и дня там не протянет.

Сал знал, что отец прав. У Дьюина Олливанндера не было опыта странствий — а тот, кто не знает, чего остерегаться, непременно пропадёт. В мире хватало опасных мест и тварей, чтобы сгинуть, ничего о них не ведая. А к тому же — все эти житейские мелочи вроде поиска ночлега, сохранения припасов и многого другого; не говоря уже о вещах более важных, вроде врачевания и умения драться. Сражаться учили большинство детей, но лишь немногие умели лечить раны.

— Значит, ему придётся остаться, — сказал Сал, глядя на отца.

— Раз мне нужен спутник… почему бы тебе не пойти со мной? — выпалил в этот миг Дьюин. — Дядя тебе доверяет, ты ведь его сын, да и лет тебе точно хватает. Если пойдёшь ты, я смогу отправиться в путь, и дядя больше не станет возражать!

— Я вернулся домой только сегодня, Дьюин, — напомнил Сал парнишке. — Я до сих пор даже порога родного дома не переступил.

Дьюин моргнул и покраснел.

— И правда… прости, — сказал он.

Мирддин лишь вздохнул:

— Я знаю, как тебе не терпится повидать мир, Дьюин. Но ты слишком молод, чтобы странствовать в одиночку…

— А пойти со мной некому, — угрюмо закончил за него Дьюин.

Мирддин только вздохнул.

— Прости меня, парень.

Сал тоже вздохнул.

— Как насчёт того, чтобы поспорить о странствиях завтра? Уверен, Дьюин протянет в этом селении ещё денёк, — сказал наконец он.

Дьюин лишь склонил голову, соглашаясь с предложением Сала.

Весь вечер Сал и Мирддин делились новостями. Сал узнал, что отец Дьюина умер два года назад и Мирддин после этого взял парнишку к себе. Узнал и о том, что Дьюин задумал продавать свои посохи не только в окрестностях Лоандома, но и по всей Британнии.

— Тебе не стоит душить его мечты, отец, — сказал в конце концов Сал. — Если он хочет идти — пусть он и молод, — ему стоит пойти.

— Ты же знаешь, я не могу отпустить его одного. Да и подождать ему не помешает: он только вчера завершил своё кровное пробуждение. Телу нужно время, чтобы привыкнуть к переменам, — ответил Мирддин. — Сейчас я отпустить его не могу.

Сал лишь наклонил голову, показывая, что выслушал отца и склоняется перед его мудростью.

— Но и исполнить мечту ты тоже должен ему позволить, — снова повторил он отцу.

— Ты собираешься пойти с ним и уберечь его, — произнёс Мирддин, уже улыбаясь.

Сал снова лишь наклонил голову.

— Собираюсь, — ответил он. — Но сначала я хочу побыть здесь несколько месяцев. Завтра я поговорю с Дьюином. Попрошу его подождать несколько месяцев, а после пойду вместе с ним в странствие по Британнии.

— Значит, ты ещё не устал от странствий, сын мой? — мягко спросил Мирддин.

Сал лишь улыбнулся.

— Мне придётся странствовать долгие годы, пока я не найду дорогу домой. Мне нельзя уставать от странствий.

И всего полгода спустя они с Дьюином отправились в путь по Британнии. Они странствовали больше десяти лет, каждые несколько месяцев возвращаясь домой в Лоандом. В этих странствиях Дьюин начал учить Сала мастерить посохи. Сал сам попросил его об этом, ведь посохи заинтересовали его после того, как он получил собственный дубовый посох. Была и другая причина: вскоре Дьюину понадобилась помощь, чтобы успевать делать все посохи, о которых его просили. Изготовителей посохов в Британнии было мало, а множество друидов отчаянно нуждалось в подходящем посохе. Так что Сал тоже выучился на изготовителя посохов — просто чтобы помогать Дьюину в работе.

После долгих лет странствий они вернулись в Лоандом, и Дьюин открыл своё дело. Следующие десятилетия Сал помогал ему. Он помогал и сыну Дьюина, и внуку, но наконец в 245 году до нашей эры уже не мог оставаться на месте. Он пришёл к отцу и попрощался с ним.

После этого он отправился на восток, дошёл до моря, пересёк его и вернулся в Европу. Пришла пора снова начать поиски дороги домой…

* * *