Десять Шагов (гет)

До начала обеденного времени оставалось всего двадцать минут, а потому нужно было спешить. Когда коридоры Министерства наполнятся сотрудниками, спешащими в Атриум, чтобы аппарировать домой или в Косой переулок, пробираться обратно к кабинету Малфоя в мантии-невидимке будет почти невозможно.

Когда Гермиона зашла в свою приемную, Хлоя, чуть нахмурившись, читала свиток, который был настолько длинным, что его начало свисало со стола почти до пола. Она была настолько увлечена, что даже не подняла взгляд на вошедшую начальницу и вздрогнула, когда Гермиона заговорила.

— Хлоя, найди, пожалуйста, личные дела мистера Тортона и мистера Стюарта. Мистер Малфой хочет получить их как можно скорее. Можешь сразу отправить их ему в приемную.

— Да, мисс Грейнджер, — Хлоя отложила свиток и встала со своего места, — Тогда сейчас же схожу в архив.

— Спасибо, Хлоя. И можешь сразу идти на обед, пока народа не так много.

Улыбнувшись Хлое, Гермиона скрылась за дверью своего кабинета и быстрым шагом подошла к столу, в нижнем ящике которого хранилась Мантия-невидимка. Накинув мантию на себя, наложив на свои туфли заглушающие чары, чтобы окружающие не слышали ее шагов, и дождавшись, пока за Хлоей захлопнется дверь, Гермиона вышла обратно в приемную. Подождав на всякий случай минуту, Гермиона приоткрыла дверь и выскользнула в коридор. Он был пуст, так что никто не заметил, что из приемной никто не вышел.

Сегодня она наконец поймет, права ли насчет Малфоя, или это всего лишь ее уязвленное самолюбие ищет подвох там, где его нет. И, как бы ни было неловко это признавать, оказаться правой было бы приятно.

Дойдя до кабинета Малфоя, Гермиона с облегчением обнаружила, что дверь его приемной приоткрыта. Амелия, должно быть, сделала это специально, в ожидании документов. Этого было достаточно, чтобы Гермиона смогла проскользнуть внутрь.

Оказавшись в приемной Малфоя, Гермиона осторожно, не издавая ни звука, прошла в дальний угол, где никто не смог бы ее задеть даже случайно и, прислонившись к стене, принялась ждать. За эти несколько дней, что Малфой занимал этот кабинет, изменилась и его приемная. Мистер Элиот был не из самых рациональных людей, что, наверное, не очень соответствовало его должности. В приемной царила атмосфера вечного беспорядка, но этот беспорядок был даже милым и чем-то напоминал Гермионе Хогвартс. Теперь же приемная кабинета Малфоя больше напоминала музей, где каждый экспонат находился на своем месте, и любое прикосновение к нему нарушило бы этот внутренний порядок.

Довольно скоро две папки с досье влетели в комнату, чуть помахивая страницами. Поймав их на лету, Амелия одним быстрым движением палочки захлопнула дверь в коридор и подошла с ними к кабинету Малфоя. Гермиона бесшумно проследовала за Амелией и, прислонившись спиной к стене рядом с дверью, приготовилась как можно незаметнее проскользнуть внутрь кабинета. Постучав в дверь, Амелия тут же приоткрыла ее ровно настолько, чтобы просунуть внутрь голову.

— Мистер Малфой, пришли документы от мисс Грейнджер.

Гермиона услышала приглушенный голос Драко:

— Положите их мне на стол.

Амелия открыла дверь сильнее и прошла внутрь, оставив дверь приоткрытой. Этого было достаточно, чтобы Гермиона смогла попасть внутрь. В углу кабинета Малфоя стояло кресло с высокой спинкой, которое она отметила для себя еще в первый день. Оно одиноко стояло довольно далеко от стола, так что вряд ли Малфой сядет в него сам, пока будет разговаривать с Тортоном или Стюартом, и уж точно не пригласит их присесть. Так что оно было просто идеальным для того, чтобы подслушать разговоры, находясь при этом в комфорте.

Сам Малфой все так же сидел за своим столом, по-прежнему погруженный в чтение «Ежедневного Пророка». Он поднял взгляд на Амелию и указал рукой на край стола, показывая, куда положить папки, которые она держала в руках.

— Вы уже вызвали мне Стюарта и Тортона?

Стараясь не дышать и двигаться как можно аккуратнее, Гермиона присела на самый краешек кресла.

— Нет, мисс Грейнджер попросила меня сделать это только после того, как я передам документы вам. Вам же еще нужно с ними ознакомиться.

Драко одобрительно кивнул и вернулся к чтению газеты.

— Отлично, спасибо. Тогда попросите Стюарта зайти ко мне через пятнадцать минут. А Тортона я буду ждать через полчаса.

— Хорошо, мистер Малфой. Что-нибудь еще?

— Да, чашку зеленого чая с мелиссой. Без сахара.

Как только за Амелией закрылась дверь, Драко отложил в сторону «Пророк» и взял одну из оставленных ею папок, на которой было написано имя Стюарта. Откинувшись на спинку кресла, он положил папку себе на колени, оперев ее о стол и принялся внимательно просматривать ее содержимое, изредка переворачивая страницы. Гермиона внимательно вгляделась в лицо Драко. Кажется, никогда еще она не видела его таким. При ней он всегда казался расслабленным, но при этом контролирующим все пространство, в котором он находился. Даже тогда, в кабинете Кингсли, именно Малфой выглядел хозяином положения. Оставшись наедине с самим собой, он будто снял маску и показал свое истинное лицо. И от расслабления не осталось и следа. И вдруг Гермиона поняла, что все, что она считала естественным состоянием Малфоя, вовсе таковым не было. Его спокойствие не было врожденным — он словно надевал его на себя всякий раз, когда рядом оказывался кто-то еще. Сейчас же перед ней сидел совсем другой человек, которому этот контроль, похоже, давался ценой постоянного внутреннего напряжения.

Нога Малфоя слегка подрагивала под столом, будто в нетерпении. Левой рукой он неосознанно взял со стола лежавший там сикль и начал отстукивать им быстрый ритм о деревянный подлокотник своего кресла. Когда Амелия открыла дверь, чтобы внести чай, Драко вдруг замер, снова надев маску расслабленности, но стоило ей скрыться снова за дверью, как его рука и нога снова продолжили отбивать свой ритм. Он не просто умел держать лицо. Он, похоже, не позволял себе терять его ни на секунду в присутствии других.

Так прошло пятнадцать минут, на протяжении которых Гермиона сидела на краешке кресла еле дыша, боясь пошевелиться. В полной тишине любое ее движение могло выдать ее, а позаботиться о том, чтобы наложить заклятье не только на свою обувь, но и на одежду, Гермиона не догадалась. Когда в дверь кабинета Малфоя, наконец, постучали, она с облегчением выдохнула. Возможно, в процессе разговора ей хотя бы удастся сесть поудобнее. И наконец-то она сможет увидеть то, как ведет себя Малфой в присутствии посторонних. Не перед ней, Гарри или Кингсли, при которых он явно играл определенную роль. Уильям Стюарт был всего лишь подчиненным, который не знал Драко лично раньше, и не имел никаких определенных представлений о нем. А значит, именно сейчас Гермиона могла увидеть его без привычной игры на публику.

Услышав стук, Малфой снова замер, сидя в своем кресле.

— Войдите.

Дверь открылась и на пороге оказался слегка взволнованный Генри Стюарт.

— Мистер Малфой, вызывали?

— Да, мистер Стюарт. Присаживайтесь.

Драко демонстративно отодвинул папку, которую он только что просматривал, на край стола так, чтобы Стюарт мог видеть, чье имя на ней написано. Гермиона отметила про себя, что для чего-то Драко было важно показать Генри, что его работа находится в поле зрения нового руководителя. Увидев свое досье, Стюарт слегка вздрогнул, но больше никак не выразил своих эмоций по этому поводу.

— Мистер Стюарт, как долго вы работаете в Отделе?

Гермиона слегка удивилась. Дата поступления на работу в Министерство указывалась на первой странице личного дела. Бровь Стюарта также удивленно дрогнула, но ответил он довольно спокойно:

— Уже восемь лет, сэр.

— А в роли руководителя группы по обеспечению магического правопорядка?

Стюарт старался держаться невозмутимо, что, впрочем, неплохо у него получалось.

— Два года, сэр.

Пользуясь тем, что Малфой и Стюарт были сосредоточены на разговоре и вряд ли обратят внимание на небольшой шум из ее угла, Гермиона поудобнее уселась в кресле и приготовилась слушать дальше, куда ведет весь этот диалог.

— Тогда Вы, я думаю, без труда расскажете мне, в чем состоит ваша работа. В двух словах, без подробностей. Чтобы, предположим, ваш семилетний сын смог это понять.

Все, от формулировки, до тона Малфоя просто кричало о том, что все это ведет в ловушку. И Стюарт, скорее всего, тоже это понимал, но послушно шел в нее за Малфоем.

— Конечно, мистер Малфой. Если упростить, то мы реагируем на все вызовы от волшебников, когда у них случаются проблемы, и, если это не касается использования особо опасных чар, помогаем их решать. Если нужна помощь — мы подключаем Авроров.

Малфой кивнул, но по его лицу было видно, что ответом он не до конца доволен.

— Отлично, мистер Стюарт, достаточно понятно. Я только хочу добавить одну немаловажную деталь. Отчетность. Вы ведете, храните и предоставляете отчетность по всем происшествиям, которые происходят в течение суток. Однако вместо того, чтобы просто прийти на свое рабочее место и открыть отчет, который вы мне предоставили, я каждый раз вынужден писать вам записки, чтобы вы его прислали. И ладно бы вы присылали его сразу, как получите запрос, но вам требуется не меньше часа, чтобы его подготовить. И это наводит меня на мысли о том, что на самом деле, никакого отчета нет, и вы делаете его только тогда, когда я вас об этом прошу.

Гермионе с ее места было видно, как покраснели щеки Уильяма. Несколько секунд он молчал, глядя на Малфоя, и затем начал говорить, но куда менее уверенно, чем в начале.

— Дело в том, мистер Малфой, что ваш предшественник, мистер Элиот, требовал с нас отчетность только о самых крупных происшествиях, которые происходили в течение суток. Стандартные отчеты мы подшивали сразу к ежемесячному, и их рассматривал только заместитель мистера Элиота. Должно быть, мой сотрудник, который непосредственно занимается отчетностью, пока еще продолжает придерживаться этого же правила.

Малфой слегка откинулся в кресле и закатил глаза, всем своим видом показывая, насколько смешными ему показались аргументы Стюарта.

— Хорошо, тогда будем считать, что ваш подчиненный, мягко говоря, не очень сообразительный, раз за эту неделю он не смог понять, что если каждое утро от него просят готовить отчет о происшествиях за последние сутки, то это первая задача, которую он должен делать с утра без дополнительных напоминаний. В конце концов, мистер Стюарт, мы здесь занимаемся обеспечением магического правопорядка, и ваша группа принимает в этом непосредственное участие. Но как мы можем оценить собственную работу, если даже не знаем, на какие вызовы нам приходится реагировать? Надеюсь, вы разделяете мое мнение, и проведете беседу с вашими сотрудниками, и в следующий раз мне не придется снова писать вам записки, чтобы получить отчет. Вам понятно?

Гермиона сочувственно посмотрела на Стюарта. Уильям быстро кивнул, а его лицо покраснело еще больше. Ей бы так хотелось защитить его, но по существу Малфой был прав. Это задевало и ее самолюбие. Она видела проблему с отчетностью в архивах, но даже не подумала поговорить об этом с самим Стюартом. Он, кажется, уже даже не удивился бы, если бы его уволили прямо здесь и сейчас. Однако Малфой, похоже, не собирался делать этого по крайней мере сейчас.

— И еще кое-что. К сожалению, снова после очередной записки, я все-таки получил утренний отчет, но не нашел в нем кое-чего, — Малфой поднял со стола лежавшую на нем газету и показал Стюарту первую полосу.

При всем желании Гермиона не смогла разглядеть, что на ней было, поэтому она мысленно сделала себе пометку посмотреть «Пророк», как только она выберется из этого кабинета. Но по лицу Уильяма, который нахмурился, прочитав заголовок, было понятно, что в этот раз на первую полосу попало что-то действительно важное.

— Разрешите? — Стюарт взял «Ежедневный Пророк» из рук Малфоя и быстро пробежался глазами по строчкам. Гермиона видела, как его красное лицо вдруг резко побледнело, отчего у нее самой разыгралось любопытство. Когда Уильям закончил, он сложил газету пополам и положил ее обратно на стол Малфою. Драко сидел, откинувшись в своем кресле и внимательно наблюдал за реакцией подчиненного.

— Ну так что скажете?

— Здесь произошла какая-то ошибка, мистер Малфой. Я точно помню, что в отчете было упоминание того, что из поместья поступал вызов, и ночная дежурная группа на него выезжала.

Малфой взял со стола свиток и передал его в руки Стюарта. Тот растерянно развернул его и снова быстро пробежался глазами по строкам, остановившись в самом конце.

— Все верно, мистер Стюарт. Упоминание поместья здесь действительно есть. Только оно помечено, как ложный вызов, и здесь сказано, что ничего не пропало. Однако, как выясняется сейчас, кое-что все-таки пропало, и узнаю я об этом не из вашего отчета, а из «Ежедневного Пророка» от некой, — здесь Малфой на секунду остановился, развернул газету к себе и посмотрел на имя автора статьи, — Кэтрин Треверс. Вы можете предположить, почему так получилось?

Лицо Уильяма стало еще бледнее и Гермиона даже забеспокоилась, не понадобится ли ему помощь медиков из Больницы Святого Мунго сразу на выходе из кабинета.

— Нет, мистер Малфой. Но судя по статье, пропажу обнаружили только утром. Я разберусь, почему этого в итоге не оказалось в отчете.

— Будьте так любезны, мистер Стюарт. Вы сами прекрасно понимаете, что это явно не рядовое происшествие, и, если оно не попало в наше поле зрения, кто-то этого явно добивался. Я хочу знать — кто, — дождавшись, когда Уильям кивнет, Драко кивнул ему в ответ, — Вы можете идти. И позовите мистера Тортона, он уже должен быть здесь.

Гермиона поймала себя на том, что смотрит на Малфоя почти с уважением. И снова ее ожидания никак не соотнеслись с реальностью. Драко, казалось, мыслил гораздо дальше, чем Гермиона могла изначально представить. За какие-то пятнадцать минут он открылся ей с совершенно новой стороны. И знала ли она вообще настоящего Малфоя, или он все это время манипулировал и ею?

Когда Стюарт встал, Малфой открыл верхний ящик своего стола и кинул в него лежавшие сверху папки с личными делами и «Ежедневный Пророк». В этот раз он решил не демонстрировать следующему гостю, что он интересуется его личностью. Возможно, потому что претензий к мистеру Тортону пока не было, а может быть, и по какой-то другой причине, которая Гермионе в голову не приходила. Тем временем, в кабинет снова постучали.

— Войдите.

Мистер Тортон, тут же возникший на пороге кабинета Малфоя, выглядел вполне довольным жизнью, в отличие от Стюарта, который только что вышел. Вызов в кабинет начальника его совершенно не пугал, да и Гермиона не могла и представить, что могло заставить волноваться вечно довольного Тортона. Атмосфера в кабинете моментально сменилась с напряженно-звенящей на расслабленную. И даже голос Малфоя заметно смягчился. Со Стюартом он давил, сейчас же располагал к себе. Слишком быстро. Слишком уверенно. И Гермионе не нравилось, как легко он переключался между этими ролями.

— Мистер Тортон, присаживайтесь, пожалуйста, — Малфой указал рукой на стул, на котором только что, как на иголках, сидел мистер Стюарт. Генри Тортон же буквально растекся по стулу, откинувшись на его спинку и положив одну руку на стол Малфою.

— Я заинтригован, мистер Малфой. Записка от Амелии показалась мне очень загадочной. Что-то случилось? — тон Генри также не выдавал ни малейшего беспокойства с его стороны.

— Честно говоря, ничего особенного. Поверьте, я не хотел вас напугать, — Малфой едва заметно улыбнулся, и Гермиона невольно отметила, что даже завидует тому, как быстро Драко может переключаться с одного тона общения на абсолютно другой, — Вчера вечером я просматривал документы и обнаружил заявление об отставке некоего мистера Льюиса. Он был вторым заместителем мистера Элиота, насколько я понимаю?

Тортон кивнул и пригладил свои пышные усы.

— Вы абсолютно правы, мистер Малфой. Мистер Льюис покинул свой пост за несколько дней до того, как стало известно о вашем назначении.

— Это значит, что у нас сейчас открыта вакансия?

Генри снова кивнул.

— И снова вы абсолютно правы. Я как раз ждал, когда мне представится случай сказать вам об этом. Понимаю, первые дни в новой должности всегда немного хаотичные, поэтому я решил дать вам немного времени, чтобы освоиться. У нас действительно открыта вакансия второго заместителя, и пока его нет, мисс Грейнджер приходится делать двойную работу. Сами понимаете, что даже несмотря на то, что мисс Грейнджер очень способная молодая волшебница, ей физически очень сложно совмещать сразу две должности.

Гермиона едва сдержалась, чтобы не поддакнуть Генри. Неужели это хоть кто-то заметил? Их отношения с Тортоном всегда были достаточно теплыми, но Гермионе все равно было приятно слышать, что и когда ее нет, Генри отзывается о ней с такой теплотой. Нужно будет послать ему несколько бутылочек его любимого сливочного пива в качестве благодарности за поддержку.

— Я полагаю, что по своей предусмотрительности вы уже подготовили для меня список сотрудников нашего отдела, которые могут пойти на повышение? Для меня очень важно, чтобы это был именно кто-то изнутри, — на этих словах Гермиона едва не открыла рот от удивления. Она ожидала чего угодно, например, что на место заместителя сядет кто-то из друзей самого Малфоя или он решит просто постоянно переложить все обязанности на нее саму, но точно не того, что Драко решит продвинуть кого-то из уже работавших сотрудников. Это сбило Гермиону с толку. К враждебности или уколам со стороны Малфоя она была готова. Но как реагировать на такую неожиданную, почти заботливую предусмотрительность, она не знала. Тортон же совершенно не подал вида, что это его удивило.

— Разумеется, мистер Малфой. Для нас это совершенно обычная практика. Конечно, мой список немного шире, я подумал, что вы захотите пригласить кого-то из других отделов, или из людей, которые не являются сотрудниками Министерства сейчас, но внутренние кандидатуры у меня, конечно же, есть.

Малфой одобрительно кивнул.

— Тогда, мистер Тортон, я жду этот список вместе с вашими рекомендациями, а также личными делами сотрудников сегодня как можно скорее. И пожалуйста, сделайте так, чтобы мисс Грейнджер об этом не узнала.

И снова Гермиона недоуменно посмотрела на Малфоя. Какую бы игру он ни вел, свои истинные намерения он по-прежнему тщательно скрывал от окружающих. Для чего? Чтобы не показаться слишком хорошим? В этом Гермиона сомневалась.

Генри же понимающе закивал и снова пригладил свои шикарные усы.

— Я понимаю, мистер Малфой. Хотите сделать мисс Грейнджер приятный сюрприз?

Гермиона замерла в своем кресле в ожидании ответа. Пожалуй, она бы отдала все на свете, только за то, чтобы на секундочку залезть в голову Малфоя и узнать, о чем он сейчас думает, потому что на его лице не было написано совершенно ничего. Тот только коротко кивнул, явно уходя от ответа.

— Можно и так сказать. В любом случае, мне хотелось бы закрыть этот вопрос как можно быстрее. Так что можете идти. С вами очень приятно работать, мистер Тортон.

Генри поднялся и протянул руку Малфою, которую тот пожал в ответ. Гермиона замешкалась всего на секунду, но Тортон уже развернулся и быстрым шагом направился к выходу из кабинета. Она была слишком далеко и просто не успела бы оказаться рядом с дверью в тот момент, когда Генри открыл ее. Да и даже если успела бы — проскользнуть наружу за Тортоном Гермиона бы вряд ли смогла — слишком уж быстро тот захлопнул дверь за собой. Она осталась стоять посреди кабинета Малфоя, скрытая Мантией-невидимкой. Еще несколько минут назад Гермионе казалось, что она управляет ситуацией: наблюдает за Малфоем, когда он сам даже не догадывается о ее присутствии, слушает разговоры, которые не были предназначены для ее ушей. Но теперь она вдруг поняла, что никакого контроля на самом деле нет. Она в чужом кабинете, без малейшей возможности его покинуть.

На несколько секунд Гермиона даже запаниковала. Малфой сидел прямо напротив двери, и открыть эту самую дверь, не привлекая его внимания, было невозможно. И о чем она только думала, когда решила прийти сюда сейчас? Ничего особо секретного она не выяснила, да и остаться в кабинете, чтобы попробовать просмотреть бумаги Малфоя она не могла. Лишь внимательнее присмотревшись, Гермиона поняла, что на все ящики и книжные полки были наложены довольно сильные сигнальные чары, с которыми она могла не справиться.

И вот, она стояла перед закрытой дверью, не зная, что делать. Вернуться на кресло и ждать, когда Малфой сам решит уйти? А если он сделает это так же быстро, как и Тортон? Тогда она останется здесь как минимум на ночь. Дождаться, когда к нему зайдет кто-то еще? А если никого не будет? Наложить оглушающее заклинание на Малфоя и выскочить из кабинета? Рискованно, но, возможно, это ее единственный шанс. Но абсурдность собственной идеи отрезвила ее не хуже холодной воды. Оглушить начальника отдела посреди его же кабинета — это уже не было похоже на продуманный план. Это было похоже на отчаяние. А Гермиона слишком хорошо знала, что отчаяние редко приводит к хорошим решениям.

Пока она лихорадочно думала, Малфой поднял свою палочку. Кажется, даже ее сердце пропустило пару тактов от страха. Гермиона ожидала чего угодно, даже Авады Кедавры, но точно не ожидала, что Драко всего лишь решит открыть дверь.

— Амелия, принесите мне, пожалуйста, еще чашку чая.

Голос Малфоя привел ее в чувство. Чай! Он просто решил выпить чай! Облегчение оказалось таким резким, что у нее на секунду подкосились колени.

— Да, мистер Малфой, одну минутку.

Тут же придя в себя, Гермиона, стараясь быть как можно бесшумнее, вышла в приемную. Еще пару минут она стояла у выхода из приемной, пока Амелия заваривала чай. Как только секретарь скрылась в кабинете Малфоя, Гермиона, едва приоткрыв дверь, выскользнула в коридор.

Ей очень сильно повезло. Но было ли это просто везением? Гермиона не готова была поставить на это. Хотя было бы очень странно допустить мысль, что Малфой мог догадываться о том, что Гермиона была в его кабинете. А если догадывался, с чего вдруг он позволил ей просто сидеть в его кабинете и слушать происходящее? С другой стороны, что на самом деле происходит в голове у Малфоя, Гермиона даже предположить не могла.

Но все размышления о мотивах и мыслях Малфоя можно было оставить на потом, для начала нужно было снять мантию и раздобыть сегодняшний номер «Ежедневного Пророка». Сам факт того, что происшествие, попавшее на первую полосу, не попало в сводку внутри их отдела, говорил как минимум о халатности. Гермиона сильно сомневалась, что его собирались скрыть намеренно. В конце концов, в итоге об этом все-таки написали в «Пророке». В любом случае, проверить было просто необходимо, раз уж Малфой отчитал за это Стюарта как ученика первого курса.

Проникнув в маленькую подсобку со швабрами рядом со своим кабинетом, Гермиона сняла Мантию и аккуратно сложила ее, продолжая думать обо всем, что только что произошло в кабинете Малфоя. Если Драко действительно не заметил ее присутствия — ей невероятно повезло. Если заметил и промолчал — все становилось гораздо хуже. Потому что в таком случае он уже давно вел игру, правил которой она до сих пор не понимала — и вел ее чертовски хорошо.