Повелитель Тайн (джен)

Прежнее здание на улице Заутлэнд, 36, было просто заполнено цементным основанием, а два окна на каждом этаже образовывали арку и были закрыты ставнями. Оно обладало архитектурными чертами эпохи после 1300-х годов Пятой Эпохи, и естественное освещение было не очень хорошим.

После реконструкции на нижнем этаже появилась небольшая крытая веранда с двумя эркерными окнами, которые простирались до второго этажа. Детали оконных рам включали простенки и декоративные капители, поддерживавшие тонкую каменную балку. Над эркерным окном был парапет, который соединялся прямо с третьим этажом.

Это был трёхэтажный архитектурный стиль, который стал популярным в последние годы.

Мысли Леонарда, казалось, уплыли, и у него возникло ощущение, будто он ошибся адресом.

Впав в оцепенение на десять секунд, он вошёл в дом с инкрустированной серебром тростью в руке. После этого он поднялся по лестнице, завернул за поворот и увидел чёрную дверь с вертикальной вывеской:

Охранная компания «Терновник».

После этого он постепенно начал чувствовать себя здесь как дома. Он ускорил шаг и толкнул приоткрытую дверь.

Услышав ничем не скрытые шаги, девушка с каштановыми волосами, державшая на столе вертикально «Честную газету города Тинген», отодвинула газету в сторону, открыв гладкий лоб, светло-карие глаза и миловидное лицо.

— …Добрый день, Розанна, — несколько нерешительно поздоровался Леонард.

На лице Розанны сначала отразилось удивление, после чего выражение её лица омрачилось. Она сказала необычно холодным тоном:

— Добрый день.

— Поздравляю с тем, что ты отомстил за капитана и Клейна.

Леонард раскрыл рот, не зная, что ответить. Он даже не прижал цилиндр, несмотря на свою неприязнь к ношению шляп.

Он заставил себя улыбнуться и слегка кивнул. Затем он молча прошел вперёд, минуя Розанну, планируя войти в дверь за перегородкой.

Как раз когда он собирался войти в офис, он вдруг услышал, как Розанна довольно тихо сказала у него за спиной:

— Живи хорошо…

Леонард слегка замедлил шаг, после чего тяжело кивнул.

Войдя внутрь, он сразу же увидел Фрая, стоящего у кабинета капитана.

У этого Сборщика Трупов всё ещё была бледность, вызванная долгим отсутствием под солнцем. У него были чёрные волосы и голубые глаза, высокая переносица и очень тонкие губы. От него исходила холодная и мрачная аура.

Леонард торжественно смотрел на него несколько секунд, прежде чем выдохнуть, изо всех сил пытаясь небрежно улыбнуться.

— Давно не виделись.

— Добрый день, давно не виделись, — Фрай указал на кабинет капитана. — Я уже получил телеграмму и знаю о твоей просьбе. Я отправлю двух членов команды, которые проведут с тобой операцию. Кроме того, тебе нужно будет написать запрос на получение Запечатанного Артефакта.

Слегка удивлённый, Леонард сказал с улыбкой:

— Теперь ты капитан? Ты не такой молчаливый, как раньше…

Леонард уже закончил переваривать своё зелье Усмирителя Душ и мог стать Чернокнижником духов, но, чтобы получить силу этой капли крови Вечного Палящего Солнца, он намеренно скрыл это. Он продолжал усмирять души по всему Баклунду и, наконец, благодаря своей тяжёлой работе, нашёл возможность приехать в Тинген.

— Да, — сказал Фрай, слегка кивнув. — Вообще-то, я не люблю много говорить, но я должен это делать как капитан.

Леонард слегка кивнул.

— Когда ты стал капитаном? Почему я об этом не слышал…

— Недавно, — лаконично ответил Фрай, после чего объяснил: — Вскоре после того, как ты ушёл, я стал Могильщиком 8-й Последовательности. В прошлом месяце я, наконец, продвинулся до Медиума. И так получилось, что предыдущего капитана перевели.

— Как быстро… — прежде чем Леонард успел закончить предложение, он ударил себя кулаком по голове.

— Посмотри на мою память. Я забыл, что Клейн уже поделился Методом Действия со всеми.

Он опустил правую руку и с улыбкой сказал Фраю:

— В таком случае у тебя всё ещё есть место для дальнейшего прогресса. Возможно, ты мог бы стать диаконом.

Фрай бросил на него быстрый взгляд и отвернулся.

— Думаю, я не буду продолжать продвигаться.

— Почему? — Леонард сделал несколько шагов и, подойдя к Фраю, озадаченно спросил.

Фрай поднял взгляд к потолку и сказал спокойным и тяжёлым голосом:

— Я хочу остаться здесь и всегда защищать это место.

Леонард замолчал.

Он наблюдал за своим окружением и чувствовал, что хотя и произошли значительные изменения, но также было много вещей, которые оставались неизменными.

Фрай ненадолго замолчал, прежде чем сказать:

— Я отправлю двух членов следовать за тобой.

Сказав это, он направился в подвал. Леонард подсознательно последовал за ним сбоку.

Дверь кабинета в самом низу была открыта. Несколько Ночных Стражей играли там в карточную игру Сражение со Злом.

Когда они почувствовали приближение своего капитана, то сразу отложили свои покерные карты и встали.

Леонард обвёл их взглядом и увидел два знакомых лица. Это были Ройал с гладкими чёрными волосами и беловолосая, черноглазая Сика.

В то же время он также увидел несколько незнакомых лиц. Он увидел пенни, соли и покерные карты на столе.

На мгновение он почувствовал, что его разум плывёт по течению, а зрение затуманивается.

* * *

В водах архипелага Рорстед, в маленькой гавани рядом с рыбацкой деревушкой, в нижней части «Будущего».

Фрэнк Ли закатал рукава и скрестил руки на груди, серьёзно глядя на гриб перед собой.

Гриб вместе со шляпкой достигал высоты 1,8 метра. На его белой поверхности было несколько ярко-красных пятен, которые напоминали глаза, нос и рот.

Кроме того, на его ножке были выступающие споры. У них были толстые и крепкие белые гифы, напоминающие щупальца.

Фрэнк оценил этот гигантский гриб и осмотрел деревянные стены, половицы и грибы разных форм и размеров, прежде чем сказать Ремесленнику Сиэлю:

— Неплохо. Этот эксперимент снова продвинулся вперёд. У этого гриба сильная склонность к размножению, и это делает его голодным, заставляя жаждать пополнения монстрячьей плотью и кровью.

— Обжарка или отваривание могут прекратить его активность, делая его не таким опасным.

— Хм, а какой он на вкус? Ты не пробовал? У потомства, которое он производит, случайные вкусы: говядина, рыба и солод. Некоторые даже наполнены молоком. Одного гриба вполне хватало на целый завтрак. Видишь, команда больше не получает удовольствия от выпивки. Повсюду есть грибы, которые можно срывать... Я считаю, что в дикой местности слишком хлопотно носить с собой сухой паёк и охотиться на зверей, чтобы набить желудок. Если бы мы могли позволить грибам расти на наших телах, разве это не избавило бы от лишних хлопот?

Ремесленник Сиэль стал намного худее, чем тогда, когда был в Баяме. Его глазницы были впалыми, а взгляд пустым. В нём не было жизни.

Услышав слова Фрэнка, он, казалось, что-то вспомнил, и его тело задрожало. Он молча присел на корточки и открыл рот, издавая звуки рвоты.

— Ты в порядке? Я знаю, тебе было тяжело. Я действительно благодарен за всё, что ты сделал, — искренне сказал Фрэнк Ремесленнику. — Если бы не ты, у грибов не было бы такой сильной склонности к размножению. Кроме того, они приобрели аномально высокую жизнеспособность при лунном свете, очищая себя. Это эффективно устраняет яд, который накапливается при пожирании монстров. Единственная проблема в том, что в кромешной тьме нет лунного света. Это следующая проблема, которую нам нужно решить.

Сиэль не сказал ни слова. После того как его перестало рвать, он немедленно встал и бросился наружу. Однако толстая и крепкая белая гифа протянулась и оттащила его обратно.

— В-верните мне мои мистические предметы! Я хочу умереть вместе с этими грибами! — безумно закричал он, но его голос стал тише, когда рот был закрыт.

В это время где-то в рыбацкой деревне зелёные лозы быстро отступали, как будто росли наоборот.

После этого из них вышла Каттлея, её глаза были тёмно-фиолетовыми с некоторыми серебристыми оттенками.

В её ушах продолжали звучать иллюзорные бормотания Скрытого Мудреца, однако она больше не находила их ужасающими. Они уже не казались неприемлемыми, как раньше. Куда бы она ни посмотрела, везде были бесчисленные неописуемые фигуры, похожие на тени, наложенные друг на друга, словно невидимый взгляд, брошенный из неизвестного места.

По сравнению с прошлым, она уже могла видеть неизвестное существо, скрытое за занавесом. Она могла видеть луны высоко в небе, что были разных цветов. Они были либо кроваво-красными, либо серебристыми, либо тёмно-коричневыми, либо призрачно-голубыми, напоминая глаза, что смотрят на землю.

В голове у Каттлеи загудело, и она поспешно отвела взгляд, боясь смотреть дальше.

Она уже разобрала кровь Змея Судьбы и завершила ритуал. Благодаря этому она обрела божественность, став Мистиком Последовательности 4 Пути Соглядатая Тайн!

Однако она помнила предупреждение Королевы:

Среди всех Потусторонних Последовательности 4 двадцати двух Путей Мистик был той «профессией», которая легче всего сталкивалась с опасностью. Всё потому, что Мистики часто видели то, чего не должны были видеть, слышали то, чего не должны были слышать, и знали тайны, о которых не должны были знать.

Следовательно, Мистику необходимо знать, как сдерживать своё любопытство и контролировать соответствующие действия, чтобы прожить долго.

Сняв тяжёлые очки, висевшие на одежде, Каттлея надела их, но все разнообразные вещи, которые она видела в реальном мире, не исчезли.

Она самоуничижительно и удовлетворённо скривила губы. Она знала, что этот предмет больше не может запечатывать её способность проникать в тайны.

Она закрыла глаза, а затем открыла их. Её глаза стали чёрными и больше не имели таинственных тёмно-фиолетовых и серебристых оттенков.

Уф... Каттлея вздохнула с облегчением и медленно направилась к «Будущему», словно просто вышла прогуляться.

Она не хотела объявлять, что стала полубогиней, и у неё не было намерений становиться пятой королевой морей. Для неё это был козырь в этом опасном мире, который она должна была держать при себе.

* * *

К югу от Моста, Роуз-стрит.

Эмлин ехал в экипаже по улице, когда увидел, как напротив него появилась размытая фигура в белой рубашке и чёрном жилете, со слегка растрёпанными волосами. Это был тот молодой человек, похожий на Призрака.

— Давно не виделись, мистер Марик, — сказал Эмлин с невозмутимой улыбкой.

Марик слегка кивнул.

— Я здесь, чтобы сказать вам, что мы уже сделали приготовления. Мы можем обсудить саму операцию.