Повелитель Тайн (джен)

Баклунд, в резиденции торговца мебелью Хампреса.

Одри снова встретилась с советником Алхимиков психологии Хвином Рамбисом.

Этот пожилой джентльмен всё ещё оставался учтивым и элегантным. Его седые, но густые волосы были аккуратно зачёсаны. Его голубые глубокие глаза, казалось, хранили в себе бесконечные знания.

Увидев его, Одри на мгновение оцепенела, а затем внезапно осознала, что происходит. Как будто она наконец-то очнулась от долгого сна и вернула утраченные воспоминания.

Она сразу приняла этот факт без всякого сопротивления, как будто это было что-то совершенно нормальное.

— Добрый день, мистер Рамбис, — поздоровалась Одри, безупречно соблюдая этикет.

Рамбис слегка кивнул и с улыбкой ответил:

— Добрый день, наша девочка.

За последний месяц с лишним он постепенно привык считать её «гордостью Алхимиков психологии» и «самой важной девочкой».

Одри взглянула на бриллиантовую брошь у себя на груди и с улыбкой села, ожидая, когда Хвин Рамбис заговорит.

На подсказку и направляющее воздействие она никак не отреагировала благодаря своей подготовке. В тот момент, услышав, как Хвин Рамбис назвал её подобным образом, она хотела забыть обо всём, включая этикет, и закатить глаза, не боясь разоблачения. Однако в итоге она сдержалась и ничем себя не выдала.

Хвин Рамбис несколько секунд смотрел на Одри, прежде чем сказать с той же улыбкой:

— Ты хорошо справляешься со своей работой. В качестве награды мы решили дать тебе формулу зелья Сноходца.

Сказав это, он достал из кармана рубашки сложенный листок бумаги и положил его на кофейный столик, после чего пододвинул его к благородной даме.

Одри придержала юбку одной рукой, слегка приподнялась и взяла листок бумаги, после чего развернула его перед Хвином Рамбисом.

Сначала она взглянула на основные ингредиенты, а затем быстро пробежалась взглядом по ритуалу.

«Основные ингредиенты: сердце Ловца Снов, кристалл иллюзии разума или целый мозг взрослого дракона разума.»

…

«Ритуал: найдите гарпию в Мире духов и заключите с ней контракт. Затем, держа в руках одно её хвостовое перо, выпейте зелье, испытывая сильное чувство радости или гнева.»

Словно почувствовав замешательство Одри, Хвин Рамбис с улыбкой объяснил:

— Гарпия способна насылать кошмары и резко будить людей от снов. Поэтому суть всего ритуала — погрузиться в сон и не желать просыпаться, а затем выбраться из него с помощью внешней силы. Иначе ты можешь продолжать спать вечно или потерять контроль и превратиться в монстра.

Одри задумчиво кивнула.

— Чтобы не заснуть слишком крепко и глубоко, нужно принимать зелье, испытывая сильные чувства?

— Да, похоже, ты уже уловила суть, — с улыбкой сказал Хвин Рамбис. — Если ты мало знаешь о Мире духов и не сможешь найти гарпию, мы можем тебе помочь.

«Если суть ритуала в том, чтобы я проснулась от сна, то это значит, что гарпия и не нужна вовсе. Благословение ангела мистера Шута может позволить мне сохранить осознанность во сне. Я смогу проснуться, когда захочу…» Зелёные глаза Одри забегали, и она с предвкушением сказала:

— Сначала я хочу попробовать сама.

— Хорошо, — Хвин не возражал против желания девушки рискнуть.

После этого он помолчал и сказал:

— У меня для тебя есть ещё одно дело. Если ты справишься, мы предоставим тебе все ингредиенты для зелья Сноходца.

— Что за задание? — спросила Одри без всякого сопротивления, как и раньше.

Хвин Рамбис сказал с немного серьёзным выражением лица:

— Узнай, как твой отец, граф Холл, нынешний герцог Неган, адмирал Амириус и другие дворяне относятся к довольно масштабной войне.

— Войне… — Одри повторила слово, которое часто слышала, но которое казалось ей таким незнакомым. У неё возникло смутное ощущение, что под поверхностью спокойного озера внезапно образовалась рябь.

* * *

«Война…» Сквозь Серый Туман Клейн прислушался к молитве мисс Справедливости и погрузился в глубокие раздумья.

Он не мог понять, приветствовали ли Алхимики психологии, Гермес или, может быть, даже скрывавшийся за ними Адам войну или возражали против неё.

Что же касается того, хотели ли король Лоэна, премьер-министр, а также ряд дворян и членов парламента войны, то ответ был очевиден.

В прошлом году Повешенный однажды задал мисс Справедливости похожий вопрос. Она ответила, что король и премьер-министр хотят войны, но они решили для начала на некоторое время сосредоточиться на внутренних реформах и урегулировать разногласия по различным вопросам.

Прошло около года, и все внедрённые меры встали на рельсы.

Другими словами, настало время начать войну, чтобы вернуть интересы, которые Лоэн потерял в Восточном Баламе!

«Сейчас эпоха перемен. Борьба между странами ожесточена, и если начнётся война, её вряд ли удастся контролировать… Кроме того, Адам, Амон и другие Короли Ангелов появляются один за другим: одни уже вернули ключевые предметы, другие ищут возможность для прорыва. На таинственный мир вот-вот обрушится буря, и опасность будет таиться повсюду…» Клейн посетовал про себя и вернулся в реальный мир.

На следующий день он сначала отправился в Собор Святого Самуила для ежедневной молитвы и пожертвовал несколько десятков фунтов. После этого он отправился на Фелпс-стрит, 22, планируя принять участие в делах Лоэнского благотворительного стипендиального фонда.

Только войдя Клейн сразу увидел, как мисс Одри Холл и несколько сотрудников фонда спускаются по лестнице и идут к двери.

Сегодня эта благородная дама была одета очень просто. Её волосы были собраны в простой пучок, и она не носила никаких аксессуаров. Её платье было светло-зелёного цвета, рукава украшал ряд оборок; ни кружев, ни кистей не было.

— Доброе утро, мисс Одри, — Клейн, как обычно, снял шляпу и поклонился. Затем он кивнул персоналу и поздоровался с ними.

После того как Одри ответила, Клейн небрежно спросил:

— Куда вы идёте?

Он знал, что роль мисс Справедливости в фонде заключалась в том, чтобы собирать пожертвования от различных дам и джентльменов из высшего общества.

Одри ответила с лёгкой улыбкой:

— Мы собираемся посетить университеты и позаботиться о студентах, которым помогали раньше.

Сказав это, она моргнула, а её улыбка стала шире.

— Мистер Дантес, не хотите ли пойти с нами? Вы посмотрите на детей, которым вы помогли изменить судьбу благодаря своим идеям и доброте. О, некоторые из них уже взрослые.

Хотя Клейн никогда и не думал о том, чтобы получить что-то взамен от благотворительного фонда, он искренне желал, чтобы его действия помогли студентам. Поэтому он был обеспокоен прогрессом и реальной ситуацией. После некоторых колебаний он кивнул с улыбкой.

— Не могу отказаться от такого предложения.

Группа вышла за дверь и по предложению мисс Одри выбрала безрельсовый общественный экипаж.

Зайдя в карету, Клейн по-джентльменски позволил мисс Одри сесть первой. Затем он сел напротив неё и с улыбкой спросил:

— Вы, кажется, уже к этому привыкли?

Одри посмотрела на сотрудников фонда, стоявших рядом с ней, и с улыбкой сказала:

— Это уже не первый раз. Невозможно каждый раз ездить в моём собственном экипаже, когда мы выезжаем по делам. Им приходится пользоваться общественным транспортом.

Сказав это, она смущенно покраснела и добавила:

— В первый раз, когда я ехала в общественном экипаже, я достала банкноту номиналом в один фунт. Женщина, которая собирала плату, велела мне купить несколько газет, а потом вернуться к ней. О, здесь чище, чем я себе представляла. И запах в воздухе не такой невыносимый.

Клейн слегка кивнул и сказал:

— Это потому, что по-настоящему бедные люди не могут пользоваться общественным транспортом. Они предпочитают ходить пешком. Обычно им не нужно никуда ехать, и они не ходят слишком далеко.

— Мистер Дантес, вы, кажется, разбираетесь в таких вещах? — хотя Одри и догадывалась о причине, она всё равно спросила об этом при других.

Клейн улыбнулся.

— Хотя я никогда не сталкивался с этим напрямую, я видел слишком много подобных вещей.

Одри не стала развивать эту тему. Вместо этого она заговорила о получателях помощи, которых они собирались навестить, чтобы подтвердить их учебное и жизненное положение.

Разговаривая на отвлечённые темы, они добрались до своего первого пункта назначения — Технического университета Баклунда.

Благодаря положению Одри и связям Дуэйна Дантеса они сразу встретились с ректором недавно основанного университета. Это был житель Бёклунд-стрит, 100, мистер Портленд Момент.

Этот пожилой человек был крупного телосложения с румяным лицом и громким голосом. Всякий раз, когда он говорил с Дуэйном Дантесом и уважаемой мисс Одри о создании университета, он жаловался на Комиссию по высшему образованию.

Одри и Клейн слушали с вежливой улыбкой и иногда кивали в ответ.

Наконец, они нашли возможность поднять вопрос о необходимости начала работы.

Портленд уже собирался позвать секретаря, как вдруг услышал, что кто-то постучал в дверь его кабинета.

— Пожалуйста, входите, — громко сказал ректор.

Дверь беззвучно открылась. Внутрь вошла черноволосая кареглазая девушка. Она никак себя не прихорашивала и была довольно худой. У неё были приятные черты лица, и на вид ей было семнадцать или восемнадцать лет.

Взгляд Клейна внезапно стал глубже, но затем он тут же взял себя в руки.

Девушка не ожидала, что в кабинете ректора будут гости. В волнении она поспешно опустила голову и сказала:

— Простите.

— Всё в порядке. Они всё равно уже собирались уходить, — сказал Портленд, не придав этому значения. — Ты закончила то, что я просил тебя сделать на прошлой неделе?

— Да, — девушка отошла в сторону от двери.

Затем Портленд улыбнулся Дуэйну Дантесу и Одри.

— Её зовут Мелисса Моретти. Она очень талантлива в работе с механизмами. Я случайно заметил её и попросил помогать в моей лаборатории. Конечно, пока она может выполнять только разные подсобные поручения.

— Неплохо, — уголки губ Клейна приподнялись, когда он похвалил её с явной улыбкой.

Одри взглянула на него и с улыбкой сказала:

— Всегда найдутся высокомерные люди, которые говорят, что у женщин нет таланта к механике, но эта леди доказала, что они ошибаются.

Портленд рассмеялся и покачал головой.

— Не стоит обращать внимания на такие высказывания. Ладно, я попрошу своего секретаря помочь вам разобраться с положением этих получателей помощи.

Одри и Клейн не стали задерживаться и вышли из кабинета.

Как только они вышли за дверь, Одри украдкой взглянула на Дуэйна Дантеса, но не сказала ни слова.