Повелитель Тайн (джен)

Когда небо посветлело, поместья вдоль северного берега реки Тассок начали пробуждаться в утреннем тумане.

Высокий и тучный Фрэмис Кейдж подошёл к гостевой комнате, где прошлой ночью спал Конас Килгор. Он постучал в дверь, собираясь позавтракать вместе с заместителем начальника МИ-9.

Однако ответа не последовало.

«Может, бригадный генерал уже ушёл в столовую?» — Фрэмис Кейдж озадаченно развернулся и покинул первый этаж.

По окончании трапезы все поняли, что Конас Килгор исчез. Под предводительством Дуэйна Дантеса они подошли к двери гостевой комнаты и смотрели, как управляющий поместьем Ричардсон открывает её своим ключом.

Внутри никого не было.

— У бригадного генерала Килгора есть привычка гулять по утрам? — с любопытством спросил Махт, пощипывая себя за скулы.

Фрэмис Кейдж без колебаний покачал головой.

— Нет.

— Вы что-нибудь слышали прошлой ночью? — оглядевшись, спросил ректор Технического университета Баклунда Портленд Момент.

Махт на мгновение задумался, напрягая память.

— Нет, было очень тихо. Идеально для отдыха.

Рядом с ним в комнату с нескрываемым любопытством заглянула Хейзел, но она не могла даже предположить, что могло произойти.

Тут Фрэмис Кейдж высказал свою версию:

— Бригадный генерал Килгор — важная фигура среди военных, и ему часто приходится иметь дело с непредвиденными делами. Возможно, он уже давно покинул поместье и вернулся в Баклунд.

Было очевидно, что автомобильный магнат стремился всеми силами преуменьшить серьёзность ситуации.

«Он, похоже, что-то знает. Или, по крайней мере, догадывается, что Конас Килгор приехал в поместье Мейгур с какой-то частной, личной целью…» — Клейн внимательно слушал разговор, а затем с тяжёлым видом обратился к дворецкому Вальтеру и управляющему поместьем Ричардсону:

— Расспросите слуг в поместье, не видел ли кто-нибудь бригадного генерала Килгора прошлой ночью или этим утром. Если нет, отправьте кого-нибудь в Баклунд, к семье бригадного генерала Килгора. Сообщите им о случившемся и пусть они решат, нужно ли немедленно обращаться в полицию.

Отдав распоряжения, Клейн задумчиво пригладил свои седеющие бакенбарды и обратился к Махту и остальным гостям:

— Пока всё неясно. Возможно, бригадный генерал Килгор уехал из-за срочного дела и не хотел задерживать отдых остальных. Давайте так: мы продолжим охоту, а когда прибудет полиция, вернёмся.

Поскольку спутник бригадного генерала Конаса Килгора, Фрэмис Кейдж, предложил довольно убедительное объяснение кризиса, Махт и остальные согласились с предложением Дуэйна Дантеса и ушли.

Хейзел, шедшая позади всех, бросила мимолётный взгляд на гостевую комнату бригадного генерала Конаса Килгора и соседнюю комнату. Её не покидало странное ощущение, что здесь что-то не так. Подсознательно ей хотелось использовать способности Криптолога, чтобы восстановить произошедшее.

Но в глубине души Хейзел ощутила сильный страх. Она не понимала, чего боится, и в конце концов отказалась от этой мысли.

Девушке смутно казалось, что у неё уже был подобный опыт, который подсказывал ей не смотреть туда, куда не следует, и не прислушиваться к тому, что не предназначено для её ушей.

После того как гости и слуги покинули этот этаж, в комнате рядом с гостевой комнатой Конаса толстый ковёр, выдерживавший вес кофейного столика, начал двигаться.

Понемногу он вытянулся из-под дивана и кофейного столика, почти не производя шума.

Затем желтовато-коричневый ковёр поднялся и показал свою обратную сторону.

Это была застывшая плоть!

Плоть извивалась и перестраивалась, вскоре превратившись в молодого метиса.

Это был камердинер Дуэйна Дантеса, Энуни.

А за Дуэйном Дантесом следовал Конас Килгор. У него было то же лицо и то же телосложение!

На самом деле Клейну не было необходимости маскировать Энуни подобным образом. Он мог приказать ему превратиться в другого человека и смешаться со слугами, используя иллюзию, чтобы вмешаться в их восприятие и не дать им заметить появление лишнего лица. Это был более простой и надёжный способ. Однако Метод Действия по-прежнему оставался важным для полубога: он был ключом к ускоренному перевариванию зелья и сопротивлению склонности к потере контроля и безумию. Поэтому Клейн намеренно старался поступать причудливо во многих делах.

Разумеется, он не желал причинять вред невинным. Даже создавая жуткие и странные ситуации, он прилагал все усилия, чтобы окружающие этого не замечали, избавляя их от психологических травм и потрясений.

Причудливую и зловещую атмосферу Клейн создавал главным образом для себя, чтобы добиться отклика зелья внутри него. Это, несомненно, ускоряло переваривание, но без отклика зрителя Метод Действия был недостаточно полным. Поэтому скорость, с которой он переваривал зелье Эксцентричного колдуна, оказалась не такой высокой, как он представлял. Несмотря на множество поступков и испробованных приёмов, Клейн не чувствовал, что сможет достичь Последовательности 3 к концу этого года.

* * *

Восточный район Баклунда, в скромной двухкомнатной съёмной квартире.

Сио сидела на шатком стуле, отрешённо глядя в окно. Её лицо омрачала тень задумчивости.

Форс сглотнула и села напротив Сио, закрывая ей вид из окна.

— Похоже, ты растеряла весь свой энтузиазм? — мягко заметила она.

— Не знаешь, как теперь поступить, когда наконец получила ответ? Это из-за того, что ты не можешь подобраться к королю?

Ресницы Сио дрогнули, и она медленно вернулась к реальности.

— Будь то восстановление репутации отца или месть за него, перед лицом короля мои шансы ничтожны, — произнесла она, глядя в пустоту. — Даже не представляю, как осуществить нечто подобное…

— Это просто потому, что сейчас ты слишком слаба, — попыталась подбодрить её Форс. — Когда достигнешь Последовательности 4 и станешь полубогом, перед тобой откроется множество возможностей. Единственная трудность в том, что всё станет гораздо опаснее! К тому же ты всегда можешь действовать через других. Например, через ту особу, что следила за Шермане. Она ведь тоже стремилась узнать, кому верен виконт Стратфорд. Наверняка её интересует и тайна короля.

— Шермане… — тихо повторила Сио, и жизнь вернулась в её взгляд.

На столе между девушками лежали бронзовый крест и призрачно-синий драгоценный камень, напоминающий вертикальный глаз.

Его поверхность покрывал сложный узор, напоминающий тонкую паутину — Потусторонняя характеристика, проявившаяся после смерти Шермане. От неё исходило нежное сияние, подчёркивавшее красоту окружающих предметов. Однако близость бронзового креста ограничивала свечение камня лишь небольшим радиусом.

— Та, кто следила за ней, — одна из виновниц смерти Шермане, — очень серьёзно сказала Сио.

Девушки уже нашли место, где похоронить Шермане, а Форс пролистала Путешествия Леймано, чтобы умиротворить дух покойной Шермане.

Форс тут же кивнула:

— Несомненно. Именно из-за неё Шермане подтолкнули к расследованию тайны короля, и она столкнулась со скрытой опасностью.

— Ты говорила, что эта особа может наблюдать за местом, где мы раньше жили? Мы могли бы незаметно вернуться туда, бросить в почтовый ящик письмо и написать, что виконт Стратфорд хранил верность королю Георгу III, у которого есть огромная тайна. Уверена, наблюдательница увидит это послание.

Сио задумчиво кивнула:

— Так и поступим.

Обсудив дальнейшие планы, Форс поднялась и указала на бронзовый крест:

— Пора выразить нашу благодарность мистеру Шуту за всю оказанную помощь. Я хочу принести ему в жертву этот артефакт. Ты не возражаешь?

— Нисколько, — без колебаний ответила Сио.

* * *

Поместье Мейгур.

Наступил ещё один вечер. Семья Килгора передала, что нужно подождать, поскольку этот заместитель начальника МИ-9 часто действовал подобным образом, занимаясь вопросами государственной безопасности. Поэтому Махт и остальные гости не паниковали. На лужайке за поместьем они устроили необычный ужин: жарили на костре добытую на охоте дичь.

Наблюдая, как джентльмены с закатанными рукавами хлопотали у жарочной решётки, дамы время от времени приходили им на помощь, а вокруг с радостными возгласами носились дети, Клейн держал бокал сладкого белого вина — прекрасного продукта поместья Мейгур — и сидел на белом деревянном стуле с улыбкой на губах.

Рядом с ним, выпрямившись, стоял его камердинер-метис Энуни, ожидая распоряжений.

А в одной из комнат главного здания поместья пара глаз безмолвно смотрела вниз. Они принадлежали человеку, который выглядел в точности как Энуни.

Вечерний ветерок пронёсся мимо. Клейн уже собирался встать и показать у жарочной решётки, как жарят мясо по-десийски, когда перед ним внезапно возникла фигура.

Это была Арианна в своём скромном одеянии, подпоясанном корой дерева.

Слуга Сокрытия посмотрела на Дуэйна Дантеса и тихо произнесла:

— В подземных руинах не обнаружено ничего примечательного…

Затем она кратко изложила основные моменты увиденного ею и тремя архиепископами, а также передала объяснение Принца Сонии Гроува Августа.

«Какая-то бессмыслица…» — первой мыслью Клейна стало подозрение.

Помощь, оказанная виконту Стратфорду Белой Святой Катариной, недвусмысленно указывала на то, что королевская фракция не порвала окончательно связи с Сектой Демонессы.

Учитывая катастрофу Великого смога Баклунда, длительное сотрудничество короны с Сектой Демонессы вряд ли объяснялось лишь желанием сохранить руины Кровавого Императора в своём распоряжении.

«При таком тесном взаимодействии Секта Демонессы и Алхимики психологии наверняка захотели бы поделить добычу.

Тогда почему они не обратились напрямую за помощью к трём Церквям?»

Клейн интуитивно понимал, что истинная тайна руин осталась нераскрытой. Он подозревал, что произошла утечка информации, позволившая королю подготовиться заранее.

«Когда рядом находится мэм Арианна, можно исключить возможность обнаружения чего-то неладного с помощью гадания и пророчества…»

«Об этой операции, начиная с устранения Конаса Килгора и заканчивая совместными действиями трёх Церквей, было осведомлено не более десяти человек. И все они — высшие иерархи Церквей. Как же могла произойти утечка?»

«Могла ли проблема с виконтом Стратфордом заставить их задействовать запасные планы? Нет, его положение недостаточно значимое. Даже Килгор не обладал полной информацией, что уж говорить о виконте. Он отвечал лишь за установление связей с Сектой Демонессы и периферийные вопросы. Возможно, он даже не знал о существовании подземных руин…»

Клейн немедленно исключил вариант, что именно гибель виконта Стратфорда послужила катализатором, поскольку капитан королевской стражи не являлся настолько значимой фигурой.

Оставалось лишь несколько возможных объяснений. Первое — кто-то из посвящённых намеренно или случайно выдал тайну. Второе — заговорщики заметили что-то неладное в казавшемся обычным состоянии Конаса Килгора. Но Клейн не заметил никаких признаков слежки.

«Алхимики психологии тоже участвуют в заговоре… Могли ли они каким-то образом прочитать мои мысли и раскрыть тайну? Но ведь меня защищает Серый Туман. В любом случае, подобное вмешательство было бы крайне необычным. Почти как тогда, когда мы с Андерсоном столкнулись с тем полубогом Пути Зрителя… Алхимики психологии зародились из наследия Гермеса… А Гермес — это…»

Клейн замер, его глаза расширились от внезапной догадки.

Он инстинктивно уклонился от дальнейших размышлений на эту тему, бросил взгляд на Арианну и, заставив себя расслабиться, спросил:

— Это место сокрыто?

— Очень, — невозмутимо ответила Арианна.

Позади неё проходили люди, но никто не замечал её присутствия. Клейн выдохнул и начал всё тщательно обдумывать:

«Император Розель однажды сказал в дневнике, что члены той древней тайной организации — все важные фигуры…

Тогда возможно ли, что один из высокопоставленных членов трёх Церквей состоит в Сумеречном Ордене Отшельников?

И возможно ли, что руины, которые видели Арианна и архиепископы, были не настоящими, а „воображёнными“ Адамом?»