Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон (джен)

Примечания:

Пр. автора: Уже 2026 год. Почему у меня нет никаких позитивных эмоций по поводу наступления нового года? Даже не на личном уровне, а в глобальном масштабе. Вздох. Ну что ж. Если я смогу отвлечь людей от реальной жизни и подарить им хоть какое-то удовольствие, то это того стоит.

Надеюсь, у всех остальных Рождество прошло хорошо! Я играл в Expedition 33 и мне очень понравилось. Пик кинематографа. Очень динамично.

Пр. переводчика: С наступившим 2026 годом! Простите за ожидание, но у меня слетел пароль на сайте. Восстановить с помощью почты не получилось, с помощью вк тоже, а администраторы тоже хотели отдыхать.

Саммер и Рейвен с Белым Клыком повезло больше. Им даже удалось захватить нескольких членов организации. Связанных по рукам и ногам, их разместили в подвале книжного магазина, чей владелец, по-видимому, дружил с Кали. В городе у неё было много приятелей-фавнов, хотя доверять кому-либо из них было рискованно. Хватит одного, решившего сдать её новому Белому Клыку, и у неё появятся большие проблемы. Однако сегодня вечером, когда с ней были они втроем, риска для неё не было

Кроу решил умолчать о письме Салем и появлении Алварьян. Рейвен и Саммер обязательно бы начали волноваться, поэтому он соврал, что фавны в здании устроили перестрелку, в которой кто-то погиб, а кто-то сбежал. Они слишком были обрадованы своим успехом, чтобы выпытывать подробности.

— Пострадавшие есть?

— Ни одного, — вскинула кулак Кали, дико улыбаясь. Ночь выдалась для неё особенно удачной. — Мы вовремя смогли увести пришедших, но у них всё равно было время увидеть начало нападения Белого Клыка. Даже если они не встанут на мою сторону, они точно не перейдут на сторону нового Белого Клыка и расскажут то, что произошло сегодня вечером. Это оттолкнёт многих фавнов.

— Только не радикалов, — заметила Рейвен.

— Они всё равно останутся на стороне террористов, что бы я ни сказала или ни сделала, так что к черту их. Самое важное достучаться до колеблющихся. У этого нового Белого Клыка не так много сторонников, как они любят говорить. Среди фавнов нет стольких экстремистов.

Кроу хмыкнул, соглашаясь. Но они были, что само по себе было проблемой, но ещё и война фавнов завершилась не так давно, как в его времени. Всё ещё оставались ветераны, которым не исполнилось и сорока. В том возрасте, когда можно сражаться, вязавшись в новую войну.

«Мне должно сильно не повезти, чтобы я вернулся в прошлое, предотвратил падение Горы Гленн, но при этом каким-то образом спровоцировал вторую войну за права фавнов. Ни за что. Этого не произойдёт. Озпин тоже костьми ляжет, чтобы этого не случилось».

Но вот Салем…

Алварьян за время войны успела приобрести довольно дурную славу. Будет ли попытка этим воспользоваться? Будь он на её месте, то раскрыл бы её личность, намекая, что люди отпустили охотницу, не смотря на все её военные преступления, соврав о побеге, но для этого придётся пожертвовать всеми преимуществами её инкогнито. Все зависело от того, чего хотела Салем. Очевидно, смерти Озпина и уничтожения Ремнанта, но это были глобальные и расплывчатые цели. Чего она хотела здесь и сейчас, и поможет ли ей в этом развязывание новой войны?

Очевидным ответом было «да» поскольку усиление хаоса — это всегда хорошо, но так ли это на самом деле? Война привела к технологическим инновациям и породила множество ветеранов. Все согласятся, что война за права фавнов была катастрофой, но благодаря ей защита королевств усилилась, и граждане оказались в большей безопасности от Гримм. В королевствах осталось много военной техники, которую можно было использовать против Гримм, стены были укреплены, и наблюдался значительный рост числа временных лицензий охотников, выдаваемых ветеранам войны, которые хотели продолжать применять свои навыки на практике.

Чёрт возьми, за пределами городов сильно увеличилось число владельцев оружия, поскольку деревни, поселки и отдалённые общины смогли заполучить доступ к массово наштампованному оружию, распроданному после того, как в нём отпала необходимость. Во многих отношениях человечество, то есть и люди, и фавны, вышли из войны более сильными, по крайней мере, в смысле, противостояния Гримм.

— …кто велел тебе прийти за мной?

Гневные крики Кали выбили его из размышлений. Письмо и Салем подождут. Сначала нужно допросить пленников. Второй допрос за последние дни. Хотя у Ублека это получалось лучше. Вопросы Кали остались проигнорированы. Один из фавнов без маски попытался плюнуть в неё, но не смог. Слюна попала ему под ноги.

— Да пошла ты к чёрту, предательница, — выплюнул он. — Ты продала нас Атласу.

— Я ничего подобного не делала! С чего бы мне это делать? Да, нас с Гирой арестовал Атлас. Но мы стояли непоколебимо. Все эти слухи о том, что мы перешли на другую сторону — полная брехня!

— Как будто бы у тебя хватило смелости признаться?! — усмехнулась вторая пленница, женщина с ушами енота. — Мы видели твою переписку с кураторами. Нам всё рассказали.

— Какую переписку? — недоуменно замотала головой Кали. — С какими кураторами?

— Предсказуемо прикинулась дурочкой.

— Они фальшивые!

— Мы видели доказательства. Нет смысла пытаться нас обмануть, — тот, что сидел посередине, презрительно усмехнулся. — И посмотри на себя, ты работаешь с людьми. Как будто это ничего не доказывает. Вы с Гирой предатели.

Кали ошеломленно переводила взгляд с одного на другого. Похоже, новые лидеры Белого Клыка приложили немало усилий, чтобы подорвать их авторитет, и собрали для этого массу доказательств. То, что большая часть могли быть подделкой, не имело значения. Важно было то, что фавны поверили в них. Хотя, справедливости ради, эти экстремистски настроенные фавны, вероятно, поверили бы даже без доказательств.

— Нет смысла пытаться понять их логику, — обратился он к ней. — Нельзя спорить с тем, кто отказывается принимать реальность, — он шагнул вперёд, приседая на корточки перед тремя пленниками. — Всё, что ты можешь сделать — это двигаться дальше.

Фавн попытался плюнуть в него, но Кроу ударил ему в лицо прежде, чем тот успел это сделать. От резкого удара голова мужчины дёрнулась в сторону, и слюна вместо Кроу попала на женщину, сидевшую слева. Вся троица замерла. Саммер не сдержала удивлённо-возмущенного крика. Они никогда раньше не брали пленных, а для студентов уроки по этой теме будут проводиться гораздо позже.

Предполагалось, что охотники сражались только с Гримм, но на третьем и четвертом курсах обучения в Биконе и других академиях больше рассказывали о противостоянию людям. Обычно это было дело представителей правоохранительных органов, но иногда возникала необходимость поймать охотников, ступивших на кривую дорожку. Ведение допроса было включено в учебную программу, но там в основном объяснялось, что можно и что нельзя делать по закону. Бикон не учил, как правильно сломить человека.

Но вот Озпин — да. Он давал знания, которые могли потребоваться ему и Рейвен, как будущим агентам в борьбе против Салем, в числе которых были способы выбить ответы из тех, кто решился встать на сторону Гримм.

— Вот что мы будем делать дальше. — Кроу холодно улыбнулся фавнам. — У меня есть несколько вопросов. Простых вопросов. Вы ответите мне, и мы вас отпустим. Технически вы не сделали достаточно, чтобы мы захотели вас сдать, поскольку мы сорвали вашу попытку. И мы не можем держать вас здесь взаперти вечно. Это будет пустая трата нашего времени.

— Пошёл ты…

— Или, — продолжил Кроу, — Вы можете отказаться отвечать, и тогда я буду вынужден проявить немного больше… Изобретательности…

— Кроу, нет! — ахнула Саммер. — Ты не можешь…

— Почему нет? — посмотрела на неё Рейвен. — Они планировали нас убить. Я предлагаю позволить моему брату с ними разобраться. В конце концов, ведь никому не будет дела, если они исчезнут, верно?

Шок и ужас на лице Саммер в сочетании с равнодушной реакцией Рейвен сыграли ему на руку больше, чем они обе могли бы подумать. То, что Саммер не хотела причинять боль пленникам, возможно, само по себе могло бы придать им уверенности, но выражая беспокойство, она показывала, что верит, что он вполне мог перейти от слов к действию.

А это означало, что у трёх фавнов не было причин предполагать, что он этого не сделает.

Кроу мгновенно заметил, как парень слева, самый тихий из всех, зажмурил глаза. Вот их слабое звено. Мужчина в центре, возможно, своего рода лидер, выглядел обеспокоенным, но решительно настроенным молчать, в то время как женщина стала сыпать угрозами и обещаниями убить его, как только освободиться. Фанатик, командир и перепуганный новобранец. С этим можно работать.

— Есть свободная комната? — спросил он у Кали. — Я не хочу, чтобы они видели, что я буду делать с их товарищами. Это даст им время морально подготовиться, — он кивнул на мужчину в центре. — Сначала мы поработаем с ним. У него есть информация. Я думаю, он заговорит, если на него оказать должное давление.

— Д-д… — сглотнула Кали. — Да. Кажется, сбоку есть комната, предназначенная для старых книг.

— Отлично. Рейвен, помоги мне затащить туда этого парня.

Рейвен, небрежно отпихнув пленников в стороны, ухватила центрального фавна за шиворот и, развернув его лицом от себя, так как он имел привычку плеваться, потащила его за собой в сторону комнаты, направление к которой указала Кали.

Саммер побежала за Кроу и, попытавшись его остановить, вцепилась ему в руку.

— Кроу. Не надо. Это уже слишком…

— Они террористы, Саммер, — он нежно расцепил её руки. — Присмотри за ними. И ты тоже, Кали. Доверься нам. Мы добьёмся от них ответов.

— Я ничего не скажу тебе, человеческая мразь!

Кроу и Рейвен втащили мужчину в комнату и захлопнули за собой дверь, оставив Саммер с Кали наедине с двумя другими пленниками. Саммер тут же принялась грызть ногти, расхаживая взад-вперед.

— Ты же не думаешь, что они на самом деле нарушат закон, правда?

— Рейвен и Кроу? — саркастически спросила Кали. — Рейвен и Кроу Бранвены? Нет. Они совершенно добропорядочные члены общества. Я определенно не могу себе представить, что они положат на закон большой…

БАХ!

Внезапный и громкий выстрел, за которым сразу же последовал глухой удар.

От лица Саммер отхлынули все краски.

Даже Кали стала выглядеть немного бледновато.

Не прошло и пяти минут, как дверь открылась, и вышли близнецы.

— Ладно, с ним было немного сложнее справиться, чем ожидалось, — Кроу указал на женщину. — Она следующая. По крайней мере, ей хочется поговорить. Посмотрим, окажется ли она более склонной к диалогу, чем её друг.

— Ты?.. — всхлипнула Саммер.

— Послушай, я же сказал, что мы получим ответы от них, а не от него, — Кроу поднял в защите руки. — Я никогда не обещал, что получу их от первого. Кроме того, если он не собирался говорить, то не было особого смысла держать его, не так ли? Мы ничего не потеряли.

Рейвен, подхватив резко побледневшую женщину, потащила её в комнату. Кроу, проигнорировав отчаянные мольбы Саммер, закрыл дверь. В течении нескольких минут внутри слышались громкие голоса.

А затем воцарилось пугающее молчание.

БАХ!

Глухой удар.

Дверь щелкнула, снова открываясь. Кроу, надув щёки, обиженно вздохнул.

— Ладно, два из трех — это не очень хороший показатель. Но я уверен, что последний скажет нам то, что мы хотим знать. Возможно. Но, эй, если нет, то, по крайней мере, нам больше не нужно будет беспокоиться о свидетелях…

— Я СКАЖУ! ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УБИВАЙТЕ МЕНЯ! — завопил новобранец. Даже зарыдал. По его щекам покатились крупные слезы. Он начал подпрыгивать, пытаясь придвинуться поближе, не прекращая всхлипывать и причитать. — Я не хочу умирать! Я не соглашался на это! Мне просто сказали, что мы будем избивать людей! Я не знал, что мы будем кому-то вредить! Пожалуйста, у меня есть семья!

— Круто. У меня как раз есть несколько вопросов… — Кроу потянулся к парню.

Охваченный ужасом пленник дернулся от его протянутой руки.

Саммер с глазами, холодными как сталь, шагнула вперёд, перехватывая руку Кроу.

— Может быть, Кали следует самой спросить его об этом. И прямо здесь, — фавн, яростно кивая, заизвивался на полу, пытаясь дотянуться до ног Кали. — Я думаю, нам с тобой нужно серьёзно поговорить. И с тобой тоже, Рей.

Её голос был пронзительно холоден.

Пожав плечами, Кроу позволил Кали опуститься на колени и начать допрос фавна, который даже не стал дожидаться ухода охотников, чтобы начать рассказывать своё имя, фамилию, имя своей первой пассии и все остальное, что, по его мнению, она могла захотеть узнать. Кроу вошёл в комнату, в которую они с Рейвен увели двух других пленников. Саммер шла за ним следом.

— Я никогда не была так разочарована в вас обоих! — шипела она. — Я знаю, что вас неправильно воспитывали, что сильно искривило ваши понятия хорошего и плохого, но это…

— Ммннбмгх.

— Фнгххх!

Два фавна с кляпами во рту извивались на полу, с ненавистью глядя в его сторону.

Саммер замерла.

— Что это? — спросила Рейвен, скрестив руки на груди и самодовольно ухмыляясь. Рейвен не собиралась упускать такой шанс и преградила Саммер путь к побегу, встав перед дверью. — Что ты хотела сказать, Сам?

— Уверен, что-то о том, что мы жестокие психопаты, — подхватил Кроу, толкнув плечом сестру. Рейвен рассмеялась его шутке, и они ударились кулаками. — Ну что? Мы на месте. Расскажи нам, насколько ты разочарована в нас обоих.

Саммер открывала и закрывала рот, подыскивая ответ.

— Я… Я… — зажмурившись и сжав кулаки, она мелко задрожала. — Я так сильно ненавижу вас обоих! Так сильно!

— Не похоже на извинения~

— Так сильно! Я так сильно вас ненавижу!

* * *

Мэйн⁽¹⁾ Флорис⁽²⁾.

Даже удивительно, как мало говорило ему это имя, учитывая его знания будущего. Кали прошипела имя так, словно это была сама Салем, но он никогда его не слышал. Он даже не мог сказать, мужское это имя или женское.

Всех фавнов отпустили, хотя и в разное время. Была большая вероятность, что первые двое выследят третьего и начнут ему угрожать, поэтому парню дали время скрыться и предложили сдаться полиции ради своей же собственной безопасности. То, что произойдёт дальше, зависело уже от него и больше их не касалось. Двое других были не столько отпущены, сколько вырублены и брошены в переулке в нескольких улицах от них.

Они были без сознания, когда их привезли в здание, так что владельцу бизнеса не грозила никакая опасность, и это был лучший способ сохранить это положение вещей. Кали получила ответы на все свои вопросы, включая имя того, кто отдал приказ сорвать её митинг, а до этого пытался убить.

— Мэйн, — прошипела она. — Я должна была догадаться.

— Можно поподробнее? — спросила Рейвен. — Потому что это имя мне ни о чём не говорит.

— Аналогично, — кивнул Кроу. — Мы когда-нибудь встречались на митинге с?.. Ней?.. Ним?..

— Ней, — буркнула хмуро Кали. — Прошлая война сделала Мэйн сиротой. Её родители погибли на войне за права фавнов, а её взяла на воспитание тетя, которая также потеряла на войне своего мужа. Они обе были частью Белого Клыка, но её тетя умерла недавно. Они обе были сторонницами жестоких решений, но я и представить себе не могла, что у них есть какая-то реальная власть. Мэйн была похожа на надоедливую собаку, которая постоянно лаяла, но мне всегда казалось, что никто не воспринимает её всерьез. Неужели мы так сильно ошибались на её счет?..

— Возможно, кто-то дал ей право командовать, — предположил Кроу. — Скорее всего, она не настоящий лидер. Кто бы ни возглавил Белый Клык, он точно хочет видеть вокруг себя преданных сторонников, а преданность не всегда означает компетентность.

Что происходило часто, особенно в политике. Можно было окружить себя лучшими из лучших, исключительно способными людьми, обладающими как амбициями, так и средствами, чтобы вас заменить, или же можно было окружить себя бесполезными подхалимами, которые, как вы знали, всегда будут вас поддерживать и никогда не окажутся достаточно хороши, чтобы предать вас и при этом выжить. Одни выбирали первое, другие — второе. На самом деле Озпин и Салем во многом работали одинаково. Озпин набирал лучших из лучших и время от времени прогорал, в то время как Салем набирала сумасшедших и закоренелых психопатов.

— Даже если и так, мне казалось, она слишком безбашенная для этого.

— Сколько ей лет? — спросила Саммер. — В твоём описании она выглядит молодо.

— Это не так. Мэйн под тридцать, она старше нас, но не ведёт себя соответственно. Она из тех, кто думает кулаками. Бандитка. Хорошо умеет злить, но плохо умеет добиваться результата. Я бы не сказала, что она идиотка, скорее, она полна решимости не позволить логике и разуму встать на пути её убеждений.

Намеренное невежество. Не самый лучший вариант. Некоторые люди были невежественны, потому что их легко было ввести в заблуждение или снабдить ложной информацией, и они верили, а были и такие, кто в глубине души знал, что они неправы, но им было просто всё равно. Они приняли решение и собирались придерживаться его, несмотря ни на что.

— Есть ли у неё где-нибудь место для проживания в Вейле? — спросила Рейвен.

— Нет. Мэйн почти всё время была в Белом Клыке, где и жила. Постоянного адреса проживания у неё нет, — Кали устало потёрла лицо. — Блин. Это плохо. Мэйн не гений, но она готова пойти на всё ради победы Белого Клыка.

— Она умеет драться?

— И да, и нет. Не на уровне охотника, но она неплохо боксирует. Гира всегда подозревал, что она участвовала в подпольных боях, но больше для того, чтобы избивать людей, чем зарабатывать деньги. Она фавн-лев. Светлые волосы, лицо в шрамах и с пышной причёской. Укладывает похоже на гриву льва, чтобы выглядеть крутой. Её отличительные черты фавна — втягивающиеся когти, что очень плохо, потому что она может легко сойти за не фавна.

Ирония заключалась в том, что фавн, который больше всего гордился тем, что он фавн, не обладал какими-либо очевидными чертами расы. Возможно, это объясняло её решение уложить волосы в виде львиной гривы, чтобы подчеркнуть, кем она является.

Хотя одного имени было уже достаточно. Ему было что передать Ублеку.

— Возможно, у меня есть кто-то, кто сможет помочь, — все взгляды обратились к нему. — Мой контакт, о котором знают Рейвен и Саммер. Возможно, он сможет узнать, не видел ли её кто-нибудь рядом. Но на это потребуется время. Тебе есть где остановиться на пару дней?

— У меня есть знакомые, согласные дать приют, — сказала Кали. — Надёжные фавны.

— Достаточно надёжные? — спросила Рейвен.

— Не сомневаюсь, они приняли бы пулю за меня. Со мной всё будет в порядке.

* * *

Запечатанный конверт жёг ему пальцы. Не в буквальном смысле, но казалось, что уже начал нагреваться из-за того, что он постоянно нервно теребил его. В спальне было тихо, все уже спали. Саммер и Рейвен тоже пошли отсыпаться после ночной прогулки. И ему следовало бы так поступить, но он не хотел разбудить свою команду нервными метаниями по комнате.

Письмо от Салем.

Что было более нелепым — тот факт, что она отправила ему письмо, или тот факт, что военный преступник доставил его, словно самый квалифицированный почтовый работник Ремнанта? Это был первый подобный случай в мире или это было более распространенным явлением, чем он предполагал? Салем, возможно, переписывалась с Синдер с помощью писем и свитка, так что в самом письме не было ничего странного. Как будто существовали Гримм, способные доставлять сообщения.

Но все размышления были лишь попыткой отсрочить срок от принятия решения, открывать ему письмо или нет.

— Я должен был просто сжечь его. Она даже предлагала мне это сделать… — это было бы быстрым и простым ответом как для Салем, так и для его собственных сомнений. — Но я ничего тогда не узнаю.

Не важно, что было в письме, это была информация. Это могла быть информация о Лаппи, которая могла помочь ему убить фавна и которую было бы полезно получить. Было ли у этого придурка Проявление? Если да, то он хотел, и была острая необходимость, получить эту информацию. А если это было какое-то нелепое предложение поработать на неё, то он мог бы просто потом сжечь письмо, не так ли? Это были просто чернила на бумаге. Одно прочтение не сделает его предателем.

И всё же он не мог не беспокоиться.

Что-то в будущем заставило Рейвен покинуть их ряды. Его сестра никогда не говорила об этом, только утверждала, что Озпин солгал им и что убить Салем невозможно. Им всем было интересно, что она узнала и что важно, как. Кто приходил к ней и какую ложь нашептывал на ухо? Очевидным предположением была Салем, что заставляло возвращаться к конверту, лежащему перед ним. Что, если в нем содержалась та же информация, которая довела Рейвен до отчаяния и трусливого побега?

Он был сильнее, по крайней мере, ему нравилось так думать, но раньше Рейвен не была трусихой. Что-то заставило её такой стать. Высокомерие привело Саммер к смерти, и теперь ему приходилось задаваться вопросом, была ли его собственная самоуверенность необоснованной. Что, если в письме действительно было что-то, что подорвет его храбрость, как это было у Рейвен?

Кроу закусил губу.

Что если да? Что если нет? Что если это была полезная информация? Что, если это даст ему ключ к разгадке мотивов Салем? Все эти хождения вокруг да около ни к чему не приводили. Зарычав, Кроу на эмоциях разорвал конверт и приготовился к чему-то.

Не было взрыва, ни яда, ни Гримм, а любой из этих вариантов мог быть возможен. Внутри было простое письмо, написанное на плотной бумаге, на ощупь мягкой и дорогой. Похожую использовали Тайянг и Саммер для приглашений на свою свадьбу. Свадьба Рейвен была более сдержанной и менее торжественной, но Саммер хотела устроить грандиозную особенную свадьбу и приложила для этого все усилия.

Чернила были зеленые. Странный цвет. Он привык к черным, синим и красным. Как учителю, ему приходилось использовать последние для отметки ошибок школьников. Темно-зеленые показались ему почти королевскими. Написано было изящно, скорописью и красивым почерком. Салем?.. Было странно думать, что чудовище может так красиво писать, но с другой стороны, у неё, вероятно, было много свободного времени для практики. Хотя не было никакой гарантии, что она не продиктовала текст кому-нибудь другому.

«Я оттягиваю неизбежное. Снова…»

«Кроу Бранвен,»

«Я надеюсь, что это послание дошло до вас благополучно и что мой самый надёжный сотрудник смог доставить его вам своевременно. Я Салем, и я подозреваю, что вы знаете об этом факте, что противоречит обычным методам Озмы. Хотя было бы очень интересно обсудить такие вещи, более насущные проблемы требуют, чтобы я написала это письмо».

«Как вы, без сомнения, уже знаете, Лаппи предал меня. Хотя я уверена, что лояльность моих коллег не представляет большого интереса для вас и ваших близких, что нельзя сказать про тот факт, что он стремится убить и вас, и всех, кого вы знаете».

«Возможно, вам интересно, почему я обратилась к человеку, который до сих пор вмешивался в мои планы, и я уверена, что у вас есть много вопросов. Я бы ответила на них, если бы хоть на мгновение поверила, что вы позволите мне, но нам придётся оставить эти размышления до тех пор, пока с Лаппи не разберутся».

«Я отправила Алварьян убить его, но, боюсь, ей будет трудно найти его в таком огромном городе, и мы оба знаем, что его цель — добраться до вас в Биконе. Вы можете смело идти предупреждать Озму, хотя я подозреваю, что он заинтересуется и обеспокоится вашим знанием о моём существовании. Он не слишком доверчив и в каждом видит врага. Я не буду просить вас работать с Алварьян, так как знаю, что вы ей не доверяете. С вашей стороны было бы глупо на это соглашаться».

«Вместо этого я пишу, чтобы снабдить вас информацией, которую вы сможете использовать против моего вероломного подчинённого и которые побудят вас использовать их против него и таким образом послужат приманкой, чтобы выманить его в поле зрения Альварьян. То, что вы узнаете об этом, вряд ли что-то изменит, но я все равно хотела бы, чтобы вы знали, чтобы вы могли убедиться, что моему слову, если оно дано, можно доверять».

«Информация о Лаппи приложена ниже».

«Искренне ваша,

«Салем»

Кроу перечитал письмо ещё раз, не зная, должен ли он быть удивлён, рассержен, оскорблен или обеспокоен. Отсутствие предложений о вербовке успокаивало, а отсутствие грандиозных секретов, потрясающих его представление о мире, были приятным бонусом.

Но в них была бы логика. Он, удостоверившись в их наличии, мог бы спокойно заявить, что она пыталась промыть ему мозги и настроить против Озпина. Но их… Их не было. Предупреждение Лаппи, о риске, о котором он уже знал, и заявление, что Альварьян отправлена, чтобы убить этого фавна

Она была права в мнении, что он откажется с ней работать. Даже если забыть о совершенных её военных преступлениях, он не мог не опасаться, что Алварьян не попытается похитить его по требованию Салем, как только с Лаппи будет покончено, поэтому, хотя он и будет рад помочь новоиспечённым врагам сразиться друг с другом, он, черт возьми, не собирается после этого пожимать ей руку. Если у него появится шанс, то встреться охотница ему раненной и уставшей после боя, то он обязательно расправится с нею.

Тем не менее, для использования такого количества слов в этом письме должна была быть какая-то цель. Не просто же так. Алварьян могла бы сказать ему всё это лично. Подобное письмо не могло быть написано в качестве простого вежливого предупреждения. За ним скрывалось что-то еще, а он был слишком глуп, чтобы понять, что именно. Озпин бы смог понять, но Салем была прав насчет его паранойи. В тот момент, когда Озпин увидит его, Кроу больше никогда не попадёт в список доверенных лиц, как бы упорно он ни боролся. Озпин просто не сможет пойти на такой риск, и он даже не был неправ, поступая таким образом. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, когда на карту поставлена судьба Ремнанта.

Вытащив более тонкий лист из конверта, Кроу вчитался. Распечатанный на принтере текст. У Салем есть компьютеры? Или Алварьян распечатала это на месте? Неважно. В тексте было несколько коротких абзацев, а также фотография Лаппи, когда он ещё не был изуродован. Там также был отчет психолога. Черт возьми, это был военный отчет.

— Конечно, он бывший специалист Атласа, — прошипел Кроу. — А почему бы и нет? Чертов Атлас.

Похоже, он пробыл там недолго. Его уволили из-за гибели членов его команды при загадочных обстоятельствах, которые нельзя было использовать в качестве доказательств предумышленного убийства, но вызывающих несомненные подозрения. Он был компетентным бойцом, но не обладающим лидерскими качествами, и в его послужном списке было записано, что он никогда не поднимется выше самых низких рангов, но из него получилась бы отличная грубая сила против Гримм.

Также упоминался некий психоз и делался вывод, что он «не совсем в себе, но не настолько, чтобы это ограничивало его активную службу». Таким образом, Атлас хотел сказать, что они могли мириться с его плохими причудами, потому что он был полезен.

Полезен из-за своего Проявления.

«Проявление: Контроль Гримм».

«Рядовой Лаппис⁽³⁾, если ему предоставить музыкальный инструмент, может, по сути, «очаровать» Гримм, сделав их покорными и повести туда, куда ему заблагорассудится. Ничто не указывает на то, что им можно отдавать приказы или инструкции, кроме как следовать за ним, но их агрессивные инстинкты подавляются на время звучания музыки и ещё на пятнадцать минут после этого».

«Секретное уведомление. Допуск 3-го уровня: генерал Сол запросил рядового. Назначение Лапписа в его охрану для проведения испытаний секретного оружия на Гримм. Способность рядового Лапписа умиротворить Гримм снизит риски для исследователей и финансовые последствия закупок Гримм».

Генерал Сол. Именно он руководил очернением Белого Клыка и который пытался доставить ему неприятности раньше. Работал ли он с Салем? Вероятно, нет, учитывая, что это было украденное досье, сделанное до того, как фавн стал предателем. Кроме того, испытания оружия на Гримм были гораздо более приемлемым предметом изучения, чем то, что происходило в Горе Гленн. Кроу было все равно, пока это происходило в Атласе и вдали от гражданских лиц.

Тем не менее, это была полезная информация, которая показала, как он завоевал расположение исследовательской лаборатории в Горе Гленн. Конечно, они ухватились за возможность приобрести то, что, по их мнению, были послушными Гримм. Лаппи, очевидно, сменил свое имя, чтобы не быть замеченным их системами, хотя на тот момент было возможно, что лаборатория добывала Гримм независимо от Атласа и вообще не сообщала о своих действиях наверх.

Вздохнув, Кроу разорвал оба листа и бросил их в стакан с водой. Он помешивал, пока бумага не начала разваливаться на части и не стала почти полностью размякшей, затем вылил остатки кашицы в раковину.

Решать вопрос с Белым Клыком будет непросто, пока Лаппи продолжит ошиваться поблизости, но пока он будет держать Рейвен при себе, ублюдок не сможет поймать её одну, когда он не смог бы вмешаться. Саммер и Рейвен в любом случае подвергались риску, как знакомые с ним, так что они могли бы с таким успехом находиться в пределах прямой видимости. Тайянг был в безопасности, потому что Проявление Рейвен предупредит её, если он окажется в опасности, даже если она ещё об этом не знала. С другой стороны, его команда была в безопасности, пока они продолжат оставаться в Биконе, где Озпин сможет присмотреть за ними.

«Интересно что будет потом? Вернется ли Алварьян к Салем, чтобы доложить о выполнении задания, или она останется здесь, чтобы попытаться разобраться со мной?»

Кроу предположил, что узнает об этом, как только Лаппи умрёт.

1) Грива

Вернуться к тексту

2) «flos, floris» («цветок» или «процветать»)

Вернуться к тексту

3) Афганский лазурит — редкий минерал сложного состава, обычно он содержится в щелочных изверженных и карбонатных породах.

Вернуться к тексту