Последняя Певерелл (джен)

Прошло две недели, прежде чем гоблины сообщили Жасмин, что нашли в хранилищах запрещённый артефакт и ей нужно заглянуть в свой кабинет. Железнокров особо подчеркнул: прийти необходимо сегодня.

Она решила зайти после того, как мальчики закончат приёмы у целителей душ. Обычно после них Фред и Джордж ложились вздремнуть: отдых им был очень нужен. Билл и Чарли тем временем занимались или читали. Сегодня с ними остались Юфимия и Монти, потому что Сириус официально увольнялся из Отдела авроров. Для их маленькой семьи день во всех отношениях был важным.

Войдя в кабинет, Жасмин заметила на столе небольшой мешочек. Сверху красовалась ярко-жёлтая лента, завязанная в небрежный кривой бант. Жасмин проверила мешочек несколькими диагностическими заклинаниями, чтобы убедиться, что на нём нет проклятий. Ничего не обнаружив, открыла его и расхохоталась. Гоблины оставили ей на столе подарок: дымящуюся кучку обломков уничтоженного крестража. Железнокров, один из её любимых гоблинов, приложил записку с благодарностью за то, что она добросовестно исполнила свой долг перед Гринготтсом и сообщила об этой мерзости.

У Железнокрова, оказывается, было чувство юмора.

Среди гоблинов такое встречалось редко.

Над её плечом парил Смерть. Его сила скользила по остаткам крестража, вытягивая обрывок души из пут чёрной магии.

— Тебе стоит завести побольше друзей среди гоблинов… — посоветовал Смерть, забрав осколок души Тома.

Жасмин не собиралась задерживаться. Мальчикам она всё ещё была нужна, но для нескольких проектов требовались записи, оставшиеся в кабинете. Она обвела взглядом груды книг и пергамента и вздохнула. Одному Мерлину известно, где теперь эти записи…

Пока она копалась в материалах по индонезийским защитным чарам, в дверь постучали. Жасмин щёлкнула пальцами; замок отперся, и дверь распахнулась. Руническое зрение подсказало, что пришёл Сириус.

Она поманила его рукой. Видимо, он только что закончил встречу. Он вошёл и подошёл к ней слева.

— Жасмин… — начал он, протягивая руку, чтобы коснуться её.

Но Жасмин выхватила палочку прежде, чем он успел приблизиться. Мощное безмолвное оглушающее заклинание швырнуло его в стену. В довершение всего сверху на него обрушился град книг. Жасмин присела рядом и достала нож. Лезвие замерло у самой яремной вены, не давая пошевелиться.

Привычным движением она вызвала Патронуса.

— Белла, в моём кабинете человек, выдающий себя за наследника рода Блэков.

Разбираться с угрозами роду полагалось Белле.

Пока оглушающее заклинание ещё действовало, Жасмин достала из ящика стола кандалы, которые гоблины выдали ей для нарушителей договоров.

Защёлкнув их на запястьях самозванца, она приподняла ему подбородок плоской стороной ножа.

— Ну и кто ты? Потому что ты точно не Сириус.

Несостоявшийся похититель беспомощно извивался на полу. Особые чары на кандалах блокировали магическое ядро пленника. Такими пользовались авроры, так что можно было не опасаться, что самозванец в ближайшее время сбежит. Жасмин закатала ему левый рукав. Пока на коже ничего не было, но скоро появится. Ей нужны были доказательства, что перед ней Пожиратель смерти. Метка всегда проступала одной из первых, стоило Оборотному зелью начать выдыхаться. Столь тёмная магия не терпела, когда её пытались скрыть.

Самозванец плюнул в неё, всё ещё нося лицо её мужа. Хоть бы зелье поскорее перестало действовать. Для одного утра зрелище и так было слишком неприятным. Жасмин обошла поддельного Сириуса и встала спиной к открытой двери, лишая самозванца последних шансов на побег. Упускать добычу она не привыкла.

— Ну и кто же у нас предатель, а? По моим сведениям, ты состоишь в Ордене… Как они отнесутся к твоему разоблачению?

Самозванец продолжал дёргать кандалы. Жасмин закатила глаза. Ещё немного побарахтавшись, он обмяк на полу.

— Что меня выдало? Я ведь сказал тебе всего одно слово.

Тембр его голоса слегка изменился. Похоже, действие зелья заканчивалось.

Спасибо Мерлину за некачественное Оборотное.

Жасмин усмехнулась. Ответ был слишком очевиден.

— Одного слова хватило, чтобы понять: ты не Сириус Блэк.

Самозванец зашипел. Жасмин прищурила здоровый глаз, вглядываясь в его руку.

Там, где, по её предположению, скрывалась Тёмная Метка, начал проступать большой участок воспалённой красной кожи. Метка возвращалась, и самозванец заметался, стеная от боли.

— Значит, ты всё-таки один из приспешников Тома. Он, должно быть, высокого мнения о твоих способностях, раз решил, что ты сумеешь меня схватить, — насмешливо заметила Жасмин.

Тёмные кудри Сириуса уже сменялись знакомыми тусклыми волосами мышиного оттенка.

Она дала этой крысе второй шанс, а он всё равно их всех предал.

Вероломный ублюдок.

Лицо самозванца пошло пузырями, постепенно обретая прежние черты.

— Когда всё закончится, наш Лорд сделает с тобой всё, что пожелает!

— Сделает? Да он даже схватить меня не может.

— Схватить? Кто сказал, что эта бесполезная пешка должна тебя схватить? — насмешливо спросил знакомый голос от двери.

Жасмин обернулась и увидела на пороге Марлин. Та держалась за дверную ручку. Зловещая ухмылка уродовала её лицо. Жасмин не помнила у неё такого выражения, хотя они враждовали уже много лет.

— Маккиннон? Ты вообще что здесь делаешь?

Она перешла на сторону Волдеморта? Жасмин не подозревала в ней второго предателя. Если Марлин предала Орден из-за того, что Сириус не хотел с ней встречаться, Жасмин за себя не отвечает.

Честно говоря, вторым предателем она считала Брайтбарка. С него вполне сталось бы продать Орден, лишь бы убили Жасмин и всех, кого он считал тёмными.

Глаза Марлин вспыхнули тёмно-красным. Пальцы с безупречным маникюром скользнули по знакомой цепочке у ключицы.

Медальон.

Марлин была одержима. Заговорила она почти чужим голосом:

— Я всего лишь пришёл тебя запереть. Не могу же я захватить Министерство, пока ты путаешься под ногами. Защита у тебя мощная, но и её можно обратить себе на пользу. Развлекайся в новой клетке.

Пока Том говорил устами Марлин, Жасмин бросилась к двери, но не успела.

Дверь захлопнулась, едва её пальцы коснулись ручки.

Холодный металл не поддавался. Как она ни пыталась повернуть проклятую ручку, та не двигалась с места. Жасмин обернулась к Питеру: он уже полностью превратился обратно. Тяжело дышал, стонал и шарил ладонями по лицу. Жасмин шагнула к нему, собираясь потребовать объяснений, но ответ нашёлся у него на щеке, вдоль челюсти.

На коже Питера были выжжены руны. Свежие ожоги ещё сочились и пузырились, но смысл надписей был ясен.

Рунами, напитанными кровью, Том заставил защитные чары Жасмин запереть её внутри вместо того, чтобы вышвырнуть незваных гостей. Почти так же много лет назад заблокировали зал Визенгамота.

Она посмотрела в сторону второго кабинета, но камин наверняка не работал: защитные чары не позволят.

Все обычные способы магического перемещения теперь бесполезны.

Жасмин запустила руку в волосы и глубоко вдохнула. Она разберётся. Выбраться стало сложнее, но это вполне возможно. Магия осталась при ней. Нужно связаться с Тео: пора сжечь остальные крестражи.

Главной проблемой была Марлин. Последний крестраж находился у неё.

Как давно Волдеморт ею управляет? Чтобы подчинить человека через крестраж до такой степени, требуется время.

Жасмин потянула за зачарованную серьгу, сделанную Тео, и почувствовала, как их соединила магия. Блейза, оставшегося по ту сторону океана, она не ощущала. Возможно, он просто не надел свои серьги.

— Том начал действовать. Уничтожь оставшиеся крестражи и позаботься о безопасности мальчиков.

Тео ответил не сразу.

— А ты чем займёшься, пока я буду всё это делать?

Он что, не верит, что она способна о себе позаботиться?

— Уничтожу последний. Том собирается захватить Министерство магии силой.

Казалось, даже отсюда было слышно, как Тео закатил глаза.

— А я-то думал, на этот раз он осторожнее.

На этот раз Том и впрямь действовал осторожнее, но теперь всё дошло до предела. Он лишился армии оборотней, его законопроекты не принимали, а род Малфоев привлекал к происходящему в Британии международное магическое сообщество. Не говоря уже о том, что половина семьи Уизли выжила.

— Ну, он думает, что запер меня в кабинете. Скорее всего, попытается убить ключевых политиков, чтобы Том Реддл мог вмешаться, каким-нибудь образом спасти положение и склонить общественное мнение на свою сторону.

В следующую секунду кабинет содрогнулся. Картины, не закреплённые магией, попадали со стен. На пол скатилось несколько свитков.

— Я уничтожу крестражи и проверю, что мальчики в безопасности, но потом приду сражаться. Тебе понадобится вся помощь, какую только удастся собрать.

Связь оборвалась.

Тео был прав. На миг она ощутила присутствие Смерти повсюду вокруг, а затем комнату сотряс новый толчок.

Жасмин не собиралась спускать Тому это с рук. Она наложила на Питера сильное усыпляющее заклинание. Жаль, что некогда его допросить. Скользкий предатель заслуживал, чтобы она разорвала его на части. Сейчас пригодится её анимагический облик. Зачем аппарация, если можно перенестись «вспышкой»? Руны этого не заблокируют. Жасмин предусмотрела такую возможность, когда создавала собственные защитные чары, на случай, если их когда-нибудь обратят против неё.

Самонадеянно со стороны Волдеморта было запирать её в кабинете, решив, что она об этом не подумала.

Жасмин закрыла глаза, глубоко вдохнула и почувствовала, как её охватил огонь.

Открыв глаза, она оказалась по другую сторону двери. Правда, теперь пол был куда ближе, чем мгновение назад. Ей редко удавалось побыть в анимагическом облике. Уж слишком он приметный. Узнай люди, в кого она умеет превращаться, разговоров стало бы ещё больше. Чёрт, даже Блэки наверняка ещё настойчивее подталкивали бы Сириуса жениться на ней, знай они правду.

Превращение в магическое существо было редкостью. Настолько, что о таких случаях почти никто не слышал. Госпожа Магия наделила Жасмин этой способностью, а прожитые жизни дали ей право на такой облик.

Жасмин Певерелл восстала из пепла девяти прежних жизней Гарриет Поттер.

Она расправила алые крылья, готовясь отправиться за Марлин. В клюве был зажат амулет для поиска крестражей. Он никогда не исчезал вместе с одеждой, но ведь сделали его Блейз и Тео. Братья экспериментировали с американской магией, и одному Мерлину известно, что они там намудрили. С рубиновых перьев сорвались искры, когда Жасмин издала тихую трель.

Амулет запульсировал, уловив оставшийся крестраж.

Пора на охоту.

В облике феникса Жасмин двигалась быстро и легко, даже когда внизу бушевал бой.

На Министерство явно напали. Взрывов и вспышек заклинаний было достаточно, чтобы в этом убедиться. Том затеял переворот, тут сомнений не оставалось. Правда, Жасмин не знала, хватит ли ему поддержки в правительстве, чтобы довести дело до конца. Кое-кому он заплатил, многих запугал, но род Блэков всё ещё был у власти, Дамблдор был жив, а сама Жасмин уж точно не собиралась перед ним склоняться.

Пролетая над сражающимися, она видела, как члены Ордена бьются с Пожирателями смерти. Наверняка где-то там были и её люди. Только бы все продержались, пока она уничтожит последний крестраж и, возможно, заодно спасёт Марлин.

Перемещаться «вспышкой» было почти так же легко, как дышать. Незаметным этот способ не назовёшь, но он доставит Жасмин куда нужно.

Она чувствовала крестраж у входа в самые глубинные помещения Отдела тайн. Сейчас доступ на нижние уровни имел только род Блэков. Лишь те, в ком текла их кровь, могли даже просто открыть двери, не вызвав срабатывания защиты.

Скорее всего, Марлин расставляла ловушки, готовясь к чему-то ещё более зловещему. То и дело сверху доносился грохот. Том что-то задумал, и Жасмин не позволит ему снова себя перехитрить. Она слишком многое потеряла, слишком далеко зашла, чтобы дать ему победить сейчас, когда покой наконец был так близок. И уж точно не позволит ему выиграть в обличье Марлин. Эта женщина годами отравляла ей жизнь, и, Мерлин её побери, теперь Жасмин ей не проиграет.

Она сосредоточилась на крестраже и рванулась к нему во вспышке пламени. Промчавшись сквозь несколько стен и на шестьдесят четыре этажа вниз, она приземлилась уже человеком. По подолу мантии ещё плясали язычки огня, амулет для поиска крестражей снова висел на шее. В правой руке был нож, в левой — палочка.

— Какого чёрта ты здесь забыл? — спросила Жасмин, стряхивая с мантии последние хлопья пепла.

Одержимая Марлин потеряла равновесие и шлёпнулась на задницу. Медальон выскользнул из-под мантии и повис у неё на груди. Она прищурила багровые глаза, глядя на Жасмин, преградившую вход в глубины Отдела тайн.

— Как ты выбралась из клетки? — прошипел Том её устами.

Девушка держала целую охапку грубо сработанных рунных камней. Одни вполне годились для взрывов, другие должны были оглушать и ошеломлять. Вместе они работали бы плохо.

Если это лучшее, на что способен Тёмный Лорд, в Хогвартсе пора менять программу по рунам.

Или могущественным волшебникам стоит заниматься тем, что у них получается, а не соваться во все области магии и всё портить.

Услышав вопрос и уловив в голосе Марлин едва заметный страх, Жасмин ухмыльнулась.

— Ты думал, я не сумею выбраться из-под собственных защитных чар? Я не обманываю себя: ошибиться может каждый. Только идиоты считают иначе. Но ты не ответил на мой вопрос. Что ты делаешь в глубинах Отдела тайн? Если хотя бы прикоснёшься к двери за моей спиной, можешь погибнуть. Даже если считаешь себя бессмертным.

— Я и есть бессмертный, глупая девчонка!

Том бросил рунные камни на пол и выхватил палочку Марлин. Похоже, упоминание о его бессмертии, которого он скоро лишится, задело за живое. Камни запрыгали и покатились по плитке. Больше ничего не произошло.

Вот что бывает, когда работаешь спустя рукава. Камни Жасмин хотя бы раскололись бы от удара. От половины комнаты уже ничего бы не осталось.

Стоявший рядом Смерть почти дрожал от возбуждения. Жасмин чувствовала, как плащ божества касается её плеча, пока поднимала нож.

Воткнуть в кого-нибудь клинок сейчас казалось прекрасной мыслью.

— Почему Марлин? Давно ты в неё вселился?

Том усмехнулся.

— Я то и дело беру над ней власть уже почти три года. Заметил её на выпускном. Она смотрела на тебя с такой ненавистью, что я просто не мог её упустить. Мисс Маккиннон оказалась не так хороша, как я надеялся, но сойдёт.

Три года он постепенно подчинял себе её жизнь? Джинни потеряла себя из-за дневника за считаные месяцы. Впрочем, дневник содержал половину души Тома, а медальон был его третьим крестражем. Скорее всего, через более поздние крестражи он уже не мог ни в кого вселиться.

— Ты решил завладеть ею, потому что она меня недолюбливала? Меня многие недолюбливают. Должно быть и что-то ещё.

Он фыркнул.

— Да, она была близка со многими светлыми родами. Именно эта милая дама сообщила мне, где находится семья Уизли. Я увидел тебя на том собрании, и этого хватило, чтобы я захотел уничтожить их дом вместе с семьёй. Надеюсь, твой маленький протеже знает: я выбрал их только потому, что ты была его учительницей. Ты убила его семью, Певерелл. Каково тебе это сознавать?

Жасмин стиснула зубы. Так вот почему на них напали ни с того ни с сего. Мелочный ублюдок. Она не станет нападать первой. Не доставит ему такого удовольствия.

— Ты ведь понимаешь, что сам приказал напасть и наслаждался убийством чистокровной семьи? А ещё ты незаконно захватил тело молодой женщины и заставляешь её совершать всевозможные преступления. Не вижу, в чём тут моя вина.

Он презрительно усмехнулся и намотал на палец прядь волос Марлин, дёрнув так сильно, что ей наверняка было больно.

— Столько страданий по твоей вине. Перейди ты на мою сторону, мы бы закончили эту бессмысленную войну. Вместе мы могли бы захватить Министерство и уничтожить Дамблдора, но ты вместо этого мешаешь нам обоим на каждом шагу. Значит, тебя надо наказать. И Смерть станет твоим учителем.

Жасмин едва удержалась от смеха. Смерть научил её куда большему, чем когда-либо смог бы Том Реддл.

— За эти годы Смерть преподал мне немало уроков. Но ты действительно думаешь, что перехитрил его своими крестражами?

На мгновение Том замолчал. Его взгляд скользнул к медальону и вернулся к Жасмин, державшей кинжал наготове.

При виде её оружия губы Марлин скривились в усмешке. Палочка по-прежнему была направлена на Жасмин. Та чувствовала, как в медальоне пульсирует сила крестража. Чёрная магия пропитывала само существо Марлин. Жасмин надеялась, что спасти её ещё не поздно.

— Я думаю, Смерть меня боится. Я создал безотказный способ жить вечно. Смерть не может забрать меня, если я никогда не умру по-настоящему. Тебе не уничтожить мой медальон простым кинжалом и палочкой. Ты не победишь меня, Певерелл. Я лорд Волдеморт.

Смерть зарычал у неё за плечом:

— Остальные сгорели. Уничтожь последнее вместилище души.

Жасмин чувствовала возмущение Смерти и то, как это бестелесное существо жаждало заполучить душу Тома. Она закатила глаза.

— Смерть никого не боится, Томас Реддл. Ты правда собираешься драться со мной в теле моей бывшей однокашницы?

Вместо ответа Том принялся швырять в неё заклинания. Жасмин ловко ныряла и уворачивалась от светящихся лучей. Все заклинания были тёмными, а некоторые и вовсе относились к чёрной магии. Летели всевозможные режущие и рассекающие проклятия, несколько раз мимо пронеслось Убивающее. Были и какие-то странные фиолетовые проклятия, от которых пол за её спиной плавился.

Правда, Тому стоило ещё поработать над заклинаниями и разнообразить свой запас. Но ведь она сражалась с крестражем, созданным им в гораздо более молодые годы. Наверное, большего ожидать не следовало.

Пора с этим покончить.