Повелитель Тайн (джен)

«Как так получилось… Даже если Сио и Форс нигде не задержались по дороге и шли достаточно быстро, до ближайшего собора Богини Вечной Ночи им всё равно понадобилось бы как минимум пятнадцать минут… Хорошо ещё, что я заранее проявила осторожность, попросила у мистера Шута ангельское благословение и действительно загипнотизировала Сио и Форс…» Мысли вихрем пронеслись в голове Одри, но она тут же насильно их подавила.

Сперва на её лице отразилось недоумение, а затем — внезапное озарение. Словно она только что очнулась от долгого сна и наконец вспомнила что-то, на что прежде не обращала внимания.

— Мистер Рамбис, почему вы здесь… — голос Одри прозвучал немного эфемерно, будто она всё ещё пребывала в полусонном оцепенении.

Пока она говорила, она, как Психиатр, воспользовалась контролем над своими эмоциями и допустила, чтобы в сознании мелькнула неизбежная тень тревоги — ровно настолько, чтобы это оставалось естественным и не превращалось в аномалию.

Этот неожиданный поворот застал её врасплох, и Одри уже не была уверена, как лучше поступить дальше.

Она прекрасно понимала: сначала ей нужно выдержать последующие расспросы Хвина Рамбиса так, чтобы полубог ничего не заподозрил. Но если всё действительно пойдёт по этому сценарию, через три-пять минут он уйдёт. А Сио и Форс к тому моменту точно не успеют попасть в ближайший собор Богини Вечной Ночи. Это сорвёт ключевой этап отвода подозрений, и если позже она всё же сожжёт перьевое украшение и вызовет Мистера Мира, то в общей картине останутся явные дыры. Проблему уже не удастся устранить полностью.

«Нет, лучше упустить этот шанс, чем действовать по плану, который ещё не подготовлен до конца… В мире мистики решают терпение, выдержка и осторожность… По крайней мере, Хвин Рамбис собирается использовать меня ещё долго и не станет вредить мне напрямую. Он хочет, чтобы я в итоге вышла замуж за какого-нибудь принца, а на это уйдёт не меньше полугода. Времени у меня ещё достаточно. Я могу дождаться второго, третьего, а то и четвёртого или пятого шанса… Единственная проблема — как предупредить Сио и Форс, чтобы они как можно скорее действительно спрятались…» Быстро приняв решение, Одри позволила своему взгляду вернуться к обычному состоянию, оставив в нём лишь тень настороженности и страха.

Понаблюдав за её реакцией и услышав вопрос, Хвин Рамбис мягко улыбнулся:

— Это ведь ваш первый настоящий гипноз другого человека. Я боялся, что что-то пойдёт не так, и потому специально пришёл подождать. Хе-хе, с вашим происхождением у вас ведь обычно и возможности для такого не бывает…

Голос его был мягким и заботливым, и из-за этого настороженность и страх в глазах Одри понемногу начали стихать.

Но в её внутреннем мире она вновь почувствовала, как сознание разделяется на части. Часть его поднималась высоко вверх и смотрела сверху вниз на «остров» и «море».

Это позволило ей ясно понять: доброе расположение и чувство безопасности, только что возникшие в ней, были совершенно искусственными.

Убедившись, что Одри «успокоилась», Хвин Рамбис кивнул и спросил:

— Что они только что ответили на ваши вопросы?

Одри честно ответила:

— Сио сказала, что расследование дела виконта Стратфорда и стремление докопаться до королевской тайны — исключительно её собственная воля. Она с большим подозрением относится к смерти своего отца. Её отец — прежний капитан королевской гвардии, граф Мейсон Дэр…

— Однако она упомянула, что её действия благословляет некое существо.

Пока она говорила, Одри едва не замолчала. Причина была в том, что её духовность, находившаяся высоко в небе, смотрела вниз на саму «себя», стоявшую на острове сознания посреди моря духовности. И там она увидела, как со дна моря начинает подниматься фигура. Под её ногами сами собой возникали ступени, и эта фигура, миновав слой подсознания, поднялась на остров Тела Сердца и Разума.

Фигура была в чёрном костюме-тройке, с копной серебряных волос. Это был ещё один Хвин Рамбис.

На его лице не было ни тени улыбки. От него веяло крайней злобой, а часть кожи уже покрывали серовато-белые чешуйки. Его глаза сменили бледно-голубой цвет на золотой, а зрачки стали вертикальными, совсем как у некоего зверя.

Если бы Одри не переживала чего-то подобного раньше, одного лишь нынешнего ужаса хватило бы, чтобы не дать ей продолжать вести себя так, будто она ничего не заметила, и при этом не запнуться и не замолчать.

В реальном мире Хвин Рамбис с улыбкой смотрел на её красивое лицо и продолжил расспросы:

— Благословение какого именно существа?

Одри слегка покачала головой, пока остров её сознания продолжал меняться.

— Когда разговор зашёл об этом, Сио и Форс начали яростно сопротивляться. У них появились признаки того, что они вот-вот вырвутся из гипноза, так что я не рискнула спрашивать дальше.

«Разумеется, „благословение некоего существа“ можно было истолковать и как внимание мистера Шута, и как благословение самой Богини…» Ясная Одри беззвучно пробормотала это про себя под духовным небом.

Хвин Рамбис продолжал ходить вокруг да около, задавая всё новые вопросы и уточняя подробности гипноза.

Через две-три минуты он удовлетворённо кивнул:

— Неплохо. У вас и правда есть дар к гипнозу. Когда все эти недавние события улягутся, я дам вам зелье Сноходца и лично проведу для вас ритуал.

— И ещё: не отвергайте любовь и брак слишком уж сильно. Вам ещё нет и двадцати, а это как раз лучший возраст, чтобы стремиться к подобным вещам. Вашего очарования достаточно, чтобы завоёвывать сердца и наслаждаться вниманием…

С помощью косвенных намёков и мягкого наведения Хвин Рамбис вновь понижал внутреннее сопротивление Одри любви и браку.

«Какой же он мерзкий…» Под духовным небом Одри надула щёки и раздражённо пробормотала про себя. А затем взяла себя в руки и позволила на своём лице появиться лёгкой застенчивости и томлению.

Хвин Рамбис и не рассчитывал, что одной лишь логикой сможет добиться большого успеха. Увидев такую реакцию, он отозвал вторгшееся сознание и позволил себе покинуть остров.

Развернувшись, он сказал:

— Забудьте то, что я только что говорил. Это были всего лишь спонтанные мысли, исходящие из глубины вашего сердца.

— После того как я покину это место и исчезну из вашего поля зрения, вы забудете, что я вообще здесь был.

Услышав это, Одри под духовным небом не смогла сдержать вздох облегчения. Это означало, что Хвин Рамбис собирается уйти.

Хотя с момента его появления прошло всего пять минут, чего было явно недостаточно, чтобы Сио и Форс успели войти в ближайший собор Богини Вечной Ночи, Одри всё равно хотела только одного — чтобы он ушёл как можно скорее. Выдерживать противостояние с полубогом Пути Зрителя было невообразимо тяжело.

«Шанс ещё будет. Пока я способна удерживать сознание, шанс ещё есть. Одри, не падай духом, не спеши…» Беззвучно успокаивая саму себя, она смотрела, как Хвин Рамбис поворачивается и идёт в сторону холла.

Она не расслабилась, не осмелилась даже как следует вздохнуть и изо всех сил старалась сохранять абсолютно естественное состояние.

И вдруг Хвин Рамбис остановился, обернулся, сузил свои бледно-голубые глаза и посмотрел на Одри.

— Почему вы так испугались, когда впервые меня увидели?

«Я-я тогда слишком удивилась и не успела как следует скрыть часть своих эмоций?» Под длинными светлыми волосами у Одри мгновенно онемела кожа головы, а мысли понеслись с безумной скоростью. Изобразив недоумение, она сказала:

— Разве?

— Разве это не естественно? Когда человек внезапно возникает рядом, короткий испуг неизбежен.

Хвин Рамбис кивнул, словно признавая разумность такого объяснения. Окинув Одри взглядом, он вдруг спросил:

— Вы ведь обычно носили при себе как украшение мистический предмет, который умеет менять внешность. Почему сегодня его нет?

Для Зрителя такая деталь сама по себе уже была ненормальностью.

«Плохо… Я ведь почти всё время прятала „Ложь“ под одеждой. Как он заметил, что сегодня её нет… Он тайком прочёл какие-то мои воспоминания — те, которые я не стала специально защищать, чтобы выглядеть естественно…» Столкнувшись с этим вопросом Хвина Рамбиса, Одри почувствовала, как её мысли на мгновение застыли.

Причина, по которой сегодня на ней не было Лжи, была очень проста: она боялась, что этот аксессуар усилит её эмоции и не позволит до конца скрыть истинные мысли при встрече с полубогом Пути Зрителя.

А это означало, что она заранее предвидела сегодняшнюю встречу с Хвином Рамбисом. При нормальных обстоятельствах такого быть не должно!

В следующее мгновение Одри ухватилась за спасительную мысль и слегка растерянно улыбнулась:

— Он усиливает мои эмоции и может снизить вероятность успешного гипноза. Я сняла его заранее, чтобы избежать неожиданностей.

Хвин Рамбис кивнул:

— Вот, значит, в чём причина…

Едва Одри успела хоть немного расслабиться, как этот полубог Пути Зрителя внезапно прищурился.

— Если бы дело было только в этом, подозревать было бы нечего. Но тот страх, что чуть-чуть вышёл за пределы обычного, когда вы впервые меня увидели, как будто указывает на нечто большее…

Говоря это, Хвин Рамбис сузил глаза; его зрачки вытянулись вертикально, а бледно-голубая радужка быстро окрасилась золотом. В двух золотых вертикальных зрачках ясно отразился образ Одри в костюме для верховой езды.

С жужжащим звоном в голове мысли Одри стали невероятно спутанными. Лишь та её часть, что находилась под духовным небом, сохранила остатки ясности.

Поверхность духовного моря, окружавшего остров, вздыбилась и хлынула на него, накрывая всё вокруг.

В то же самое время в её внутренний мир вернулся ещё более зловещий Хвин Рамбис. Он остановился под самой поверхностью моря, и серовато-белые драконьи чешуйки одна за другой начали проникать в основание острова, где таилась основная часть человеческого подсознания.

Одри внезапно ощутила, как её мысли начинают искривляться, подталкивая её сказать всё, признаться во всех секретах.

Опираясь на ясность той части себя, что находилась под духовным небом, она едва сумела удержать себя от раскрытия чего бы то ни было. В то же время Одри понимала, что так долго продолжаться не может, и потому быстро отвела часть мыслей в сторону и, при помощи ангельского благословения и расщеплённого сознания, не дала Хвину Рамбису этого заметить.

Часть этих мыслей была направлена на то, чтобы протянуть левую руку к левому карману.

Именно в этот момент Хвин Рамбис, вторгшийся в её внутренний мир, сделался ещё более зловещим и холодно фыркнул:

— Значит, проблема и правда есть!

Если бы её не было, Одри уже начала бы с самого важного и одно за другим выдавала бы все свои тайны и личные дела, а не молчала бы так упорно!

К тому же всё происходило слишком быстро. У Одри попросту не было времени заранее перебрать все свои секреты и спрятать нужные. Даже если бы она попыталась что-то скрыть, ясная часть её сознания обнаружилась бы в тот самый миг, как только она заговорила.

Получив подтверждение своим подозрениям, Хвин Рамбис больше не колебался. Его взгляд стал ледяным, а серовато-белые чешуйки начали стремительно расползаться по коже.

Шторм в духовном море вокруг острова тут же усилился, и Одри под духовным небом пошатнулась.

Последняя линия обороны её сознания быстро слабела под бесконечными ударами и уже была на грани полного крушения.

— Хмф! — Хвин Рамбис вновь усилил шторм разума, с удовлетворением чувствуя, как содрогается весь остров Одри.

Это означало, что он вот-вот полностью подчинит её себе!

И в этот миг он услышал одно древнее слово:

— Судьба!

В реальном мире Хвин Рамбис удивлённо поднял голову. Перед ним он увидел лишь то, как зелёные глаза Одри вспыхнули ярчайшим, ослепительным золотом.