Повелитель Тайн (джен)

Бум!

С неба обрушились молнии, превращая всю область, освещённую огромной багровой луной, в серебряный «лес».

Сверкали молнии, разливалась разрушительная аура, не оставляя нетронутым ни одного клочка пространства.

Гигантский серо-белый дракон с по-прежнему человеческой головой снова проявился. По покрывавшей его чешуе метались тонкие электрические разряды. На ней виднелось и несколько заметных трещин.

Психологическая невидимость Хвина Рамбиса не могла сохраняться под такой всеохватной бомбардировкой. В конце концов, избежать взаимодействия с окружающей средой было невозможно. Всё, что он умел, — стирать собственное присутствие и прятаться в слепом пятне чужого внимания. Но стоило уровню взаимодействия превысить определённую грань, и скрыть своё местоположение он уже не мог.

Едва показавшись, он заметил, что Шторм Молний заметно ослаб. Тело Германа Спэрроу на крыше тут же расплылось и возникло по диагонали внизу, прямо под неполным драконом.

Следом на левой перчатке безумного приключенца выступили тонкие чёрные частицы — мрачные и бездонно тёмные.

Затем он открыл рот и произнёс слово Голоса Скверны, пропитанное злобой и порчей:

— Медленно!

Хвин Рамбис знал, что его противник использует Ползучий Глад, и понимал истинный уровень этого предмета. Он даже счёл Германа Спэрроу несколько смешным и уже собирался поднять левую когтистую лапу, сжимавшую ледяно-голубой металлический цилиндр, чтобы обрушить её на врага под собой.

Это был Запечатанный Артефакт неизвестного происхождения, носивший имя Гниющий Метеор. Хвин Рамбис получил его от некоего особого существа и знал лишь, что часть его пришла из космоса.

Этот ледяно-голубой металлический цилиндр мог выпускать особые тёмно-зелёные пули. Стоило им попасть в цель, как та мгновенно подвергалась отравлению и начинала гнить — и гниение не щадило даже Духовное Тело. Это действовало и на полубогов.

Негативный эффект заключался в том, что владелец с определённой вероятностью привлёкал к себе внимание космоса и, сам того не замечая, подвергался порче. Если бы не печать, наложенная на этот предмет благодаря некоему особому существованию, Хвин Рамбис ни за что не решился бы носить его при себе. Но даже так он старался пользоваться им как можно реже, иначе мог умереть странной смертью или столкнуться с непостижимой аномалией. Именно так закончилась жизнь многих прежних владельцев Гниющего Метеора.

Сейчас Хвин Рамбис не верил, что Голос Скверны, сила которого в лучшем случае дотягивала до Последовательности 5, способен повлиять на него в неполной форме Мифического Существа. Он собирался покончить с опасным врагом, вооружённым Запечатанным Артефактом, именно с помощью Гниющего Метеора.

Однако в этот миг его движения и впрямь резко замедлились, а всё тело будто налилось свинцовой скованностью.

На чёрной крыше под гигантской багровой луной в какой-то момент появился ещё один Герман Спэрроу — в чёрном тренче и шёлковом цилиндре. В правой руке он держал шестиствольный револьвер, а левую вытянул в сторону Германа Спэрроу, стоявшего ниже, затем сжал пальцы в кулак и повернул кисть.

Граф падших — Усиление!

Это была другая марионетка Клейна, полубог Пути Адвоката, Конас Килгор!

С помощью его Усиления Ползучий Глад мог многократно поднять эффект Потусторонних способностей, полученных от «выпаса» душ, почти доведя их до уровня Последовательности 4, то есть до уровня полубога!

Разумеется, Усиление нельзя было применять подряд в быстрой последовательности. Каждый раз оно срабатывало только один раз.

Из-за нынешней формы Мифического Существа Хвина Рамбиса, как бы ни было усилено Замедление, удержать его надолго оно не могло. Поэтому Герман Спэрроу, которым на самом деле был Энуни, должен был воспользоваться этим коротким окном, чтобы захватить Нити Духовного Тела Хвина Рамбиса.

Обычно для получения первоначального контроля ему потребовалось бы три секунды. Но противник уже раскрыл мощную форму Мифического Существа, и это определённо увеличивало время. Вероятно, понадобилось бы около семи секунд, а то и больше десяти. К тому времени Хвин Рамбис уже давно вырвался бы из-под воздействия Замедления, вернул себе нормальное состояние и предпринял ответные меры.

В этот критический момент Конас Килгор снова вытянул левую руку в сторону Победителя Энуни и сжал пальцы.

Ещё одно Усиление!

Контроль над Нитями Духовного Тела был усилен!

В одно мгновение Энуни стало гораздо легче управлять Нитями Духовного Тела Хвина Рамбиса, словно форма Мифического Существа вообще не была раскрыта.

Иными словами, теперь он мог захватить начальный контроль за три секунды.

Это уже было очень грозно, но проблема состояла в том, что драконизированный Хвин Рамбис не продержался бы под действием Замедления и секунды.

Нет, он уже вырвался!

В этот самый миг раздался выстрел. Пуля, лишённая блеска, — глубокая, тяжёлая, но не тёмная — с множеством странных узоров стремительно вылетела и ударила Хвина Рамбиса, едва успевшего стряхнуть с себя Замедление.

В другом углу сада в какой-то момент появился ещё один Герман Спэрроу — в чёрном тренче и шёлковом цилиндре.

Драконье тело Хвина Рамбиса снова застыло. Не только мысли остановились — даже крылья на его спине окаменели, и он полностью утратил контроль над собой. Весь дракон рухнул на землю.

Пуля Контроля Духа!

Клейн использовал Червей Духа как материал-оболочку для пуль Контроля Духа, изготовленных с помощью силы таинственного пространства над Серым Туманом. Такая пуля могла заморозить даже святого Последовательности 3 на одну-две секунды!

В этот момент Хвин Рамбис, обладавший неполной формой Мифического Существа, был ненамного сильнее святого Последовательности 3. Когда ранее пуля Контроля Духа попала в аватар Амона, тот тоже замер более чем на секунду.

Кроме того, Клейн мог бы заставить Конаса Килгора ещё и усилить силу этой пули. Просто, чтобы не упустить возможность, он не успел сделать это вовремя.

Серия их командных приёмов уже заставила Клейна по-настоящему прочувствовать, насколько страшно иметь поддержку полубога Пути Адвоката. Это было чрезвычайно, чрезвычайно эффективно. Разумеется, в обычных обстоятельствах Усиление Графа падших могло воздействовать лишь на эффекты и влияния, которые усиливали собственное тело или действия пользователя, и не помогало другим. Но проблема состояла в том, что марионетки, внутри которых находились Черви Духа, по сути ничем не отличались от самого Клейна. Он усиливал не других, а самого себя!

Пользуясь тем, что Хвин Рамбис впал в состояние паралича, Победитель Энуни захватил первоначальный контроль над Нитями Духовного Тела.

Едва неполный дракон вышёл из оцепенения, как его мысли уже сделались вялыми, а движения начали запаздывать.

Надо признать: когда Эксцентричный колдун получает в распоряжение по-настоящему мощную марионетку, их взаимодействие позволяет высвободить ужасающую силу. У Клейна вдобавок имелся почти читерский приём в виде пуль Контроля Духа. Создать нечто подобное мог только он, потому что только он один был способен приводить в движение силу таинственного пространства над Серым Туманом. Разумеется, у Амона и других могучих существ были схожие амулеты и пули — просто с иными эффектами.

Увидев, что Хвин Рамбис уже частично оказался под контролем, Клейн приготовился рушить любую его попытку сопротивления, не давая вырваться из нынешнего состояния, пока тот окончательно не станет марионеткой. Но в этот самый момент голову пронзила боль, потому что в его сердце вскипело невыносимое безумие.

А затем на него навалилась такая тоска, будто он больше не способен ощутить радость. Он возненавидел себя и захотел просто отказаться от жизни, лишь бы не быть для других обузой.

В следующую секунду его захлестнуло возбуждение. Глаза словно налились кровью и наполнились ненавистью ко всему сущему; ему захотелось уничтожить всё, что он видит.

«Плохо…» Прежде чем его психическое состояние окончательно сорвалось в пропасть, Клейн понял: в какой-то момент Хвин Рамбис всё-таки успел на него повлиять. С его Телом Сердца и Разума происходило что-то неладное.

Он поспешно попытался войти в состояние Когитации, чтобы противостоять аномальному состоянию сознания. Но в голове одна за другой вспыхивали мысли, которые будто вообще ему не принадлежали:

«Пора уже всё закончить…»

«Чёрт, придумай способ спасти себя!»

«Что вообще происходит? Кажется, у меня серьёзное психическое расстройство…»

«Психиатрическая болезнь, которая ещё и заразна? Та самая особая психическая болезнь, о которой говорила мисс Справедливость? И вправду способность высокой Последовательности Пути Зрителя!»

«И чего ты так много болтаешь? Перед тобой полубог-Психиатр. Преврати его в марионетку — и проблема решится сама собой.»

Заметив, что Герман Спэрроу не выстрелил второй пулей, Хвин Рамбис, чьё лицо было покрыто серо-белой чешуёй, слабо улыбнулся.

Хотя он и не ожидал, что Герман Спэрроу и две его марионетки будут действовать так слаженно, в результате чего он почти сразу оказался на краю гибели, это вовсе не значило, что сам он ничего не сделал заранее.

Ещё перед тем, как покинуть море коллективного подсознания, он тайно посеял Заразное Безумие в одной из марионеток!

В конце концов, марионетка — это всё-таки мертвец. Хотя ею и нельзя управлять никакими методами, кроме Нитей Духовного Тела, это вовсе не означает, что у неё нет острова сознания. Просто там лежала мёртвая неподвижная масса — и именно в ней Хвин Рамбис похоронил «семя» по имени безумие.

Это семя не могло воздействовать на марионетку напрямую, но исподтишка заражало окружающее море коллективного подсознания, так что тот, кто непрерывно переключался между телами, сам того не замечая, оказывался в среде, пропитанной заразной психической болезнью. Более того, это безумие можно было передавать и по Нитям Духовного Тела.

К тому же заражение шло изнутри, от самого «я». Ангельское благословение не могло полностью отсечь его. В лучшем случае — только ослабить и немного приглушить эффект.

Это была способность высокой Последовательности Пути Зрителя — Ментальная Чума Манипулятора!

В древности время от времени появлялись люди, которых долго держали в подавленном состоянии, а потом у них одновременно случались аномальные вспышки. Их ненормальность влияла на всех вокруг, вызывая явление, известное как «массовая истерия». В одной старинной народной песне об этом пелось так:

«Семь юных леди странно пляшут посреди улицы;

Девять мужчин рядом с ними катаются по земле от хохота;

В карете, что едет мимо, знать хлещёт себя по лицам;

Уличные дети с остекленевшими глазами плачут у домов;

Люди ранят друг друга. Весь город обезумел».

Если вдуматься, от этого по телу невольно пробегал холодок. Но Хвин Рамбис знал, что описанная в легенде картина была правдой. Это был эксперимент полубога Пути Зрителя.

Чрезвычайно заразная Ментальная Чума!

К тому времени, когда настоящее тело Германа Спэрроу окончательно сойдёт с ума, он, вне всяких сомнений, утратит контроль над марионетками. Тогда Хвин Рамбис сумеет вырваться из своего затруднительного положения.

И ждать этого оставалось недолго — всего несколько секунд!

В этот момент такой Манипулятор, как Хвин Рамбис, совсем не боялся, что у Германа Спэрроу мог остаться тот самый амулет, который использовала Одри, — тот, что на короткое время позволяет обменять судьбы двух людей. Причина была в том, что подобный обмен немедленно вверг бы Германа Спэрроу в состояние, близкое к превращению в марионетку: мысли стали бы вялыми, а тело одеревенело бы. А вот для Хвина Рамбиса заразиться Ментальной Чумой было сравнительно простой проблемой.

И вот в этот самый момент Хвин Рамбис увидел, как Герман Спэрроу на крыше направил левую руку на Германа Спэрроу, державшего железно-чёрный длинноствольный револьвер, сжал пальцы и медленно повернул кисть.

Искажение!

Клейн воспользовался Потусторонней способностью Конаса Килгора, чтобы исказить уровень собственной психической болезни, ослабить её и замедлить ухудшение состояния!

Воспользовавшись этим коротким промежутком ясности, он снова поднял Похоронный Звон и нажал на спуск.

Бах!

Ещё одна пуля Контроля Духа вылетела и угодила в неподвижного, массивного неполного дракона.

Одновременно Конас Килгор вновь применил Усиление!

Даже получив удар, Хвин Рамбис не смог вырваться из-под контроля Энуни, потому что оказался на «долгий» промежуток времени скован онемением и неподвижностью.

Клейн молча отсчитывал время и, прежде чем Хвин Рамбис по-настоящему оправился, выпустил третью пулю Контроля Духа.

И как раз перед тем, как закончился усиленный эффект третьей пули Контроля Духа, серо-белый неполный дракон вздрогнул и вернулся к «нормальному» состоянию, больше не выглядя вялым.