Повелитель Тайн (джен)

Клейн посмотрел на Леонарда и улыбнулся:

— Цели — не полубоги. До сегодняшнего дня они лишь «дожили» благодаря особому влиянию. Это и есть та тайна, которую я хочу выяснить через сны.

Он нарочно выделил слово «дожили».

Не дожидаясь ответа Леонарда, Клейн продолжил:

— Дворянин Четвёртой Эпохи — член семьи Зороаст. Возможно, через его сон тебе удастся узнать больше о Паллезе Зороасте.

«Потомок старика…» Сердце Леонарда шевельнулось, и предложение Клейна сразу вызвало у него интерес.

Хотя за время общения с Паллезом Зороастом он уже неплохо с ним ладил и понемногу начал доверять этому ангелу, самый базовый уровень настороженности всё равно сохранялся. В конце концов, Тот был посторонним существом, живущим внутри его тела.

В этот момент Клейн добавил:

— Пока не упоминай об этом Паллезу Зороасту.

«Ты что, считаешь меня настолько ненадёжным?» — мысленно проворчал Леонард и вслух ответил:

— Незачем мне об этом напоминать.

Увидев, что Леонард согласился, Клейн улыбнулся и сказал:

— Когда вернёшься, дай мне несколько капель своей крови. Это необходимо для исследования снов.

Он даже не стал специально объяснять, как именно передать кровь. Леонард и так знал по крайней мере два способа. Во-первых, он мог принести её в жертву мистеру Шуту и попросить, чтобы Тот передал её Миру. Во-вторых, можно было призвать таинственного посланника, положить кровь в бутылочку и отправить с письмом.

— Кровь… — бессознательно повторил Леонард.

В мистицизме кровь человека была крайне важной вещью. Лучше не отдавать её другим — иначе можно умереть, так и не поняв причины. И порой смерть была далеко не самым страшным исходом.

После короткого колебания Леонард кивнул.

— Когда начнём исследование?

Клейн давно подготовился к этому вопросу и сразу ответил:

— Поздно вечером в воскресенье, ближе к полуночи.

Он хотел дать мисс Справедливость время собрать духовность и привыкнуть к новым способностям.

— Хорошо, — больше ничего не стал спрашивать Леонард.

После этого Клейн совершенно серьёзно объяснил дорогому поэту несколько приёмов софистики — чтобы тот, вернувшись, сумел успокоить своего старика.

Когда Леонард возвратился в реальный мир и как раз обдумывал, с каких слов начать, в его ушах раздался слегка старческий голос Паллеза Зороаста:

— Зачем тебя искал твой бывший коллега? Неужели это нельзя было объяснить в письме?

Леонард поправил посадку на стуле и усмехнулся:

— Он боится, что письмо перехватят. В конце концов, дело может касаться того человека.

Едва закончив фразу, он мысленно добавил: «Конечно, важнее всего остерегаться именно тебя. Что вижу я — то увидишь и ты…»

— Того человека… — Паллез Зороаст, казалось, понял, о ком идёт речь.

— Да, — Леонард поднял со стола кружку и сделал глоток солодового пива. — Он нашёл аскета из Третьей Эпохи и надеется через его сон узнать историю той эпохи.

То, что сказал Леонард, было правдой, но лишь частью правды. Именно этому Клейн специально его и обучал.

— Аскета из Третьей Эпохи? Он всё ещё жив? — удивлённо спросил Паллез Зороаст.

Разумеется, удивление его не было слишком сильным. На своём уровне Тот, даже если не владел сотней способов, позволяющих человеку дожить с Третьей Эпохи до наших дней, то как минимум знал пять или шесть. Самым простым было украсть чужое время или жизненную силу и влить их в цель.

— Скорее всего, жив, но находится в очень особом состоянии, — объяснил Леонард то, что знал.

Паллез Зороаст помолчал две секунды, а затем с усмешкой произнёс:

— Вот как? Тогда могу лишь пожелать тебе удачи и надеяться, что во сне ты не увидишь того, чего видеть не следует. Впрочем, твой бывший коллега защищён существованием из сферы Сокрытия, так что, должно быть, он готов.

Леонард не стал отвечать на эту тему и внезапно воскликнул:

— Старик, тебе правда совсем не любопытно? Неужели ты не хочешь узнать, какими были истинные божества в Третью Эпоху? Или какова была причина Катаклизма?

Это был второй приём софистики, которому его научил Клейн. Лучше не ждать, пока тебя начнут расспрашивать, а первым перейти в наступление.

— Я и так примерно догадываюсь, что там было, — с чувством ответил Паллез Зороаст. А потом фыркнул: — Сегодня ты слишком уж старательно пытаешься вести разговор сам. Это совсем не похоже на тебя прежнего. Значит, у тебя в душе спрятана какая-то тайна. Неплохо. По крайней мере, это уже гораздо лучше, чем раньше. Не настолько прозрачно, чтобы тебя можно было прочитать с первого взгляда.

— …

Лицо Леонарда застыло.

Паллез сразу же усмехнулся:

— Видишь? Я всего лишь попробовал, а ты тут же себя выдал. Тебе ещё учиться и учиться.

— Твой бывший коллега и правда… Ц-ц…

Леонарду оставалось лишь сухо усмехнуться. Он поставил кружку, наклонился вперёд, взял серебряный ритуальный кинжал и сделал надрез, позволив нескольким каплям крови упасть вниз.

Тем временем в резиденции графа Холла Одри тоже держала в руке инкрустированный самоцветами кинжал. Она собиралась выполнить своё обещание и помочь бесплатно. Кончик кинжала медленно приблизился к тыльной стороне ладони.

— Боль совсем слабая…

— Боль совсем слабая… — загипнотизировав себя, повторила она и, приложив силу, рассекла кожу.

Сейчас даже без Чешуи Дракона порвать её кожу без усилия было уже невозможно.

* * *

В воскресенье вечером, вернувшись с бала, Клейн приехал на Бёклунд-стрит, 160. Он сослался на усталость и сказал, что хочет лечь пораньше.

Глубокой ночью он выбрался из постели, устроил ритуал и призвал самого себя.

После некоторых приготовлений он сел на место Мира Германа Спэрроу и удостоверился, что, когда призыв закончится, при помощи уровня и статуса пространства над Серым Туманом сможет силой вытащить себя из Путешествий Грозелля.

Перед ним лежали три металлические бутылочки и серебряная маска.

В металлических бутылочках были его кровь, кровь Леонарда и кровь Одри, а серебряную маску мисс Справедливость заранее принесла в жертву. Поскольку она знала, что в исследовании снов на этот раз будет участвовать мистер Звезда, то собиралась всё время носить Ложь, скрывая лицо и не позволяя раскрыть свою личность.

Осмотрев всё это, Клейн мысленно заставил Путешествия Грозелля в твёрдой тёмно-коричневой обложке вылететь из груды хлама и опуститься на длинный бронзовый стол. Одновременно с этим он поместил Незатенённое Распятие в своё тело.

Затем он притянул Справедливость Одри и Звезду Леонарда в пространство над Серым Туманом.

Два тёмно-красных луча одновременно взметнулись вверх, образовав довольно размытые фигуры.

Одри и Леонард опустили взгляд к нижнему краю длинного пёстрого стола, рассматривая предметы перед мистером Миром.

Затем их внимание привлекла древняя книга.

Одри перевела взгляд с одного предмета на другой и с любопытством спросила:

— Наше сегодняшнее исследование связано с этой книгой?

— Да, наши цели находятся внутри неё, — с улыбкой ответил Клейн.

— Внутри книги? — удивился Леонард.

Хотя он и был Красной Перчаткой и читал огромное количество сверхъестественных дел, он никогда не слышал о том, чтобы можно было общаться с персонажами книги.

Клейн слегка кивнул:

— Да. Это волшебная книга. Внутри неё есть мир, который был «воображён». Всё происходящее в этом мире становится содержанием книги.

— Воображён? — Одри сразу же уловила ключевое слово и связала его с близкими по смыслу понятиями.

Всего несколько дней назад мистер Мир рассказал ей, что Последовательность 0 Пути Зрителя называется Мечтателем, а ещё она прекрасно помнила, что древний бог, Король Драконов Анкевельт, был Драконом Воображения.

После коротких раздумий Клейн сказал:

— Возможно, моё описание не совсем точное. Это может быть и «воображённый» мир, и настоящий сон. Единственное, в чём я уверен, — он создан древним богом Второй Эпохи, Драконом Воображения Анкевельтом. Я получил эту книгу от вице-адмирала Айсберг.

«Реликвия древнего бога… Неудивительно, что она позволила великану и эльфу из Второй Эпохи, аскету из Третьей, человеческому дворянину из Четвёртой Эпохи и лоэнскому солдату из Пятой Эпохи дожить до сегодняшнего дня…» Леонард кое-что понял и не удержался, чтобы не взглянуть на Мира Германа Спэрроу. Он уже не мог представить, через что прошёл Клейн с тех пор как покинул Тинген.

В этот момент Клейн огляделся и подтолкнул маску Ложь к мисс Справедливость:

— Идём.

— Хорошо. — Одри надела серебряную маску.

Леонард посмотрел вокруг и кивнул:

— Ладно.

Клейн тут же взял три металлические бутылочки, вылил немного крови из каждой и размазал её по обложке Путешествий Грозелля.

«Так вот зачем нужна была кровь…» едва эта мысль мелькнула у Одри, как перед её глазами вдруг взвился снежный ураган.

Среди снежинок, лёгких, как пух, и пронизывающего ледяного ветра неподалёку возвышался город, чьи стены были выше пятнадцати метров. Солдат в кожаных доспехах, стоявший на страже у ворот, жался к месту, где ветер был слабее. Пока не появлялся торговый обоз, он даже не выходил останавливать обычных прохожих.

— Это… Это и правда мир, полностью «воображённый»… И он кажется настоящим, — Леонард огляделся, раскрыл ладонь и поймал несколько снежинок. Он почувствовал холод их прикосновения, а затем они быстро растаяли, превратившись в воду.

Подтвердив окружающую обстановку, Леонард вдруг кое-что осознал. Клейн по-прежнему поддерживал образ холодного и утончённого Германа Спэрроу. Мисс Справедливость носила серебряную маску, из-под которой были видны лишь нижняя часть лица, зелёные глаза и светлые волосы, так что представить её настоящую внешность было невозможно.

А вот сам он нисколько себя не маскировал…

Это была привычка официальных Потусторонних: выполнять задания открыто, без всяких переодеваний.

«Мистер Звезда и правда очень непринуждён, даже волосы причёсаны совсем небрежно. А жаль. С его внешностью он вполне мог бы красоваться на обложках журналов…» Как благородная дама, повидавшая слишком много красивых мужчин, Одри вежливо скользнула по нему взглядом и тут же отвела его, не позволяя себе лишних наблюдений.

Клейн внутренне усмехнулся и указал на город в снежной буре:

— Наша первая цель — аскет Третьей Эпохи, мистер Сноумэн.

Именно он, по мнению Клейна, с наибольшей вероятностью мог быть связан с Амоном и «Его» братом!

Согласно его плану, после Сноумэна они перейдут к дворянину Четвёртой Эпохи Мобету. Всё потому, что Великан Грозелль и эльфийка Сиатас затрагивали тайны куда более высокого уровня, и там с большой вероятностью мог произойти несчастный случай. Потому было безопаснее оставить их напоследок.

А уже после исследования подсознания этих четверых через их сны они попробуют войти в море коллективного подсознания и поискать там возможные секреты.