Последняя Певерелл (джен)

Жасмин держала палочку наготове и пристально смотрела на Тома, не обращая внимания на Альбуса. Директор мог сколько угодно её раздражать, но сейчас он не был её врагом. Ладони липли от пота, крови и грязи. Жасмин шагнула вперёд, заслонив Дамблдора.

Пока она отвлечёт Тома на себя. Альбус уже далеко не молод и, насколько Жасмин понимала, сражался довольно долго.

Если понадобится, она всё ещё могла воспользоваться магией Смерти. Но Жасмин надеялась, что до этого не дойдёт, ведь потом она свалится без сил. Смертное тело не способно долго выдерживать первородную магию, даже если его избрала сама госпожа Магия.

Впрочем, некоторое преимущество у Жасмин всё же было. Смерть собирал души погибших вокруг неё и задерживался возле умирающих, ожидая их последнего вздоха. Она повсюду ощущала его присутствие.

К тому же Смерть едва сдерживал ликование: ещё немного, и он вырвет последний обрывок души из всё ещё живого тела Тома. Божество так долго ждало этого мгновения, и наконец Жасмин исполнит его волю.

Нынешний Тёмный Лорд шёл ей навстречу. На нём была превосходная дуэльная мантия из драконьей кожи. Жасмин не могла определить породу дракона, но качество кожи не вызывало сомнений. Верхняя мантия немного обгорела в схватке с Альбусом, однако сам Том, похоже, не пострадал. Следов проклятий на нём не было, хотя, судя по световому представлению, противники в основном пользовались трансфигурацией и чарами.

Позёры.

Столько магии впустую. Впрочем, трансфигурация всегда была сильной стороной Альбуса, а противостоять ей лучше всего помогали чары. В защите от Тёмных искусств Дамблдор разбирался неплохо, но предпочитал другие виды магии. Правда, то, что для Альбуса Дамблдора было «неплохо», обычному волшебнику показалось бы недостижимым мастерством.

Том всегда умел приспосабливаться, но Альбус всё равно превосходил его как дуэлянт. Сказывались лишние десятилетия опыта. У Жасмин хотя бы оставались знания и навыки из девяти прежних жизней. Опыта у неё было далеко не столько, сколько у двух мужчин перед ней, зато он наверняка был самым разнообразным. Да и сражалась Жасмин совсем не по правилам обычной дуэли. Здесь это пригодится.

— Давненько мы с тобой не сходились в магическом поединке, Том. Почти четыре с половиной года, — заметила она, держа палочку и нож наготове.

За их спинами големы ставили великанов на колени, сотрясая само основание здания.

Том покосился на падавших соратников, но помогать не стал.

— Толковых помощников днём с огнём не сыщешь. Впрочем, ты немало постаралась, чтобы помешать мне собрать нужных людей. Почти можно подумать, что ты каким-то необъяснимым образом узнаёшь, кто поможет мне захватить магический мир.

— Будь я такой всемогущей, тебя бы остановили много лет назад, — фыркнула Жасмин, не ослабляя защиту разума.

Ещё не хватало, чтобы Том снова попытался в неё вселиться. Второй раз переживать такое ей совсем не хотелось.

Пока Жасмин удерживала внимание Тома, руническое зрение позволяло ей следить за Сириусом. Он пробирался к директору, чтобы проверить, не ранен ли тот. Возможно, одолеть Тома удастся только втроём. Нужно, чтобы все трое могли сражаться.

— И всё же твои попытки расстроить мои планы впечатляют. Но, увы, ты угодила в мою ловушку. Здесь будет твоя могила, Жасмин Певерелл. Сегодня здесь и ты, и большинство членов Визенгамота. Когда вы умрёте, править Британией будет некому, кроме меня и горстки моих вернейших подданных. Мы возродим этот мир из пепла и создадим магическую утопию для чистокровных.

Вот и безумие, стоявшее за его расчётом. Ничто не выдавало его лицемерия сильнее, чем одержимость чистотой крови.

Жасмин фыркнула.

— Забавно слышать такое от полукровки. Зачем кричать о чистоте крови, если в твоём отце не было ни капли магии?

Том зарычал, но не напал. Сириус выиграл ещё немного времени, чтобы помочь Альбусу занять более удобную позицию.

— Не смей упоминать моего отца. Ты ребёнок. Неужели ты думаешь, что можешь меня победить? Я лорд Волдеморт!

За спиной у Жасмин под торжествующие крики рухнул ещё один великан. Пожиратели смерти отступали, но Тома это нисколько не смущало. Наверняка он приберёг ещё какую-то уловку.

Когда пал последний великан, Тёмный Лорд ухмыльнулся и щёлкнул пальцами. Жасмин увидела, как вокруг его ног вспыхнули руны. Древнегреческие круги призыва и трансмутации вытягивали кровь из великанов. Одного взгляда хватило, чтобы понять: они призовут порождения тьмы.

Сириус мгновенно оказался рядом с ней и направил палочку на Тома.

Через несколько секунд воздух начал стремительно остывать.

— Дементоры! — прошипел Сириус.

Над ними появлялись целые полчища существ в капюшонах. Чудовища держались в пределах круга призыва и пока не пересекали его границ. Жасмин предположила, что, когда их соберётся достаточно, круг распадётся и выпустит их в атриум. Впрочем, и внутри круга лежало немало людей без сознания, из которых можно было высосать душу.

Проклятые предатели. Она предупреждала их, чтобы они не смели предавать её и Смерть. Похоже, они не послушались.

Зря. Жасмин больше не была ребёнком.

Сила дементоров, несущая отчаяние, касалась её разума, но не могла причинить вреда. Теперь, когда Жасмин стала Повелительницей Смерти, они больше на неё не действовали.

— Так вот твой козырь? Дементоры? — недоверчиво спросила она, приподняв бровь.

Дамблдор встал рядом с ней, кажется, впервые за всю эту жизнь. Видимо, дементоры были тем злом, против которого готовы объединиться все.

Когда твари спустились чуть ниже, директора пробрала лёгкая дрожь. Но он продолжал стоять, гордо выпрямившись перед клубящейся над ними тьмой. Рука Сириуса слегка тряслась. Он до сих пор до ужаса боялся дементоров, едва вынося даже упоминание о них. Жасмин надеялась, что он не потеряет самообладания. Дементоры чувствовали страх.

Они им питались.

А она чувствовала их голод. Это были единственные существа, которых создал Смерть, прежде чем госпожа Магия запретила ему когда-либо делать это снова.

Внизу их ждало столько душ, которыми можно поживиться. На мгновение Жасмин ощутила прикосновение Смерти и поняла, что он благословляет её изгнать этих тварей.

— О нет, всё гораздо хуже. Эти существа заберут ваши души, оставив пустые оболочки, которые я заставлю выполнять свои приказы. Как думаешь, зачем я вынудил вас так долго сражаться? Патронус требует сил, а их у вас почти не осталось. Управлять Визенгамотом станет куда проще, когда в креслах будут сидеть настоящие марионетки. Не говоря уже о том, насколько легче будет заключать браки между родами, если лишить людей свободы воли. Эти существа совершенны.

Он снова щёлкнул пальцами, поднял палочку и выпустил дементоров. На людей хлынула масса рваных мантий и гниющей плоти. Двое потянулись к Жасмин, и она пригнулась, а затем перекатилась в сторону. Оглушающее заклинание Тома пролетело в считаных миллиметрах от неё.

Том безумно хохотал. По залу разносились отчаянные крики:

— Экспекто Патронум!

— Сириус! Альбус! Отвлеките Тёмного Лорда. С дементорами я справлюсь! — крикнула Жасмин.

Вокруг вопили те, кто ещё держался на ногах. Дементоры прорывались сквозь слабых Патронусов измотанных членов Ордена. Пожирателям смерти приходилось не легче. Некоторые уже падали. Большинство даже не умело вызывать Патронуса. Разбираться с последствиями будет кошмарно. Когда всё закончится, останется немало людей без души.

Големы Блейза размахивали руками, пытаясь сбить тварей в капюшонах. Но даже если бы им удалось разнести дементоров в клочья, те просто восстановились бы, питаясь смертью и страданиями вокруг.

Жасмин пригнулась и шагнула в сторону, пропуская над собой ещё одно проклятие Тома, прежде чем Сириус с Альбусом отвлекли его на себя. Проходя мимо, муж быстро сжал её ладонь. Холод усиливался, и лицо Сириуса вокруг рта слегка позеленело. Альбус создал что-то вроде огненного дракона, а Сириус принялся взрывать пол вокруг Тома.

Будем надеяться, на несколько минут ему хватит забот.

Дамблдор и Сириус обменивались ударами с Томом в стороне от неё и не давали ему приблизиться. За это Жасмин была им благодарна. Мимо Тома просвистело ярко-фиолетовое заклинание: к поединку присоединилась Кассиопея. Похоже, близнецы Кэрроу либо лежали в глубоком обмороке, либо были окончательно мертвы. Жасмин не знала, какой вариант ей нравится больше.

Возможно, впервые со времён Грин-де-Вальда Альбус и Кассиопея сражались на одной стороне против общего врага.

Враг моего врага и всё такое, подумала Жасмин.

Холод усиливался, дементоры брали верх, но Жасмин не собиралась уступать. Маленьким ублюдкам пора было усвоить один важный урок. Смерть не позволял тем, кто предал его дело, оставаться в этом мире. Жасмин закрыла глаза и потянулась к источнику силы, который он ей даровал. Перед её мысленным взором Смерть ухмылялся и протягивал косу, которой у него якобы не было.

Ответив такой же ухмылкой, она взялась за косу и открыла глаза. Оба сияли ярким серым светом. Сила Смерти текла сквозь неё. Такого прилива могущества она не испытывала уже почти четыре жизни.

На мгновение все дементоры замерли. Сражавшиеся с ними ведьмы и волшебники перестали кричать. Воздух похолодел ещё сильнее, и все повернулись к Жасмин. Она чувствовала в руках призрачную косу чистого серого цвета. А затем дементоры, как один, ринулись к ней.

Теперь в ней было столько магии Смерти, что к ней потянулся бы любой дементор в радиусе пятисот километров.

И они летели.

Слетались, словно мотыльки на огонь.

Гниющие тела кружили вокруг неё. Стонами и воплями они бросали вызов Жасмин и её силе.

За её плечами было девять жизней, полных страданий и смерти. От предвкушения такого пира у любого дементора могла закружиться голова. Но она не собиралась подпускать их к своей душе.

Когда они попытались насытиться, Жасмин подняла руку.

Справа от неё Сириус и Дамблдор развеивали каких-то взрывающихся канареек и проклятие зыбучих песков. Кассиопея безумно хохотала, превращая пол под Томом в лужу кислоты. Может, самой могущественной ведьмой в мире она и не была, зато наверняка входила в число самых страшных и опасных.

Дементоры бросились на Жасмин, стараясь схватить её и прижать к земле. Несколько тварей пытались прорваться в её разум. Они хотели, чтобы она дрогнула. Том рассчитывал, что это её сломит.

— В бездну вас всех! — крикнула она.

В раскрытой ладони возник шар света. Твари завизжали и забились, когда свет начал охватывать их и сжигать изнутри. В этом и была прелесть Смерти, единственного божества, которое сопровождает людей всю жизнь, от начала до конца. Смерть приходит за всеми. Даже за проклятыми.

Дементоры ничего не могли ему противопоставить. Один за другим они исчезали навсегда.

Пепел и клочья погибших дементоров покрыли Жасмин с головы до ног. Когда магия Смерти начала отступать, она пошатнулась.

Пол под ногами содрогнулся. Жасмин едва не упала лицом вниз. За спиной, где ещё шёл бой, раздался крик боли.

Магия Смерти всё ещё гудела под кожей. Жасмин пока могла сражаться, но через несколько минут сила начнёт угасать, и тогда им всем придётся несладко. Сейчас нельзя терять сознание. Только не посреди такого боя.

Жасмин обернулась на крик и увидела Дамблдора, который держался за обильно кровоточащую руку. Сквозь разорванную мантию виднелись мышцы и кость. Сириус прикрывал его, но Том был старше Сириуса и опытнее в таких поединках, поэтому начал теснить противника. Кассиопея защищала обоих. Она тяжело дышала: в её возрасте так сражаться уже слишком трудно.

Том ухмыльнулся и двинулся на всех троих.

Жасмин прищурилась. Ну уж нет. Пока она дышит, этого не будет.

Она бросилась к сражающимся, уворачиваясь от опасных проклятий и огибая обломки, наполовину изменённые трансфигурацией. Почти бесшумно подбежав, Жасмин выставила щит как раз вовремя, чтобы рассекающее заклятие не попало в Сириуса.

— Не смей метать свои мерзкие проклятия в моего мужа, Реддл.

Касси усмехнулась и встала перед Альбусом, давая Сириусу немного времени собраться. Подняв руку с палочкой, он зашипел от боли. Запястье распухало, кожа потемнела. Палочку он не выпустил, но, возможно, кость была сломана.

Том прищурился и замедлил шаг.

— Значит, вы всё-таки тайно поженились. Ходили слухи, что ни один из вас не принимает предложений об ухаживаниях. Впрочем, мне всё равно. До конца дня Блэк будет мёртв, а ты, дорогая, станешь послушной марионеткой в моих руках.

Жасмин подняла палочку и заслонила собой Альбуса с Сириусом.

— Твой крестраж говорил почти то же самое, — беззаботно ответила она.

Том прищурился и крепче стиснул палочку.

Если до сих пор его что-то отвлекало, то теперь всё внимание принадлежало ей.

— Что ты знаешь о крестражах, Певерелл?

Она ухмыльнулась и вытащила кинжал.

— Ну, я знаю, что, разрывая свою душу на части, ты оскорбляешь и госпожу Магию, и Смерть. Немало божеств требует твоей головы.

Том презрительно фыркнул, целясь палочкой прямо в неё.

— Великих магических божеств не существует. Это всего лишь древние суеверия, за которые цепляются ничтожества.

Как же он ошибался. Для человека, который называл себя защитником чистокровных, он до обидного мало знал об их долге перед магией. Жасмин не знала, кто его так плохо подготовил. Возможно, виновата была лишь его собственная гордыня. Вполне могло быть.

— Зато я точно знаю, что нашла диадему, кольцо, чашу, дневник и медальон с частицами твоей души. И уничтожила их все. Медальон успел многого добиться сам, но со мной ему было не справиться.

Пока она перечисляла крестражи, Том бледнел всё сильнее. Жасмин сомневалась, что Альбус вообще уже знал об их существовании. Наверняка Том берёг эту тайну пуще всех остальных. А она всё уничтожила, и он даже не заметил.

— Ничего ты не уничтожила. Я бы почувствовал! — прошипел он.

Его голубые глаза налились зловещим красным светом.

— Ты пять раз разрывал свою душу надвое. В тебе едва осталось что-то человеческое. Как ты мог заметить потерю того, что сам давным-давно от себя оторвал? — ответила она. — А ты знаешь, что твои крестражи умоляли меня их не убивать?

— ЛЖЁШЬ! — взревел он и обрушил на неё град проклятий.

Жасмин легко уклонялась от заклинаний. Том был сильным волшебником и превосходно владел приёмами обычной дуэли, но она была ловкой. И надеялась, что готова с ним справиться.

Смерть был рядом, когда Жасмин бросилась к Тому. Кассиопея прикрывала её своими проклятиями и заклятиями, пока Сириус уводил Альбуса в более безопасное место. Нужно лишь, чтобы Том хоть ненадолго пустился в разглагольствования. Тогда она вонзит в него кинжал и покончит с этим.

Ну конечно. В кои-то веки ей нужно, чтобы он повёл себя как напыщенный Тёмный Лорд, а ему подавай только смертельный поединок.

— СДОХНИ! — заорал он, посылая в неё Убивающее проклятие.

На краткий миг он замер, и Жасмин воспользовалась этим. Потратив часть последних сил, дарованных Смертью, она перенеслась к нему «вспышкой». Заклинание пролетело мимо и врезалось в колонну. Жасмин возникла перед Томом и вонзила кинжал ему в живот.

Глаза Тома распахнулись. Яд стремительно расходился по венам, и он рухнул на пол.

— Ты не можешь убить меня… Я… лорд…

Договорить он не успел. Пришёл Смерть. Дождавшись этого мгновения, он погрузил руку в грудь Тома, где ещё билось сердце, и вырвал душу из тела. Изуродованный чёрный сгусток корчился, пытаясь выскользнуть из его пальцев. Напрасно. Все остальные обрывки искромсанной души уже были у Смерти, и отпускать их он не собирался.

Смерть улыбнулся Жасмин и исчез. Она опустилась на четвереньки, обессиленная и почти обезумевшая от счастья. Пожиратели смерти один за другим падали вслед за погибшим господином. Тёмные Метки будут жечь и навсегда заклеймят их как предателей. Это не убьёт их, зато весь мир узнает, что они натворили.

Через несколько мгновений раздались радостные крики. Сириус сжал Жасмин в объятиях так крепко, что едва не хрустнули кости. Оба были грязные, взмокшие, но живые. Она чувствовала, как мантия липнет к его спине. Над глазом у него виднелся небольшой порез. Чуть отстранившись, Сириус стёр с него кровь.

— Мы справились! Мерлин побери, мы справились!

Он нежно провёл большим пальцем по её щеке. Палец оказался мокрым. Должно быть, слёзы оставили на грязном лице целые дорожки. Она даже не заметила, что плакала. Жасмин всхлипнула, засмеялась и снова взглянула на мёртвого Тома.

— Он наконец умер. Надо будет…

Кассиопея подожгла тело, как всегда опередив Жасмин. От огня и яда василиска оно обратилось в пепел. Взмахом руки Жасмин развеяла прах. От тела Тома не осталось ничего, чем его последователи могли бы воспользоваться для воскрешения.

Кстати о телах: нужно решить, что делать с телом Марлин. Бедная девушка погибла. Жасмин совсем не хотелось об этом рассказывать. Лили и Алиса будут убиты горем: они так и не заметили, что в их подругу вселился чужой дух. Впрочем, кто станет ждать от жизни такого?

Альбус откашлялся. Он берёг раненую руку, но кровотечение, похоже, остановил.

— Леди Певерелл, спасибо вам. Знаю, у нас есть разногласия, но спасибо за то, что вы сделали сегодня. Какое бы зло ни творил Том, я не уверен, что смог бы его убить.

Ну да, просто послал бы «избранного» убить его вместо себя.

Альбус протянул ей руку.

Со вздохом Жасмин поднялась на дрожащие ноги и пожала его старческую ладонь.

— Кто-то должен был расправиться с Томом Реддлом. Я просто рада, что наш мир наконец начнёт оправляться.

Директор кивнул. Голубые глаза искрились. Как же она ненавидела этот блеск.

— Знаете, я собираюсь оставить свой пост в Визенгамоте. Слишком уж я старею…

Сейчас у неё не хватило бы терпения на политическую болтовню. Наверняка уже поступали сообщения о разрушениях, а список жертв обещал быть длинным.

— Нет! — завопил кто-то, огибая поверженного голема.

Брайтбарк? Чего ему понадобилось?

— Тьма не восторжествует! Если Альбус не расправится с тобой, это сделаю я!

Ну почему он пережил последнюю битву? Жасмин предпочла бы, чтобы на его месте выжил почти кто угодно другой.

Брайтбарк стоял у подножия лестницы, подняв палочку. Альбус бросился вперёд. Что Брайтбарк творит? Альбус ведь прямо здесь! Без дальнейших предупреждений Брайтбарк наложил безмолвное проклятие. Сириус схватил Жасмин, и в то же мгновение Кассиопея прыгнула вперёд, заслонив их обоих.

Мир вокруг взорвался, и всё погрузилось во тьму.