




| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Последние дни августа прошли для Гаррета непривычно быстро. Ещё недавно ему казалось, что до отъезда в Хогвартс остаётся целая вечность, но теперь в углу спальни стоял собранный сундук, а на крышке лежала аккуратно сложенная школьная мантия. Уэнсдей уже успела заметить, что в чёрном он хотя бы не будет слишком выделяться среди остальных учеников. Гаррет счёл это сомнительным утешением.
Чем ближе было первое сентября, тем чаще он ловил себя на том, что прислушивается к привычным звукам дома. К тяжёлым шагам Ларча, к доносившемуся из соседней комнаты смеху Пагсли, к щелчкам Вещи по карточному столу. По вечерам Гомес неизменно приглашал его пофехтовать, Бабуля требовала закончить очередной опыт, а дедушка Эмброуз ворчал, что британцы наверняка ничему полезному мальчика не научат. Даже оранжерея Мортиши, где приходилось с осторожностью обходить голодные лианы, теперь казалась Гаррету особенно уютной.
Всё это предстояло оставить на несколько месяцев.
Он вовсе не боялся Хогвартса. Воспитанный в семье, где страхом охотно наслаждались, Гаррет скорее с любопытством ожидал, чем его сумеет удивить старинный замок. Но прежде ему не приходилось надолго расставаться с родными, и это обстоятельство беспокоило куда сильнее, чем незнакомые преподаватели и ученики. В поместье всегда находился кто-нибудь, с кем можно было разделить удачную шутку, обсудить необычный яд или устроить небольшую катастрофу. В школе ему впервые придётся обходиться без этой привычной поддержки.
Утром первого сентября Гаррет ещё раз проверил содержимое сундука, убедился, что Мрак не забрался внутрь, и спустился к ожидавшей его семье.
На Кингс-Кросс они прибыли задолго до отправления поезда. Под высокими сводами вокзала гремели объявления, скрипели колёса багажных тележек, торопливые пассажиры лавировали между чемоданами и дорожными сумками. Где-то плакал ребёнок, спорили носильщики, а возле газетного киоска пожилой мужчина тщетно пытался сложить огромную карту Лондона. В утреннем свете, пробивавшемся сквозь стеклянную крышу, над платформами висела лёгкая дымка.
Семейство Аддамсов, разумеется, не осталось незамеченным. Мортиша в длинном чёрном платье шла под руку с Гомесом; рядом держался Гаррет, а чуть позади следовали Уэнсдей, Пагсли и дядя Фестер. Замыкал шествие Ларч, одной рукой нёсший тяжёлый школьный сундук, а другой — корзину, из которой время от времени раздавалось недовольное мяуканье Мрака. Бабуля и дедушка Эмброуз предпочли попрощаться с внуком дома. Первый сентябрьский день они намеревались провести в лаборатории, где, по словам Бабули, намечалось весьма перспективное отравление.
— Теперь я понимаю, почему тётушка Беверли так любит Англию, — задумчиво заметила Мортиша, оглядывая огромный вокзал. — Здесь удивительно приятный полумрак. Даже среди бела дня.
— О, cara mia! — Гомес немедленно повернулся к ней. — Скажи только слово, и я куплю для тебя весь этот вокзал! Представь, как чудесно будет устраивать здесь наши семейные праздники. Поезда, пар, грохот колёс…
Он перехватил руку супруги и припал к её пальцам с таким жаром, что проходившая мимо женщина едва не уронила чемодан.
— Боюсь, дорогой, пассажиры будут против, — мягко возразила Мортиша. — Не все способны по достоинству оценить подобный подарок.
— Какая прискорбная ограниченность воображения!
— Впрочем, — добавила она, едва заметно улыбнувшись, — если однажды вокзал закроют, мы непременно вернёмся к этому разговору.
Гомес просиял.
— Ты даришь мне надежду, моя любовь!
Позади раздалось довольное хихиканье Фестера. Он толкнул Пагсли локтем и заговорщически подмигнул:
— Смотри и учись, племянник. Вот как нужно ухаживать за женщинами.
— Фу! — поморщился тот. — Зачем вообще за ними ухаживать? Девчонки противные, как Уэнсдей.
— Чтобы потом было кому тебя оплакивать, — невозмутимо отозвалась Уэнсдей.
Фестер одобрительно расхохотался.
— Вот это я понимаю! А в твоём возрасте, Пагсли, я тоже не видел никакого смысла в романтике. Пока не встретил близняшек Амор!
— Флору и Фауну? — вспомнил Гомес, не выпускавший руки Мортиши. — Ах, брат, какое было время!
— Они обе пытались меня отравить, — с нежностью произнёс Фестер. — И обе оказались страшно разочарованы, когда у них ничего не получилось.
Пагсли заинтересовался:
— А потом?
— Потом я понял, что настоящая любовь не терпит поспешности. Особенно если один из влюблённых уже лежит в могиле.
— Дядя Фестер, — заметила Уэнсдей, — думаю, Пагсли пока рано слышать про девушек. Он у нас у нас умственно отсталый.
— Совсем, как Фестер! — подтвердил Гомес.
— Поторопимся, — вмешался Гаррет. — Иначе мы опоздаем на поезд.
Он произнёс это как можно спокойнее, хотя на самом деле был рад появившемуся поводу прервать разговор. До отправления оставалось не так много времени, а ему хотелось успеть без спешки попрощаться с родными.
Гомес с сожалением отпустил руку супруги, но тут же обнял её за талию.
— Конечно, мой мальчик! Вперёд, к новым приключениям!
Августин заранее объяснил им, как попасть на платформу девять и три четверти. Впрочем, в указании пройти сквозь кирпичную перегородку не было ничего такого, что могло бы удивить Аддамсов. Уэнсдей первой приблизилась к барьеру, оценивающе взглянула на стену и решительно шагнула вперёд. Пагсли последовал за ней, явно разочарованный тем, что кирпичи не причинили сестре ни малейшего вреда.
Когда через перегородку прошёл Ларч с сундуком Гаррета, стоявший неподалёку служащий вокзала замер с поднятым свистком. Он долго смотрел на пустое место, затем перевёл взгляд на свою фляжку и поспешно спрятал её в карман.
За барьером их встретил густой пар, резкий запах угля и шум нескольких сотен голосов. Вдоль платформы стоял длинный алый поезд, над которым возвышалась чёрная труба локомотива. Родители торопились погрузить багаж, дети высовывались из окон вагонов и перекрикивались друг с другом, совы недовольно ухали в клетках. Где-то в толпе отчаянно искали пропавшую жабу.
Гаррет остановился на мгновение, разглядывая «Хогвартс-экспресс». Настоящий поезд оказался куда внушительнее игрушечных составов, которыми так любил управлять отец. Массивные колёса, тяжёлые сцепки, струи пара, вырывавшиеся из-под корпуса, — всё это, несомненно, привело бы Гомеса в восторг.
И действительно, тот уже смотрел на локомотив с выражением, которое Гаррет слишком хорошо знал.
— Великолепно! — выдохнул Гомес. — Брат, ты только взгляни на него!
Фестер вытянул шею.
— Мощная машина. Интересно, насколько громко она взорвётся?
— О, Фестер, зачем сразу взрывать? — с укоризной произнёс Гомес. — Сначала следует устроить настоящее столкновение!
Гаррет прикрыл глаза. Кажется, он угадал, чем будет занят отец в ближайшие несколько дней.
Однако прежде, чем Гомес успел приступить к обсуждению подходящего второго локомотива, внимание Гаррета привлекли негромкие голоса за спиной.
— Аддамсы… Это ведь они устроили тот самый приём?
— Говорят, у них в доме покойники сами подают к столу…
— А их дворецкий? Ты видел, какой он огромный?
Оказалось, рассказов о званом вечере на Гриммо, тринадцать, оказалось достаточно, чтобы их семейство сделалось предметом оживлённых пересудов. Слухи, похоже, становились всё живописнее по мере удаления от дома. Гаррет даже услышал, будто Мортиша выращивает в саду растение, способное проглотить целого дракона, а Гомес однажды победил в поединке саму Смерть.
Последнее показалось ему особенно любопытным. Нужно будет спросить у отца, не происходило ли в его жизни чего-нибудь подобного.
Но внимание незнакомцев всё равно раздражало. Гаррет привык, что на Аддамсов смотрят с любопытством или опаской, однако прежде рядом всегда были родные, а теперь ему предстояло самому отвечать на возможные вопросы. Он невольно поправил воротник мантии.
Мортиша заметила это движение. Она подошла ближе, осторожно расправила складку ткани у его плеча и, понизив голос, произнесла:
— Ma lune, тебе не обязательно нравиться каждому, кто на тебя смотрит. Пусть думают что угодно. Наше семейство от этого только выигрывает.
Гаррет невольно улыбнулся.
— Я знаю, maman. Просто надеялся, что в школе меня будут обсуждать хотя бы после первого дня.
— О, дорогой, — с нежностью ответила Мортиша, — в таком случае тебе придётся очень постараться их разочаровать.
Он уже собирался возразить, когда рядом послышался знакомый голос:
— Гомес! Мортиша! Как приятно вновь вас видеть!
К ним подошли Люциус и Нарцисса Малфои. Оба выглядели безупречно: ни единой складки на дорогих мантиях, ни малейшего признака той суеты, что царила вокруг. Нарцисса поприветствовала Мортишу лёгким наклоном головы, а Люциус пожал руку Гомесу и посмотрел на возвышавшийся за его спиной локомотив.
— Надеюсь, вы уже оценили наш «Хогвартс-экспресс»?
— Ещё как! — обрадовался Гомес. — Я как раз говорил Фестеру, что непременно должен заполучить такую машину. В идеале вместе со вторым составом. Ты только представь, Люциус, какое великолепное столкновение можно устроить!
Люциус замер, не сразу найдясь с ответом.
— Полагаю, вы шутите.
— Нисколько! Хотя, конечно, сначала придётся договориться о покупке. Должен же у школьников остаться транспорт до тех пор, пока я не построю им новый.
Гаррет заметил, как Нарцисса чуть крепче сжала ручку своей сумочки. Выражение её лица при этом почти не изменилось.
— Боюсь, этот поезд не продаётся, мистер Аддамс, — осторожно заметила она. — Он уже много лет служит школе.
— Значит, ему тем более пора на заслуженный отдых! — горячо возразил Гомес. — Впрочем, я могу заказать точную копию. Не так ли, cara mia?
— Разумеется, дорогой, — согласилась Мортиша. — Только прошу, не устраивай катастрофу до нашего возвращения в Америку. Я бы не хотела пропустить столь восхитительное зрелище.
Люциус несколько секунд переводил взгляд с одного супруга на другого, после чего благоразумно решил сменить тему.
— К слову, мистер Аддамс, вы, должно быть, с нетерпением ждёте начала учебного года?
Вопрос предназначался Гаррету. Тот вежливо выпрямился.
— С любопытством, сэр. Я никогда прежде не учился в подобной школе.
— Хогвартс сумеет вас удивить, — заверил Люциус. — Особенно если вы окажетесь в достойной компании. Драко, думаю, будет рад продолжить знакомство.
— Буду рад его увидеть, — ответил Гаррет и, помедлив, добавил: — Надеюсь, он расскажет мне, чего стоит ожидать от распределения.
Люциус одобрительно кивнул. Гаррету показалось, что Малфой счёл его слова обещанием выбрать нужный факультет, но поправлять взрослого он не стал. Насколько он понял из разговоров, решение всё равно принималось каким-то необычным способом, а потому обещания сейчас были бы бессмысленны.
Нарцисса тем временем обратилась к Мортише:
— Пожалуй, нам пора разыскать Драко. Он ещё утром уверял, что совершенно не нуждается в наших напутствиях.
— Как трогательно, — отозвалась Мортиша. — Дети так стремятся к самостоятельности. Особенно пока не обнаружат, что в мире существуют люди, которые могут им отказать.
Нарцисса не удержалась от улыбки. Попрощавшись, Малфои удалились в сторону дальних вагонов, оставив Аддамсов у поезда.
Гомес проводил их взглядом, а затем развернулся к сыну.
— Ну что, мой мальчик, пора!
В его голосе звучало привычное воодушевление, но Гаррет заметил, как отец на мгновение задержал на нём взгляд. Гомес, который обычно с готовностью превращал любое семейное событие в торжество, теперь словно не спешил расставаться с сыном.
— Помни, — заговорил он, положив обе руки Гаррету на плечи, — если тебе бросят вызов, никогда не отказывайся от достойного поединка. И всегда следи за оружием противника. Лучше всего — за обоими его концами, если это шпага.
— Папа, в школе вряд ли разрешают поединки на шпагах.
— Какая жестокость! — искренне огорчился Гомес, но тут же оживился. — Тогда придётся довольствоваться волшебной палочкой. Впрочем, главное не оружие, а честь того, кто его держит.
Гаррет кивнул. Эту часть отцовских наставлений он слышал ещё с тех пор, как впервые научился правильно держать клинок.
— А если кто-нибудь будет слишком настойчиво навязывать тебе свою компанию, — вмешалась Уэнсдей, — выясни, чего он боится. Обычно это помогает.
— Или подари ему что-нибудь взрывоопасное! — предложил Пагсли.
— И не забывай писать, — добавил Фестер. — Особенно если у вас там случится что-нибудь интересное. Пожары, взрывы, неудачные эксперименты… Можно даже прислать образцы.
— Я постараюсь, дядя Фестер, — серьёзно пообещал Гаррет.
Пагсли подошёл ближе, явно собираясь толкнуть брата в плечо, как делал всегда. Однако в последний момент передумал и крепко обнял его.
— Без тебя будет скучно, — пробормотал он куда тише обычного. — Уэнсдей одна не даёт мне ничего взрывать.
— Потому что ты выбираешь совершенно неподходящие места, — заметила сестра. — Например, мою спальню.
— Всего один раз!
— Дважды.
Гаррет рассмеялся и обнял Пагсли в ответ. Уэнсдей дождалась, пока они отстранятся друг от друга, и сама шагнула к младшему брату. Её объятие было коротким, но крепким.
— Не позволяй им сделать из тебя обыкновенного человека, — сказала она ему на ухо.
— Не позволю.
Ларч, всё это время молча стоявший рядом, издал протяжное, печальное «м-м-м». Гаррет поднял голову и улыбнулся дворецкому.
— Я тоже буду по тебе скучать, Ларч.
Огромная ладонь осторожно легла ему на плечо. Затем Ларч подхватил сундук и понёс его к ближайшему вагону, где уже толпились ученики с багажом.
Последней к Гаррету подошла Мортиша. Она поправила ему воротник, хотя тот и без того был в порядке, и задержала ладони на его плечах. Гомес встал рядом, обняв супругу одной рукой.
— Ma lune, — тихо произнесла она, — ты едешь в Хогвартс не для того, чтобы стать похожим на остальных. Учись тому, что покажется тебе полезным, заводи друзей, если найдёшь достойных, и никогда не стыдись того, кто ты есть.
— Я знаю, maman.
— И помни: расстояние ничего не меняет. Ты наш сын, где бы ни находился.
На этот раз Гаррет сам обнял мать. От знакомого запаха её духов — роз, влажной земли и чего-то горьковатого — неожиданно защипало в глазах. Он поспешно уткнулся лицом ей в плечо, надеясь, что никто этого не заметит.
Мортиша ничего не сказала. Лишь немного крепче прижала его к себе и погладила по волосам.
Гомес заключил их обоих в объятия.
— О, моя семья! — растроганно воскликнул он. — Как прекрасна эта разлука! И как мучительна! Я уже считаю дни до Рождества!
— Дорогой, — заметила Мортиша, — он ещё не сел в поезд.
— Тем хуже! У нас впереди целых несколько минут ожидания!
Гаррет не выдержал и рассмеялся. Напряжение, преследовавшее его с самого утра, немного отпустило.
На платформе прозвучал предупреждающий свисток. Он попрощался с родными ещё раз, подхватил корзину с Мраком и поднялся в вагон. Уже с порога Гаррет обернулся. Гомес что-то горячо говорил Фестеру, показывая на колёса локомотива; Пагсли пытался заглянуть под вагон; Уэнсдей стояла с обычным невозмутимым видом. Мортиша смотрела прямо на сына и, встретившись с ним глазами, подняла руку.
Гаррет помахал ей в ответ и отправился искать свободное купе.
Коридор оказался узким и шумным. За стеклянными дверями мелькали незнакомые лица: дети устраивались на сиденьях, обменивались сладостями, знакомились или спорили о том, кто на каком факультете окажется. Гаррет миновал несколько переполненных купе, пока не заметил в одном из них Невилла Лонгботтома. Тот сидел рядом с девочкой с густыми каштановыми волосами, которая что-то оживлённо объясняла, размахивая книгой.
Гаррет приветственно поднял руку. Невилл заметил его, но почти сразу отвёл взгляд и уставился на собственные колени.
После их знакомства на званом вечере Гаррет не слишком удивился такой реакции. Лонгботтом явно не разделял его представлений о приятном времяпрепровождении. Навязывать дружбу мальчик не собирался, а потому спокойно прошёл дальше.
Наконец ему попалось пустое купе. Сундук, который Ларч успел занести в вагон, стоял у стены рядом с купе. Гаррет с некоторым усилием поднял его на багажную полку, после чего устроился у окна и открыл корзину. Мрак немедленно выбрался наружу, недовольно потянулся и вскочил на соседнее сиденье.
— Не смотри на меня так, — сказал ему Гаррет, почесав за ухом. — Ты хотя бы едешь со мной.
Кот коротко мяукнул и отвернулся к окну.
Гаррет тоже посмотрел на платформу. Сквозь клубы пара ещё можно было различить знакомые чёрные силуэты. Фестер, кажется, всё-таки пытался убедить отца, что для крушения двух поездов вовсе не обязательно покупать оба. Гаррет улыбнулся. Хорошо, что мать оставалась рядом и могла вовремя вмешаться.
В дверь постучали.
— Аддамс?
На пороге стоял Драко Малфой. За его спиной виднелись двое крепко сложенных мальчиков, которых Гаррет уже встречал на приёме в доме на Гриммо. Малфой оглядел купе и, убедившись, что свободные места ещё есть, вошёл внутрь.
— Малфой, — поздоровался Гаррет. — Заходи.
— Это Винсент Крэбб и Грегори Гойл, — представил спутников Драко. — Вы, кажется, так и не познакомились как следует.
Гаррет вежливо кивнул обоим и назвал своё имя. Крэбб ответил коротким «привет», а Гойл, заметив Мрака, с любопытством наклонился к коту. Тот оскалил зубы, и мальчик поспешно отдёрнул руку.
— Он кусается? — спросил Гойл.
— Только если ему не понравится собеседник, — совершенно серьёзно ответил Гаррет.
Драко хмыкнул и устроился напротив. Крэбб и Гойл заняли оставшиеся места.
— Отец сказал, что вы впервые отправляете кого-то в Хогвартс, — начал Малфой. — И что ты почти ничего не знаешь о школе. Это правда?
— В общих чертах знаю, — признался Гаррет. — Но предпочёл бы учиться в Даркморе, как Пагсли. О Хогвартсе я начал расспрашивать родителей только после того, как выяснилось, что выбора у меня почти нет.
Драко недоверчиво уставился на него.
— Ты не хотел поступать в Хогвартс?
— Именно.
— Но это же лучшая школа магии в Британии! Да и вообще одна из лучших в мире!
— Возможно, — согласился Гаррет. — Надеюсь, у меня будет возможность убедиться в этом самому.
Судя по выражению лица Малфоя, подобный ответ его не удовлетворил. Гаррет не видел причин для спора: Драко любил свою будущую школу, а он пока даже не представлял, чего от неё ждать.
— Ну хорошо, — наконец произнёс Малфой. — Ты хотя бы знаешь про распределение?
— Только то, что учеников разделяют на четыре факультета.
— И ты даже не решил, на какой хочешь попасть?
— А это что-то изменит?
Драко посмотрел на него с неподдельным изумлением.
— Разумеется! На каждом факультете свои традиции, преподаватели, ученики. Слизерин, например, всегда был домом для самых достойных волшебных семей. Мой отец там учился, и я тоже непременно туда попаду.
— А остальные? — поинтересовался Гаррет.
Малфой охотно пустился в объяснения. Гриффиндор он считал пристанищем безрассудных выскочек, рейвенкловцев — занудами, которые готовы провести всю жизнь за книгами, а хаффлпаффцев и вовсе назвал безнадёжными неудачниками.
— И ты со всеми ними знаком? — спросил Гаррет, когда тот закончил.
— С кем?
— С учениками других факультетов. Ты ведь говоришь о них так уверенно.
Драко замялся.
— Лично — не со всеми, конечно. Но отец рассказывал. И вообще, все об этом знают.
— Понимаю.
Гаррет не стал развивать тему. По словам Бабули, человеку порой требуется немало времени, чтобы обнаружить, что семейные предрассудки — не то же самое, что знания. Сам он предпочёл бы сначала познакомиться с будущими однокурсниками, а уже потом составлять мнение.
— К тому же декан Слизерина — профессор Снейп, — продолжил Драко, явно желая вернуть разговор в привычное русло. — Он мастер зельеварения, один из лучших в Британии.
Это уже заинтересовало Гаррета куда сильнее разговоров о достоинствах факультетов.
— В самом деле? Мне бы хотелось с ним поговорить. Я давно занимаюсь зельями.
— Тогда тебе точно нужно на Слизерин, — с довольным видом заключил Малфой. — Снейп очень требователен, но он умеет отличать настоящие способности от пустого хвастовства. А вот МакГонагалл, декан Гриффиндора, во всём поддерживает Дамблдора.
При упоминании директора Драко презрительно поморщился и принялся пересказывать какие-то услышанные дома истории о странных решениях школьного руководства. Затем досталось и другим деканам: профессору Спраут, которая, по словам Малфоя, почти не вылезала из теплиц, и профессору Флитвику, чьё происхождение вызывало у некоторых чистокровных семей неодобрение.
Гаррет слушал с возрастающим любопытством. Пока что выходило, что в Хогвартсе преподают по меньшей мере несколько весьма интересных людей, а сам Малфой обладает удивительным количеством чужих мнений.
— Что ж, спасибо, — сказал он, когда Драко наконец замолчал. — Теперь я хотя бы представляю, о чём стоит расспросить преподавателей.
— Преподавателей? — переспросил тот. — Я вообще-то рассказывал тебе, с кем лучше держаться!
— Это тоже было полезно, — заверил Гаррет.
Малфой подозрительно прищурился, словно пытался определить, не издеваются ли над ним. Гаррет же совершенно искренне считал разговор удачным. Драко мог быть самоуверенным и временами неприятным, но, в отличие от многих других детей, не растерялся при первом же упоминании семейных занятий Аддамсов. К тому же его явно можно было разговорить почти о чём угодно.
— Посмотрим, как ты запоёшь после распределения, — заявил наконец Драко. — Особенно если окажешься на Гриффиндоре.
— Тогда у меня будет возможность проверить твои рассказы, — ответил Гаррет.
Снаружи раздался протяжный свисток. По платформе пронеслись последние провожающие, двери вагонов одна за другой начали закрываться. Поезд вздрогнул и медленно тронулся с места.
Гаррет снова повернулся к окну. На мгновение он увидел Мортишу, стоявшую рядом с Гомесом. Отец энергично махал шляпой, Пагсли подпрыгивал, стараясь привлечь внимание, а Уэнсдей лишь едва заметно подняла руку. Потом пар скрыл их, и платформа постепенно осталась позади.
В груди неприятно кольнуло, но Гаррет не отвернулся от окна, пока вокзал окончательно не исчез из виду.
— Никогда раньше не ездил так далеко один? — неожиданно спросил Драко.
Гаррет покосился на него.
— С семьёй я путешествовал много раз. Без неё — впервые.
Малфой кивнул, словно услышал вполне понятное объяснение, и не стал расспрашивать дальше. Вместо этого он откинулся на спинку сиденья и принялся рассматривать пейзаж за окном.
Мрак перебрался Гаррету на колени и устроился там с довольным мурлыканьем. Мальчик провёл ладонью по его спине.
Впереди было несколько часов дороги и целый замок, о котором он почти ничего не знал. Впервые за последние недели эта мысль показалась Гаррету не столько тревожной, сколько заманчивой.
Извините, что пропала. И спасибо за ожидание! Я снова редактирую все главы, так как перечитала и мне многое не понравилось (по стилю, сюжет не трогала), 12 глава уже отредактирована, скоро заменю и все остальные главы, о чём оповещу также в примечаниях. Приятного чтения! 💖
Кстати, на бусти выложена уже 16 глава.






|
Ну вот, опять встреча с Малфоями. Я-то надеялся, что для разнообразия там будет кто-то еще.
|
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Kairan1979
Ну вот, опять встреча с Малфоями. Я-то надеялся, что для разнообразия там будет кто-то еще. Будет кое-кто другой в следующей главе :) |
|
|
Интересно... А Олливандер растренькает всему магическому миру про то что Гаррет Адамс это Гарри Поттер....
3 |
|
|
Всё ближе и ближе… Хогвартс уже не за горизонтом. О милая, не томите нас столь тяжким для сердца ожиданием...
Кстати, а Люпин в какой части появится? 1 |
|
|
Очао
Тот же вопрос. И куда у Гарри шрам то делся ? У него же вроде должен был быть шрам на лбу? Или я пропустила что то? 1 |
|
|
Настя_поттер_
+ Там было написано чистый лоб. Но на лбу шраам. 2 |
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Очао
Настя_поттер_ Так, спасибо, посмотрю и проверю, возможно упустила :)+ Там было написано чистый лоб. Но на лбу шраам. 1 |
|
|
Аааа. Как захватывающее. Поскорее проду наглому народу...
3 |
|
|
Жаль, что Пагсли не дали подорвать Лютный переулок. Хотя бы магазинчик "Горбин и Беркс".
2 |
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Kairan1979
Жаль, что Пагсли не дали подорвать Лютный переулок. Хотя бы магазинчик "Горбин и Беркс". Хаха, он бы мог! Уэнсдей вечно не даёт ему веселиться1 |
|
|
Kairan1979
Согласна) |
|
|
Bombus Онлайн
|
|
|
Любопытная история.
1 |
|
|
Подозреваю, что Невиллу было бы интереснее проводить время в оранжерее. )))
2 |
|
|
Любопытно... Очень любопытно...
2 |
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Lonely_dark_angel
Потихоньку вернусь к ней. Несколько месяцев назад начала переделывать историю с самого начала, так что когда-нибудь :) |
|
|
Lina Sweeneyавтор
|
|
|
Kairan1979
"— И не забывай писать, — добавил Фестер. — Особенно если у вас там случится что-нибудь интересное. Пожары, взрывы, неудачные эксперименты… Можно даже прислать образцы." Учитывая вечные происшествия на уроках зельеварения, скучать ему точно не придется. Это точно! Фестеру бы понравилось в Хогвартсе 😁 |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|