Профессор Бербидж (джен)

С момента моей небольшой «диверсии» прошла ровно одна неделя. Сегодня я и дети в количестве восьми штук идём в обычный мир за покупками!

К моему удивлению, каких-либо проблем с получением разрешения от деканов и директора не было: МакГонагалл, Спраут и Флитвик практически сразу согласились со мной, а Дамблдор даже денег выдал на Спенсер, Поттера и Перкс в количестве ста двадцати галлеонов на обеих девочек и ста — на Поттера. Выдача денег сопровождалась завуалированной просьбой потратить всё, и можно отчёт не делать. Интересно, отчего такая щедрость? Мне даже про прокладки говорить не пришлось, как Дамблдор с порога начал про великое дело в помощи сирым и убогим, о том, как он и деканы заняты, и спасибо, милая Чарити, что взяла на себя этот вопрос. Честно говоря, я немножечко, как говорили мои деревенские, прифигела и не выфигела обратно. И во что мне моя доброта выльется? Вербовка в орден жареной курицы? Дополнительные обязанности? Статус «Человек Дамблдора»? А ведь хотела сидеть тихо и не отсвечивать. Как говорится, «Хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах».

А по плану у меня сегодня был сбор в девять ноль-ноль у ворот Хогвартса, перемещение к Гринготтсу автобусом, обмен денег, поход в ближайший универмаг за трусами и носками, возвращение в Косой в лавку старьевщика и к Малкин, а затем в Хогвартс. Я уже говорила про то, как Бога насмешить?

Начиналась наша вылазка как у Летова — «Всё идет по плану!» — ровно до выхода из «Дырявого котла»: Финч-Флетчли, Кэрроу и ещё трое детишек шустро рванули к родственникам, которые ждали их возле магазина дисков. Взрослые заверили меня, что привезут своих чад к пятнадцати ноль-ноль, и, усадив в машины, быстренько увезли. Я осталась с теми, кем опекуны не интересуются — Гарри Поттер, Алиса Спенсер и Салли Перкс.

Наибольший интерес из этой троицы представляла Алиса — она была троюродной сестрой принцессы Дианы. Только знаменитая родственница и ее родичи оформлять опеку над ребёнком погибшего двоюродного брата отказались. Так девочка оказалась в фостер-семье. По её словам, за четыре года сиротства у неё было шесть приёмных семей: как только с девочкой случались «ненормальности», её сразу же отправляли в реабилитационный центр, а потом опять в новую семью. Всё это Алиса поведала нам в «Макдональдсе», где дети с удовольствием уплетали гамбургеры.

— И что? Каждый раз новая семья? А старым плевать? — спросил удивлённый Поттер, доев бургер.

— Да. Как только предметы летать начинали, так сразу, в чём была, меня увозили с криком: «Отродье дьявола!».

— Фиу! — присвистнул мальчишка. — Мои дядя с тётей тоже не в восторге от магии, но из дома не выгоняют и бесов не изгоняют.

— А почему ты попадаешь в религиозные семьи? — спросила я.

— Глава реабилитационного центра очень набожная, и она старается отдать туда, где в Бога верят, в церковь ходят и всё такое.

— А как же магия? — спросил Гарри. — Ну, я имею в виду, что они адекватную причину должны назвать. Не на волшебство же все спихивают?

— Так у меня в карточке диагноз стоит — аутизм. Они говорят, что не справляются. Понимают, что им никто не поверит.

— Но никакого аутизма у тебя нет, — сказала я.

— Не-е-е, нет, — ответила Алиса. — У папы был знакомый медик, и он мне этот диагноз написал, чтобы выплаты получать. У нас денег и так немного было, а после смерти мамы вообще всё плохо стало. А королевские родственники знать нас не хотят. Тётя сказала, что с меня хватит и того, что фамилия осталась и возможность на титул претендовать. Хотя зачем он мне нужен — всё равно денег нет.

Девочка со злостью воткнула вилку в наггетс. Было видно, что это больная тема — родне она не нужна, фостер-семье тоже.

— Салли, — сказала я, переключая внимание на вторую девочку, — доедай бургер, а то ты совсем ничего не ешь.

— Я тоже в реабилитационном центре живу, — неожиданно сказала молчащая Перкс. — Интересно, можно ли на лето остаться в Хогвартсе?

— Всё так плохо? — спросила я.

— Мне не нравится, — сказала она и вновь замолчала.

— Да, — подхватил Поттер, — классно было бы остаться в школе.

— Боюсь, — ответила я, — это вопрос к директору. Я тут мало что могу.

— Я спрошу, — сказал мальчик, поедая второй гамбургер.

Дети быстро доели фастфуд, и мы отправились в супермаркет — там нижнее бельё дешевле и из хлопка.

С девочками проблем не возникло — Салли и Алиса быстро набрали себе двадцать трусиков, маечек, носочков всех оттенков радуги и направились в отдел с заколочками-резиночками. Поттер же был хмур и что-то мерить и покупать отказывался.

— Мистер Поттер, — сказала я, проводив девочек в отдел бижутерии, — что вас не устраивает?

— Всё, — пробурчал мальчик.

— А конкретнее? — спросила я, но мальчик молчал. — Деньги? Деньги взяты с вашего счёта. Сопровождающий не того пола? Так давайте вашему дяде позвоним. Вам цвет, фасон не нравится?

— Просто… — сказал мальчик и тяжело вздохнул, — тётя Петунья мне ничего не покупает, потому что одежда на мне быстро изнашивается и рвётся. Я уже двое джинс сносил.

Парень свесил голову и захлюпал носом.

— И всего-то? — весело ответила я. — Такая проблема у многих магов. Синтетика быстро портится. Вам нужны натуральные ткани — хлопок, лён, шерсть, конопля. Давайте поищем в отделе для аллергиков, в их одежде нет синтетики.

Отдел с одеждой из натуральных тканей был маленький, неприметный, и цены в нём кусались. Поттер очень придирчиво осматривал каждую вещь, мерил, крутился перед зеркалом и избегал зелёного цвета. Видимо, противостояние со Слизерином набирало обороты.

Честно говоря, я так и не сформировала мнение о Мальчике-который-выжил. На моих уроках ребёнок не блистал (хотя их было всего два): в работах много орфографических ошибок, почерк ужасный, домашка с рисунками на полях. Коллеги его чаще ругали, чем хвалили. Я хоть и приходящий преподаватель, но школьные сплетни доходят и до меня. Снейп и Спраут постоянно жаловались на мальчика, да и другие профессора тоже не отставали: на уроках не активен, пишет с ошибками, опаздывает, дерзит, постоянно слоняется по школе, влезает в каждый конфликт, залезает во все дыры в стенах, суёт свой нос за каждый гобелен! Короче говоря, Гарри Поттер — обычный мальчишка, который любит физкультуру и не любит остальные уроки. На моих занятиях он много болтал с Уизли и Финниганом, переругивался с Малфоем, иногда отвечал на вопросы и регулярно терял баллы. Вот только его это не особо заботило. Думаю, что МакГонагалл запихнула его в квиддич скорее от безысходности: лишь бы был чем-то занят, а не шлялся по замку, ища на свою попу приключения. У Роулинг это особо не помогло. Интересно, когда Поттер получит метлу, это поможет ему стать «паинькой»?

Итогом покупок для Гарри стали четыре тёплых свитера, две хлопковые пижамы (одна с начёсом, вторая без), нижнее бельё, носки и трое брюк. Остальное докупим в Косом. А затем я потащила ребёнка в отдел готовых очков, где парню подобрали целые окуляры. Это уже было за мой счёт — шестьдесят фунтов! Почему купила? Да жалко же пацана — как щенок неприкаянный: все погладили и покормили, а о дожде, под которым мокнет щенок, забыли! Знаю, что лучше было бы просто в сторонке постоять, но совесть не даёт бросить детей.

— Я отдам вам! Я обязательно отдам, — говорил красный как рак мальчишка.

— Конечно, отдашь, — строго сказала я, — выполненное домашнее задание без рисунков на полях и орфографических ошибок.

— Э-э-э… я… — промямлил Поттер и покраснел ещё больше.

Старые очки отправились в мусорку, а новые — точная копия предыдущих — были водружены на любопытный нос, и мы вернулись в отдел с одеждой, куда пришли и девочки. Спенсер и Перкс тоже сказали, что у них проблема с синтетической одеждой, и купили себе свитера, тёплые чулки, колготки и по две шерстяные юбки. Ещё мы заскочили в строительный магазин, где я приобрела несколько баллонов монтажной пены, малярный скотч и прочее. На немой вопрос в глазах детей ответила, что не собираюсь мёрзнуть зимой.

После того как я закупилась стройматериалами, дети перестали стесняться и попросили купить им обычные резиновые грелки, полотенца, запас зубных щёток, мыла, шампуней и другой мелочёвки. Всего я потратила на девочек по двести фунтов на каждую, а на Гарри — триста (без учёта очков).

В итоге у меня осталось сто двадцать галлеонов, на которые мы докупили в Косом переулке обувь, тёплые мантии с дополнительными чарами, комплекты зимней формы (и такая есть!), и осталось на мороженое.

К пятнадцати ноль-ноль привезли остальных детей. Как оказалось, школьникам приобрели всё, что необходимо, включая зимнюю форму у Малкин. Дети были нагружены сумками, пакетами и чемоданами. В «Дырявом котле» я уменьшила весь багаж, и мы всей ватагой отправились в Хогвартс.

* * *

Галдящих, словно чайки, школьников забрали деканы прямо у ворот школы. Даже МакГонагалл была.

— Как всё прошло? — поинтересовалась Спраут, забирая своих барсуков.

— Хорошо, — ответила я, — вели себя прилично, гадостей не делали, всё что хотели — купили.

— И даже Поттер? — ехидно спросил Снейп. Я хотела ответить миролюбиво, но, видя, как напрягся ребёнок, не удержалась и тоже съязвила.

— Поттер — это не Монтегю с Уоррингтоном: по кабакам не бегает, юбки, в силу возраста, не задирает.

Вышеупомянутые слизеринцы с компанией таких же отмороженных на голову старшекурсников часто пропадали в неположенное время из школы. По слухам, парни проводили его в женской компании на втором этаже паба Абефорта. Что самое интересное, на эти выходки все закрывали глаза точно так же, как и на проделки Уизли: жутко бесит, но поделать ничего нельзя — деканы хорошо прикрывали своих подопечных.

Снейп явно хотел сказать какую-то гадость, но заливистый смех Спраут разрядил обстановку.

— Ха-ха-ха, — смеялась женщина, — ой, не могу! Нашла сравнение! Подожди, Чарити, его отец с дядей так куролесили в школе, что по сравнению с ними слизеринцы очень милые.

— Я его родственников не знаю. А как по мне, обычный ребёнок, только худой очень.

— Тётя тоже ругается, — встрял Поттер, которому явно льстило внимание взрослых в положительном ключе, — я ем, как мой кузен, но не толстею. Ей перед соседями стыдно за меня.

— Бывают такие люди, которые едят и не полнеют, — философски заметила я. — Не переживай, годам к тридцати пройдет.

И снова взрыв смеха. Даже Снейп улыбнулся.

Достигнув входа в школу, коллеги направились по своим делам, а я в кабинет маггловедения, чтобы выложить все покупки. В конце октября будем вместе со студентами утеплять класс: отремонтируем и запеним окна, покрасим, и будет тепло. А небольшая буржуйка в классе есть.

— Профессор Бербидж, — в дверях показалась рыжая макушка Перси Уизли.

— Я вас слушаю, мистер Уизли.

— Я бы хотел уточнить несколько вопросов по заданию…

Уизли спрашивал про быт и безопасность в маггловском мире. Через десять минут к нему присоединилось ещё трое гриффиндорцев, потом парочка райвенкловцев, а через час аудитория была заполнена детьми с первого по седьмой курс включительно.

— Дети, а вы мультфильмы любите? — спросила я, так как отвечать на вопросы про светофор мне надоело.

— Да!

— Что?

— Чего?

— А что смотреть будем?

— Тихо! — сказала я, и, как по волшебству (хотя почему как?), школьники умолкли. — У меня есть проектор и несколько лент к нему. Предлагаю посмотреть мультфильм. Он называется «Коты-аристократы». Если кто-то не хочет — не держу.

Желающих уйти не оказалось, и я, с помощью двух маглорождённых хафлпаффцев и близнецов Уизли, настроила проектор, трансфигурировала доску в простыню, поставила ленту, и…

Полтора часа тишины! Дети сидели и смотрели во все глаза на приключения котов. Для многих чистокровных это было открытие. Маглорождённые и полукровки, которые уже видели этот мульт, ничего не комментировали — им было приятно, что хоть в чём-то они превосходят старинные рода, пусть это и не их заслуга.

А потом был гам, гвалт, шум и прочее — дети взахлеб делились впечатлениями. Мне с трудом удалось выпроводить школьников из аудитории и уйти домой из Хогвартса — ведь каждый встречный ребёнок либо говорил, как было здорово, либо просил повторить сеанс, так как он не видел мультик про котов.

И только дома я смогла выдохнуть — слишком насыщенный был этот день, вот только Кокс считал иначе. Белая птица принесла мне конверт с красивым вензелем «М», а «М» — значит «Малфой».