Истории Морнтаура. Война (2 том) (джен)

Зелёная трава мягко колыхалась под дуновением вечернего ветра, ловя на себе последние блики заходящего солнца. Солнечные одуванчики, пытавшиеся завоевать себе всё свободное пространство, уже закрывали свои яркие цветки, укладываясь спать, чтобы утром вновь поражать всех своим весенним настроением. Поодаль витал аромат белых цветков черёмухи и дикой вишни.

Лес, оставленный эльфами более десяти лет назад, редко посещался людьми из ближайшей деревни. Они прекрасно знали, как опасна эта территория, особенно возле стен разрушенного города. Руины до сих пор не подпускали к себе никого, а смельчаки, что дерзнули пойти туда, вопреки мудрым наставлениям, более не возвращались. Неподалёку от них возвышался обелиск, приближаться к которому считалось дурной приметой. Особенно в последнее время. Какие-то странные шорохи и звуки в тёмное время суток наполняли лес, и местные решили, что это духи убиенных эльфов бродят там, ища упокоения или мести.

Когтистая тёмно-серая нога, обмотанная тряпками и кусками шкур, наступила на мирный цветок, сломав его. Серокожая армия собиралась здесь, протискиваясь через портал обелиска по одному. Открыть широкий проход не удалось даже ценой больших жертв, однако для заброса войск хватило и этого. Но орки — народ не терпеливый, жадный и вечно голодный. После того, как последний их представитель вышел из портала обелиска, они не стали ждать дополнительных команд и направились по заданному ими маршруту, попутно разоряя ближайшие человеческие поселения.

* * *

Тилиаэл давно уже не передвигался по Марнуэлену налегке, как раньше, когда ему хватало всего с десяток рыцарей. Мирное время позволяло это. Но сейчас в путешествие он брал с собой не меньше пятидесяти. И под вечер они расположились на ночлег в небольшой роще между людскими городами Тиуном и Камилом. По плану путь эльфийского властителя пролегал напрямую через горы гномов, сразу в Телпериннелле, без остановок в людских селениях. Разве что к Камилу можно было подойти и запастись дополнительной провизией.

— Властитель, — обратился с поклоном один из рыцарей, протягивая походную серебряную миску с рыбной похлёбкой и лепёшку. — Часовые выставлены. В лагере всё спокойно.

— Благодарю, — Тилиаэл принял ужин и приступил к трапезе.

В походе Великий король Халла не был привередлив, тем более что повозок с собой не тащил. Только вьючных лошадей, но и они не должны были быть перегружены. От комфортных путешествий пришлось отказаться ради скорости передвижения. Для него делали навес, дабы венценосному эльфу создать хоть какое-то подобие уюта, но от остальных привилегий решено было отказаться. Напряжённое время требовало строгости не только к подчинённым, но и к самому себе.

Устроившись под навесом, Тилиаэл развернул карту, чтобы ещё раз осмотреть маршрут. И тут прозвучал сигнал тревоги.

— Орки! — выкрикнул один из воинов и все тут же подскочили, схватившись за оружие.

С десяток рыцарей тут же обступили властителя, помогая ему добраться до лошади, остальные бросились в атаку. Этот омерзительный звон толстого орочего меча грубой работы в сочетании с тонким и звонким эльфийским клинком уже давно не резал слух правителя. И вот теперь в памяти вновь всплывали жуткие картины прошлого.

Металлический запах крови, крики, хриплые, булькающие вдохи проткнутого насквозь умирающего тела. Каждый цепляется за жизнь, будь то бессмертный эльф, орк или человек. Но вторые стремятся унести с собой как можно больше врагов и причинить как можно больше боли.

Звуки боя стихли.

— Великий король Халла, — преклонил колено один из рыцарей, обрызганный чёрной орочей кровью. — Отряд не был велик, предполагаю, что имеет отношение к разведке. Орки уничтожены. Но среди них нашёлся один человек. Мы оставили его в живых, дабы допросить.

— Приведите его, — приказал Тилиаэл со спины своего изабеллового скакуна.

Спустя всего минуту, на колени перед ним был брошен человек разбойничьего вида в неполной кожаной броне, уже довольно сильно потрёпанной временем и боями. Руки ему крепко завязали за спиной, проверили на наличие оружия. Стражник бесцеремонно схватил его за волосы и поднял голову, дабы господин смог лучше рассмотреть пленного.

— Где остальные? — спросил венценосный всадник на местном человеческом наречие. Но в ответ получил лишь оскал. — Ты умрёшь быстро или медленно. Выбирай.

— Высокомерные отродья! — попытался плюнуть в сторону вопрошающего пленный, но был грубо воткнут лицом в землю сильной рукой стражника. А затем кинжал прошёлся по его уху, окропив щёку и шею кровью. — Вы всё равно сдохните! Вам не выбраться! — рычал он. — Вы как раз между двух армий! Вы сдохните здесь! Нашу пропажу скоро обнаружат! И когда вас вывернут на изнанку, я посмеюсь над тем, какого цвета у вас потро… — удар снова погрузил лицо пленного в землю, не дав договорить.

— Повелитель, боюсь, что с данного экземпляра мы не выудим больше, чем уже узнали, но я попробую.

— Хорошо, — Тилиаэл обернулся к стоявшему рядом эльфу. — Отправь разведывательные отряды. Хочу знать больше о нашем положении. Здесь оставаться нельзя.

— Слушаюсь.

Ночь обещала быть беспокойной.

* * *

Высокие стройные сосны пробивались к небу из замшелых холмов. Могучие валуны встречались время от времени на возвышенностях и вдоль дорог, поросшие древними тайнами и лишайником. Запах смолы и хвои приятно щекотал нос, а под копытами лошадей шуршал мягкий покров из остатков коры и прошлогодних сосновых игл. Обилие рек и озёр в Телпериннелле делало этот край богатым и плодородным. Даже несмотря на то, что, по сути, он считался пограничным между людскими поселениями и полуостровом Лингве, именуемым «рыбным» за то, что по форме своей напоминал карпа. Эльфы давно оберегали эти места, дабы зло с полуострова не проникло на материк.

По легенде именно на полуостров Лингве ступил Окхтар, бог войны, когда выбрал свой путь и решил обосноваться на Марнуэлене, дабы улучшить его по своему вкусу. Та ярость и злоба, что жили в сердце ныне спящего бога, отравили эту землю, осквернили её. А ещё говорили, что здесь Окхтар пролил несколько капель своей крови, что довершили процесс. Звери покинули полуостров, но изредка можно встретить странных созданий, не похожих ни на одно известное животное. А туманы, что стелются у подножья гор, говорят, могут поглотить любого и оставить в безвременье посреди ничего.

Эльфы выстроили стену, дабы отгородиться от зла полуострова Лингве и обходили её дозором. Здешние воины славились силой и выносливостью, отвагой и прекрасными боевыми навыками. Иначе быть не могло при властителе Тилиаэле, выбравшим эту территорию своим домом. Он налаживал связи с людьми из крупного портового города Лесьяра и соседствующим королевством гномов Бадрарин.⁽¹⁾

Вести, пришедшие прошлым вечером, сильно встревожили всех эльфов Телпериннелле. Измождённый сокол ворвался во дворец с известием, что на властителя Тилиаэла напал отряд орков, но они смогли противостоять этому бедствию. А ещё зарево над Полоком, что расположилось близ леса Тараэлентириоса, скорее всего, говорило об уничтожении людского поселения.

В долгих сборах при военном положении не было необходимости, потому уже на следующее утро Айравэн отправилась на выручку королю Халла во главе небольшого конного войска. Однако, на подходе к горам, её ждал сюрприз. На коренастом буром пони в их сторону скакал гном. Не в тяжёлой броне, как обычно, а в облегчённой со щитом на спине. Эльфы остановились. Один из рыцарей, получив одобрение командующей, выехал вперёд, чтобы узнать о причине спешки представителя подгорного народа.

— Эниор Айравэн, — обратился вернувшийся рыцарь. — Это посланник Бадрарина со срочными вестями.

— Я слушаю тебя, благородный посланник! — громко ответила Айравэн. — Какие вести заставили тебя спешить?

— Госпожа, с южных окраин Бадрарина пришли вести, что людское войско движется от Юраса вдоль наших гор в сторону эльфийских территорий! — ответил гном, стараясь поклониться, насколько позволял ему большой щит за спиной.

— Люди… — нахмурилась воительница. — Сколько их?

— Много, госпожа, больше вашего. Но среди них почти нет конных. Идут медленно, но выглядят не как войско, а как огромная банда головорезов, — последнюю фразу гном фыркнул в бороду.

— Благодарю тебя, посланник и весь гномий народ Бадрарина за предупреждение! Скажи мне, готовы ли гномы помочь нам в устранении этой опасности?

— Согласно нашей договорённости, госпожа, — поклонился тот.

— Хорошо, — она обернулась к стоявшему рядом рыцарю. — Возьми двух воинов для разведки. Нужно узнать точное количество людей в той армии. Прикажи отослать птиц во дворец и гонца в Лесьяр. Пусть обойдут с тыла. Прочие изменения внесём после разведки.

— Слушаюсь, эниор Айравэн, — поклонился тот и выслал лошадь вперёд.

* * *

Разведка донесла о численном превосходстве войска людей в пятикратном размере. Это заставило задуматься. Айравэн имела определённую задачу — помочь правителю Тилиаэлу, но при этом необходимость сохранить своё войско не позволяла действовать опрометчиво. Пешие люди при не очень хорошем вооружении действовали слаженно. Не стоило их недооценивать. В этом случае разумнее всего было бы уничтожить их командование и оставить войско без «головы». С другой стороны, люди сюда пришли за лёгкой наживой и, встретив хорошо вооружённую конницу, не станут нападать сразу. Это поможет выиграть время для Лесьяра и гномов, они должны успеть подготовиться. Да и подкрепление из Телпериннелле не помешало бы. Однако последующая разведка выяснила, что в гуще сброда скрывались хорошо экипированные воины. Это могло создать проблемы.

— Между лесом и горами местность холмистая и не сразу будет ясно, сколько у нас воинов, если встанем на вершине холма, а люди останутся в низине, — Айравэн внимательно разглядывала карту, что держал её помощник. — Поле широкое вплоть до озера, но в том ландшафте можно спрятать часть конницы. Ударная группа останется здесь, по центру. Часть обоснуется у озера. Без сигнала нападать не будем. Когда лесьярцы подойдут ближе, сможем загнать вторженцев вот в эту часть гор. Здесь уже их встретят гномы. Птицы помогут с разведкой и координацией войск.

— Эниор Айравэн, — обратился рыжеволосый помощник с поклоном. — План великолепен. Мы не понесём больших потерь, распределив нагрузку с союзниками, и сможем отправиться на выручку повелителю почти сразу. Эниор Айравэн не даром стала советницей короля Халла.

— Отставить льстивые речи, — нахмурилась воительница. — Мы теряем много времени в ожидании. Вести, принесённые соколом, об орках беспокоят меня. Властитель Тилиаэл из тех, кто способен совершить невозможное, однако, и он смертен.

* * *

Когда армия людей вышла к холмам, эльфийская конница выстроилась на вершине в две линии, создавая тем самым иллюзию численного превосходства. Несколько людей из тех, кто находился в первых рядах войска, сыпали ругательства в сторону эльфов, тем самым раззадоривая своих соплеменников. Но пока не нападали.

— Эниор Айравэн, не стоит слушать. Их речи полны яда, — нахмурился один из рыцарей, стоявший подле воительницы.

— Они утверждают, что мы незаконно владеем нашими территориями, — но она взирала на происходящее довольно спокойно, хоть и слегка хмурилась. — А ещё я слышу в их словах зависть к нашему долгому веку и нашим богатствам. Мы не поддадимся на провокацию. Отвечать им не имеет смысла. Ими правит зависть и жадность. У них нет иных разумных доводов. Но… как «удачно» они появились здесь.

— Госпожа считает, что время выбрано не случайно?

— Да, Ментанар, у меня возникают такие подозрения. От нашего взора не укрылось то, что в сердце толпы скрываются латники, пусть и под рваными накидками. Эти люди намеренно пытаются вызвать нас на бой, чтобы мы столкнулись с тяжёлым вооружением. Поэтому стоим и ждём. Как только лесьярцы обойдут их с тыла, тогда будет шанс оттеснить вторженцев к горам.

* * *

Люди продолжали кричать, ругаться и сыпать проклятьями, но не нападали, стоя на том же месте. Они вели себя крайне вызывающе, явно провоцировали, не желая при этом слышать что-либо от эльфов. Конница перекрыла вторженцам путь к холмам и со стратегической точки зрения, они находились в менее выгодном положении. Но это на первый взгляд. Однако всё это дало время их противнику подготовиться.

— Атакуют! — просигналил рыжеволосый Аранарэ.

— Поднять луки! — воскликнула Айравэн. — Стрелять!

Тетива с характерным звуком отправила стрелу вверх, затем ещё и ещё. Смертоносный дождь обрушился на бегущих в атаку людей, унося жизни вторженцев, не успевших миновать угрозу. А затем с холма, врезаясь копытами в землю, понеслась конница, топча цветы и травы, поднимая пыль с тропы. Широкие конные линии держали дистанцию между собой, неслись вперёд, грозя смести всех, кто окажется на пути. В последний момент люди первых линий разбежались в стороны, открывая тяжёлый латный отряд, прятавшийся до сих пор в середине армии. Они готовили эту хитрость. Ожидая, что лёгкая эльфийская кавалерия врежется в латников и их атака захлебнётся в собственной крови.

Но конница, подобно косяку рыб, сменила курс, огибая опасность и уносясь вдоль края человеческой армии, обламывая мечами копья боковых людских отрядов. А сразу следом лёгкой конницы шло подоспевшее подкрепление. Мощные копыта более тяжёлых лошадей в крепкой броне, открылись взору. Тяжёлая конница с рыцарями, вооружёнными длинными копьями и мечами, врезалась в латный отряд, сметая его. Жуткий скрежет металла, крики, брань, запах крови… Ненависть, витавшая над полем боя, казалась почти осязаемой.

Лёгкая конница дразнила неприятеля, проносясь «режущим мечом» по краю армии, разбивая строй и добивая группы воинов, отделившихся от остальных. И когда часть армии двинулась к озеру, спасаясь от тяжёлой конницы, их встретил град стрел и лёгкая кавалерия правого фланга.

Людские латники уже практически пали под натиском эльфийских рыцарей, когда Айравэн с двадцатью лучшими воинами ворвалась в строй врага с длинным копьём на перевес. Выученные лошади виртуозно уходили от ударов пик противника, спасая себя и седока и по команде бросались вперёд.

— Возьмите двух пленных! — приказала Айравэн. — Хочу знать, кто их надоумил на это!

Копьё летало в руках воительницы, выписывало смертоносные пируэты и разило врагов, обагряясь их кровью. Верные рыцари не отходили от госпожи, оберегая её спину от подлых ударов, не давая людям подобраться незамеченными.

Кровь врага брызнула на шлем воительницы, оставив красный след и на щеке.

— Гоните их к горам! — скомандовала она, видя, как неприятель дрогнул, потеряв латный отряд, на который больше всего рассчитывал.

Тяжёлая конница ринулась вперёд, сминая под собой вторженцев. Лёгкая же добивала разрозненные остатки, побудив врага бежать. В этот момент с тыла ударила подоспевшая армия Лесьяра, отрезав пути отступления. Врагу ничего не оставалось, как искать возможности для обороны в горах, и они ринулись туда, где маячила призрачная возможность передышки в скалистой местности, ведь конным будет труднее действовать в ограниченном пространстве. Оставался шанс дать отпор.

Но и здесь вторженцев ждала неудача. Гномьи отряды, издав воинственный клич, бросились на людских захватчиков. Тяжёлая броня надёжно защищала их от атак вражеской армии, а мощные секиры с яростью врезались в плоть, укорачивая неприятеля, устанавливая справедливую величину между гномьей гордостью и их мнением обо всех остальных, кто посмел приблизиться к бородатому народу без должного уважения.

Воительница наблюдала за крахом человеческого войска, имевшего наглость вторгнуться на эльфийские земли. Она благодарила союзников за своевременную помощь, позволившую закончить сражение с минимальными потерями.

Пёстрая птица взметнулась над полем боя, облетев поверженные тела, сломанные копья и брошенные мечи. Лёгкое и быстрое крыло наклонилось, позволяя сделать вираж над растоптанными и омытыми кровью травами. Вестник устремился вперёд, где развевались эльфийские знамёна и, покружившись над ними, подлетел к Айравэн, уселся на подставленную перчатку. Воительница сняла с груди птицы чехол и вытащила письмо.

— Эниор Айравэн? — Ментанар подъехал ближе, видя изменившееся лицо госпожи.

— На побережье Телпериннелле высадились люди… — она обернулась в сторону дома. — А ещё… над морем видели… — в горле вдруг пересохло, — … дракона…

1) в пер. с гномьего «надёжная руна»/ «защитная руна»

Вернуться к тексту