Гарри Поттер и посох Паисия (джен)

Прибыли они вовремя: беспокойство Молли достигло к тому времени таких масштабов, что она собиралась обращаться к шерданам для их розыска. И никакие слова или объяснения не помогали успокоить её.

Сами же участники этого скоротечного расследования вели себя по-разному: Билл радовался, что дело в его отношении прекращено, а Гарри и Гермиона дулись, ведь в этом самом расследовании они не сыграли почти никакой роли и были у Уизли просто на подхвате, что огорчало их гриффиндорские натуры. Впрочем, беспокоились они не сильно — впереди было всё лето с большой, рыжей, дружной и шумной семьёй, а значит, приключения их ещё ждут.

Об обстоятельствах своего отсутствия Билл, Гарри и Гермиона договорились не сообщать. Они даже сочинили весьма правдоподобную ложь, которая, впрочем, не понадобилась: миссис Уизли от радости забыла их расспросить о месте и причине столь долгой отлучки.

* * *

— Билл, — спустя два дня после возвращения Гарри подошёл к старшему сыну Молли и Артура с вопросом, неожиданно всплывшим в его голове. — А ты не знаешь, гоблины нашли того, кто помог Флетчеру?

— Нашли, только Акарик отказался мне сообщить, кто это и как он его отыскал. Но был он при этом очень нервным. Видимо, трудно было. Мне известно лишь, что Буллстроуд обещал ему некие артефакты. Судя по оговоркам моего начальства, смею думать, что это был не мелкий клерк. Впрочем, дела гоблинов меня не касаются. И вы забудьте об этом деле. Лучше отдыхайте. Ты, вроде бы, собирался Гермионе что-то купить? Я подскажу. Идём.

* * *

Конец каникул был несколько омрачён двумя событиями: во-первых, известием о побеге из тюрьмы некоего Сириуса Блэка. Артур и Молли отчего-то стали тихими и неразговорчивыми, а любой разговор переводили на посторонние темы.

Во-вторых, пришло известие от Дамблдора о падении на Тисовой улице защиты Лили Поттер и, как следствие, необходимости искать новое укрытие для Поттера. Впрочем, быстро найденное — и Гермиона, и Уизли заявили, что в их домах он желанный гость.

Гарри слушал их и улыбался. Жизнь была прекрасна.