Испытательный срок стража Хэзевей (гет)

Грузовик подъехал вовремя. Пока повара и их подручные принимали продукты, водитель в красках расписывал главному по кухне, какая же свежая у него свинина в этот раз. Я тем временем пряталась в зарослях кустов и плюща неподалёку. Я отогнала мысли о том, что же было не так со свининой на прошлой неделе и не опасно ли это для здоровья. Важнее было сосредоточиться на плане побега.

Очевидно, легче всего выехать с территории Академии, спрятавшись в кузове среди пустых коробок. Оставалось выждать подходящий момент. Долго ждать не пришлось, к моей радости. Водитель захотел выпить чашку кофе перед обратной дорогой, и я поняла, что это мой шанс. Пригнувшись как можно ниже, я прокралась под окнами кухни, пересекла бетонную дорожку и дождалась, когда работники занесут последнюю партию продуктов.

Я запрыгнула в кузов и оказалась в совершенно пустой металлической коробке.

— Чёрт, — выругалась я.

Негде прятаться. Это проблема. В замешательстве оглядываясь по сторонам, я старалась придумать, что делать дальше. Идея пришла быстро, но она была настолько сомнительной, что самой не верилось в её успех. Я прислушалась. Вроде бы, тихо, никого вокруг. Выпрыгнув из кузова, я подкинула планшетку со скреплёнными бумагами ко входу в здание, прямо на лестничные перила. Ладно, допустим, водитель и шеф-повар разберутся с документацией на месте. Что дальше? Я перевела взгляд на двери грузовика и прикинула, что водитель захотел бы закинуть бумаги в привычное место. Но если дверцы будут закрыты, то лень и желание побыстрее вернуться в город возьмут верх. Это была лотерея в чистом виде, но меня обнадёживало, насколько сонным выглядел водитель.

Голоса работников стали громче, и я смекнула, что время кончается: поспешила к грузовику, закрыла одну дверь, забралась внутрь и, как могла, прикрыла вторую. Изнутри запереться невозможно. Оставалось только ждать.

Я старалась вспомнить всё, чему меня учили старшие товарищи из королевского гарнизона. Они говорили, что скрыть своё присутствие — настоящее искусство. Первым делом нужно выбросить всё из головы, выровнять дыхание и поймать внутренний дзен. Сделать это нужно непременно, иначе твой противник обнаружит твоё присутствие. Мне знакомо такое предчувствие. Это похоже на жгучее ощущение, будто кто-то сверлит тебя взглядом насквозь. Может, у людей слабее развиты слух и зрение, однако шестое чувство одинаково исправно работает у всех нас.

Отвлекая себя размышлениями об искусстве разведчиков, я практически поймала волну расслабления. Моё сознание стремилось к айкью амёбы, когда несколько людей вышли из здания. Они продолжали разговаривать о графике поставок и о том, как в следующий раз шеф непременно ждёт яблоки, сахар и ингредиенты для пуншей. Намечается праздник?

— Отправьте запрос через диспетчера, будут вам и яблоки, и сахар, и всё остальное, — отвечал водитель. — Хэллоуин совсем скоро, так что рекомендую оформить заказ заранее.

— У нас празднуется не только Хэллоуин, но и День Святой Варвары. Но вы правы, сделаю предварительный заказ, — согласился шеф.

Водитель направился к задней части грузовика, и у меня внутри всё замерло. Все наставления вылетели из головы. Дверца медленно открылась, а я задержала дыхание, прижавшись к стенке. Сначала показалась планшетка, после — мужская рука. Закинув бумаги, водитель с силой захлопнул двери и закрыл их на задвижку.

— Фух, — бесшумно выдохнула я, садясь в полной темноте на пол.

Стоило грузовику тронуться с места, как я смогла окончательно расслабиться. Впереди меня ждала двухчасовая поездка до города, так что можно поспать. Я стянула с себя куртку, придала ей форму подушки и приготовилась отдохнуть. Но грузовик не провёл в пути и пяти минут, как снова остановился.

— Что такое? — спросил водитель.

— Осмотр, — произнёс женский голос.

— Обычно меня пропускают просто так, — недовольно бурчал водитель.

Сейчас я задавалась этим же вопросом. Почему нельзя проехать мимо главных ворот просто так? Внутри меня нарастало возмущение и негодование. А ещё я не понимала, что здесь забыла Альберта Петрова.

— Вот как? — переспросила Альберта. — Это недоработка наших охранников. Им нужно тщательнее следить, кто и зачем ошивается рядом с главными воротами школы.

— Страж Петрова, — Адам Уилсон встрял в разговор. — Я же сказал, что мы видели как страж Хэзевей вернулась к дампирскому корпусу. Она пробыла здесь не больше пяти минут.

— Думаете, я поверю в это?

— Слушайте, мне надо ехать, — не стерпел водитель, которого несправедливо задерживали. — Может вы пропустите меня, а после уже поговорите?

Все смолкли, и какое-то время я провела в темноте, вслушиваясь в другие звуки помимо шума двигателя. Хлопнула дверь пропускного пункта сбоку от ворот.

— Она и впрямь ушла, — недовольно сказала Альберта.

В моём воображении она недовольно скрестила руки и следила за Адамом, который вертелся вокруг грузовика.

— О чём она расспрашивала вас?

— Роуз была чем-то сильно расстроена. Говорила, как непросто ей сейчас живётся здесь. В целом, ничего особенного.

— Мистер Уилсон, — голос Альберты стал будто ближе. Кажется, она подошла к кузову. — Я ведь вас предупреждала, чтобы вы не путались с ней, не подпускали к себе близко и не допускали чересчур дружеского контакта. Вы ведь не забыли августовское собрание?

— Как я мог.

Голоса переместились к задней части грузовика. Я привстала и бесшумно направилась к двери. Металл заскрежетал, и одна из дверей открылась нараспашку. Вторая тоже дёрнулась, но я вцепилась в неё мёртвой хваткой.

Адам заглянул внутрь, и наши взгляды встретились. Он нервно сглотнул. Я поднесла палец к губам, призывая его молчать.

— Что там? — голос Альберты раздавался прямо за дверью, которую я держала.

— Я должен вам признаться, страж Петрова.

Адам скрылся из вида и поспешно захлопнул дверь.

— Дело в том, что я отчасти ослушался вашего приказа, — виновато произнёс парень. — Я проводил её до комнаты, позволив себе дружеский жест. Страж Хэзевей выглядела слишком подавленной, чтобы оставлять её одну. Когда я уходил, слышал, как она заперлась на замок. Можете проверить по камерам, чтобы убедиться.

Альберта вздохнула.

— Эй, ну что вы там застряли? — раздался крик водителя. — Можно уже проезжать?

— Да, всё чисто, — так же громко крикнул страж Уилсон.

Если даже Альберта и Адам отправились пересматривать записи с камер, то мне не суждено было узнать об этом. Грузовик загудел, пол затрясся с новой силой, и машина тронулась с места. Я поспешила вернуться в переднюю часть грузового отсека, где тряска ощущалась меньше всего.

Мой путь до города прошёл относительно гладко и без приключений. Из дремоты меня выдернуло, когда машина остановилась, двигатель заглох и внутри повисла непривычная тишина. Я натягивала куртку, когда водитель отворил дверь.

— Это ещё что такое? — мужчина во все глаза смотрел на меня.

— Служба безопасности Академии Святого Владимира, — тут же выпалила я. — Проверяли бдительность охраны, как видите, мои коллеги провалили задание.

Я двинулась к выходу. Мужчина пропустил меня, даже подал руку, помогая спуститься.

— Спасибо, — я улыбнулась ему. — Буду признательна, если вы оставите нашу встречу в тайне. Так я смогу выполнить свою работу до конца.

— Конечно-конечно, но почему меня не предупредили?

— Вы могли выдать моё присутствие, так что пришлось обойтись своими силами. Впредь перепроверяйте кузов перед отправкой в путь. Вдруг дети заберутся.

Мужчина кивнул и растеряно почесал затылок. Затем он вернулся к своей обычной рутине, а я отправилась дальше по своим делам.

Мне предстоял непростой путь. Добраться до Двора без денег — настоящий вызов. Как поговаривали в одном из моих приключений, «не имей сто рублей, а имей сто друзей». Я вытащила из кармана мобильник, который впервые за два месяца смог поймать связь. Неужели мне вновь доступны блага цивилизации?! Ликуя в душе, я набрала старому другу.

Послышались гудки. Очень продолжительные гудки. Я посмотрела на экран и вновь прислонила телефон к уху. Отчаяние уже замаячило на горизонте, но Мия Ринальди всё-таки сняла трубку.

— Алло? — ответил сонный голос.

— Мия, ты спишь?

— Роуз? Какого чёрта ты звонишь в такое позднее время? — вместо приветствия сказала Мия.

— Извини, что разбудила, но у меня к тебе срочное дело, — я шла по городу, стараясь как можно скорее добраться до центра Мизулы. Хорошо, что это был небольшой город.

— Ещё бы оно не было срочным, — пробухтела подруга. Она отложила сантименты в сторону и перешла сразу к сути. — Что у тебя стряслось? Выкладывай.

— Мне очень нужны деньги…

— Стоп, это точно Роуз? — сомнение в её голосе было неподдельным.

— Конечно это я, что за вопросы?

Меня уже никто не слушал. В телефоне послышались шуршание, а после — короткие гудки. Она сбросила вызов! Я уже начала ругаться вслух, вызывая недоумение у прохожих, когда Мия перезвонила.

— Невероятно, — продолжила говорить она как ни в чём не бывало. — Это правда твой номер. С такими просьбами в наше время по телефону не обращаются, Роуз. Ты слышала что-нибудь про мошенников? Ай, забей. Вряд ли ты сталкивалась с кем-то подобным. Так зачем тебе деньги?

— Мне нужно купить билет на самолёт.

— Какой самолёт? — переспросила Мия, стараясь подавить зевок. — В Академии тебе должны оплачивать любые поездки.

— Эта поездка не согласована с руководством, — увильнула я от ответа.

Мия чем-то зашуршала. Она тяжело вздохнула, прежде чем ответить.

— Роуз, ты должна оставаться в школе, если не хочешь ещё больших неприятностей.

— Ты же понимаешь, что я должна быть вовсе не в школе. Моё место при Дворе, при Лиссе. Особенно сейчас.

— Нет, Роуз, — категоричность в её голосе была неожиданной. — Тебе сейчас лучше не появляться при Дворе. Ситуация слишком накалилась. Лисса со всем справится, но ты точно наделаешь глупостей.

— Мия, пожалуйста…

— Извини. Я была рада услышать тебя, но лучше бы нам в следующий раз поговорить о чём-то другом. Пока.

В телефоне вновь послышались короткие гудки, но на этот раз перезванивать не было смысла. Ринальди была чересчур упёртой, чтобы давить на неё. Обычно это вызывало у меня уважение. Хотя сейчас я предпочла бы, чтобы она была уступчивее со своими друзьями.

Не найдя лучшего выхода из ситуации, я направилась в аэропорт, который располагался прямо за городской чертой. На подходе к реке Кларк-Форт мне удалось поймать попутку, и примерно через полчаса я уже была на парковке перед Международным аэропортом Мизулы.

Белое здание местами было облицовано красным кирпичом. Это смотрелось свежо и живо особенно после готической архитектуры академии. Вид здесь прекрасный. Бесконечный простор. Лишь на горизонте возвышались покрытые золотой листвой горные хребты. В последний раз, когда я здесь была, меня съедало ощущение несвободы. Сейчас же я чувствовала предвкушение и волнение.

Представить только, я бы могла сесть на любой из самолётов и рвануть на другой конец Америки. Ни Академии, ни дворцовых интриг, — это могло стать реальность. Лисса окружена охраной и защищена лучше любого другого мороя в мире. Крис под надёжной защитой Академии и её стражей. Мия давным-давно способна позаботиться о себе сама. По сути, мне показали, насколько легко заменить любого дампира. Даже главу королевской стражи можно сместить с должности и отослать прочь в два счёта.

Я достала телефон и посмотрела на время. Одиннадцать часов утра. Глубоко вздохнув, я направилась внутрь здания, запихнув подобные мысли поглубже.

Даже если мои друзья-морои преспокойно могут обойтись без меня, теперь у меня появилась целая орава детей и подростков, которых должен защитить отчаянный дампир, способный пойти наперекор правилам. Моя личная свобода ничего не будет стоить, если в это же время мои ученики будут понапрасну жертвовать своими жизнями. Нам отведено слишком мало времени. Мне не хотелось, чтобы у детей его оставалось ещё меньше из-за бездумных решений королевских шизофреников.

В конце концов, глупо сдаваться из-за отказа Мии. У меня есть множество друзей и знакомых, которые будут готовы прийти на выручку. До следующего рейса в Сиэтл было ещё много времени, так что я взяла кофе, потратив те немногие доллары, что завалялись в куртке.

Сейчас мне нужно было найти того человека, который был бы готов оплатить мне билет.

Я сидела и пролистывала контакт за контактом, как вдруг произошло кое-что странное. Это не было чувство тошноты, которое иногда накатывало во время службы. Скорее у меня возникло свербящее ощущение, будто кто-то пристально смотрел на меня. Резко оторвав взгляд от телефона, я оглядела малочисленную толпу, которая крутилась у стоек регистрации. Там были семьи, парочки, несколько одиночек. Лишь один выбивался. Бледная кожа, настороженный взгляд, ощутимое напряжение в теле и такие же быстрые рефлексы, как у меня. Я узнала в мужчине, который поспешно направлялся к выходу, дампира.

Оставив на столе недопитый кофе, я сорвалась с места. Стоило мне выйти на парковку, как мужчина сорвался на бег. Я бросилась следом. Дистанция стремительно сокращалась, и ему не удалось нырнуть в припаркованную машину. Я настигла его раньше. Скрутила руки и пригвоздила всем весом к дверце. Он рыпался, но я заняла хорошую позицию.

— Кто ты такой, твою мать? — я сжала руки покрепче и заехала ногой ему под колено.

— Ах ты ж сука! — ругался он, щурясь от боли.

Я собиралась продолжить допрос, но тонированное стекло машины начало опускаться. Сначала я увидела густые седые волосы, потом чёрные глаза, смотрящие на меня с подозрением. Конечное же, на шее у этого человека был повязан вычурный шарф ярко-голубого цвета, а одет он был в трендовый бордовый костюм.

Незнакомый мне дампир рыпнулся, и я отпустила его.

— Дочка, — без особого энтузиазма констатировал сидящий в машине морой.

— Что ты здесь делаешь, старик?

— Это я должен спрашивать у тебя.

Эйб Мазур промышлял множеством дел, которые находились вне рамок закона и морали. Мы познакомились восемь лет назад, но я до сих пор не разгадала все его тайны. Пусть даже он приходился мне родным отцом, с ним стоило держаться настороже. Эйб вышел из машины и с нескрываемым презрением посмотрел на дампира, которого я недавно чуть не отделала. Полагаю, он всё ещё испытывал трудности с наймом хороших телохранителей. Держу пари, этот парень уже лишился своей работы.

Я перевела взгляд на старика, который изучающе осматривал меня.

— Если ты здесь, то полагаю, больше не держишься за работу.

— Пф, с чего ты взял, — я скрестила руки на груди.

Этот морой не обладал стихией духа, но он будто читал людей насквозь. Не передать словами, как это бесило. Мы только встретились, а он будто был в курсе всех моих приключений за последний день.

— Насколько я знаю, — начал Эйб, — тебя отправили в Академию Святого Владимира без права покидать территорию. Раз ты здесь, то это может значить только одно, Роуз: твоя карьера в качестве государственного служащего подошла к концу. Давай отпразднуем это!

— Ты перегибаешь, старик. Я собиралась по делам во Двор.

— Мне известны эти «дела», — подтвердил Эйб. — Давай поговорим об этом в более подходящем месте.

Я кивнула, понимая, что мне не уйти от разговора. В конце концов, я добровольно села к нему в машину, и мы отправились обратно в город. Было немного горько смотреть на то, как стремительно аэропорт и самолёты, идущие на посадку, удалялись. Всю поездку в салоне стояла тишина. Эйб что-то писал в телефоне. Водитель, разумеется, молчал. Мне оставалось только смотреть в окно. Все оживились, только когда машина затормозила у семейного ресторанчика где-то на главной улице.

Мы зашли внутрь все вместе. Водитель занял стол рядом со входом, а я пошла следом за стариком в дальний конец зала. Здесь была уютная обстановка: лежали стопки пледов, на каждом стуле была подушка, а под самым потолком горели гирлянды. Аромат жареного мяса и звуки скворчащего масла пробудили во мне аппетит. Это неудивительно, в последний раз я ела около полуночи.

— Заказывай, — сказал Эйб, который даже не открывал меню.

Я так и сделала. Заказала спагетти со стейком, а в качестве напитка решила выбрать гранатовый сок.

— К твоему заказу лучше всего подошёл бы каберне совиньон, — покривился Эйб.

С недавних пор он стал чересчур чувствителен к еде. Общение с мороями из высшего общества не шло ему на пользу. А может быть, он слишком много времени проводил в Европе.

— В другой раз, — ответила я.

Старик пожал плечами и заказал себе воду с лимоном. Это удивило меня, но я промолчала, оставляя при себе подтрунивания.

— Ни к чему тянуть, — начала говорить я. — Предлагаю перейти сразу к сути. Я намерена ехать ко Двору, чтобы остановить беспредел, который чинит Бадика и его сторонники. Ты, конечно же, захочешь отговорить меня, чтобы твоя дочь оставалась правой рукой Королевы.

Эйб поднял ладонь, останавливая мой монолог.

— И ты решила, будто твоё присутствие что-то изменит, — закончил за меня мысль отец. — Безусловно, раньше ты могла на что-то повлиять. Так было когда-то очень давно, на рассвете твоей карьеры. Знаешь в чём ты заблуждаешься сейчас? Ты растеряла авторитет. К тому же больше не являешься королевским стражем. А тем более ты — не их глава. Может, ты и надеешься вернуться на прежнее место, вот только по бумагам ты сейчас — никто.

— Но!..

— Возражай сколько хочешь, — уверенно продолжал говорить Эйб. — Я могу говорить жестокие вещи, но ты сама всё прекрасно понимаешь. Тебя не подпустят не то что к Бадика, ты даже к Василисе на аудиенцию не прорвёшься. Твои бесшабашные выходки восхищают меня, однако все остальные устали мириться с этим. Стань умнее, попробуй переиграть мороев на их же поле.

Его отрезвляющая прямота выбила меня из колеи, и теперь все мысли разбежались. Весь боевой настрой как ветром сдуло. Я чувствовала, как опускаются руки. Слова Эйба били в точку.

— Не понимаю, — честно призналась я. — Я бессильна, пока нахожусь здесь, вдали от эпицентра событий. Как мне ещё переломить ход, если не напрямую?

Пока я медленно сходила с ума от неразрешимости ситуации, официант принёс еду. Аппетит разыгрался с новой силой от ароматов мяса и сыра.

— Кстати, — умудрилась выговорить я, поспешно проглатывая еду. — В чём вообще суть закона? Расскажи всё, что знаешь.

Старик вздохнул.

— Поразительная непредусмотрительность.

— Я слышала, — с набитым ртом говорила я, — Он связан с принудительным прохождением практики для учеников-дампиров.

Эйб задумался. Он изучающе посмотрел на меня, будто бы оценивая, как много информации может выдать. Ему понадобилось довольно много времени, пока он собирался с мыслями. Интересно, что двигало им в этот момент.

— Хм, если коротко, то предложение довольно резонансное. Его обсуждали ещё с мая, так что за это время его довели до ума. Если так можно сказать. Новичкам во время обучения в старших классах введут обязательную практику «в полевых условиях». Их будут назначать на временную службу мороям. В течение нескольких месяцев они будут исполнять долг точно так же, как любой другой страж. Думаю, подробности можно опустить. После прохождения практики новички должны будут сдавать раппорты, отчёты и дневники наблюдений. На инструкторов хотят возложить обязанности по посещению учеников. Ха, послушал бы я, как сами инструкторы отреагировали бы на такое предложение. Это глупость. В целом, это почти всё. Кто-то из отдела образования хорошо сформулировал: «Новички по истечении срока будут возвращаться в стены родной школы с багажом опыта, а морои смогут получить дополнительную протекцию. К тому же, это отличный шанс присмотреть себе будущего стража». Хотя, я думаю, ставка также на то, что морои и дампиры привяжутся друг к другу за полгода, так что последние захотят остаться на службе. Им, конечно же, будут идти навстречу. И что мы получаем? Новички начинают полноценно работать ещё в подростковом возрасте, даже если формально они остаются в статусе учеников Академии.

Я замерла, не в силах подобрать слова. Часть из этого мне уже была известна, но услышать всё это ещё раз от знающего человека… Новость снова ошарашила меня.

— Ты можешь опустить вилку, если аппетит пропал.

Проглотив еду, я поспешила запить всё соком. Невозможно. Это просто невозможно.

— Они же не готовы ко встрече с реальной опасностью. Они ещё дети. Если стригои нападут, они — покойники. Такое предложение нельзя принимать.

Эйб пожал плечами и откинулся на спинку стула. Он занимал позицию стороннего наблюдателя, поэтому происходящее мало касалось его.

— Ты всё ещё думаешь, что какая-то пятиминутная разборка способна остановить происходящее? У дампиров по большому счёту нет выбора, а для мороев такая инициатива подобна спасительной соломинке для утопающего. Бадика это начал или нет — неважно. В стражах нуждаются все. Особенно в наши дни.

Мне было тяжело переварить услышанное. Я представила, как кучка мороев сидит и обсуждает дальнейшие планы по использованию дампирского ресурса для предотвращения собственной гибели. Во мне поднималось чувство отвращения.

— А что Лисса? — с надеждой спросила я.

— У нас демократическое общество. Королева правит, но не всё подвластно её воле.

Его слова заводили меня в ещё больший тупик. Раз даже Лисса не может оказать влияние, то на мои слова вообще не обратят внимание.

— Я… не знаю, как быть, — признала я.

Старик выдохнул и встал из-за стола. Он протянул мне руку со словами:

— Тогда возвращайся в Академию. Вместо того чтобы лезть в эпицентр урагана, который снесёт тебя, отсидись в безопасном месте, — он немного подумал и добавил. — Знаешь, если тебе будет проще, считай это тактическим отступлением.

Отец подмигнул мне, и от этого почему-то стало легче. Было не по себе думать, что я прислушалась к нему. Ещё больше выводило из себя принятие собственной беспомощности. Сложно сказать, верно моё решение или нет, однако я приняла протянутую руку и направилась вместе со стариком обратно в Академию Святого Владимира.

— Знаю, как непросто тебе прислушиваться к голосу разума, но ты сделала верный выбор, — пытался приободрить меня старик.

— Угу, — невнятно ответила, продолжая вглядываться в проносящиеся за окном деревья.

— Если вдруг ты поймёшь, что при Дворе тебе делать нечего, ты всегда можешь обратиться ко мне, — Эйб снова выглядел как расчётливый змей, который замышлял прибрать к своим рукам что-то, что ему не принадлежит. — Я могу ввести тебя в бизнес, или в крайнем случае будешь вольным наёмником. Твои таланты не дадут тебе пропасть.

— Вот уж спасибо, но я пока не настолько отчаялась.

Эта мысль уже множество раз приходила ко мне в голову. Эйбу Мазуру тоже не хватало дампиров, на которых он мог бы положиться. Наверняка он пытался переманить и именитых стражей, и подающих надежды дампиров. Занимай старик положение допропорядочного гражданина в нашем обществе, он бы тоже поддержал новую образовательную программу. Закрадывалось подозрение. Может быть, он отговаривал меня только из-за призрачной надежды на то, что ему тоже перепадёт новичок-страж?

— У тебя недобрый взгляд. Ты задумала выпрыгнуть из машины на ходу и вернуться в Мизулу? — без обиняков спросил морой.

— Почему ты помогаешь мне? — напрямую спросила я.

Ответ прозвучал практически мгновенно:

— Ты моя дочь.

Больше Эйб ничего не говорил. Кажется, он сам удивился своему ответу.

Наши отношения нельзя назвать по-настоящему тёплыми или близкими. Но в какие-то моменты — например в этот — я начинала чувствовать очень непривычную, отчасти странную, но такую приятную поддержку, что не верилось в её реальность.

Может быть, он искренне захотел помочь мне не потерять положение из-за чересчур рискованного шага… К сожалению, я слабо верила в эту версию. В конце концов, мой отец помнил о своей выгоде всегда. А его истинный мотив мог быть скрыт где-то посередине.

Меня практически сморил сон, когда мы подъехали к воротам Академии. Здесь всё ещё дежурили Адам с напарником. Альберты не было видно.

— Роуз, а как ты покинула территорию школы? Сомневаюсь, что страж Петрова или Элен просто так отпустили тебя.

— Я вышла через главные ворота, но об этом знает только один человек. Тот, что идёт к нам прямо сейчас.

Эйб покачал головой, понимая, что его отцовский долг на этом не закончен.

Адам Уилсон подошёл к водителю и начал расспрашивать его о цели визита, попросил достать документы. Взгляд стража пробежался по салону. Сначала он начал разглядывать Эйба, который был диковинно одет по меркам нормального человека. После он заметил меня.

— Роуз?! Почему ты здесь?

— Почему ты так удивляешься, страж Уилсон? — передразнила я его тон.

— Почему ты заявляешься к главному входу? — парировал Адам.

— Хватит спрашивать «почему». Пропустите нас на территорию, и мы проедем напрямую к парковке.

Адам покачал головой. Мне было непонятно, почему он сомневался. Ответ пришёл оттуда, откуда не ожидали:

— Попроси их выйти, нужно провести осмотр, — сказал напарник Адама.

— Это обязательно? — поинтересовался Эйб.

— В новом учебном году новые правила, мистер Мазур. Вы же прекрасно знаете об этом.

— Можешь попросить того стража подойти сюда? Это избавит нас всех от проблем.

Мой коллега недолго думал. Его взгляд остановился на мне, а после он наконец-то решил пойти на уступку.

— Дилла, можешь подойти сюда? У него инвалидное кресло, нужно помочь выйти, — на ходу сочинял парень.

Страж Дилла, с которым мы познакомились лишь пару часов назад, точно узнал бы меня. Эйб не раскрывал своих планов, но я доверилась ему. Морой открыл окно и вперился взглядом в дампира, как только тот подошёл ближе. Дурное предчувствие поднялось у меня сразу, как я поняла, к чему идёт дело.

— Страж, сегодня вы видели в этой машине только меня и водителя, — Эйб говорил тихо, но в его голосе была сила. К нему хотелось прислушаться. У Диллы не было выбора, он ловил каждое слово мороя.

Совсем недавно я чуть сама не стала жертвой принуждения, а теперь участвовала в промывании мозгов. Сегодня всё встало с ног на голову.

Стражи на пропускном пункте позволили нам проехать. Водитель вырулил на парковку, а я тем временем думала, как бы побыстрее замести все следы моего самовольного побега. Эйб решил нанести визит к директрисе, чтобы его приезд не вызвал лишних вопросов.

Я зашла в свою комнату, и на меня нахлынуло ощущение, будто я ушла отсюда давным-давно. Хотя прошло меньше суток. За это время я успела узнать важные новости, которые вот-вот перевернут жизнь учеников, поссорилась с Кристианом, разочаровалась в Мии, пообщалась с Эйбом, а также раздобыла для себя первоклассный кофе из мизульского магазина.

Может, сейчас мне и сложно выдвинуть ультиматум целому моройскому обществу, но Эйб подал мне хорошую идею. Пока новая программа не принята окончательно, у меня есть шанс перевесить чашу весов в пользу дампиров.