В мире все идет спокойно (джен)

Феи благоразумно скрыли свои крылья, чтобы не искушать падких на красоту девиц.

Эдгар думал о том, как хорошо, что и этот вопрос теперь решён. Осталось лишь разобраться с его ушами, эльфийкой и озером, и с делами покончено! Можно было устроить настоящие каникулы с пикниками, вечеринками и прочим весельем, если график Джаса и Ханны позволит.

А Джас перестраивал всю свою жизнь, ведь теперь они с Эдгаром были единственными живыми родственниками друг друга; стоило это учитывать и заботиться о своей жизни, чтобы не разбить сердце племяннику ещё и своей кончиной. Предстоящий ночной рейд уже казался не такой хорошей идеей… Но отказаться было нельзя.

— Это просто восхитительно, что мы оказались родственниками, но позволь мне не потерять и друга? — откровенно признался Джас, наконец решив заговорить. — Давай не будем сильно менять наше общение?

Эдгар не видел причин не соглашаться. Ему наконец стала понятна их с Джасом связь, которую он уже грешным делом чуть не записал в какие-то романтические чувства, но к счастью, всё оказалось намного проще.

— Ребята, на встречу с принцессами я пойду одна — не думаю, что им будет комфортно откровенничать при всех нас.

Эдгар и Джаспер с ней согласились, договорившись встретиться после всего в обед, в крайнем случае — за ужином.

Идя по коридору, девушка думала обо всем произошедшем. Так удивительно, что судьба свела двух родных людей! Ханна даже немного завидовала им, ведь они могли летать, в отличии от неё.

Дочь директора не заметила, как подошла к назначенному месту встречи. Там уже примостилась хрупкая эльфийка, на порядок ниже ростом, чем обычные представители этого вида, но от того не менее красивая. Её бирюзовые волосы загадочно переливались отраженным светом.

Увидев пришедшую девушку, принцесса поспешила встать.

— Привет, меня зовут Фаирэль. Мои подруги не смогли прийти, но я передам им всю информацию.

Наверняка две другие принцессы просто не захотели тратить своё время — оно и понятно: кто захочет посвящать свои каникулы каким-то непонятным людям и делам?

— А меня зовут Ханна, и я очень благодарна, что ты пришла.

— О чем пойдет речь? Надо что-то подготовить для предстоящей первой встречи факультета после каникул? Или, может, староста передал через тебя просьбу что-то зачаровать?

— А ты умеешь? — удивилась дочь директора.

— Да, немного… Все чародеи когда-то были молоды, поэтому вовсе не странно, что кто-то молодой умеет накладывать чары на предметы. Моя семья славится особым талантом зачарования.

— Мы тут не из-за учёбы... Кое-кто рассказал, что ты или твои подруги смогли сотворить чудо щелчком пальцев. Мне это очень интересно, как исследователю. Я бы хотела узнать принцип действия такой магии.

Девушка ненадолго вспыхнула слабым румянцем. — Я использую такой метод…

— Давай где-нибудь присядем и поговорим? Ты не против? — предложила Ханна, и обе направились по коридорам в сторону зоны отдыха.

Фаирэль видела Ханну на большинстве занятий, но никогда не общалась с ней. Эльфы вообще немного сторонилось других видов.

— Что именно ты хочешь узнать? — уточнила принцесса.

— Меня интересует, каким образом ты используешь потоки магии, откуда их берёшь и как направляешь.

— Я мысленно собираю магию к правой руке, затем щелкаю пальцами, тем самым с силой выкидывая невидимый сгусток магии из тела. Он сразу начинает исполнять то, что я задумывала, трансформируя пространство или предметы, что-то двигая или создавая. Сгусток магии — что-то вроде слуги, которого я отправляю с поручением. Но это довольно сложный процесс, вначале будет безрезультатно. Я долго тренировалась, прежде чем наконец смогла.

— Это так удивительно! Наверняка все бы пользовались таким методом, если бы он получался с первых попыток. Но твой способ для очень усердных…

— У которых нет другого выхода. Его придумали рабы-эльфы, которые были завалены работой. Они сделали из магии помощников, чтобы хоть немного облегчать свой труд.

— Но откуда ты это знаешь и умеешь? — недоумевала Ханна.

Эльфийка медлила с ответом, она не знала, рассказывать ли о своём друге…

— Если это секрет, то можно не говорить, конечно. Не переживай, ты и так мне очень помогла!

— Ладно, я расскажу. Меня обучал мой друг, который родился рабом в Британии. Он подробно описывал в письмах, что нужно делать, а я ежедневно тренировалась.

Ханна до сих пор была удивлена простотой, но, одновременно, и сложностью этого вида эльфийской магии. Для первого раза она узнала достаточно, поэтому не планировала задерживать однокурсницу ещё дольше.

— Большое спасибо за помощь! В будущем я могу к тебе обращаться по поводу твоей магии, если что?

— Конечно!

* * *

Тем временем в самых тёмных частях лабиринта. Ферштек. Германия.

Во мраке что-то приглушенно скрежетало. Монотонный звук с одинаковыми промежутками эхом отдавался от соседних стен. Гнетущее ожидание нарастало…

Когтистые лапы выскребали дыру в известняке, через которую уже могла пройти половина головы монстра. Сбоку от него послышалось квакающее рычание, затем глухой удар. Второй монстр пытался атаковать первого, отчего подкоп временно прекратился.

Когтежабы были весьма агрессивны и к своим, и к чужим. Их миграция происходила непредсказуемо, что добавляло опасности для окружающих существ. И теперь они пытались пробраться в лабиринты Ферштека. Защитные чары не срабатывали на этот вид хищников, так как они были химерами.

Чувствуя издалека присутствие теплокровных существ, лягушки-ящеры пытались пробраться в пещеру сразу в нескольких местах.

Такие нежданные гости были редкостью, но иногда, всё же, пробирались. Однако, чаще это делали волколисы — более безобидные, похожие на милых енотиков, но в больших количествах довольно опасные.

Регулярно проводились рейды по отлову таких химер, которых пропустило защитное поле. Староста неоднократно поднимал вопрос о перезачаровании пещеры, но пока безрезультатно, так как для него требовалось много сильных магов. Теневой владыка составил список выдающихся студентов и взрослых, подходящих для участия в подобном, и подготовил необходимый инвентарь. Теперь надо было лишь дождаться новолуния.

Но когтежабы ждать не планировали, им хотелось отведать тёплого мяса живущих в пещере. Увеличиваясь в количестве, они продолжали дырявить стены.