Спец.код: MARIA (гет)

Сон у Эми был тревожным и хрупким. Нависая над её кроватью, даже на ощутимом расстоянии, Шедоу боялся лишний раз шевелиться, чтобы не разбудить её. Он хмуро вглядывался в так и не расслабившееся до конца лицо, за чьим состоянием наблюдал уже битый час.

Роуз то сдвигала брови, то поджимала губы и притягивала к себе мягкую игрушку, утыкаясь носом в плюшевое ухо. Шедоу долго сверлил взглядом этого медведя, окольцованного крепкими и наверняка тёплыми и нежными объятиями. Чёрные глаза-кнопочки смотрели в ответ и, казалось, насмехались над ним, сверкали превосходством.

Но вот Эми зашевелилась, тревожно заворочалась. Теперь даже во сне на её лице рисовал тени страх. Шедоу цокнул языком и не сдержался, склонился чуть ниже, протягивая руку к спящей девушке, но остановился не дотронувшись. Что и с какой целью он намеревался сделать? Сам ещё не решил. И всё же коснулся. Осторожно провёл пальцем по щеке и открытой шее...

Роуз замерла. В следующее мгновение Шедоу исчез, заметив первые признаки пробуждения.

* * *

Сумрак операторной комнаты отдела палача разгоняли многочисленные экраны с изображениями плана здания штаб-квартиры. Шедоу, в не самом лучшем расположении духа, занимал своё место напротив компьютера. Он не стал сегодня посещать университет, решив, что без Роуз ценность проведённого там времени менее значима, чем личные цели.

Пальцы в плотных белых перчатках «Шеда» постукивали по яркой фиолетовой упаковке шоколада, в спешке оставленного здесь ещё вчера. Хмурый взгляд блуждал по трёхмерной проекции этажей. Мрачная мысль, что все они уже давно обысканы, не давала покоя. Поиски зашли в тупик. Маленькой радостью было только пустующее соседнее кресло — подосланный Роботником координатор наконец оказался уволен.

От невесёлых размышлений Шедоу отвлёк шорох расступившихся дверей лифта на этаже и последовавший за ним размеренный стук каблуков по коридору. Конец тишине. Палач раздражённо дёрнул ухом, но в то же время усмехнулся, поворачивая кресло в сторону входа.

Двери, отделяющие операторную от коридора, разошлись, и Шедоу привычно поймал что-то, что обязательно должно было прилететь в лоб. На этот раз в руке оказалась целая сумка. Щедро.

— Я просил отказаться от каблуков на службе, — напомнил он, проигнорировав нелепое нападение.

В ответ зазвучало обвинительное:

— А я не на службе, Шеди, я в отпуске! — мстительно выстукивая каждый шаг, белая летучая мышь проигнорировала тщетное «И от этого прозвища я тоже просил отказаться...», подошла к палачу и отобрала у него собственную сумочку, продолжая возмущаться: — Точнее сказать, должна быть в отпуске. Но ты же опять выжил всех новичков!

Шедоу фыркнул и заявил:

— Они некомпетентны.

— Прям все до единого? — ехидно уточнила девушка, грациозно приземляясь в соседнее кресло и не глядя вытаскивая из ящика наушники с микрофоном.

— Да, Руж. Все до единого вздрагивают от каждой вспышки хаос контроля, и все до единого докладывают Айво о любом моём несанкционированном перемещении, — терпеливо пояснил Шедоу, сделав особый акцент на последней части высказывания.

— Надо бы и мне начать следовать протоколу, — запела мышка, возясь с аппаратурой. — Может, тогда меня перестанут выдёргивать из заслуженного отпуска?

Шедоу только усмехнулся и нарочито надменно предупредил:

— Не разочаровывай палача, координатор, вторая догма о не причинении вреда сотрудникам GUN разбита...

— Пф, меня от тебя не догмы защищают, — беззаботно отмахнулась девушка, она знала, что несмотря на серьёзный тон, тёмный только шутит, а не угрожает. — Доктор в курсе?

— Нет.

— Эй?! — тут Руж возмущённо хлопнула крыльями и строго посмотрела на Шедоу. — Тогда и я не знаю! Сколько раз повторять: не доверяй мне такие вещи! Если начнут выяснять — я сдам тебя с потрохами.

— Ложь, — тёмный был в этом уверен. — Но если тебя поймают на нарушении протокола, используй это: скажи, что я тебе угрожал, или что-то вроде того придумаешь.

Руж скосила на Шедоу внимательный взгляд. Он говорил так, словно что-то задумал, любопытство подъедало летучую мышку, но это был как раз тот случай, когда меньше знаешь — крепче спишь, и вообще дольше живёшь, дольше работаешь на престижной должности и дольше получаешь умопомрачительную зарплату. Поэтому девушка сделала вид, что ничего не заметила, и ткнула пальцем во всё ещё бесцветного ежа.

— А это что на тебе, новая маскировка? Не слишком удачная, позволь заметить.

— Наиболее энергоэффективная, — Шедоу устало отодвинул от себя чужую руку. Так он тоже уже когда-то просил не делать. — Тридцать шесть часов автономии себя оправдывают.

— Куда тебе столько?

— Пока тебя не было, я добился разрешения проживать на гражданке, — поделился он новостями и отключил неуместную на данный момент маскировку. — Появление палача в роли студента немыслимо, так что сойдёт.

— О-о, так ты всё же уломал доктора? Как только удалось? — любопытство Руж всё же нашло где засиять.

— Припугнул падением стабильности из-за несоблюдения пятой догмы.

Мышь хмыкнула и даже посочувствовала несчастью Роботника, но в бирюзовых глазах затаилось беспокойство. Руж вывела на один из экранов компьютера информацию о стабильности подопечного. Сейчас шкала показывала крепкие сто процентов, но в истории изменений координатор заметила просадку вчерашним вечером, и это настораживало.

— Неудачный разговор с Айво, — пояснил Шедоу, заметив, куда направлено внимание напарницы. — Волноваться не о чем, у меня всё под контролем.

— Ну да, конечно, под контролем, — фыркнула Руж. Годы опыта подсказывали: сегодня — под контролем, а завтра график стабильности показывает зияющий «ноль»... — Предупреди, когда ты «контролируемо» соберёшься слететь с катушек, чтобы на этот раз я успела взять выходной и оказаться подальше.

При всём желании Шедоу не мог пообещать такого уровня контроля. Он тоже вгляделся в показатели, надеясь зафиксировать их в текущем идеальном состоянии.

— Ух ты, Шеди, неужели это подарок в честь моего возвращения? — умилённый голос Руж снова отвлёк.

Боковым зрением палач заметил, как она утянула со стола яркое фиолетовое пятнышко, разбавляющее суровость операторной. Шедоу перестал смотреть на экраны ровно в тот момент, когда девушка коснулась подарка от Эми, и теперь его внимание сконцентрировалось на потревоженной цветастой упаковке.

— Нет, Руж, — безжалостно и до крайности строго произнёс тёмный. — Это моё. Положи. На место.

Мышка не обиделась, она навострила ушки, мгновенно учуяв что-то крайне интересное.

— Да-а? А с каких это пор ты ешь сладкое? — ещё более заинтересованно протянула она. Любопытный проницательный взгляд мгновенно нацелился по кирпичикам разобрать стены того бункера, в который совершенный охотник тщетно пытался прятать свои секреты.

— Разве мне запрещено? — вопросом на вопрос ответил тот, раздражённо дёрнув ухом.

— Нет, но мне хотелось бы знать, что с тобой происходит. Как твоему координатору, — Руж безвинно развела руками, мол работа у неё такая.

— Наблюдение за моим рационом питания не входит в твои обязанности, — не согласился тёмный.

— Да разве ж о питании я говорю? — она закатила глаза оттого, сколь нелепо палач пытался увиливать. — Шедоу, ты ведь очень постоянное существо, и такие внезапные изменения во вкусовых предпочтениях могут сигнализировать о фундаментальных сдвигах в твоей личности... — Руж с умным видом покачала шоколадкой и подметила, как ревностно багряные глаза следили за этим движением. Получив подтверждение своим мыслям, она самодовольно ухмыльнулась: тут, похоже, имела место не просто внезапная любовь к сладкому, а некая ценность конкретно данной молочной плитки.

— Верни и забудь о ней, — прозвучало уже как приказ.

— Ни-за-что! — хитро пропела мышка. — Я тут координатор — я тут командую.

— Ты тут заигрываешься...

— И сейчас я командую поведать... — Руж проигнорировала подопечного и таинственным голосом вопросила, — о чём нам сигнализирует эта шоколадка?

В ответ Шедоу молчал, с каждой секундой хмурясь всё сильнее. Но мышь давно не пугали эти его взгляды, она слишком хорошо знала, что палач только запугивает и не позволит себе сделать ничего действительно опасного. А потому она смело продолжала допытываться:

— Скажи, что в ней особенного, что ты сейчас готов сожрать своего любимого координатора, лишь бы я отпустила малышку? — для пущего эффекта Руж подкинула шоколадку. Та взлетела и перевернулась в воздухе, прежде чем упасть обратно в изящную ладонь.

Данная показная небрежность стала последней ошибкой... Разряд молнии скользнул по чёрным иглам и на миг окрасил пространство в алые тона, окатив Руж всплеском энергии, от которой шерсть встала дыбом. Прищур гневных багряных глаз предупреждал не лезть дальше в догадки.

Палач поднялся с кресла и внушил, делая паузу на каждом слове:

— Это. Обычный. Шоколад.

Молниеносным движением он отобрал пачку и в следующее мгновение исчез. Мышка так и осталась сидеть распушённая, с поднятой пустой рукой и круглыми глазами.

Компьютер робко пискнул оповещением, и Руж машинально повернула голову в сторону экранов. На карте, указывающей местоположение совершенного оружия, мигающая красная точка переместилась из штаба куда-то в спальные районы Централ-Сити.

«Это могло быть что угодно, но только не "обычный шоколад"...» — подумала координатор палача.

* * *

— А мне тоже приснилось, как к нам пришёл палач и хотел с тобой разобраться, — шёпотом поделилась Крим своими ночными кошмарами, пока Эми провожала ту на занятия.

Крольчиха ещё раз пожелала им с Наклзом удачи, и девушки разошлись. Роуз спешить было некуда, а потому она относительно спокойно готовилась к предстоящей операции: переоделась в любимый розовый спортивный костюм, показавшийся наиболее удобным, проверила работоспособность маскировочных браслетов и только потом вышла из общежития в прохладу осеннего дня.

Направляясь к автобусной остановке, она старательно согнала все мысли в область миссии по спасению мутантов и погрузилась в них с головой, отмахиваясь от вчерашнего дня и от кошмарных снов как от назойливых ос.

Кто-то остановил её в нескольких шагах от пешеходного перехода, схватив за шиворот толстовки.

— Там красный, — предупредил знакомый ровный голос...

Голос несколько более высокий и мягкий, чем тот, что мог бы вызвать приступ ужаса, — Шедоу работал над тем, чтобы звучать иначе.

— Шед, божечки, не пугай так! — завырывалась Эми и сразу оказалась отпущена.

— А ты соберись. Опасно так не глядя ходить.

Роуз повернулась к ежу и оказалась под внимательным взором туманных серых глаз. Их обладатель был, как всегда, завораживающе мрачен, особенно в этом небрежно распахнутом чёрном пальто с высоким воротом.

— Я просто задумалась... — оправдалась она, стараясь перестать глазеть на ежа, и всё же признала: — Но ты прав. Спасибо, что остановил, — благодарный взгляд и улыбка... Увидев их, Шед застыл, да так и остался стоять, словно окаменел.

На светофоре загорелся зелёный, и Эми, не успев заметить состояние собеседника, поспешила перебраться на другую сторону дороги, на прощание махнув ежу рукой. Его дом, как предполагала Роуз, находился в другой стороне, а значит на этом их встреча должна была закончиться. Но чёрная статуя быстро ожила и пошла следом. Эми услышала его шаги за спиной и не смогла сдержать немного глупую улыбку.

— Ты ведёшь себя подозрительно! — в шутку упрекнула она, решив не оборачиваться, чтобы не показывать своего смущения. — Нам с тобой просто в одну сторону, или ты меня так преследуешь?

— «Преследую» — слишком громкое слово в нашем случае, но можно и так сказать, — беззастенчиво признал Шед. Он воспользовался шансом и остался позади, чтобы хотя бы за выражением лица следить было необязательно. Полуулыбка исказила его мордочку, но никак не отразилась на голосе. — Ты выглядишь неважно и витаешь в облаках, хочу убедиться, что ты благополучно преодолеешь все светофоры.

— Беспокоишься за меня? — хитро поинтересовалась Эми, она попыталась подловить и засмущать чёрного, просто чтобы не краснеть в одиночестве, но попалась в свою же ловушку от простого и совершенно серьёзного ответа:

— Да.

Роуз уткнула взгляд в асфальт, остановившись в кучкующейся группе горожан у автобусной остановки. Шед встал рядом. Минуту они провели в неловком молчании, пока Эми старательно убеждала себя не надумывать ничего лишнего и вообще не реагировать так остро.

— А ты почему не на парах? — ежиха решила перевести тему и получила сухой ответ:

— Были дела...

— Тебя могут отчислить за прогулы, — вздохнула Эми. — Вчера одну жалобу уже написали.

— Сама сейчас прогуливаешь, — фыркнул Шед.

— У меня, может, тоже дела, — Роуз с важным видом вздёрнула носик и тут же вспомнила. — Ох, точно! Прости, я не предупредила, что сегодня не приду. Я видела, ты приезжал и ждал... Но у меня не было твоих контактов, чтобы связаться... — с лёгким намёком закончила девушка, надеясь, что ёж тоже захочет решить эту проблему и пойдёт навстречу.

— Мне несложно. Остановка всё равно на маршруте, — намёк остался незамеченными.

— И всё же, ты ждал, неловко вышло. К тому же раз уж так получается, что мы одногруппники и живём рядом... — неуверенно начала Эми перечислять поводы, перекатываясь на подошвах кроссовок с носков на пятки и обратно.

Ох, и с каких пор для неё стало проблемой попросить чей-то номер? Она же не собирается потом названивать Шеду круглые сутки! Это лишь средство связи на случай необходимости...

— В общем, давай обменяемся номерами! — выпалила наконец Роуз, подняв на соседа целеустремлённый взгляд.

Чёрный ёж посмотрел на девушку с лёгким недоумением и глубоко задумался. Это уже заставило Эми думать, что она просит слишком многого, а потом Шед как-то совсем помрачнел, и зашкаливающая степень собственной наглости стала для неё очевидной.

— Ты не подумай, я не настаиваю! Просто, было бы удобно... Не хочешь, тогда и не обязательно... — не рассчитывала Роуз, что затея окажется настолько провальной.

Подъехал автобус, кучка народа поспешила утрамбоваться внутри, и Эми — одна из первых. Она надеялась сбежать от стыда, но его триггер зашёл следом и встал рядом, прислонившись к поручню.

На счастье Роуз, их разделила толпа, неумолимым потоком утянувшая розовую фигурку в глубь салона. Только Шеда это разделение не слишком устраивало... Он сразу оставил наиболее удобное место из стоячих и, настойчиво раздвигая пассажиров, двинулся к Эми.

В след от торопящихся полетели ругательства и обвинения в грубости, но к возмущению народа чёрный оказался глух и слеп, даже к осуждающему взгляду самой розовой ежихи. Несмотря ни на что он встал напротив и даже сохранил немного пространства между ними. Увы, ненадолго: когда автобус тронулся, кто-то позади Роуз случайно толкнулся, вынудил шагнуть вперёд и избавиться от пустого места.

Сзади послышались неловкие извинения, но Эми их не заметила — оказалась слишком занята паническими попытками отстраниться от белого меха, в который уткнулась носом. Из-за этой излишне пышной шерсти на груди, Шед не застёгивал верхние пуговицы одежды, и сейчас данный факт сыграл с Роуз злую шутку, перекрасив мордочку из розовой в ярко-красную.

— Прости, — пискнула Эми, самую малость восстанавливая расстояние и отворачиваясь.

Ёж сделал глубокий вдох и тоже отвернулся.

— Стоило пригнать машину... — он был явно недоволен условиями общественного транспорта.

— Необязательно было идти за мной в автобус, — с сочувствием ответила Роуз, ей тоже не нравилась эта толкотня, но было в какой-то мере привычно. — Светофоры уже закончились, ты выполнил свой долг, — добавила шутливо.

— Здесь закончились, а там, куда ты едешь, — ещё нет, — и опять серьёзный голос, словно речь шла не об обычных пешеходных переходах, а о минном поле.

Пока Эми блуждала взглядом по переполненному салону, стараясь не смотреть на Шеда, тот достал телефон. Чуть не перепутал его с шоколадкой, но вернул ту в карман пальто раньше, чем Роуз могла заметить.

«Руж, неофициально: мне нужен обычный гражданский телефон и номер», — написал он своему координатору.

Ответ пришёл быстро, но совсем не тот, что хотелось бы:

«Вот так вот, возвращаешься на работу, а тебя не только шоколадкой не угощают, но ещё и в первый же день загружают «неофициальными» просьбами!»

Шедоу живо представил ехидную мышь. Отвечать он на такое не собирался, и координатор об этом знала, а потому написала ещё, перейдя к делу:

«Зачем тебе телефон, чем тебя коммуникатор GUN не устраивает?»

«Тем, что это коммуникатор GUN, и тем, что у координатора есть к нему полный доступ...» — это не было отправлено, только пронеслось в голове палача, а Руж он написал краткое:

«Для личных целей.» — и понадеялся, что на этот раз она не начнёт пытаться выяснять...

Сообщения от координатора посыпались одно за другим:

«Для каких таких личных целей?»

«Не для своих же диверсионных штучек ты собрался использовать незащищённые гражданские каналы связи?»

«Ты от меня что-то хочешь спрятать?»

«Меня не было всего несколько дней, Шеди, когда у тебя успело появиться настолько личное?!»

«Дай угадаю, тайные переговоры с поставщиком молочного шоколада?»

Шедоу измученно потёр веки. Как долго Руж теперь будет вспоминать про этот шоколад?

«Организуй телефон.» — было отправлено вместо всяких возмущений и оправданий.

Сообщения продолжили приходить, но Шедоу уже убрал замаскированный под смартфон коммуникатор и посмотрел на Эми. Та была сосредоточена на информационной табличке, наклеенной поверх окна. Ранее, в поисках на что бы отвлечься, Роуз заметила её и теперь внимательно изучала, усиленно делая вид, что видит впервые.

«Остерегайтесь мутантов!» — гласил заголовок. Под ним несколько строчек о том, как опасны обладатели способностей, рекомендации к действиям при встрече с мутантом и упрощённая таблица классификации — памятка о том, как предварительно определить уровень опасности.

Роуз печалили такие таблички, а в первый год жизни в Централ-Сити даже злили: не настолько уж и страшны Эми и её собратья! Большинство ведь просто хотят спокойно жить...

Теперь она привыкла не обращать на эти плакаты внимание, только иногда рассматривала классификацию и прикидывала, на каком уровне находится она и её знакомые. Например, Крим точно была на зелёном — самом низком и безобидном. Она умела летать, но в остальном никак не отличалась от обычных крольчих. «Имеют неординарные особенности, которые не несут прямой угрозы», — гласила характеристика.

К жёлтому уровню относили уже более сильных мутантов, которые были однозначно опаснее среднестатистического мобианца. У Эми не было таких среди друзей, но к этому уровню она в тайне надеялась причислить себя, просто потому что жёлтых, как и зелёных, охотники не устраняли. При поимке их обычно заключали в тюрьму особого содержания, где те занимались черновым трудом, почти как обычные преступники.

Однако друзья всегда говорили, что Роуз сильная, да и сама она понимала тщетность надежд притвориться маленькой и почти неопасной. «Учиняет разрушения, несёт угрозу здоровью и жизни неограниченному числу простых граждан.» — характеристика оранжевого уровня намного лучше соответствовала способностям розовой ежихи. Но осознавать себя на этом уровне было страшно. Оранжевые слишком сложные для содержания в клетке и недостаточно ценные, чтобы GUN оставляли их в высокотехнологичных криокапсулах. А потому смерть — наиболее вероятный исход для таких, как Эми.

Страшнее ситуация была у красного уровня, они имели только одно право на ошибку: такими мутантами занимались элитные отряды охотников и, в частности, палач. Наклз как раз был эталонным представителем этого уровня — могучий и разрушительный, из тех, с кем элитный отряд не справится, кого доктор Айво Роботник любит оставлять на опыты... на этой почве Эми очень переживала за судьбу названого брата. Если ехидна попадётся, а тем более если GUN узнают его родословную, ему не будет ни жизни, ни покоя.

Других уровней в информационной таблице не было, тех кто выходил за рамки классификации называли «экстра». Их знали по именам: Соник, Мефилес, Энерджак, Эрейзор, Мерлина и другие, ушедшие в историю. Их считали угрозой мирового масштаба, и их стремились истребить в первую очередь. Стоило им показать нос — в тот же миг по их головы высылали палача.

На том и заканчивалась условная иерархия обладателей способностей — на вершине так или иначе оказывался проект «Shadow». Не мутант, но средство от них, творение GUN, которым они так гордятся, искусственное живое оружие, направленное на таких, как Эми.

Ежиха вдруг снова поймала себя на этом нервном движении: потёрла рукой шею. Нет, ей надо поскорее избавиться от воспоминаний о палаче, они пересеклись единожды, случайно, больше этого не повторится, незачем так переживать, нечего бояться... Ведь так?

Заскрипели тормоза, автобус резко остановился, толпа накренилась. Шед поймал и придержал потерявшуюся в мыслях Роуз, не дав завалиться как некоторой менее везучей части пассажиров. Водитель красочно обругал какого-то идиота, выскочившего на красный.

Эми мгновенно вернулась в реальность: твёрдая рука на талии слишком отчётливо об этой реальности напомнила. Но вот автобус снова тронулся, и Шед, задержав взгляд на протянутых к шее пальчиках, медленно убрал свою ладонь.

— О чём задумалась? — негромко поинтересовался чёрный ёж. И вот обязательно ему было именно сейчас проявить инициативу в общении, после того как посеял хаос в голове Роуз?

— Да так... — Эми забегала глазами по сторонам в поисках ответа, который никак не хотел придумываться. Наткнулась на табличку, а потом глянула на Шеда, вдруг поймав странную цепочку мыслей. — О том, что ты чем-то похож на Мефилеса, — да, именно так! Роуз было легче сравнивать стоявшего совсем близко ежа с обезумевшим мутантом, чем с палачом, этого самого мутанта казнившим.

Шед издал звук: не то насмешливо фыркнул, не то с горечью усмехнулся. Несколько секунд размышлений, а потом он прикрыл рот ладонью и, изменив голос, таинственно заговорил:

— Что ж, ты меня раскусила. Я — Мефилес. Тьма Мефилес!

По правде говоря, у Шеда плохо получилось сымитировать тот жуткий, пронизывающий потусторонней силой голос, что прозвучал над всем Централ-Сити в середине зимы, но у Эми всё равно глаза расширились оттого, насколько милой показалась эта имитация. Она тихо, чтобы не пугать окружающих, рассмеялась:

— О нет! — изображая театральный ужас, прикрыла улыбку ладонями. — Возвращение мутанта экстра-уровня! Спасайтесь кто может! — Роуз отступила назад на четверть шага, как бы изображая побег, но оказалась снова поймана Шедом и удержана на месте.

— От меня никому не сбежать! — ёж приблизился, и это уже прозвучало зловеще, как раз в духе Мефилеса, но Эми по-прежнему хотелось только смеяться, тем более что за белой перчаткой, изображающей отсутствие рта, явно тоже пряталась улыбка.

— Ох, молодёжь, никаких понятий о приличии! — возмутился поблизости старческий голос.

Шед намеревался проигнорировать седую волчицу, но Роуз не смогла не обратить внимания, и её задор стыдливо спрятался, так стремительно, словно и не было его. Эми опустила взгляд в пол и осторожно отодвинула от себя руку ежа.

Старушка была вознаграждена очень недобрым взором со стороны чёрного. Но он только выпрямился и продолжил тему уже в серьёзном ключе:

— Мефилес давно мёртв, как бы много этот ёж о себе ни мнил, он не воскреснет.

Обсуждать гибель очередного мутанта для Эми было тяжело, и она постаралась вернуть более шутливый тон:

— А может, ты его родственник? — и в этом, казалось бы, совсем несерьёзном предположении затаилась неясная искорка надежды, которую девушка сразу сокрыла очередной шуткой. — Пришёл мстить за смерть брата-близнеца?

— Эми, ты сейчас договоришься до того, что на меня охотников вызовут, — фыркнул ёж и коротким кивком предложил обратить внимание на окружающих. Пассажиры странно косились на парочку, сжимая телефоны в руках и тоже обсуждая Мефилеса, память о котором ещё была свежа.

— Ой, — Роуз прикусила язык. К счастью, за окнами очень скоро замаячила нужная остановка, и из-под подозрительных взглядов можно было быстро уйти.

Ежи высадились возле частично разрушенной многоэтажки. Эми оглядела здание, где обычно работала, и невольно вздрогнула от вида ограждённых лентами обломков, под которыми сама вчера чуть не осталась. На удивление их было немного, в моменте казалось, что этой высотке вообще не уцелеть, но она стояла. Твёрдо, и выглядела почти как обычно, только на нескольких средних этажах образовались внушительные пробоины.

— Думала, тут будут руины... — прозвучало задумчивое.

Рядом патрулировали охотники — не самый приятный факт, но Соник сказал, здесь лучшее место для нападения на конвой с заключёнными мутантами. Оставалось только найти Наклза и подготовиться. И да, для начала как-то избавиться от сопровождения Шеда. Студенту Мариусу не следовало во всём этом участвовать.

Однако Наклза видно не было, зато взгляд Роуз наткнулся на другую знакомую фигуру: кошка в сиреневом пальто стояла, прислонившись к стене газетного киоска, и выглядывала куда-то из-за угла.

— Блейз, привет! Ты не видела здесь... — обратилась Эми, подойдя ближе.

Кошка вздрогнула, стремительно обернулась и шикнула на ежей:

— Тише! — она схватила обоих сокурсников и вынудила их тоже прижаться к стене. Недоумённые взгляды её не смутили, и она снова выглянула из-за угла.

Роуз быстро начала догадываться о причинах странного поведения кошки.

— Блейз, только не говори, что ты следишь за кем-то? — негромко, но строго уточнила она.

— Не слежу... просто наблюдаю, — совершенно серьёзно поправила Блейз.

Эми помолчала, изображая полное неодобрение, но не сдержала любопытства и тоже выглянула. Из-за угла открывался вид на площадь, где Роуз быстро обнаружила красного друга, но не одного, а снова в компании Сильвера. К подглядыванию присоединился и Шед. Он не разбирался, в чём суть происходящего, но тоже заметил двоих парней и непонимающе вздёрнул бровь.

— Блейз, ну нельзя же за ним шпионить... — с осуждением шепнула Эми.

— Я не шпионю, просто наблюдаю! — напомнила кошка. — И в прошлый раз ты мне помогла.

— Я только прикрыла тебя, когда ты пряталась.

— Ну да, а информацию из Сильвера ты для себя вытягивала? — подловила Блейз, но потом глянула на Эми с подозрением: а вдруг, правда, для себя?

— То был спонтанный жест женской солидарности! — оправдалась ежиха. Кошка прищурила взгляд, но поверила.

— А как же университет? Неужели ты прогуливаешь? — Роуз продолжила попытки образумить сокурсницу.

— Отменили две пары, у нас окно, — а эта новость была маленькой удачей для Эми, меньше потом будет проблем с пропусками.

— И давно ты «наблюдаешь»?

— М... Час? — прозвучал неуверенный ответ.

Эми тяжело вздохнула и настояла на своём:

— Блейз, ты заходишь слишком далеко, просто поговори с ним.

— Нет, не могу... — кошка опустила уши.

— Наблюдать исподтишка — очень и очень плохая затея!

— Почему? — вопрос задала не Блейз, любопытство проявил Шед, и девушки, отчасти забывшие о его присутствии, удивлённо обернулись к чёрной фигуре.

— Ну... как это почему? — Эми даже растерялась от такого вопроса. По её мнению было очевидно, что следить за кем-то без его ведома как минимум некрасиво. — Представь, за тобой будут вот так наблюдать... — она демонстративно указала на продолжившую выглядывать Блейз.

Шед скептически хмыкнул. По факту за ним уже следили, всегда следят, даже сейчас координатор знает точное местоположение палача, а помимо того, состояние его физической исправности и психологической стабильности.

— Это нарушает личные границы, угрожает всему тому, что Сильвер наверняка хотел бы сохранить в тайне, — продолжала Роуз объяснять. — И это неприятно, знаешь ли. Очень дискомфортно ощущать на себе чужой взгляд из-за угла. Кроме того, Блейз ничего этим не добьётся, а если попадётся, то потеряет всякое доверие. Никому не понравится обнаружить за спиной сталкера! — последнее было сказано специально для шпионки.

— Для слежки могут быть серьёзные причины, — возразила кошка.

— Поддерживаю, — Шед кивнул в знак солидарности, не отрывая внимательного взора от Роуз.

Эми со своим, казалось бы, наиболее моральным мнением оказалась в меньшинстве.

— Ребят, вы же это не серьёзно... — она нервно улыбнулась. — Блейз, твоё смущение не является достаточной причиной, — Роуз выдохнула и поймала кошку под руку. — Пошли! — скомандовала уверенно и повела опешившую девушку на свидание.