Янки из Броктона при дворе королевы Марики/A Brocktonite Yankee in Queen Marika's Court (джен)

Тейлор застонала, поднимаясь. Руки все еще болели, спина болела, голова пульсировала, Боже, что только не болело. Несколько бесцельных спотыканий дали ей смутное направление к небольшому тазу, полному ледяной воды, охлажденной у открытого окна. С ворчанием она плеснула ею себе на лицо. После этого утро пролетело как в тумане: достаточно ясное, чтобы быть работоспособной, достаточно сонное, чтобы быть размытым. Воспоминания поблекли, имели качество зрения после пребывания в хлорированной воде — яркие ореолы вокруг каждого источника света, приглушенные цвета, постоянное желание закрыть глаза и снова заснуть. Нет, — она стиснула зубы. — Нужно продолжать. Она попросила Телависа обучить ее, и она пыталась работать над своими способностями. Не могла сдаться из-за каких-то болей. Прошло уже несколько дней с начала работ на стене, и её голос был ужасно хриплым от командования солдатами. Впрочем, она неплохо справлялась. Её навыки владения мечом были лучше, чем можно было сказать о других способностях, но казалось, что она не продвигается в этом направлении ни на йоту. Руки всё ещё болели, и Телавис не делал ничего, кроме нескольких простых ударов, повторявшихся снова и снова. Её ворчание затихло, приглушённое усталостью. Позже она смутно вспомнила, что завтрак был ничем особенным. Никакого Годрика, пожирающего целого кабана, никаких неприятных приглашений… единственным примечательным было то, как Онагр, как опытный знаток, вошёл и стал осматривать руки на крюках.

Она вспомнила этот момент из-за нарастающего ужаса — неужели Онагр ест людей? Но потом он схватил одну из более тощих, старых рук и бросил её своим собакам, которые тут же начали за неё драться, как… голодные собаки. Хм. Она уже встречала такое описание в книгах, но никогда не видела, как голодные собаки дерутся за еду. Это было… поразительно. Без лишнего жира она видела, как их мышцы то сжимались, то расслаблялись, челюстные мышцы отчаянно дергались, пытаясь отгрызть как можно больше мяса от руки. Глаза выпучены, глотки свирепо сжимают куски мяса, каждая их частица была посвящена выполнению задачи. В каком-то смысле она задумалась, выглядела ли она так же, когда приехала — тощая, голодная собака, готовая цепляться и не отпускать. Онагр прошел мимо, лишь хрюкнув в знак согласия, и собаки последовали за ним, все время сражаясь. Никто больше не отреагировал. Она на мгновение подумала, не обидится ли Годрик на то, что ему отняли одну руку, прежде чем снова погрузиться в свои размышления. И вот, прежде чем окончательно погрузиться в свои мысли, она смутно заметила, как Потифар раздраженно жестикулирует в сторону собак, а затем, вскидывая руки, уходит прочь. Она поняла намек. «Они берут трупы, почему я нет?» — словно кричал кувшин. Укоризненный взгляд заставил его с грохотом сесть. А затем её одолела сонливость.

Ещё больше размытости, ещё больше нечётких движений… и вот она снова у стены. Она была почти готова — Ангарад между делом заметила, что солдаты работали всю ночь, чтобы закончить работу, хотя она понятия не имела, почему они были так… преданы своему делу. Она бросила на Тейлор прежний косой взгляд, и Тейлор снова проворчала. Сработало, не так ли? Даже если от этого её голос стал довольно хриплым. В любом случае, стена была практически закончена — её закончат до полудня. Они обменялись ещё идеями — отшлифовать места, где стена не совсем ровно прилегала, может быть, поставить несколько шкафов и сложить их перед стеной… просто что-нибудь, чтобы сделать её более незаметной. Они продолжали молча разговаривать, когда в сторожку ворвался очень знакомый, зловеще яркий свет. Тейлор резко обернулась, нервы затрепетали, когда вошёл один из личных телохранителей Годрика, осматривая всё вокруг. За ним она увидела другого, тоже осматривающего окрестности. На таком расстоянии их факелы светили невыносимо ярко. Она даже не понимала, как это происходит — чёрт возьми, они не были похожи ни на один другой факел, который она видела. Золотистые ручки, спирально поднимающиеся вверх, словно свидетельствовали о тонкой и искусной работе мастера. Огонь, горящий крошечными золотыми искрами. Не обычный факел. Когда-то, может быть, она бы отмахнулась от этого… но она знала, что магия существует. Насколько ей было известно, это были какие-то волшебные факелы. И если так, то ей было интересно, для чего они нужны. Её вопросы были прерваны видом шаркающего слуги, согнувшегося пополам под тяжестью огромного рюкзака, набитого знаменами, свитками и… трубой.

Трубой, в которую он дул хрипло, так что у неё заныли уши. Ангарад лишь вздрогнула и автоматически поклонилась. О. Она могла догадаться, что сейчас произойдёт. Слуга вскрикнул голосом, таким же хриплым, как и звук его трубы.

«Лорд Годрик Золотой, Владыка Грозовой Завесы, Наследник лордов Годфри и Годвина, Претендент на Лейнделл, Завоеватель Великого Подъемника, Бесспорный и Суверенный Владыка Королевств Лимгрейва…»

Он глубоко вздохнул.

«Тот, Кто Побеждает, Тот, Кто Победил Одноглазую Крылатую Старуху Нарлама, Тот, Кто Дарует Милость, Тот, Кто Стоит на пути праведности и справедливости, Неизмеримо Богатый, Непревзойденно Мудрый, Тот, Кто Восстает Без Партнера, и Последний Истинный Претендент на Прародительницу Марику…»

Последовало несколько хрипов, когда он попытался восстановить дыхание. Подождите, «Прародительница» Марика, неужели Годрик хотел жениться на своей… нет, нет, перестаньте об этом думать, он и так достаточно плох, зачем добавлять к этому еще и странный инцест⁽¹⁾? Лорд, титулы которого столь громко разглашались, вышагнул из ворот замка с едва заметной комичностью. Он уверенно шагал, затем осторожно прокрался, то оглядываясь по сторонам с властным видом, то нервно-пугливым. Хм. Явно не любил находиться на виду. Впрочем, «Ужасное Знамение» было, пожалуй, лучшим телохранителем, чем два обычных рыцаря. Ее босс подошел ближе, наклонившись, чтобы войти в ворота. Ангарад упала на колени, и через секунду Тейлор сделала то же самое — хотя она не дрожала и не тряслась, почти не меняя выражения лица. Слишком много слабости — и он возбудится, напомнила она себе. Годрик, увидев стену, напевал себе под нос и протянул руку, чтобы осмотреть неровные края, отмечавшие место, где когда-то была дыра. Его глаза слегка расширились, когда он понял, насколько она была большой — не просто оспина, а настоящая дыра, через которую человек мог бы пройти без особых усилий.

«Это… дыра?»

«Да, мой господин. Мы с Ангарад почти закончили с ней, с помощью ваших солдат».

Отдайте должное тем, кто этого заслуживает, не выставляйте её жаждущей славы. Избегайте любой возможности оскорбить его, не показавшись при этом жеманной, раболепной крепостной.

«Хм. Вы справились неплохо. То, что мои войска проигнорировали эту слабость, вызывает некоторое раздражение, и ваша работа была на том базовом уровне, которого я ожидаю от всех верных слуг».

Вероятно, это и было для Годрика похвалой.

«Вы угодили своему господину, Годрику Золотому. Можете встать».

Они встали, с некоторой нерешительностью. Привитые по-прежнему возвышался над ними, и Ангарад заметно дрожала. Тейлор попытался встретиться с ним взглядом — сложно, но выполнимо. Нужно было сохранять спокойствие. Телавис почти никак не реагировал на присутствие мужчины, просто стоял там, как всегда, спокойно, наслаждаясь видом из одного из окон. Самодовольный тип. Потифар, по крайней мере, пытался вести себя смело, скрестив руки и стоя неподвижно, как статуя. Подождите. Возможно, это просто защитный механизм. Хм. Годрик снова осмотрел отверстие, проведя по нему одним из своих многочисленных пальцев. Его губы были поджаты, и он явно о чем-то думал. Тейлор мог представить, что творится у него в голове. Вот проблема, которую он не заметил, словно скрытое заражение, и теперь он, вероятно, думает обо всех остальных. Его замок был внешне впечатляющим, возможно, он воспринял это как доказательство его внушительности, его полной неприступности. Разрушив эту иллюзию, она заставила его немного больше столкнуться с реальностью. Ему это явно не понравилось. Следующие несколько слов, вылетевшие из его уст, ей совсем не понравились.

«…Конечно, как верный слуга, я ожидаю от тебя сообщения о любых оставшихся слабостях. Ведь это твой долг, не так ли?»

«Да, мой господин».

Она могла бы на этом остановиться. Ангарад явно едва держалась перед Годриком, и если Годрик уйдёт… ну, они смогут вернуться к работе. Химию она едва понимала, слабо пытаясь отвлечься от того факта, что она не сможет создать для Годрика ядерную бомбу. Никогда за сто лет, наверное, и за тысячу. Может быть, она сможет как-то справиться, привлечь Ангарад к игре, работать вместе, чтобы подкармливать Годрика несколькими крошечными изобретениями, пока не сможет сбежать… нет. Телавис научил её, пусть и случайно, что полное посвящение себя одному пути в конечном итоге ей навредит. Этот план был лучше. Более жизнеспособным в долгосрочной перспективе. И если бы она планировала только на краткосрочную перспективу, то оказалась бы в полной заднице, если бы что-то пошло не так.

«…на самом деле, пока мы работали, снова и снова проходя по замку, я заметила, что лучники заняли не самые оптимальные позиции. Можно прорваться сквозь их обстрелы, даже напрямую атаковать их позиции».

Годрик сердито посмотрел на неё сверху вниз, но она снова увидела это трусливое, невротическое стремление к выживанию, стремление, которое скрывалось даже за его подавляющей высокомерием. Вероятно, это всё, что поддерживало его жизнь, когда его окружали люди сильнее его.

«Конечно, это не совсем срочно. Никто из запятнаных ещё не прорвался, так что…»

Тонкое напоминание о том, что Ужасное Знамение удерживало людей, а не его стража или стены. Если его реакция на взгляды слуг, наблюдавших за его боем, о чём-то и говорила, так это о том, что ему не нравилось , когда его защищал кто-то другой, кто-то, кого он не мог полностью контролировать. Если подумать, на его месте она тоже была бы чертовски параноидной. Напоминание было достаточно неявным, чтобы его не озвучили, но достаточно явным, чтобы его определенно заметили. Годрик почесал подбородок, глаза беспорядочно дергались.

«…Хорошо. Разбирайтесь с этим делом по своему усмотрению. Но будьте уверены, юный Тайлон».

Тейлор, ее звали Тейлор.

«Я милостивый лорд. Несравненный аристократк, благословленный обильной славой самим Древом Эрд. И мой долг — перед моими людьми, ибо, как Древо Эрд изливает благословение, так и я. Если ты поставишь под угрозу их безопасность, как я могу тебя простить? Как суровый отец наказывает нерадивого сына, так и я накажу тебя».

Послание было ясным, даже сквозь всю эту чушь. Если все пойдет наперекосяк, ее казнят. Вот уж шутка над ним. Ее бы все равно казнили. Если бы он понял, что она врёт насчёт ядерного оружия. Это была бескомпромиссная война лжи против лжи, и, к его несчастью, она чуть ли не каждый день обделалась от страха, нервозности или просто от насилия. Боже, её мысли в последнее время уходили в странные места. В любом случае, она медленно кивнула, сдерживая желание энергично кивать головой, как это делал герольд в этот самый момент.

«Очень хорошо! Теперь я должен вернуться к своим господским обязанностям. Убедитесь, что вы выполняете свои обязанности , хм?»

«Конечно, милорд».

И на этом собрание закончилось. Телохранители ушли, герольд удалился, а Годрик исчез внутри, чтобы покричать ещё на нескольких человек, вероятно, чтобы немного поднять себе настроение. Справедливо. Кричать было довольно весело, как только она преодолела первоначальное колебание. Хотя охрипший голос был ужасен. Ангарад откинулась на стену, тяжело дыша, сорвала вуаль и сделала еще несколько благодарных вдохов. Тейлор присоединилась к ней у противоположной стены, вытирая рукавом выступивший пот. Черт возьми, она преуспела, сделала все, что должна была, и все еще нервничала рядом с Годриком. Если бы она не была так настроена вернуться домой, она, вероятно, начала бы просить у Ангарад лекарства от давления, Годрик определенно сокращал ей жизнь каждый раз, когда приближался к ней. По крайней мере, она больше не паниковала в его присутствии, а просто добилась успеха. Ангарад бросила на нее взгляд.

«…клянусь безногими потомками Ренналы, что ты делаешь?! » —задыхаясь, спросила Ангарад.

«Просто пытаюсь выжить».

«Почему мы просто не можем вернуться к работе над книгами? Мне нравятся книги, книги можно читать в безопасности. В основном. Твои книги так точно».

«Знаю, знаю. Но… на это потребуется время. Долгое время. Кажется, нам стоит попробовать что-нибудь другое тем временем».

«Это не моя сфера деятельности! Я не умею таскать кирпичи, не умею перестраивать войска… Я ничего этого не умею!»

Она наклонилась ближе, на её лице читалась паника.

«Если хочешь стать кастеляном Годрика, пожалуйста, но я парфюмер. Моя работа в лаборатории, а не… не на крепостных стенах ».

Тейлор пыталась придумать ответ. Паника пересиливала её естественные наклонности как неопытной ученицы. Тейлор действительно не хотела проявлять больше напористости. Она хотела расслабиться, после той небольшой встречи. Но вот она здесь. И это было то, что ей нужно было сделать. Ее взгляд стал жестким, и она попыталась выпрямиться.

«Мы связаны друг с другом, нравится тебе это или нет. Мы оба поднимемся или оба упадем, верно? Если хочешь оставаться в своей лаборатории, пожалуйста, но рано или поздно Годрик начнет спрашивать, где ты, или почему ты не помогаешь».

Ангарад побледнела.

«Тейлор, ты должна понять, я просто хочу продолжать свою…»

«И я просто хочу прожить как можно дольше. Может быть, позже мы сможем успокоиться, ускользнуть от его внимания, вернуться к тому, что нам комфортно. Но пока я хочу, чтобы Годрик был как можно счастливее. Ты со мной согласна?»

«Я понимаю твои намерения, но ты должна понимать, что я не стратег».

Тейлор наклонилась ближе, пытаясь изобразить отца, когда он кого-то строго отчитывал.

«Я тоже. Большинство вещей, которые я вижу, — это вопросы здравого смысла. Ты профессиональный парфюмер, ты умная. Если я смог это понять, уверен, ты тоже сможешь».

Апеллировать к её неуверенности, создавать впечатление, что её жалобы — это типичные поступки плохой ученицы, делать положение Тейлор менее шатким. Как будто наделять ученика авторитетом или намекать, что он ближе к учителю, чем думал. Некоторые из её учителей в Уинслоу делали это, просто чтобы заслужить расположение учеников. В основном это работало, но подрывалось тем фактом, что мало кто из учеников действительно их уважал. Дать им авторитет — и воцарица безумие. Но здесь? Ангарад ужасно боялась Годрика и жила в мире, где уважение, долг, честь и так далее были возведены на пьедестал. Для Тейлор это сработало.

«…очень хорошо, если уж мы должны, то должны».

Между ними повисла пауза, и Тейлор почувствовала ещё большую вину за то, что манипулировала одним из немногих приятных людей в этом месте. Она могла бы на этом остановиться, но совет Телависа всё ещё казался ей верным. Перестань зацикливаться на одной цели. Она нашла способ выжить, ей не нужно было игнорировать всё остальное. Боже, она ужасно плохо умеет вести светские беседы — может быть…

«Он действительно немного очаровывал, не так ли?»

Ангарад посмотрела на неё с ужасом.

«…Я… честно говоря, не заметила».

«Однажды увидев это, очень трудно забыть».

«…зачем ты это делаешь со мной?»

Тейлор помолчала.

«Пытаешься завязать непринужденную беседу».

«Возможно, нам не стоит говорить о нашем господине, который только что вышел из комнаты ».

«Хорошо, ладно».

Пауза.

«Как думаешь, он до сих пор хранит то платье, в котором раньше…» —

«Тейлор! »

Непринужденная беседа прервалась. Она явно ужасно плохо справлялась с этим.

* * *

К этому моменту стена была практически готова, и Тейлор решила немного отдохнуть от стройплощадки, чтобы… продолжить тренировки. Ура! Ее мышцы ныли после едва дюжины взмахов, а Телавис все еще бесстрастно смотрел вниз, ожидая, что она будет продолжать, пока не упадет. Она старалась не сомневаться в его методах, он был рыцарем, он, вероятно, знал об этом больше, чем она. Когда острие меча снова коснулось земли, она почувствовала сильную боль в плечах, пытаясь поднять его. Она не чувствовала роста мышц, не чувствовала, как становится по-настоящему выносливой… черт возьми, самым большим физическим «улучшением» по сравнению с домом было лишь небольшое подтягивание ее фигуры, и это было в основном результатом гораздо более сбалансированного питания, гораздо менее сидячего образа жизни и нескольких дней ходьбы по дикой местности, во время которых стресс сжигал столько же калорий, сколько и сам поход. Это было обескураживающе. Всё остальное шло хорошо — её работа стала гораздо менее опасной, и золото, казалось, приближалось всё ближе и ближе с каждой ночью, появляясь всё быстрее и приобретая всё более выраженную форму. Даже если она ещё не могла контролировать свою силу, ей казалось, что она делает успехи . В отличие от этой ситуации. Может, она просто нетерпелива? Или это одна из её глупых попыток, сосредоточение на области, в которой она не искусна и никогда не будет искусна? Чёрт.

Её работу прервал знакомый хриплый голос, и Телавис повернулся, чтобы быстро кивнуть знамению, Онагру.

«Ты немного никудышный».

Тейлор поморщилась. Она уже привыкла к этому. Всё ещё немного задевало. Она проговорила сквозь глотки воздуха:

«Я… я знаю».

«Работа с мечом. Форма в порядке, всё остальное?»

Он пожал плечами, затем скормил кусочек подозрительного мяса одной из своих собак — Маргит, подумала она, той, у которой одно ухо. В отличие от Мога, у которого был один глаз.

«В работе».

Тейлор бросил на Телависа протестующий взгляд. Рыцарь лениво пожал плечами.

«Нужно совершенствоваться».

Это было самое близкое к настоящей, обличительной критике, что задело его сильнее. Онагр подошел, почесывая один из своих отрубленных рогов.

«В любом случае, меч не стоит использовать».

Телавис выглядел немного оскорбленным.

«Рыцари используют мечи».

«Да, рыцари — не тощие дети».

«Присягнувшие используют мечи».

«Не все, здоровяк. Ты мыслишь как настоящий рыцарь. Таких сейчас не так уж много, знаешь ли? Так что, может быть, у старого Онагра есть какое-то понимание».

Телавис хмыкнул, и Тейлор в этот момент полностью погрузилась в разговор.

«Хорошо, и в чем твое понимание?»

«Копье».

Тейлор моргнул.

"...Ты хочешь, чтобы я отложил меч и взял что-нибудь побольше? "

«С копьем проще. Направь острый конец на врага. Иногда они сами на него набросятся, если глупы. Или если будут двигаться слишком быстро».

«У мечей тоже есть острые концы».

«Да, но они короткие. Нужно подобраться поближе, чтобы ими воспользоваться, а для кого-то твоего размера… эх, тебя легко просто отбросить тыльной стороной ладони. Я бы так и сделал».

О, отлично, Онагр думал, как ее убить. Хотя, она думала, как манипулировать большинством людей, которых встречала, так что… эх, наверное, она не могла судить. Телавис же становился странно осуждающим. Казалось, он очень защищал свой меч.

«Меч острый везде».

«Копье больше».

«Копье тяжелое».

«Может быть, пика, но копье⁽²⁾? Нет. Видишь ли, Тейлор тоньше, чем ноги альбинаврика, ни капли мускулов. Всю жизнь сидела без дела, да?»

«...там, откуда я родом, это более распространено.»

«Хе-хе, говори что хочешь, но ты все равно более костлявая, чем спутница мертвых. Копье, просто тыкай им во врага, держи щит в другой руке. Никаких этих размахиваний или рубящих движений, просто одно и то же движение снова и снова.»

«У тебя есть опыт обращения с копьями?»

«Да, с принимающей стороны. Видишь ли, мой тесак может разрубить кого угодно пополам. Но ничего не получится, если я не смогу до кого-то добраться. Трудно добраться до людей, когда на пути стоит колючая палка. Тебе не нужно так много тренироваться, и у тебя больше шансов победить. Хочешь хорошо выглядеть — сражайся мечом. Хочешь победить — сражайся копьем или арбалетом.»

Он напевал.

«Да, арбалет — твой лучший вариант. Нет мышц для длинного лука, глаза, вероятно, слишком испорчены для короткого лука. Возьми себе что-нибудь маленькое.⁽³⁾»

Телавис проворчал, выглядя по-настоящему раздраженным.

«Бесчестно».

«Лучше служить господину будучи живым, а? Нет чести в смерти, лишь потому что ты был слишком тупым, чтобы победить».

Рыцарь замолчал, но его взгляд был настороженным и внимательным. Тейлор взвесила свои варианты. С одной стороны, меч был более внушительным… но он был чертовски тяжелым, и у нее возникло ощущение, что она сама себя подставила много лет назад. Глядя на Телависа, она видела, что он крепок во многих отношениях, вероятно, тренировался всю жизнь, чтобы стать таким. То, что для него было приятным, небольшим мечом, для нее было практически клеймором. Слишком тяжелый. Слишком неуклюжий. И ее мышцы просто не были развиты так же. Она вспомнила смутную мудрость, которую когда-то прочитала — результат чтения «Генриха V». Под влиянием матери она начала читать о битве при Азенкуре — чтобы обучить английского лучника, нужно было начать с его деда. Оказывается, были найдены тела, у которых от использования лука искривился позвоночник. Первые пятнадцать лет своей жизни она занималась обычными детскими делами, едва начав бегать. Ее позвоночник был в правильном положении, мышцы не были массивными, она начинала с совершенно другой позиции, чем эти люди. Она пожала плечами.

«Конечно, попробую копье. Посмотрим, что получится».

Онагр лениво ковырялся в зубах.

«Да ладно, делай, как хочешь».

Что ж, это была блестящая рекомендация.

* * *

Боже мой , копья были намного проще мечей. Конечно, было весело размахивать мечом, как варварская принцесса, но копье было просто намного легче. Движения были проще, и она быстро поняла, что сократить дистанцию ​​с ним удивительно сложно — кто-то приблизится, получит удар деревянным древком. И она представила, что если бы рядом с ней были солдаты, до нее было бы еще труднее добраться — стена из шипов, совершенно непроходимая. Даже рыцарь на коне, вероятно, с трудом смог бы прорваться. У нее было больше рычага, ее колющие удары были более разрушительными, чем размашистые, она была удивительно ловкой для своего уровня опыта… В глубине души ей было стыдно, что она попросила Телависа обучить ее фехтованию, когда, немного покопавшись в информации, она бы выбрала копье. Эх, теперь пути назад нет. Она чувствовала себя хорошо. Онагр задержался, утверждая, что здесь солнце светит ярче, чем во дворе, и это делает его дневной сон гораздо приятнее. Тем не менее, она видела, как он наблюдает за ней краем глаза.

Телавис стоял с каменным лицом, но все же готов был помочь. Очевидно, он раньше работал с копьями, хотя и предпочитал меч. Он корректировал ее положение, настраивая удары так, чтобы она не теряла равновесие и наносила максимально возможный удар. Конечно, это было легче, чем с мечом, но она все равно чувствовала нарастающую боль. Это было приятно. Приятно было заниматься спортом, и приятно было заниматься им продуктивно. Через час Онагр даже отошел и принес соломенный манекен для тренировок. Это усложняло задачу, но делало ее гораздо более полезной. Она представила, как раньше в своем путешествии использовала бы такой манекен… как бы она направляла его так, чтобы Нефели упала с лошади, как бы она размахивала им, чтобы держать невидимую женщину на расстоянии, может быть, даже отбиваясь от того скелета или волков. Мечты, конечно. Нефели была слишком крутой, невидимка слишком умелой, и не было никакой гарантии, что она сможет убить этого скелета обычным оружием. Но было приятно взять под контроль хотя бы один небольшой аспект своей жизни.

Время шло, и тренировка наконец подошла к концу. Она вся вспотела, волосы были растрёпаны, а очки давно запотели, но настроение у неё было отличное. В голове роились новые идеи по обороне замка — разместить больше солдат на крепостных стенах, возможно, даже помочь Маргиту в его боях, попытаться расширить оборону к одним из внешних ворот… баллисты определённо нужно переместить. И часть её задавалась вопросом, почему солдаты не используют копья, Онагр превозносил их, а против запятнаных ограничение передвижения казалось наилучшим вариантом. Ах, об этом стоит подумать завтра, когда стена будет окончательно достроена и укреплена. Телавис преодолел своё первоначальное нежелание и теперь рассеянно жевал кусочек хлеба, наблюдая за проплывающими облаками. Маленькая, довольно мрачная часть её души задавалась вопросом, похож ли Телавис на золотую рыбку — неужели он действительно забыл, где находятся облака, и наблюдение за их перемещением бесконечно завораживает? Или же есть какая-то глубокая, философская причина его любви к облакам, может быть, они представляют души его товарищей или напоминают ему о давно минувших днях по какой-то необъяснимой причине?

Или, может быть, ему просто нравятся облака. Она не из тех, кто судит, у неё начала развиваться тревожная привязанность к этому копью. Честно говоря, она и вовсе не хотела с ним расставаться. Хотя Потифару понравился меч Телависа — он, вероятно, лучше владел им, чем она , по какой-то причине в его коротких руках было больше силы, чем в её более длинных — нет, глупое сравнение, он был сделан из камня и, вероятно, даже не обладал нервной системой, способной чувствовать боль. По-видимому. Магия — это чушь, кто знает.

Ангарад странно посмотрела на нее, когда та вернулась вся в поту, и, прищурив глаза, перевела взгляд с нее на слегка уставшего Телависа. Тейлор моргнула. Затем она поняла, к чему все идет, и ее глаза расширились.

«О боже, нет … Он просто помогал мне с копьем».

«…хм».

О боже, «помогал мне с копьем» — это прозвучало как самый недвусмысленный эвфемизм из всех возможных.

«Все в порядке, Онагр помогал, просто…»

«Хм».

О Боже, последствия нарастали, и всё снова становилось ужасным, и прощай, уверенность, ты здесь ненадолго, но нам нравилось, что ты здесь была. Хорошего тебе времени в изгнании обратно в просторы космоса. Телавис, этот мерзавец, отказался вмешиваться, потому что мимо проплыло какое-то особенно приятное облако. Или он просто не обращал внимания. Или ему это показалось забавным. Варианты варьировались от беспокойства до откровенной злобы, и Тейлор не была уверена, на чём именно ей следует зациклиться. Ангарад поморщилась, пожала плечами и снова обратила внимание на маленькую книжку, которую внимательно изучала — к счастью, не Тейлор. Что-то местное, в кожаном переплёте, написанное почерком, который Тейлор не совсем понимала. Отчаянно пытаясь избежать неловкого завершения их разговора.

«Так… что ты читаешь?» — спросила Тейлор, Ангарад начала отвечать слегка заикаясь. Непривычная к этому. Наверное, весь день сидит взаперти в своей лаборатории, она выглядела достаточно бледной, чтобы это было так.

«Просто… ну, просто краткое введение. Принесла из лаборатории. Ваши слова заставили меня задуматься. Я особо не заметила никаких слабых мест за всё время, что здесь нахожусь, признаюсь, немного отвлекалась на работу, но… если уж мы собираемся этим заниматься, то мне, наверное, стоит немного поучиться».

Тейлор моргнула. Она дала совет, и кто-то направил его в продуктивное русло. Это было что-то новое. Не совсем неприятное.

«…э-э, это… хорошо. Так, что-нибудь интересное?»

«Не очень. В Грозовой Завесе не такая уж большая библиотека, и большая её часть плохо содержится. Это одна из немногих вещей, которые я смогла взять, не боясь, что страницы рассыплются. В основном это обзор некоторых ранних сражений Раскола, в которых участвовали гораздо более крупные армии, чем у нас, с гораздо лучшим снаряжением, заклинаниями, колдовством, генералами… если уж на то пошло, это немного обескураживает».

Хм. Это дало возможность.

«Знаете, я здесь совершенно чужая. Мне бы не помешала дополнительная информация о Расколе. Если вы готовы меня помочь…»

Говори кратко, не выдавай свою полную неопытность. Всегда представляй её просьбы как возможность для Ангарад чему-нибудь научить, как временное преимущество перед Тейлор, которая, по сути, определяла ход последних нескольких дней. Парфюмер клюнула на приманку, и на её лице мелькнуло нетерпение. Она давно не бывала на этой территории, и ей нравилось здесь. Настолько, что она не выглядела подозрительно, услышав просьбу Тейлор, и уж точно не задавала никаких неловких вопросов, которые бы полностью выдавали её невежество. Она извлекла урок из своей ошибки с Гостоком.

«Ах, ну конечно! С удовольствием! Итак, Раскол начался некоторое время спустя после смерти Годвина и исчезновения королевы Марики и еë супруга Радагона… история неясна относительно того, когда начались войны, личность первого полубога, завладевшего Осколком Кольца Элден, до сих пор неизвестна. Тем не менее, первая крупная битва между Насителями Осколков, по-видимому, произошла между Годфруа из Золотого Рода и объединенными армиями Лейнделла и горы Гельмир…»

Тейлор откинулся на спинку кресла и внимательно слушала, сохраняя на лице лишь легкий интерес. Потифар же был совершенно очарован, подпираясь и подыгрывая рассказу. Когда гора Гельмир предала Лейнделл и поддалась богохульству, он сжал кулаки и затопал вокруг, пока не успокоился. Изгнание Годфруа одним из первых запятнаных, возвращение его Осколка Кольца Элден — хотя Ангарад так небрежно использовала термины «Осколок» и «Великая Руна», что казалось, будто между ними нет никакой разницы — вызвало радостный звон барабанов на его восковой печати. ​​Последующее присвоение Осколка Годриком вызвало немалое смятение у этого маленького парня. Внезапный вызов, брошенный Маленией Радану, вызов, на который он ответил с жестокой быстротой, заставил его потирать руки в предвкушении. Когда Радан окончательно обезумел, а Маления исчезла, не произнеся ни слова, он рухнул на землю и в унылой печали покачал телом/головой, оплакивая потерю полубога, который чуть было не захватил Лейнделл ранее. А исчезновение Малении не принесло ему ни малейшего облегчения, оставив его в молчаливом ярости.

Затем история стала гораздо более… неинтересной. Казалось, что первые сражения следовали одно за другим, осада за осадой, разграбление за разграблением, разрушение за разрушением. Но после окончательного поражения Радана, исчезновения Малении и Микеллы и катастрофической осады столицы Годриком… все затихло. Никаких войн, имеющих реальное значение, только стычки, которые автор описывала кратко, прежде чем полностью оборвать. Даты были в полной неразберихе, но казалось, что с последнего настоящего сражения прошли столетия — она представляла себе армии, истощенные не обычными потерями, а полным, ничем не смягченным отчаянием. Она могла читать между строк — битва при горе Гельмир, где армии Лейнделла, по-видимому, были непоправимо повреждены, должна была быть поистине ужасной, если так много солдат после этого полностью ушли со службы, поддавшись апатии после столь долгого пребывания на поле боя.

Честно говоря, было ужасно представить, что те же самые солдаты, которые участвовали в первом столкновении между Годфруа и собранными армиями Лейнделла, оказались в самом конце. Радан тоже сражался в той битве — могли быть солдаты, которые видели, как он достиг пика своей власти, а затем, спустя столетия, полностью рухнул. Однако многие вещи были для неё совершенно необъяснимы. Алая Гниль, поглотившая Каэлид, звучала как какое-то биологическое оружие, «богохульство» Рикарда так и не было подробно объяснено, за исключением каких-то расплывчатых намёков на «общение со змеями», а Морготт странным образом отсутствовала в каждой битве, несмотря на свою важную роль в политических событиях. День прошёл, и начинал садиться вечер — один из солдат принёс кувшин с чем-то, что на вкус напоминало вино, и Тейлор осторожно отпила из своей чашки, чтобы не создать впечатление, будто она никогда всерьёз не употребляла алкоголь. Ангарад, казалось, была слишком поглощена своим рассказом, чтобы это заметить. Хорошо. Однако перед отъездом возник один вопрос — крошечная загадка, которая долгое время не давала ей покоя.

«Извините, ещё кое-что. Почему Радана называют „Бичом Звезд“?»

Звучит как имя злодея. Хм. Может, она сможет сама себя так называть, когда вернётся домой. Немного злодейски, но если она может перемещаться между измерениями, может, и сможет претендовать на это имя. Теневой Сталкер всё-таки герой, и это имя звучит так, будто кто-то витиевато вычерчивает буквы «S» в стиле рок-музыки на полях школьных учебников.

«О боже, новости не дошли до земель вне Междуземья? Ах, должно быть, это было очень тревожно!»

Тейлор молчала. Она была близка к тому, чтобы предать саму себя.

«Да, люди были довольно напуганы, когда он это сделал. Я думаю, это произошло недалеко от… Селлии. Когда генерал Радан заморозил звезды на небе и запер влияние небес на мир на всю свою жизнь. Пока эти звезды остаются неподвижными… я полагаю, он должен быть жив, даже если безумие отняло у него все остальное. Неудивительно, что воины до сих пор им восхищаются».

Тейлор замерла.

Что за хрень…

Прим автора: Боюсь, на сегодня всё — слишком занят, чтобы написать две главы. И ничего на выходных, потому что пора спать. Увидимся в понедельник — надеюсь, у вас тоже будут приятные выходные!

Ах да, я видел ваши комментарии, и по поводу противостояния Радана и Малении всё справедливо. Отредактировал их, чтобы они были ближе к канону. Хотя, следует помнить, что вводный текст был написан в рамках вселенной, и поэтому в нём могут быть некоторые предвзятости — причины похода Малении несколько неоднозначнее, чем это предполагается.

Прим переводчика: с этой главы начинается самое интересное, по крайней мере для меня.

1) это все еще лучше чем селфцест -_-

Вернуться к тексту

2) я манал этот англиш, в ориге там lance и spear, т.е. в 1ом случае каварийское копье (типа рыцарских которые показывают в кино про турниры), а второе, spear тобишь, пехотное, то что большинство и прежставляет под словом копье

Вернуться к тексту

3) хотя для того чтобы взвести арбалет нужно тоже немало сил -_-

Вернуться к тексту