Путями Силы: Предвидение (джен)

Бывшая Академия джедаев на Алмасе выглядела по-настоящему величественно. За прошедший год хаоса, разброда и поспешных решений она не просто уцелела — она изменилась, переродилась, вновь распахнув свои двери уже в ином качестве. По личному приказу Императора со студентами и преподавателями здесь плотно работали инквизиторы, методично и безжалостно выжигая остатки прежних убеждений и догм. Даже Гранд-инквизитор удостоился личной похвалы Его Величества Дарта Сидиуса за успешно проведённую «реформацию».

Но времена менялись. Империя крепла, уплотняя свои структуры и подчиняя разрозненные силы единой воле ситхов. Академия утратила прежнее название и стала именоваться Алмасской Академией одарённых. Отныне здесь, с высочайшего дозволения Императора, обучали талантливых форсьюзеров, доказавших свою преданность Империи и Тёмной стороне Силы.

Теперь во главе учебного заведения стоял мастер Джерек — формальный член Инквизитория, на самом деле его роль выходила далеко за рамки обычного инквизитора. В прошлом — падаван Джокасты Ню, выпускник этой самой Академии, он был редким примером джедая, пережившего Войну клонов и Приказ 66 не благодаря бегству, а по стечению обстоятельств. В тот переломный момент Джерек находился в экспедиции в Неизведанных регионах, занимаясь археологическими исследованиями древних миров. В большую Галактику он вернулся лишь полгода назад и с искренним, почти восторженным интересом принял предложение присоединиться к Тёмной стороне.

Для рядового инквизитора его квалификация была чрезмерной. Археолог, историк, исследователь древних культов Силы — он обладал знаниями, которыми не располагали даже многие мастера Ордена. К тому же Джерек принадлежал к расе миралука, и это обстоятельство обеспечило ему особое внимание и благосклонность Дарта Сидиуса. Император ценил тех, кто видел Силу иначе — глубже, многомернее, за пределами обычного восприятия — и принадлежал к расе, наиболее близкой к людям.

Теперь Джерек обживал кабинет ректора Алмасской Академии. Просторное помещение с высокими потолками и панорамными окнами выходило на долину, залитую мерцающим фиолетовым сиянием. Свет мягко струился по склонам, отражаясь в кристаллических образованиях и создавая ощущение нереальности, словно сама планета дышала Тёмной стороной.

Он стоял лицом к окну, неподвижный, погружённый в созерцание. Мысли невольно возвращались к истории Алмаса. Этот мир был по-своему уникален. Абсолютно непригодный для жизни в привычном понимании, он получал слишком мало света и тепла из-за особенностей орбитального вращения. И всё же его ядро оставалось горячим, нестабильным, насыщенным энергией — именно это позволило Дарту Ривану когда-то начать здесь масштабный проект терраформирования.

Сначала на планету был высажен каласин — искусственно выведенный организм, поглотивший из атмосферы фосфор и метан. Именно он создал тот самый фосфоресцирующий фиолетовый ландшафт, который теперь казался одновременно прекрасным и зловещим. Воды на поверхности Алмаса почти не было — она скрывалась глубоко под корой планеты, — но для ситхов это никогда не являлось препятствием. Они возвели здесь крепость, напитанную Силой, превратив саму планету в резонатор Тёмной стороны.

Алмас был источником. Медленным, глубоким, непрерывным. Потоки Тьмы пронизывали всё вокруг, ласкали сознание, усиливали эмоции и придавали мыслям особую чёткость. Джерек позволил себе на мгновение раствориться в этом ощущении, наслаждаясь неспешным течением Силы, которое наполняло его изнутри.

Благостную картину нарушил резкий сигнал коммуникатора.

Джерек медленно выпрямился, не спеша отрываясь от окна. Алмас умел ждать. А вот Империя — нет.

Он повернулся и одним плавным, ленивым движением активировал связь. Перед ним развернулось трёхмерное изображение Гранд-инквизитора — вытянутая фигура пау’ана казалась ещё более угрожающей из-за искажающих помех голограммы.

— Мастер Джерек, — с плохо скрытым раздражением произнёс он, кривя тонкие губы, — почему вы не предупредили нас, что Сайнубе будет не один?

Ректор Алмасской Академии позволил себе холодный, пренебрежительный взгляд в сторону номинального начальства. Он полностью разделял мнение Императора относительно большинства нечеловеческих рас, особенно тех, чьи интеллектуальные способности оставляли желать лучшего. Причина этого внезапного наезда была для него очевидна: Гранд-инквизитор упустил Сайнубе вместе со всеми джедайскими голокронами и теперь отчаянно пытался переложить ответственность.

— Напомните мне, Гранд-инквизитор, — вкрадчиво произнёс Джерек, слегка наклоняя голову, — я передал вам сведения о местонахождении мастера Сайнубе и части джедайских архивов?

— Это так, но…

— Никаких «но», — резко оборвал его миралука. — Я доктор исторических наук, известный археолог, автор монографий и научных исследований. С каких это пор я должен выполнять за вас вашу работу?

Он с откровенным удовольствием наблюдал за реакцией собеседника. У этого идиота, по мнению Джерека, едва хватало ума, чтобы охранять джедайские столовые — и то он справился с этим из рук вон плохо, раз Храм пал. Пау’ан заметно побледнел, его лицо вытянулось, а в ответной гримасе проступила злоба.

— Я, Гранд-инквизитор, — продолжал Джерек тем же спокойным, отстранённым тоном, — должен был лишь сообщить вам о местонахождении ценного для Империи исторического достояния. Планирование операций, изъятие артефактов и наказание уцелевших джедаев — это исключительно ваша зона ответственности. Более того, я даже передал вам своего ученика, Мо. Напомните, где он сейчас?

На самом деле Джерек сознательно нагнетал ситуацию. Мо после его назначения ректором стал откровенно мешать. Представитель «неподходящей» расы, да ещё и в нынешней политической обстановке, он стал слишком неудобным активом. Держать такого ученика при себе становилось нецелесообразно.

Впрочем, Мо был бывшей Тенью, пусть и с подмоченной репутацией в Ордене. Джерек понял, что ученик погиб, практически сразу. Теперь же он без колебаний использовал этот факт как ещё один аргумент в споре, хладнокровно вбивая клин в шаткое положение своего оппонента.

— Видите ли, мастер Джерек, ваш ученик… не оправдал оказанного доверия.

— Он предал Инквизиторий? — ректор задал вопрос мгновенно, без малейшей паузы.

— Нет. Он погиб в бою с падаваном Сайнубе, — неохотно признал пау’ан.

— Вот как… — Джерек с безупречной убедительностью изобразил скорбь. — Позвольте тогда поинтересоваться, что именно произошло на Нар-Шаддаа?

Гранд-инквизитору отвечать на этот вопрос отчаянно не хотелось, однако уклониться он не мог.

— Кто-то пришёл на помощь Сайнубе и его падавану. Неизвестный не только оказал серьёзное сопротивление нашим агентам, но и сумел эвакуировать их с планеты вместе с грузом.

— Если мне не изменяет память, — обманчиво равнодушным тоном уточнил Джерек, — при них должно было находиться ещё с десяток беглых юнлингов?

— По этому поводу у нас нет однозначных подтверждений, — сухо ответил Инквизитор. — Никто не видел старика с детьми. Зафиксировано лишь присутствие человеческой девушки. Она постоянно прикрывала лицо и избегала камер наблюдения.

Бывший джедай негромко хмыкнул. Он слишком хорошо помнил давнего знакомого своего мастера и прекрасно знал, насколько изворотливым и осторожным мог быть Сайнубе. А ведь Джерек рассчитывал получить не только голокроны, но и пополнить Академию ценным «материалом» — пленными юнлингами.

— И всё же, — вновь спокойно, почти лениво спросил ректор, — что именно произошло на Нар-Шаддаа?

Пау’ан насупился и, с заметным усилием подавив раздражение, начал доклад. Джерек слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка отмечая про себя важные детали и складывая их в общую картину происходящего. Когда рассказ подошёл к концу, он задал единственный вопрос:

— Записи у вас сохранились?

— Сохранились, — после паузы признал Гранд-инквизитор. — Но лишь фрагменты боя. У противника оказались модифицированные дроиды серии ВХ. Они уничтожили всех наших разведывательных дроидов.

Джерек лишь чудом удержался от выразительного жеста «рука-лицо». Идиоты. Абсолютные, клинические идиоты. Дарт Сидиус был прав: Инквизиторий давно превратился в отстойник для недоучек и посредственностей.

— Покажите то, что у вас есть, — коротко распорядился миралука.

Гранд-инквизитор побледнел от злости, но подчинился. Перед Джереком развернулось застывшее трёхмерное изображение сцены боя на мчащемся антиграве. Запись ожила.

Чётко различимая гружёная платформа: две женщины и мастер Сайнубе. Затем — стремительный рывок спидер-байка Мо. Его ученик прыгает на платформу и атакует падавана мастера. Та принимает бой и начинает отбиваться.

Ещё один спидер. Инквизитор обрушивается на вторую фигуру — женщину в маске.

И вот здесь начинаются сюрпризы.

Вторая джедай — в этом не оставалось ни малейших сомнений — извлекает сразу два зелёных световых меча и переходит в стремительную защиту. Техника — уверенная и выверенная, Джар’Кай, выстроенный на базе третьей формы.

Джереку хватило одного взгляда, чтобы понять: инквизиторша обречена. Противница значительно превосходила её по уровню, а сочетание Соресу и Джар’Кай было крайне неудобным для атакующей стороны.

Финала боя запись не показала: один из дроидов ВХ метким выстрелом уничтожил камеру наблюдения. Однако исход был ясен с самого начала.

Если на помощь Сайнубе пришли неизвестные, но хорошо подготовленные джедаи, это меняло всё. Значит, голокроны не просто вывезены — они надёжно спрятаны.

Вопрос заключался лишь в одном: где именно.

И именно возможное существование неизвестного анклава джедаев волновало Джерека куда сильнее, чем потерянные архивы.

— Какие корабли покинули Нар-Шаддаа из этого сектора в ближайшее время после столкновения? — спокойно поинтересовался ректор.

Инквизитор бросил на него раздражённый взгляд.

— Не стоит считать нас полными идиотами, Джерек. Но это Нар-Шаддаа. Здесь каждый час срочно стартуют десятки кораблей и с такой же поспешностью садятся новые. Списки огромны. Из нужного сектора за интересующий нас промежуток времени ушло более сотни судов. Двадцать восемь из них после вылета больше нигде не фиксировались — с них мы и начали.

Джерек едва заметно скривился.

Он мог бы подсказать им направление поиска. Чтобы вывезти с планеты мастера, падавана и больше десятка юнлингов, не считая экипажа, корабль должен был быть достаточно вместительным — не меньше чем на пятнадцать разумных. Но делиться этой мыслью с инквизитором он не собирался.

Зачем?

Гораздо разумнее позже ознакомиться со списками самостоятельно. Опытный форсъюзер и археолог, Джерек десятилетиями разыскивал реликты исчезнувших цивилизаций, ориентируясь на куда более скудные зацепки.

Найти один-единственный корабль среди сотни — задача вполне по силам.

* * *

Храмовый комплекс понемногу оживал, наполняясь дыханием жизни и осторожным движением. Когда «Исида», пережив все злоключения, мягко вошла в ангар и погасила двигатели, я позволила себе впервые за долгое время выдохнуть по-настоящему.

С пассажирской рампы первым спустился мастер Сайнубе. За ним почти строем, гуськом потянулись юнлинги — усталые, настороженные, но уже не такие испуганные, как раньше. Мы с Каем тем временем занялись разгрузкой. Калеб вызвался помочь сам. Он вообще держался тихо и незаметно, словно боялся занять лишнее место. Большую часть пути до Храма парень проспал, а теперь явно не решался сделать шаг за пределы корабля.

— Чего ты боишься? — спросила я, перехватив его взгляд.

Калеб замялся, затем выдохнул, словно решаясь признаться.

— Я уже не падаван, но ещё и не рыцарь. Вдруг я вам не подойду… и мне придётся покинуть ваш Храм.

Проблема казалась мне надуманной, но отголоски его тревоги в Силе были слишком отчётливы, чтобы их игнорировать.

— Мы никого не выгоняем, — спокойно ответила я. — Это убежище. Здесь каждый работает на восстановление колонии. И если ты выйдешь из корабля, то сразу поймёшь одну простую вещь: единственные взрослые мужчины на планете — это ты и Кай. Здесь в основном женщины и дети. Мастер Сайнубе стар, а мой отец — призрак Силы. Так что вопрос не в том, выгоним ли мы тебя, а в том, не сбежишь ли ты сам, когда столкнёшься с трудностями создания молодой колонии джедаев в Неизведанных регионах.

Калеб резко вскинул голову и посмотрел мне прямо в глаза. В его голубом взгляде мелькнула решимость.

— Я готов работать, — твёрдо сказал он, а затем тише добавил: — Только… мне нужно доучиться.

Я улыбнулась.

— Калеб, ты обязательно доучишься. У нас есть голокроны, и мастер Сайнубе привёз немало материалов. Да, в храмовом комплексе пока нет полноценных информационных систем, но всё это дело времени. Не всё сразу, — подмигнула я. — А теперь пойдём. Дроиды закончат разгрузку и без нас.

Мы сошли с грузовой рампы в ангар и сразу увидели встречающих. Впереди стояли мастер Талвин и её падаван Миа Корд, а чуть поодаль — Нисса. Заметив меня, девочка сорвалась с места и побежала навстречу.

— Талия, ты прилетела! — радостно выкрикнула она и с разбегу врезалась мне в грудь, обнимая изо всех сил.

— Конечно, прилетела, я же обещала, — улыбнулась я, обнимая её в ответ. — Как вы здесь без меня справлялись?

— У нас теперь есть школа! — с гордостью выпалила Нисса. — Мастер Талвин и Миа ведут уроки, это очень интересно. Правда, у нас пока нет датападов… но ведь они будут?

— Обязательно будут, — пообещала я без колебаний.

Храмовый комплекс произвёл сильное впечатление на вновь прибывших. Мастер Сайнубе шёл, не скрывая удовлетворения, а за ним на гравиплатформе тянулся тот самый груз, из-за которого нам пришлось сражаться с инквизиторами на Нар-Шаддаа. Калеб Дьюн, свернув за поворот, откуда открывался вид на город, замер, не в силах скрыть восхищение.

Мне было приятно это видеть — словно кто-то впервые оценил мой собственный дом. Впрочем, город и правда заметно преобразился. Рабочие дроиды восстановили мосты через реку, и теперь между районами можно было перемещаться быстро и без лишних обходов. Нисса с восторгом показывала приведённые в порядок домики, перебивая саму себя и стараясь ничего не упустить.

Калеб и мастер Сайнубе решили поселиться в небольшом доме по соседству со мной. Юнлингов разместили вместе с мастером Талвин и её подопечными: всё-таки пригодных для жилья зданий пока было немного. Нова Рисс, как полноправный рыцарь, выбрала домик по другую сторону от моего и сразу заявила, что будет приводить его в порядок собственными руками.

Когда все были размещены, мы с Сайфо и старым косианцем занялись самым ценным грузом. Все голокроны и носители информации были отвезены в хранилище — там находилось наиболее подходящее помещение для сохранности подобных артефактов.

— Очень подходящее место, — заметил мастер Сайнубе, с интересом разглядывая наш самый большой голокрон. — И соседнее помещение удивительно хорошо подойдёт для установки вычислительного комплекса.

— Пока у нас его нет, — призналась я.

— Это не страшно, — отмахнулся он. — Лучше покажи, есть ли здесь хранилище кайбер-кристаллов.

Сайнубе был откровенно доволен увиденным. Он даже словно помолодел, и я ясно ощущала, как через старого мастера течёт живительный, спокойный поток Силы.

Кристаллов у нас оказалось немного — лишь самый необходимый минимум. На первое время этого хватало, но проблему всё равно предстояло решать. Я уже собиралась сказать об этом вслух, когда заметила, как Сайфо и мастер Сайнубе обменялись многозначительными взглядами.

Возможно, у них уже был план. Во всяком случае, я была уверена в одном: на Илум, прямо в лапы инквизиторов, нас никто отправлять не собирался.

Численность нашей небольшой колонии постепенно приблизилась к полусотне разумных. Большинство составляли представители человеческой расы, откровенным ксеносом среди нас был только мастер Сайнубе, но, казалось, это его совершенно не волновало. Несколько юнлингов, включая Ниссу, принадлежали к расе миралука, а среди малышни попадались и зелтроны с их яркими, почти неестественными оттенками волос. В остальном — люди и близкие им расы. Похоже, мастер Талвин была права, рассказывая о джедаях, вывозивших юнлингов преимущественно своей расы.

Сообщество постепенно упорядочивало всё вокруг себя. С ростом численности мы решили оборудовать общую столовую в одном из пустующих домов. С этого момента у каждого взрослого появилась обязанность дежурить на кухне — и мальчишки тоже от ответственности не ушли. Калеб и Кай наравне со всеми чистили овощи и грибы, учились готовить простые, а затем и более сложные блюда.

Параллельно мы взялись за восстановление недавно приобретённого G9. К моей радости, теперь механиков у нас было уже несколько, так что над корабликом мы работали всем составом: я, Нова, Калеб, а Кай суетился рядом, охотно подавая инструменты и задавая бесконечные вопросы. Мой падаван живо интересовался техникой, и здесь нам очень пригодились учебные материалы мастера Сайнубе.

Уже на этом этапе стало заметно, насколько остро мы ощущаем нехватку техники и носителей информации. Датападов катастрофически не хватало, книги приходилось читать по очереди, а для более сложных расчётов мы использовали компьютер «Исиды». Поэтому покупка дополнительных дроидов серии R5 оказалась крайне своевременной: одного из них мы закрепили за мастерской как полноценного механика, остальные же занимались ремонтом систем всего комплекса.

Наконец дошли руки и до деталей, захваченных мной ещё два года назад со свалки во время бегства после Приказа 66. Когда мы разобрали этот хлам, выяснилось, что среди него немало ценного, в том числе комплектующие для рабочих дроидов. Эти неприхотливые машины я собирала по частям везде, где только удавалось найти, и теперь наша мастерская почти ежедневно выпускала нового помощника. Храм медленно, но верно оживал, наполняясь движением, голосами и ощущением будущего.

Как я и предполагала, доучивать Калеба взялся мастер Сайнубе — вместе с моим отцом. Правда, привычную систему обучения, как в корусантском Храме, у нас воссоздать не получалось: катастрофически не хватало взрослых наставников. Поэтому программу решили разделить.

Все вместе мы занимались различными теоретическими дисциплинами под руководством Сайфо и мастера Сайнубе. Меня же назначили ответственной за физическую подготовку и освоение работы со световым мечом. Именно я преподавала основы Шии-Чо малышне — кто бы мог подумать. Я всегда считала свои навыки откровенно посредственными, разумеется, Сайфо за полгода непрерывных занятий серьёзно меня подтянул. Но мысль, что кто-то назовёт меня в этом деле мастером, до сих пор казалась абсурдной.

В итоге, обучая детишек, я училась сама: снова и снова повторяла Шии-Чо и даже открывала для себя нечто новое в этом, казалось бы, базовом стиле. Разумеется, именно я занималась с Калебом Дьюном и Каем и третьей формой. Моё владение ею заметно возросло, и вскоре Калеб с горящими глазами уговаривал меня обучить его технике Джар’кай.

Незаметно наступило время холодов. К этому моменту мы сумели запустить систему отопления, пусть и в отдельно взятом, небольшом районе. Кроме того, был расчищен от оползня и восстановлен ещё один проход в город, и теперь малышня могла выходить гулять прямо наружу, не заходя в ангар. Который наконец-то стал выполнять все предписанные ему функции.

Мы сумели починить систему орошения и запустить дополнительный гидропонный зал. Оборудования там почти не было — система была настроена на работу в естественной среде. Тем не менее к зиме мы подошли полностью самодостаточными в плане тепла и питания.

Однако вставали и другие вопросы. Например, кайбер-кристаллы — они были нам нужны как воздух. Пока время терпело, но что-то подсказывало мне: колония будет расти. И вскоре подвернулся неплохой повод для вылета в Большую галактику на разведку.

G9 был готов. Мелкий кораблик оснастили гипердвигателем второго класса вместо третьего, что давало ему заметное преимущество в скорости: именно из-за своей тихоходности этот транспорт обычно использовался не слишком часто.

Сначала вызвался лететь Калеб, но тут я возразила: парень находился в розыске. Я же, несмотря на своё джедайское прошлое, считалась погибшей, и искать меня никому не пришло бы в голову. Поэтому лететь могли только я, Нова Рисс или Миа Корд. Последнюю посвятили в рыцари всего несколько дней назад — мастер Сайнубе и Сайфо-Диас.

В этот раз нашей целью была система Адега. Именно там до открытия Илума добывались кайбер-кристаллы. Месторождение на Оссусе после катастрофы оказалось заброшенным, и теперь нам предстояло найти полноценную замену Илуму. К тому же другие планеты системы оставались практически не исследованными — возможно, и там скрывались залежи кристаллов.

К экспедиции готовились основательно. Сварили металлический куб, экранирующий излучение кристаллов — в том, что мы их найдём, сомнений не было никаких. Подготовили лёгкие и прочные скафандры, а также бластеры, пригодные для работы в атмосфере Оссуса. Ну и куда же без груза грибов — это уже стало традицией.

Лететь, разумеется, предстояло мне — правда, в этот раз на сильно модифицированном G9. По обычаю перед вылетом я решила войти в медитацию, чтобы просмотреть вероятности.

Сила откликнулась сразу и послушно развернула всю картину разом — так, что у меня перехватило дыхание. Я буквально вывалилась из медитации и, переведя дух, сказала Каю, который не сводил с меня взгляда:

— Мы летим на Кашиик.