Цена свободы (гет)

— Скажите мне, мистер Поттер. — интересно, а Снейпу правда прям в кайф выплёвывать мою фамилию с такой интонацией? — вы хоть как-то причастны к произошедшему с Фредом и Джорджем Уизли?

— Ни в коем случае, сэр. Меня мало волнуют как сами близнецы, так и их восхитительные эксперименты над другими учениками.

Декан уставился на меня немигающим взглядом. Ну давай, поиграем в гляделки. Мы сидели в его кабинете, который представлял собой небольшое помещение без окон, расположенное недалеко от класса зельеварения.

Как-то так получилось, что я далеко не в первый раз оказываюсь в этом помещении. А учитывая «любовь» Снейпа к каким-либо изменениям, я мог с точностью до миллиметра восстановить убранство данной комнаты. Чем я и решил заняться от скуки, пока мы с профессором любовались глазами друг друга.

Так, например, я сидел на, наверное, самом неудобном чёрном деревянном стуле. Справа от меня располагался невысокий шкаф с какими-то бумагами. Я как-то раз видел, как он там что-то ищет. На шкафу отлично бы смотрелись чьи-нибудь фотографии, цветы или прочий декор, но Снейп предпочитал хранить там пыль.

Стены тоже были пустыми. Ни портретов, ни таблиц — ничего. В левом углу располагался шкаф с книгами. И готов поклясться, что одна из них точно называлась «Практические методы применения слизи желтолобика». Не знаю, почему я это запомнил, но я запомнил.

Стол декана тоже отличался обилием деталей. Например, на углу стола вот уже как три года стояла фигурка ворона. Да, в принципе, и всё. Не считая стопки с ученическими работами да пары перьев, стол был абсолютно пуст.

Не менее обыденным и невзрачным было даже кресло, на котором сидел Снейп. Обычное, чёрное, кожаное. Ни персонализации, ни каких-то деталей. Разве что слегка потёртое.

Как-то раз мне подумалось, что это место настолько отрешённое и пустое, что если однажды декан Слизерина не придёт на своё рабочее место, то не будет ничего, что напомнило бы о нём. Кроме фигурки.

— Профессор, скажите, пожалуйста — решил я прервать воцарившуюся тишину — а это ваша фигурка ворона или она досталась вам от предшественника?

— Моя, Поттер. Но не помню, чтобы я разрешал вам задавать вопросы. Знаете, почему я вообще веду с вами этот разговор?

— Потому что вы беспристрастный преподаватель, который изо всех сил стремится установить истину?

Это у него сейчас глаз дёрнулся?

— Потому что мистер Малфой почти час уговаривал меня выслушать вас, а не просто назначить месяц отработок.

— Ну, мистер Малфой отличный друг. — ответил я, пожав плечами. — Но почему-то я думаю, что его дар убеждения не позволит мне совсем избежать наказания.

— Всё зависит от вас, мистер Поттер. Так что, причастны ли вы к событиям, связанным с братьями Уизли?

Я тяжело вздохнул. Ну реально? Зачем нам время тратить, а, Сальноволосый, мой друг?

— Я скажу так. Благодаря тому, что кто-то пришёл с братьями Уизли к определённому взаимопониманию, уверен, что в школе станет спокойнее. А у мадам Помфри станет меньше работы. Как по мне, это позитивное событие.

— Я буду откровенен. — Снейп скучающе сложил руки на груди. — Мне плевать на то, что случилось с Уизли. Одним больше, одним меньше — я ничего от этого не потеряю.

Сразу видно, профессор года. Вон как об учениках печётся. Меж тем декан продолжал свою речь.

— Меня волнует то, что профессор Макгонагалл, которая по совместительству является деканом Гриффиндора, а также заместителем нашего многоуважаемого директора, посчитала необходимым вынести мне весь мозг. И к моему величайшему сожалению, помятуя о её регалиях, я не мог просто отослать её, как мистера Малфоя.

— Соболезную. Искренне. Никому не нравится, когда им выносят мозг.

— Особенно это неприятно в те моменты, когда это происходит в результате действий другого лица.

— Я понял, профессор. Сколько мне отрабатывать и как?

— Я недоговорил, Поттер. Так уж получилось, что ко мне, после мистера Малфоя и профессора Макгонагалл, пришёл ещё один человек, желающий пообщаться со мной касательно вашего проступка.

— И кто это был?

— Директор. — Снейп сделал паузу перед ответом. — И он попросил не назначать вам наказание. Сказал, что сам разберётся в случившемся.

Пиздец. А вот это уже очень плохо. Наставник явно зол на меня. Я догадывался об этом, так как за ужином он был не в самом радужном настроении. Но до последнего надеялся, что это не связано со мной. Похоже, на моём лице всё-таки как-то отразились мои переживания, так как Снейп довольно усмехнулся.

— Думаю, эта новость вас не обрадовала, мистер Поттер. Что ж, хоть не мне возиться с вами на этот раз.

Да, он определённо был доволен полученным эффектом.

— Я вот только в толк не могу взять: зачем вы в это ввязались? Я не припомню, чтобы вы ранее проявляли признаки альтруизма.

— А его и не было, профессор. Уверен, вы слышали от Драко про полёт Нотта по лестнице.

— Да, он писал мне об этом происшествии.

Вместо ответа я просто пожал плечами.

— Ладно. Вы свободны. Остальное, уверен, вам выскажет директор Дамблдор.

Не желая продлевать совместное времяпрепровождение, я встал со стула и, пожелав хорошего вечера, двинулся в сторону гостиной.

И всё-таки декан та ещё сука. Мог просто сказать, что наказание вынесет директор, но решил потянуть время. Так сказать, устроил целое театральное представление. Ему и правда заняться нечем?

Однако факт вмешательства Наставника пугал. До этого он не особо активно вмешивался в мою студенческую жизнь, держась на дистанции.

Вполне возможно, его вывело из себя то, что я навредил именно Уизли, чья семья была его ближайшими союзниками. А может, он просто не в восторге от того, что я избил других учеников. Ладно. Узнаю.

До гостиной оставалось всего пара поворотов, как из тени навстречу мне выступила жуткая фигура. Не ожидавший такого поворота, я инстинктивно отпрыгнул и выхватил волшебную палочку, нацелив её на незнакомца, готовясь к бою.

— Неплохо, Поттер, неплохо! — проскрипела «тень».

Незнакомец вышел на свет от факела, демонстрируя своё покрытое шрамами стремное лицо.

— Добрый вечер, профессор Грюм. Прошу простить за свою реакцию. — поздоровался я с преподавателем, попутно пряча палочку в кобуру.

— Ха, парень, отличная у тебя реакция. Будь я на твоём месте, я бы ещё и жахнул подкравшегося ко мне ублюдка чем-нибудь болезненным! Помнишь ведь: ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!

Прокричав последнее, лже-Грюм засмеялся своим лающим смехом. Чокнутый.

— Да, точно. — я притворно тихо рассмеялся. — Что вас привело сюда, профессор?

— Да так, думал поговорить с этим вашим Снейпом. Обсудить пару… как их… педагогических методик.

Ага, конечно, верю. Только совсем конченный пойдёт за таким к Снейпу. Хочешь стырить пару ингредиентов, не так ли?

— Что ж, профессор Снейп как раз закончил отчитывать меня. Так что, уверен, он в отличном настроении.

— Ха. Учту. Ладно, Поттер, пойду тогда. Не буду упускать возможность.

— Хорошего вечера, профессор.

Я обогнул преподавателя и продолжил идти в сторону гостиной. Я не боялся поворачиваться к нему спиной. Даже если это человек Волдеморта, то вряд ли бы он вредил мне в замке.

— Кстати, Поттер! — окликнул меня лже-Грюм.

Я обернулся и посмотрел на него.

— Кхм. Вряд ли мои слова одобрят другие, но ты хорошо сработал. Чисто.

— Э-э… Спасибо. Но я тут ни при чём.

— Да-да, конечно. Как бы то ни было, можешь зайти ко мне в понедельник после уроков. Покажу тебе пару чар не из школьного курса. Чтобы кулаками махать не пришлось в следующий раз.

Он сам зовёт меня? Чёрт, да, конечно. Тысячу раз да. Стараясь не выдать своей радости, я попробовал максимально спокойно ответить:

— Да, конечно. Спасибо, профессор. Буду рад.

— Отлично, Поттер! Тогда до встречи.

Грюм развернулся и поковылял в сторону кабинета Снейпа. А я отправился дальше по своему маршруту.

Пока я шёл, я всячески обдумывал произошедшее. Безусловно, я был чертовски рад возможности начать выполнять задание Наставника. Особенно с учётом того, что он потенциально может быть недоволен мной. Однако как-то всё очень странно. Ну кто будет хвалить ученика за избиение других учеников? И даже предлагать дополнительные уроки? Только если…

Я остановился как вкопанный посреди коридора. На спине выступил холодный пот, и я почувствовал прилив адреналина. Я развернулся на сто восемьдесят градусов и выхватил палочку. Изо всех сил я стал вглядываться в полумрак коридора.

Действия притворщика имели смысл только в одном случае — если у него тоже была задача сблизиться со мной! И он только что нашёл хоть какой-то повод! Сука. Да, Наставник предупреждал меня, но просто услышать это со стороны и убедиться самому — совершенно разные вещи.

Только что я осознал, что человек, который притворялся Грюмом, действительно может быть Пожирателем смерти. Перед глазами всплыл образ смеющегося психопата с чемпионата. Дерьмо. 

Время шло, а из коридора так никто и не показался. Я ослабил хватку вокруг палочки и убрал её в кобуру на левой руке. Какого чёрта, Гарри? Чего ты так психуешь? Сам же сказал, что он не будет трогать тебя в замке. Ну да, возможно, он — Пожиратель. Но это не значит, что он попытается тебя убить здесь и сейчас.

Пиздец. А распереживался-то. Самообладание потихоньку возвращалось ко мне. Нервы стали ни к чёрту. То девчонок чуть не сжёг, то это. Может, спросить у Астрид про успокаивающие зелья? Я продолжил идти по коридору.

Ладно, допустим, я прав. И прав во всём. Но даже в таком случае лучше всего будет поступить в духе Наставника и не совершать никаких резких движений.

Тем более ничего глобально не поменялось. Никакой новой информации я так и не узнал. А значит, продолжаем двигаться по сценарию. В понедельник идём на дополнительные занятия. И диадему пока тоже не снимаем. Ещё не время.

Зайдя в гостиную, я оглянулся в поисках одного конкретного лица. И оно достаточно быстро обнаружилось — сидящим в компании пятикурсниц Гертруды Мидс и Хейли Квентин. Судя по самодовольному выражению на лице Драко, тот в очередной раз втирал девчонкам какую-то хрень. Прости, друг, но тебя сейчас ждёт облом.

— Привет, девочки! — поздоровался я со слизеринками, когда подошёл ближе.

Будучи наглым от природы, я сел на диван между пятикурсницами и с усмешкой посмотрел на одиноко сидящего в кресле напротив Драко.

— Привет, Гарри! — чуть ли не хором поздоровались со мной Гертруда и Хейли.

— Да, привет, Гарри. — коверкнув голос, сказал Драко. — Кстати, да, я тут. Спасибо, что поздоровался и со своим лучшим другом.

— Да, прости, Драко. Я хотел, правда. Просто оказался настолько очарован красотой твоих собеседниц, что совсем про тебя забыл. — Говоря это, я повернулся сначала к одной девушке, затем к другой, улыбнулся им своей самой очаровательной улыбкой и каждой слегка поклонился.

Последнее было сделано сугубо для того, чтобы незаметно и не вызывая осуждающих взглядов оглядеть их. А посмотреть там было на что. Особенно у Гертруды. Девушки, не заметив моего манёвра под напускной галантностью, смущённо засмеялись.

— Ой, да ладно тебе, Гарри. Убеждена, что мы с Гертрудой далеко не первые, кому ты это говоришь.

— Не первые. — не стал спорить я. — Но первые, кому я говорю это настолько искренне.

— Ну ты льстец! — тихо рассмеялась Гертруда своим чудесным, но звонким голосом.

— Да-да, Поттер. Ты тот ещё льстец. — проворчал Драко. Он явно был не в восторге от происходящего. — Скажи, ты какого чёрта припёрся?

— По причине того, что наш декан — редкостный… нехороший человек.

— Ой, это правда? — затараторила Хейли. — Говорят, что тебя обвиняют в избиении близнецов Уизли! Мне Чжоу Чанг с Равенкло рассказала, а ей Джастина Бритнелл с Гриффиндора, что якобы Кэтти Белл видела тебя в крови недалеко от того места, где нашли братьев.

— Да и теперь поговаривают, что тебя собираются исключить! — вторила ей её подруга.

— Так, дамы! — откинувшись на спинку дивана, я оказался зажат между девушками. Пожалуй, я мог бы закинуть им руки на плечи, но боюсь, это могли бы счесть уж слишком похабным жестом. Вот если бы мы выпили… — Запомните! Из Хогвартса никогда не выгоняют людей, которые совершают праведные и справедливые поступки.

— Так значит, всё, что говорят. — это правда?

— И ты действительно это сделал?

— Да. Но давайте оставим это нашим маленьким секретом. — Я подмигнул Хейли и улыбнулся Гертруде.

Ага. Секретом. Как же. Судя по их горящим глазам, им уже не терпится отправиться разносить эту информацию по всей школе. А так как эта информация уже не то чтобы была секретом, я ничем не рисковал. Зато какой красивый жест получился. «Наш общий секрет».

— Да, конечно. Хорошо! — закивала головой Хейли. Вот врёт в глаза и не краснеет.

— Супер! — я хлопнул в ладоши и посмотрел на скучающе облокотившегося на руку Малфоя.

— Вообще, я на самом деле хотел украсть у вас Драко. Вы не против?

Слизеринки покачали головами, как бы подтверждая, что они не против. Я встал с дивана и ещё раз окинул взглядом гостиную, высматривая моих однокурсников. Тео сидел и, вот сюрприз, читал книгу у камина. Рядом с ним расположились Винс и Грег, которые играли партию в шахматы. Забини же сидел на другом конце гостиной и, судя по всему, делал домашку. Окей. Хорошо.

— Пойдём, Драко. Надо поговорить.

Я дождался, пока блондин с тяжёлым вздохом встанет с кресла, и повёл его в нашу спальню.

— Ну и ради чего такого важного ты, как последний подонок, обломал мне восхитительное общение с двумя очаровательными девушками? — чуть ли не простонал Драко, плюхаясь на свою кровать. — Ты знаешь, что становишься всё более и более невыносимым в последнее время?

— Да, догадываюсь. — с сарказмом ответил я и скорчил Малфою рожу. — Вообще, Драко, этот разговор скорее нужен тебе, а не мне.

— Неужели? — блондин равнодушно улёгся на спину, положив руку под голову и уставившись в потолок.

— Да. — коротко ответил я. После чего достал палочку и наложил на дверь чары против подслушивания. — Это касательно хроноворота.

Драко моментально оживился и сел на край кровати. От предыдущего равнодушия не осталось и следа.

— Хроноворот? — он глянул на дверь и, как я думаю, тоже примерно прикинул, сколько у нас есть времени, чтобы что-то обсудить. — Выкладывай.

— Я поговорил сегодня с Астрид и аккуратно расспросил про прошлогоднюю историю с Гермионой. Сам понимаешь, в лоб я спросить не мог.

— Да, понимаю. — нетерпеливо перебил меня Драко. — Что ты узнал?

— Немного. У неё было не просто тяжёлое состояние, а крайне опасное. — начал делиться информацией я. — По словам Астрид, её принёс на руках Хагрид, и она была в компании Лонгботтома. Вроде как они были у лесника в хижине, и та просто упала на пол и забилась в конвульсиях. Коул ещё упомянула, что Невилл очень странно описал эти конвульсии. Словно… словно она дёргалась так быстро, что он видел сразу несколько её версий.

— Фазовое смещение.

— Что?

— Фазовое смещение. Это побочный эффект использования артефакта. Что-то вроде того, что тело путешественника во времени накапливает слишком много временных образов. Короче, дико сложная херня. — Драко помотал головой. — Суть в том, что для этого надо использовать хроноворот не только много месяцев подряд, но ещё и запустить сразу несколько возвратов в рамках двадцати четырёх часов.

— Не понял. — честно ответил я.

— Я тоже не до конца понимаю. Книги по хроноворотам не валяются на каждом углу. А у той, что читал я, был придурошный автор и очень тяжёлый слог. Короче, там было что-то про то, что при каждом использовании хроноворота на твоё тело вроде как цепляется временная проекция. Эта проекция каким-то образом загрязняет твою магическую ауру. И если очень сильно загрязнить ауру и… — по Малфою было видно, как он изо всех сил старается вспомнить крайне сложный материал из книги. — и вернуться подряд несколько раз, не успев завершить предыдущую петлю, то проекции начнут… типа прорываться. Или как-то так. Но именно это состояние называется «фазовое смещение».

— То есть… — я тоже изо всех сил напряг голову, пытаясь вникнуть в то, что говорит Драко. — Грейнджер на протяжении года использовала хроноворот, а затем в один день несколько раз вернулась в прошлое?

— Почти. Только она не просто несколько раз вернулась за один день, а, находясь и так в прошлом, делала ещё один прыжок в прошлое. И по итогу должна была сложиться ситуация, при которой в рамках одного оборота хроноворота одновременно находилось от трёх Грейнджер.

— Она конченая? Нахрена она это делала? — моё удивление было искренним. Я правда не понимал, кем надо быть, чтобы на такое пойти.

— Без понятия. Но, зная эту придурошную. — для учёбы. Как раз был период экзаменов. Не суть. Мотивация Грейнджер заботит меня тут меньше всего. Что ещё рассказала твоя подружка?

— Завидуешь? — пошутил я, но, увидев серьёзный взгляд Драко, мигом вернулся к рассказу Астрид. — По сути, это почти всё. Грейнджер то была в отключке, то блевала. К ней каждый день приходили из Мунго и за ширмой что-то делали. Но Астрид туда не пускали. В Мунго Грейнджер не отправили, потому что, типа, было опасно. Что ещё?

Я замолчал, припоминая подробности.

— А! Ещё когда Грейнджер очнулась, приходил какой-то мужик из министерства. Лысый и худой. Лица Коул не видела. Беседовал он с Макгонагалл и Грейнджер.

— Та-а-а-ак. — Драко откинулся на спину и лёг поперёк кровати.

Я молча сидел на своей и ждал очередного озарения от друга. Если честно, то мне было глубоко плевать и на Грейнджер, и на хроноворот. У меня своих забот полон рот. От размышлений меня отвлёк привычный щелчок пальцами Драко, который вернулся обратно в сидячее положение.

— Мы точно уверены в том, что это был хроноворот. Симптомы это подтверждают.

— Ага. Только улик нет. Астрид вряд ли пойдёт давать какие-то показания.

— Да я понимаю. Ладно, я напишу об этом отцу. Он точно найдёт применение этой информации. Спасибо, Гарри. Правда.

Драко протянул мне свою руку. Ха. Знакомо. Только в этот раз я крепко пожал её не раздумывая.

— Всегда рад.

Затем я снял глушилку и отправился готовиться ко сну. После душа ещё немного поболтал с ребятами о всякой ерунде, а потом задвинул полог кровати, нацепил диадему и, думая о завтрашней пробежке, закрыл глаза, приготовившись тут же открыть их утром.

И я их открыл. Но сделал это не утром. Меня вырвало из темноты чудовищной болью, пронзившей голову. Я кричал, стонал, метался по кровати. Казалось, артефакт на моей голове плавится и прожигает кожу. Мне казалось что я попал в Ад.