Сколько стоит канделябр или Призрак в Опере (джен)

— Так я и думал! Это же генераторная... — оказавшись в тёмном шумном помещении, вор наугад сделал несколько осторожных шагов, покрутил головой и увидел два маленьких зелёных огонька.

Пошарив руками по стене, он нашёл кнопку и щёлкнул включателем. Электрический фонарь под потолком осветил просторную техническую бытовку. Справа, помигивая лампочками и заполняя пространство громким низкочастотным гудением, работали два массивных генератора. Напротив располагалась ещё какая-то загадочная машинерия с пультом управления, кнопочками и рычажками. Замечательно! Всё это конечно очень прогрессивно... только... где отсюда выход?.. Там же, что и вход?

— Пфф, какое бездарное архитектурное решение! Святейший Строитель точно бы не одобрил...

Гарретт внимательно осмотрелся и приметил, что на одной стене будто бы проглядывается дверной проём. На самом деле его не было — кирпичи каменной кладки плотно примыкали друг к другу. Но всё же… Казалось, что на стену падает прямоугольная тень. Да это потайной ход!

Хм, не такой уж он и потайной...

Раз так, где-то должен быть рычаг, активирующий открывание двери... Так… Машинерию лучше не трогать — кнопок на ней предостаточно, но, Трикстер знает, какие процессы они запускают. Не хотелось бы привлекать внимание стражи к этому укромному местечку.... А вот парочка незажжённых факелов на стенах вызывает подозрение. Ну-ка!.. С правым всё в порядке — обычный настенный канделябр. А вот к левому есть пара претензий — крепление кронштейна совсем разболталось и держалось лишь на одном винте. А ведь неспроста!

Вор провернул по часовой стрелке железный держатель, и — какая неожиданность! Каменная панель с тихим скрежетом отъехала в сторону, открывая проход в неизвестность.

Из тёмного провала повеяло холодом и сыростью подземной пещеры. Нечёткая полоса света, проникающего из бытовки, осветила своды узкой каменной расселины, ведущей вниз. Но дальше — ничего не видно и не слышно — гул работающих генераторов заглушал любые шумы в округе. Ну, другого-то выбора всё равно нет!..

И вор направился вглубь мрачного ущелья.

* * *

Стоило пройти всего лишь пару ярдов, как дверь за спиной резко закрылась. Он опять оказался в кромешной тьме.

— Подумаешь, не впервой!..

Хватаясь руками за острые шероховатые камни, Гарретт стал медленно двигаться вперёд. Он пробирался вдоль влажной неровной стены аккуратными мелкими шажками, мечтая лишь о том, чтобы ненароком не провалиться в невидимую пропасть. Пока ему везло — пол в пещере был без выбоин и провалов, и он даже ни разу не споткнулся.

Спустя примерно четверть часа, когда гул от генераторной стал еле слышен, вор начал различать новые звуки, доносящиеся из глубины ущелья. И они ему совсем не нравились! Потому что их издавал явно не человек — сначала это было глухое утробное урчание, затем оно сменялось невнятным стрёкотом и превращалось в надрывное мерзкое повизгивание. А потом всё повторялось по кругу. И вор уже понял, что это такое.

— Бесподобно!.. Из одной паучьей кучки сразу угодил в другую. Может у меня что-то с памятью, но шоу восьминогих я вроде бы не заказывал!

Словно в подтверждение этих мыслей, лицо внезапно обволокло липкой паутиной.

— Тьфу, ну и пакость! — закашлялся он, стряхивая с себя пучки клейких нитей.

В ответ из темноты раздалось угрожающее трескучее курлыканье. Совсем рядом.

— Вот дерьмо!

Оттолкнувшись от стены, Гарретт наугад закинул за спину световую гранату и тут же бросился наутёк, выставив перед собой руки. Пробежав несколько ярдов, он с разгона врезался в неожиданную каменную преграду, сумев лишь немного смягчить удар. Присев на корточки, он замер и прислушался. Недовольное шипение и гортанное ворчание теперь доносилось откуда-то справа и сзади.

Стараясь издавать как можно меньше шума и не обращая внимания на липнущие отовсюду тенёта, вор осторожно продвигался вдоль стены. Всё пространство вокруг наполнилось беспокойным шуршанием и гнусным стрекотанием.

Беззвучно достав из ножен кинжал и стараясь сохранять хладнокровие, Гарретт продолжал прокрадываться вглубь пещеры.

Обогнув огромный полукруглый булыжник, он оказался в небольшом приземистом проходе, который с каждым шагом всё сильнее сужался. Через несколько ярдов вор опустился на четвереньки и пополз, то и дело задевая головой о потолок. Вскоре проход превратился в совсем тесную нору и ему пришлось протискиваться по-пластунски, толкая перед собой лук и колчан со стрелами. Он по-прежнему ничего не видел и не знал, что его ожидает впереди, но во всём этом путешествии был один неоспоримый плюс: мерзкие плотоядные звуки позади постепенно затихали.

Куда он забрался? Кто прорыл этот узкий тоннель? Неужели гигантские черви прогрызли? Этого ещё не хватало…

Нора явно была сквозной — Гарретт даже ощущал лёгкие дуновения прохладного воздуха. Он продолжал ползти вперёд и вскоре… Нет, наверное, показалось… Да, точно! Он увидел свет. Впереди было открытое пространство и маячил какой-то источник света — глаз отчётливо различал тусклое желтовато-оранжевое мерцание. Факелы что ли?

Вор живее заработал локтями и коленками, стремясь поскорее выбраться и минут через десять проход начал расширяться. Наконец Гарретт смог выпрямиться в полный рост! Почти бегом преодолев последние несколько ярдов, он оказался в большой карстовой пещере.

Ух ты! Вот это красотища...

Высокие своды просторного овального грота были усеяны причудливыми сталактитами, а из рельефных и глянцевых от влаги стен выступали разноцветные наслоения горных пород и самоцветов. В центре зала переливалась зеркальная гладь подземного озера, отражая множество расплывчатых огоньков.

Нет, здесь не было факелов. Пещеру освещали сотни светящихся грибов, обильно произраставших на полу, стенах и потолке. Вместе они излучали мягкое тёплое свечение, которого хватило бы на целый собор Хаммеритов.

Гарретт прошёлся по упругому бархатному мху, устилавшему берег озера.

А здесь вполне неплохо! Хоть ставь шалашик и живи... Жаль далековато до Города, да и пауки — не самые приятные соседи. Вдруг в гости нагрянут?.. Брр...

В поисках выхода, он обошёл пещеру по периметру, но обнаружил только несколько крысиных норок. Грызуны и мелкие насекомые были основными обитателями этой каверны. Несколько серых зверьков деловито сновали туда-сюда по отлогому берегу, без опаски поглядывая любопытными глазёнками на незваного гостя.

— Интересно, почему крысы принимают меня в свою компанию, а пауки всегда пытаются сожрать? Эй! Мистер Длинный Хвост, не подскажешь, как пройти... эээ… допустим, в библиотеку?

Мелкий взъерошенный самец с длиннющим голым хвостом, словно поняв, что обращаются именно к нему, привстал на задние лапки и с интересом уставился на Гарретта.

— Ну, что скажешь, приятель? Как мне выбраться отсюда?

Многозначительно фыркнув в ответ, крыс быстрыми скачками подбежал к озеру и начал пить воду, шустро перебирая розовым язычком.

— Эх... Так я и думал... Всё-таки придётся сегодня намокнуть, — недовольно протянул вор.

Он подошёл к краю водоёма и, присев на корточки, погрузил пальцы в воду.

— Прохладненько! Но я уже привык к холодным приёмам...

Стараясь не затягивать неприятный момент, он решительно вошёл в воду. Через несколько шагов каменистое дно резко оборвалось и Гарретт с головой рухнул в водяную толщу.

— Уфф!.. — выплыв на поверхность, он отплевался и откашлялся, а затем, набрав побольше воздуха в лёгкие, снова нырнул.

Активно работая руками и ногами в ледяной воде, вор тщательно обследовал дно озера, благо, видимость была прекрасная. Ничего особенного: кустистые водоросли и многочисленные ракушки, цепко облепившие скользкие булыжники. И да! Ещё здесь водилась рыбёшка!..

А вот это что? Наверное, и есть выход...

На глубине около пяти ярдов темнел широкий округлый проём, ведущий в подводный тоннель. Отлично! Жаль только, что весь необходимый воздух в груди уже закончился.

Поскорее устремившись вверх, Гарретт вынырнул из озера и выбрался на берег. Дрожа и покряхтывая от холода, он пробежался по пещере, стараясь немного согреться.

Мда... Похоже единственный шанс выбраться отсюда — проплыть через подводный тоннель. А вот какой он длины, лишь сам Трикстер знает: может пару ярдов, а может и целая миля… Не хватало ещё задохнуться во время этих водных процедур!.. Но придётся рискнуть — не возвращаться же к паукам на ужин... В качестве основного блюда...

Подойдя к стене и достав кинжал, он сковырнул с каменного выступа небольшой светящийся грибок. Получился чудесный фонарик. Только бы не погас в самый ответственный момент!

— Ну, что же! Чем раньше нырнёшь — тем раньше вынырнешь! Надеюсь, так и будет… Прощай, мистер Длинный Хвост! — подмигнув дружелюбному крысёнку, сидевшему на берегу, вор с разбегу прыгнул в воду, взбивая фонтаны алмазных брызг.

По опыту, Гарретт знал, что запасов кислорода ему хватит минуты на полторы. Ну, может, ещё на несколько секунд, если повезёт… К счастью, подводный проход постепенно расширялся и заворачивал наверх. Плывя в тусклом желтоватом свете, исходящем от грибочка, он не глядел по сторонам, стараясь сохранять определённую скорость и экономно расходовать воздух.

Но вот эту надпись было невозможно пропустить — он почти что врезался в неё носом! Здесь тоннель резко разветвлялся на две стороны и вор заметил, что стены обоих проходов выложены из серых кирпичей. А на стыке развилки кто-то особо заботливый вывел красной краской:

«БЛОК Б — НАЛЕВО. БЛОК С — НАПРАВО»

Хороший знак!..

Радостно забулькав, вор на последнем издыхании ввинтился в левый поворот. К этому моменту его лёгкие окончательно опустели и беспомощно затрепетали. Руки и ноги отяжелели, будто их сковали невидимыми кандалами… Скверно, очень скверно! Главное, не вдыхать воду… Бульк!.. Ффух... Какой же противный у неё вкус!..

Он ничего не мог поделать и уже порядком наглотался жидкости, но удача, наконец, повернулась к Гарретту лицом. Потолок над головой закончился и он оказался в открытом продолговатом водоёме. Откуда-то сверху, сквозь мутный слой воды пробивались нечёткие лучи света, и вор из последних сил рванул туда.

С диким хрипом хватая ртом долгожданный воздух, он вынырнул на поверхность и блаженно уставился единственным глазом на горящий факел, закреплённый на грязной кирпичной стене. Под светильником красовалась квадратная металлическая табличка с гравировкой:

«БЛОК Б»

— Канализация, родная ты моя!.. Как же я обожаю всякие блоки, — пыхтел вор, выбираясь из воды. — Блоки прекрасны! Они восхитительны!.. Все блоки, кроме тюремных… Теперь я это запомнил на всю оставшуюся… ох…

Перевалившись через бортик коллектора, он растянулся на каменном полу и несколько минут лежал неподвижно, наслаждаясь возможностью свободно дышать.

Однако отдых на холодных плитах в мокрой одежде — удовольствие весьма сомнительное. Гарретт быстро закоченел, а поднявшись, досадно ощутил, что действие волшебного зелья постепенно проходит. Его сильно мутило, голова словно налилась свинцом, а всё тело пронизывали неприятные судороги.

Стуча зубами от холода, он заставил себя снять всю одежду. Выжимая воду и кровь из ледяных тряпок, он уже вовсю шипел от боли, потому что даже малейшее напряжение мышц в левой руке было мучительным. Вся поверхность содранной кожи надсадно горела и сочно кровоточила. Ещё вдобавок оказалось, что во время подводного заплыва, он умудрился потерять повязку, закрывавшую распоротую глазницу. Впрочем, от неё всё равно не было никакого толку…

Вновь облачившись во влажную одежду и собрав своё снаряжение, вор промокнул уголком рубахи кровавую слезу и медленно поплёлся по коридору. Дойдя до ближайшего поворота, он почувствовал, как желудок сжимается в спазмах, а потом его вытошнило на пол мутной вонючей жижей. Отплевавшись, он сделал ещё несколько шагов, но снова скрутился в рвотных позывах.

— Мерзость какая… Тьфу, ну и гадость... Но пора бы уже привыкнуть. Похоже, теперь это неотъемлемая часть моего шикарного образа…

Он пытался бодриться, но ему стало уже как-то совсем не весело… В ушах зычно шумело, из глазницы сочилась горячая кровь, а взор застилала тьма. Прислонившись спиной, Гарретт стёк по осклизлой стене и уселся на пол. Ещё чуть-чуть и он потеряет сознание. Нет, так дело не пойдёт…

Сотрясаясь от озноба, он достал из-за пазухи бутылочку с зельем и выдернул пробку. Резкий запах чародейского питья сразу рассеял мглу и взбодрил рассудок.

Совсем немного, всего лишь пол глотка и хватит…

— Уфф… Хорошо-то как!.. — мир сразу заиграл яркими красками. Разноцветная карусель завертелась, прогоняя дурные мысли, развеивая тошноту и боль.

Вор легко вскочил на ноги и, бесшабашно пританцовывая на ходу, резво потрусил вглубь коллектора.

* * *

Крышка канализационного люка откинулась с дребезжащим скрежетом и вор зажмурился от ослепительных солнечных лучей.

Ну и ну!.. Это утро или уже день? Сколько же он блуждал в подземельях? И солнце… Обычно в это время года оно прячется за дождевыми или снежными тучами. Но сегодня "его светлость" просто обнаглело!.. Зачем так ярко светить?.. И ещё это отвратительное синее небо… Не, это уже перебор… Бррр!..

Гарретт спустился вниз на пару ступенек, погрузившись в привычную уютную тень. Ух, как же много света наверху… А что это за район? Похоже на Олдейл. Он вновь выглянул из люка, близоруко щурясь и вертя головой. Да, так и есть: широкая ухоженная мостовая, колоритная архитектура доходных домов и особняков местной знати, а в конце улицы виднеются высокие ворота, ведущие в Старый Квартал. И вот зараза!!! Оттуда только что выехала карета, запряжённая парой лошадей. И она несётся сюда!

Вор шустро нырнул в спасительный мрак коллектора и захлопнул крышку люка под бодрый стук копыт и крики возницы.

Так-так, всё ясно. Поблизости находится Старый Квартал. Там у Гарретта было два важных дела: наведаться в Оперный театр и забрать магический канделябр из гримёрки певицы Айрин. А ещё очень хотелось поскорее восстановить нормальное зрение! Он надеялся, что сможет уговорить лекаря из хаммеритского форта Айронвуд сделать ему операцию по вживлению глазного протеза. Впрочем, вряд ли брат Магнус возьмётся за это бесплатно… А все деньги, добытые вором, были сейчас у Бассо.

Значит, первым делом нужно заглянуть в Оперу. Туда, кстати, как раз можно добраться через канализацию. Люк, ведущий на цокольный этаж должен быть… где-то на юго-востоке, примерно в полмиле отсюда…

Плёвое дело! Всего лишь каких-то полчаса понаслаждаться ароматом фекалий, тайком проникнуть в театр, украсть светильник и незаметно смыться. Идеальный план! Прекрасно выверенный и надёжный, как механизм Часовой башни! Кхм... Небольшая поправочка. Бывшей Часовой башни...

* * *

До Оперного театра вор добежал даже быстрее, чем рассчитывал. Уже через четверть часа он карабкался по перекладинам железной лесенки, ведущей из коллектора в подсобные помещения, где хранились старые декорации и прочий ненужный хлам. Вскрывая отмычкой замок поцарапанной дверцы, Гарретт с неудовольствием отметил, как трясутся его руки. Ну что за странь?.. Неужели действие зелья уже заканчивается? Вроде рано ещё…

Дурацкий тремор не прошёл, а только усилился, когда пришлось использовать дубинку, чтобы оглушить одинокого охранника, курившего на лестничной площадке. Вор с трудом оттащил грузное тело в тёмный угол, а после этого ещё долго не мог отдышаться. Отходняк после магического снадобья накатывал стремительно, как штормовой шквал.

В гримёрку певицы Гарретт ввалился уже на последнем издыхании. Ноги подкашивались. У него даже не получилось забраться на антресоли платяного шкафа. Жалкая попытка подпрыгнуть и подтянуться постыдно завершилась не успев начаться — силы покинули его. Просто позор и убожество! Что ж... Придётся, как ребёнку, подставить стул. Хорошо, что никто этого не видит…

Подтаскивая к шкафу деревянную табуретку от гримёрного столика, вор мельком заметил своё отражение в зеркале и тихонько присвистнул.

Ну и образина! Вот уж кто похож на ходячего мертвеца! Он и раньше не отличался особой упитанностью, но сейчас всем своим видом напоминал иссохший скелет в рваной грязной одежде, висящей, как тряпки на огородном пугале. Бледная кожа приобрела восковой оттенок и обтягивала тонкие черты лица, заострившиеся как у покойника. За дни, проведённые в тюрьме, щетина на подбородке проросла густой бородой, которая никак не маскировала лиловые синяки и кровоподтёки. А резаная рана на глазнице выглядела совсем гнусно — словно на месте правого глаза противоестественно вырос вертикальный незакрывающийся рот, сочащийся кровью и гноем.

— В какую же погань я превратился!!! Интересно, у актёров не найдётся святой водички? По театру нежить разгуливает, как по заброшенному кладбищу, а им — хоть бы хны!..

Впрочем, новоиспечённая нежить оказалась вполне вороватой и наконец добралась до самого верха антресолей. И…

Здесь было пусто.

нет... Не может быть! У него опять что-то со зрением? В глазу немного рябило... На всякий случай, он пошарил здоровой рукой по шершавым доскам, разгоняя пушистые пыльные катышки.

Пусто. Канделябра не было.

Он был настолько обескуражен этой пропажей, что чуть не свалился на пол. Опасливо держась за стенку, он медленно спустился вниз и изнурённо привалился к стене.

Как же так! Куда пропал этот грёбаный подсвечник?!! Возможно Айрин решила перепрятать дядюшкин подарок?

Превозмогая усталость и стараясь игнорировать волны вновь накатывающей боли, он обыскал шкаф, все закутки и ящики гримёрной. Безрезультатно. Может певичка отнесла канделябр к себе домой? Получается, что так... Но это в лучшем случае. А в худшем?.. В худшем — Рауль под пытками рассказал шерифу Хоббу, что отдал магический светильник своей племяннице. Если так — девчонке не поздоровится…

Гарретту, кстати, тоже нездоровилось. Мысли путались, голова гудела, как чугунный колокол, а уж эта тошнота! Всё-таки к ней невозможно привыкнуть…

Бенедикту следовало бы доработать своё зелье. Оно явно нестабильное и у него очень вредный побочный эффект. В первый заход действие допинга длилось часов пять. Было… весело и славно! Вор даже подумывал как-нибудь потом совершить набег на алхимическую лабораторию мага и запастись его чудесными пузырьками на всю оставшуюся жизнь. Но теперь вот сомневался — так уж ли нужна ему эта дрянь… Она ведь запросто может и прикончить! Повторно он выпил всего половину глотка, но этого хватило на час, не больше... И теперь он опять загибается...

Что-то… стало совсем худо… Придётся хлебнуть ещё, иначе он отключится прямо здесь…

В комнате как-то резко потемнело. Левый глаз жгло, словно в него сыпанули песком, а взор опять затуманила серая пелена. Он уже с трудом различал свои руки и пытался на ощупь открыть флакончик с зельем. Вот, наконец-то получилось...

Входная дверь открылась с оглушительным скрипом, и от неожиданности вор выронил бутылочку. Остатки пахучей жидкости выплеснулись и с тихим шипением растеклись по деревянным половицам.

Рядом кто-то испуганно вскрикнул, но Гарретт даже не увидел источник звука. Он пытался протереть ладонью свой слепнущий с каждой секундой глаз, и старался понять, куда укатился пузырёк со спасительным снадобьем.

Внезапно в помещении стало совсем темно. Солнечный день превратился в непроглядную ночь и она поглотила вора в свои бесцветные равнодушные объятия.