Змеиное наследие Василиска (джен)

Гарри стоял в лаборатории Слизерина, глядя на книгу, которую только что открыл. Слова на древнем языке текли перед его глазами, но он понимал их с той же легкостью, с какой дышал. Змеиная природа делала свое дело — язык Слизерина был частью его крови.

Он провел пальцами по пергаменту, чувствуя, как магия древнего текста пульсирует под кончиками пальцев. Здесь было все — история создания ламий, описание их сил, методы контроля над трансформацией, рецепты зелий для подавления или усиления змеиной природы. И, самое главное, раздел о перемещении в тенях.

Гарри закрыл книгу и оглядел лабораторию. Свечи горели ровным голубым пламенем, и тени от них плясали по стенам, как живые существа. Он чувствовал каждую из них — прохладные, притягательные, зовущие.

— Пора возвращаться, — прошептал он.

Он подошел к углу комнаты, где тень была самой глубокой, и замер. Перемещение через тени было еще непривычным, интуитивным. Он не до конца понимал, как это работает — просто знал, что может. Как птица знает, как летать.

Гарри сделал шаг вперед и позволил тени обнять его.

Мир исчез. Тьма окутала его с головой, и он почувствовал, как его тело становится текучим, невесомым. Он скользил сквозь пространство, проходя сквозь камень и землю, словно они были лишь иллюзией. Он чувствовал все тени Хогвартса — сотни, тысячи темных пятен, разбросанных по замку. Он мог бы выйти из любой из них.

Он выбрал ту, что была в его спальне в Гриффиндорской башне. Угол за кроватью, всегда погруженный в полумрак.

Гарри выскользнул из тени, и его ступни коснулись холодного каменного пола. В комнате было тихо. Его соседи по спальне спали — Рон тихо посапывал на своей кровати, Невилл что-то бормотал во сне, Симус и Дин дышали ровно и спокойно.

Никто не заметил его отсутствия.

Гарри снял мантию и аккуратно сложил ее на сундук. Он был возбужден — внутри кипела энергия, требовавшая выхода. Он видел тени повсюду — под кроватью, в углах, между шкафами. Они звали его, обещая силу и свободу.

Но он подавил это желание. Сейчас нужно было уснуть. Завтра будет новый день, полный открытий.

Он забрался под одеяло и закрыл глаза. Мысли кружились в голове — Слизерин, лаборатория, тени, книги, знания. Все это было реальным. Все это теперь принадлежало ему.

Гарри уснул с улыбкой на губах.

* * *

Утром он проснулся с ощущением, что проспал целую вечность. Солнце заливало спальню золотым светом, и Гарри чувствовал себя отдохнувшим, полным сил. Он быстро оделся, накинул мантию и спустился в Большой зал на завтрак.

За завтраком он был рассеянным — ковырял вилкой яичницу, почти не слушая Рона, который рассказывал о новом метле, которую его брат Джордж собирался купить, чтобы рекламировать в своем магазине.

— Ты меня вообще слышишь? — спросил Рон, приподнимая бровь.

— Что? А, да, конечно, — Гарри встрепенулся. — Метела, да. Отличная идея.

Рон подозрительно прищурился.

— Ты странный сегодня. Снова пропадал ночью?

Гарри вздрогнул.

— Что? Нет. Я просто... не выспался.

Гермиона, сидящая напротив, отложила вилку и посмотрела на него с беспокойством.

— Гарри, с тобой все в порядке? Ты бледный. И ты почти не ел.

— Я в порядке, — соврал он, чувствуя, как внутри него поднимается вина. — Просто задумался.

Он не мог сказать им правду. Не сейчас. Он еще не знал, как объяснить, что он стал чем-то большим, чем просто человек. Что он теперь носит в себе яд и чешую. Что он может исчезать в тенях.

Но он знал, куда ему нужно идти.

— Я пойду в библиотеку, — сказал он, поднимаясь. — Нужно кое-что проверить.

— В субботу? — удивился Рон. — Гарри, ты чего, заболел?

— Я скоро вернусь, — бросил Гарри, и Рон с Гермионой переглянулись, но не стали его останавливать.

* * *

Библиотека была почти пуста в это время дня. Мадам Пинс стояла за своей стойкой, что-то переписывая в толстом журнале, и лишь мельком взглянула на Гарри, когда он проходил мимо.

Он сразу направился в Запретную секцию.

Теперь он знал, как туда попасть, — достаточно было использовать тени. Он нырнул в тень под лестницей и через мгновение вышел из-за книжного стеллажа в самой глубине секции. Мадам Пинс не заметила его. Она была слишком занята своей бумажной работой.

Гарри начал искать.

Книги о ламиях были редкими — большинство из них было уничтожено еще в Средневековье. Но те, что сохранились, хранились в самых дальних углах, за книгами по темной магии и проклятиям. Он провел пальцами по корешкам, читая названия на латыни и древнеанглийском.

«De Serpentibus et Hominibus» — «О змеях и людях».

«Lamia: Creatura et Damnatio» — «Ламия: Существо и Проклятие».

«Umbrae et Venenum» — «Тени и Яд».

Гарри вытащил их все и уселся прямо на пол, прислонившись спиной к стеллажу. Он открыл первую книгу и начал читать.

Страницы были пожелтевшими, потрепанными временем, но текст сохранился хорошо. Гарри читал о происхождении ламий, о Слизерине, о том, как он искал способ создать расу магов, способных противостоять любой угрозе. Он читал о первой ламии — Мериле, которая была его ученицей и первой, кто выжил после укуса василиска.

Он читал о войне, которая почти истребила их. О том, как ламии прятались, как передавали свои знания из поколения в поколение, как их кровь текла в тайных семьях, не проявляясь веками.

И он читал о тенях.

«Ламии обладают уникальной способностью перемещаться в тенях, — говорилось в книге. — Это не магия в привычном смысле. Это — часть их природы, как дыхание или биение сердца. Они могут скользить сквозь тени, как змея скользит по воде, и появляться в любом месте, где есть хотя бы клочок темноты.»

Гарри перечитал этот абзац несколько раз. Он уже знал это, но чтение подтверждало его опыт.

Внезапно он вспомнил о Снейпе.

Снейп знал о ламиях. Он принес книги в лес. Он привел Кая. Но Гарри не рассказал ему о лаборатории. Не рассказал о том, что он нашел Тайную комнату и спустился в гнездо василиска. Не рассказал, что разговаривал с портретом Салазара Слизерина.

Он должен был рассказать. Снейп заслуживал знать правду. Он был единственным, кто помогал ему с самого начала. Единственным, кто не отвернулся, когда Гарри стал чудовищем.

Гарри аккуратно спрятал книги под мантию и выбрался из Запретной секции тем же путем — через тени. Мадам Пинс так и не заметила его.

Он направился в подземелья, к кабинету зельеварения.

* * *

Кабинет Снейпа был пуст, когда Гарри постучал. Он постучал снова — тихо, настойчиво. Никто не ответил.

Гарри прислушался. Он чувствовал Снейпа — его магия была слабой, но узнаваемой. Он был где-то здесь, рядом. Гарри закрыл глаза и сосредоточился. Тени в коридоре зашептали ему.

«Ссс… Он в комнате… Ссс… За стеной… Ссс…»

Гарри шагнул в тень прямо под дверью и вышел из тени за креслом Снейпа.

Профессор сидел за столом, уткнувшись в бумаги. Он вздрогнул и обернулся, когда Гарри появился из ниоткуда. В его черных глазах мелькнуло удивление, затем — одобрение.

— Поттер, — сказал он холодно, но в голосе не было злости. — Ты освоил перемещение в тенях быстрее, чем я ожидал.

Гарри улыбнулся.

— Я не хотел, чтобы меня видели. Профессор нам нужно поговорить.

Снейп откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.

— Я слушаю.

Гарри сел напротив него и начал рассказывать.

Он рассказал о том, как спустился в Тайную комнату, как нашел гнездо василиска, как открыл лабораторию Слизерина. Рассказал о портрете, о книгах, о перемещении в тенях. Рассказал о том, что он теперь может управлять этой способностью и что он чувствует себя сильнее, чем когда-либо.

Снейп слушал молча. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькали искры интереса.

— Ты сделал это без меня? — спросил он наконец, и голос его звучал странно. Не обиженно. Скорее — удивленно.

— Я хотел показать вам,— сказал Гарри. — Я хочу, чтобы вы увидели лабораторию. Я хочу, чтобы вы помогли мне. Вы знаете больше, чем я. Вы можете объяснить то, чего я не понимаю.

Снейп задумчиво постучал пальцами по столу.

— Ты хочешь взять меня в лабораторию Слизерина? —переспросил он. — В место, которое скрывали тысячу лет?

— Да, — просто ответил Гарри. — Я доверяю вам.

Снейп моргнул. Это было неожиданно. Гарри видел, как его черные глаза на мгновение расширились, словно он не ожидал услышать эти слова от мальчика, который ненавидел его почти так же сильно, как он ненавидел отца Гарри.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Я иду с тобой. Сегодня ночью.

* * *

Ночь опустилась на Хогвартс, как черное покрывало. Замок затих — ученики спали, призраки бродили по коридорам, но не обращали внимания на две тени, скользящие вдоль стен.

Гарри и Снейп двигались бесшумно. Гарри вел профессора через темные коридоры, показывая путь, который он уже знал наизусть. Он чувствовал тени вокруг себя — они ждали его, готовые открыться в любой момент.

— Тайная комната, — прошептал Снейп, глядя на темный проем в женском туалете. — Я знал о ней, но никогда не был внутри.

— Сейчас будете, — ответил Гарри.

Они спустились вниз. Гарри чувствовал, как Снейп напряжен, как его магия пульсирует в воздухе, готовая к атаке. Но он не боялся. Он доверял Гарри.

Когда они вошли в зал с костями василиска, Снейп остановился. Его глаза скользнули по огромному скелету, по резьбе на стенах, по древней магии, которая все еще чувствовалась здесь.

— Невероятно, — сказал он тихо.

Они спустились к постаменту статуи Слизерина и он указал на отверстие внизу.

— Здесь. Нам нужно пролезть внутрь.

Снейп взглянул на темный туннель и усмехнулся.

— Ты серьезно?

— Я делал это, — ответил Гарри. — Это безопасно.

Он опустился на колени и начал ползти. Снейп последовал за ним, не выражая ни страха, ни сомнений.

Они выбрались в гнездо василиска, и Снейп замер, глядя на тысячи пустых яиц, покрывающих пол.

— Это... — начал он, но не закончил.

— Идёмте, — сказал Гарри. — Там дальше.

Он подошел к стальной двери, и она открылась перед ним, словно узнавая хозяина. Снейп шагнул за ним в лабораторию и остановился как вкопанный.

Свечи горели голубым огнем, освещая тысячи книг, свитки, инструменты. В углах танцевали тени. А на стене, в массивной раме, сидел портрет Салазара Слизерина.

Снейп медленно перевел взгляд с портрета на Гарри и обратно.

— Ты привел гостя, — произнес Слизерин с портрета. Голос его был спокоен, но в нем чувствовалось любопытство. — И кто этот змеелов?

— Северус Снейп, — ответил Снейп, и в его голосе не было обычной резкости. Он смотрел на портрет с выражением, которое Гарри никогда не видел на его лице — смесь уважения и настороженности. — Профессор зельеварения в Хогвартсе. Я помогал Гарри контролировать его трансформацию.

Слизерин склонил голову, рассматривая Снейпа.

— Зельевар, — повторил он, и в его голосе послышалась легкая заинтересованность. — Я вижу это. Ты пахнешь зельями так же сильно, как я когда-то. Ты хорош в своем деле?

Снейп приподнял бровь.

— Достаточно.

Слизерин улыбнулся.

— Тогда, возможно, ты сможешь помочь нам. Я открыл Гарри способность перемещаться в тенях. Но есть еще многое, что он должен узнать. Зелья. Алхимия. Магия крови. Мои записи сложны даже для опытных магов.

Он указал на полку с ампулами и темными жидкостями.

— Среди прочего, я создал зелье, которое может усилить контроль ламии над ее природой. Оно позволит Гарри трансформироваться быстрее и с меньшими затратами энергии. Но рецепт требует тонкой работы. Если ты действительно так хорош, как говоришь...

Снейп шагнул к столу и взял в руки старый, пожелтевший свиток. Он пробежал глазами по строкам, и его лицо на мгновение озарилось выражением, которое Гарри мог бы назвать почти восхищением.

— Это... это гениально, — пробормотал он. — Сочетание ингредиентов, которое я никогда не видел. Кровь василиска в микродозах, смешанная с экстрактом лунного камня и слезами феникса. Это должно стабилизировать трансформацию на клеточном уровне.

Гарри подошел ближе.

— Вы сможете это сделать?

Снейп поднял на него взгляд, и в его черных глазах мелькнула искра азарта, которую Гарри видел только во время особо сложных занятий по зельеварению.

— Смогу, — ответил он. — Но мне понадобится время и доступ к лаборатории. Не к моей, а к этой. Здесь есть все необходимое.

Слизерин улыбнулся с портрета.

— Тогда, профессор, добро пожаловать в мою лабораторию. Ты будешь работать здесь так часто, как захочешь. Я даю тебе полный доступ.

Снейп повернулся к портрету и коротко кивнул — жест уважения, который Гарри никогда не видел от профессора ни к кому.

— Благодарю, — сказал он.

Гарри стоял между ними — зельеваром и основателем — и чувствовал, как что-то меняется. Он больше не был одинок в своем проклятии. У него были союзники. У него были учителя. У него была надежда.

— Что будет дальше профессор? — спросил он.

Снейп и Слизерин переглянулись. На мгновение Гарри показалось, что они оба улыбнулись почти одинаково — холодно, но с искрой одобрения.

— Дальше, — сказал Снейп, — мы сделаем тебя сильнее, чем ты можешь себе представить. Ты научишься управлять тенями, ядом и трансформацией. Ты станешь тем, кого будут бояться темные маги. Ты станешь тем, что мы называем...

— Истинной ламией, — закончил Слизерин.

Гарри почувствовал, как внутри него поднимается холодная, змеиная решимость. Он был готов.

Он шагнул к столу, где лежали книги и свитки, и открыл первую страницу.

— Начнем, — сказал он.

И тени в лаборатории зашевелились в такт его словам.