Имя мне Винтер (джен)

Мордаунт проснулся с плохим предчувствием. Всё вроде шло как обычно — с завидным постоянством тикали напольные часы в глубине его каморки, ставшей временным пристанищем для капитана кирасир.

На Уайтхолльской площади надсадно моросил дождь, как будто луж и без того было мало. Мордаунт с недовольной миной высунулся в окно. Как и все люди подобного склада, он терпеть не мог засиживаться на одном месте подолгу, ну а раз генерал сказал… Мордаунт уныло проследил глазами за каретой, стремглав пронёсшейся по площади. Каретку заносило на поворотах, она петляла из стороны в сторону между лужами и казалось, скоро её содержимое просто само вылетит от такой тряски. Мордаунт хмыкнул, наблюдая за блошиными маневрами кареты.

— Опять роялисты недобитые. Только они так и ездят. Наши бы проехались со свистом по всем этим лужам и грязи.

Мордаунт вздохнул. На ум сразу пришёл генерал. Пару раз он усаживал Мордаунта в козлы, когда нужно было срочно перебраться из одного штаба в другой, и уж тогда Мордаунт гнал коней как мог. К концу пути взмыленные кони жевали удила, и Мордаунт выглядел ничуть не лучше, а генерал спокойно, как по-королевски, выходил из кареты и двигался к штабу дабы карать или миловать. Потом спустя часа три Кромвель возвращался к карете и, пока Мордаунт поил коней, глухо возмущался неумелости подчинённых в её недрах. Потом предстояла скачка обратно. И кони вновь летели по бездорожью, так что ветер свистел в ушах, а волосы из под шляпы топорщились во все стороны.

Размышления Мордаунта прервал стук башмаков по мраморному полу. Мордаунт вздрогнул. В ту же секунду на всех парусах в комнату влетел Грослоу. Его камзол был застегнут не на ту пуговицу, шляпа казалось вот-вот слетит с головы, а глаза блестели как в лихорадке. Ничего не сказав, Грослоу грянулся на стул и его рот искривился, пытаясь что-то произнести. Мордаунт вручил ему кружку с водой и облокотился на подоконник в ожидании когда друг напьётся. Наконец Грослоу вновь обрёл возможность говорить.

— Джон… фух…

Мордаунт напряг слух.

— Что?

— Документы какие-то украли. Тебя вызывают.

— Что именно?

— А я почём знаю, — Грослоу обернулся за очередным содержимым для стакана — Мордаунт в спешке перепутал бутылки и налил другу пива.

Сборы были быстрыми. Мордаунт выудил из шкафа камзол. Он был чёрен, как ночь, и Мордаунт вспомнил, как генерал однажды ворвался в парламент в домашнем камзоле! Слухи тогда поползли недюжинные. В парламенте потом только рты от удивления открывали. А Кромвель был в ярости. Он рвал и метал во все стороны. А что же теперь? Мордаунт бросил камзолна кушетку. Времени переодеваться не было, и он последовал за Грослоу.

Они пошли быстрым шагом, то и дело здороваясь с часовыми, которым было не вдомёк, куда торопятся их командиры. Мордаунт даже не одернул Хопкинса, который посередине коридора что-то пытался нагадать на картах Чаринсу. Грослоу просто отвесил племяннику оплеуху, и парочка побежала дальше.

Замелькал длинный уайтхольский коридор, но вот и карета. Через несколько секунд возница взлетел на козлы, и карета покатила, что есть духу по Лондонским улицам. Дорогу не выбирали. Карета неслась напролом, как и все кареты срочных посланников, несущих вести печальные или хорошие. На мосту карета остановилась. Впереди, судя по звукам опрокинулась крестьянская телега, и крестьянин мужчина лет тридцати безуспешно пытался поймать лошадь. Пришлось ждать. Минуты капали медленно. Пока телегу водворили на землю и поймали лошадь прошло около получаса, но это показалось Мордаунту вечностью. Грослоу тоже взбудоражено постукивал пальцами по окну кареты. Кромвель опозданий не терпел. А значит приём не будет тёплым. Но Мордаунту было не до этого. Тревога застилала его глаза. А что если та самая карета, что он видел утром и вправду принадлежала похитителям? И сейчас на волоске всё то, что он любит и чем дорожит. Страна, которую они освободили кровью и болью, вновь может стать несвободной. Ведь эта карта дороже их жизни. Наконец поехали. Замелькали деревья. Чаринг-Кросс-Роуд, Улица мельников, Вест-Стрит. Карета повернула к Темзе. Вот и заветный дом. Мордаунт взбежал по ступеням.

Грослоу остался в карете поставленной под старым вязом. Джон постучал. Дверь приоткрылась, и Мордаунт робко заглянул внутрь.