Новая жизнь. (джен)

Новость пришла в июне 1995 года.

Тори сидела на кухне с чашкой кофе, когда по телевизору начался выпуск новостей. Она не смотрела на экран, пока не услышала знакомое имя.

«...известная спортсменка Кейли Дэй погибла в автокатастрофе на трассе в Вирджинии. По предварительным данным, она не справилась с управлением на мокрой дороге...»

Кружка выпала из рук. Тори смотрела на экран, где показывали старую фотографию Кейли — улыбающуюся, живую. Горячий кофе разлился по столу, но она не замечала этого. Она смотрела на лицо женщины, которую знала только по фотографиям и рассказам.

Она не подумала об этом — о том, с чего начиналась история Кевина. Через пару месяцев Тэцудзи Морияма заберёт его в Эвермор, и у Рико появится первая и самая любимая игрушка. Тори знала, что ни за какие сокровища мира Кевин не отказался бы от возможности стать лучшим. Но она также знала, какую цену он заплатит.

Аарон зашёл на кухню и увидел разбитую кружку. Осколки лежали на полу, кофе растёкся по линолеуму тёмной лужей. Тори сидела за столом и смотрела в одну точку на экране.

— Мам? Что случилось?

Тори посмотрела на него. Он выглядел испуганным. Она понимала, что её состояние могло напугать его. Задвинув эмоции за край сознания, она потянулась за веником.

— Всё в порядке, — сказала она. — Я просто не удержала.

Она быстро убрала осколки, не глядя на экран. Аарон стоял в дверях и смотрел на неё с беспокойством. Он видел, что она не в порядке, но не знал, что сказать.

— Мам, — сказал он тихо. — Ты грустная?

— Нет, — сказала Тори, не оборачиваясь. — Я просто задумалась.

— Ты всегда так говоришь, когда грустная, — сказал Аарон. — Ты не смотришь на нас. Ты смотришь в стену.

Тори замерла. Она не знала, что он замечает это. Она думала, что прячет свои мысли достаточно хорошо.

— Я думаю о том, могу ли я помочь одному мальчику, — сказала она, поворачиваясь к нему.

Аарон нахмурился. Он подошёл ближе и сел за стол.

— Какому мальчику?

Тори помолчала. Она не могла рассказать ему о Кевине. Не могла объяснить, почему этот мальчик важен.

— Он потерял маму, — сказала она. — И я хочу помочь ему.

— Как?

— Я не знаю, — честно сказала она. — Я ещё не придумала.

Аарон смотрел на неё нахмурившись. Затем он встал, быстро обнял её и почти сразу убежал в свою комнату. Тори слышала, как он поднимается по лестнице, как открывается дверь. Она осталась сидеть за столом, глядя на пустой экран телевизора.

«Я не могу изменить то, что случилось с Кейли, — подумала она. — Но я могу изменить то, что случится с Кевином. Я могу дать ему шанс».

Она взяла ручку и начала писать анонимное письмо — короткое, без подписи.

«У вас есть сын. Его зовут Кевин Дэй. Его мать погибла. Найдите его, пока не поздно. О, экспертиза ДНК вам в помощь».

Она перечитала письмо несколько раз. На следующее утро она его отправила. Найти Ваймака было нетрудно.

Прошло несколько месяцев. Тори не знала, получил ли Ваймак письмо. Она не знала, поверил ли он. Она просто ждала.

В магазине дела шли хорошо. Отдел экси расширялся, и Тори проводила всё больше времени, консультируя покупателей. Она уже начала думать о том, чтобы предложить боссу превратить магазин в специализированный центр.

Ники приходил всё чаще. Ему было уже двенадцать, и он всё больше времени проводил у них, чем у себя дома. Тори замечала, как он меняется — становится более замкнутым, иногда грустным. Она не спрашивала, что происходит. Она просто давала ему пространство и чувство, что он здесь в безопасности.

Однажды он сидел на кухне и помогал Аарону делать уроки. Тори смотрела на них — здесь они были братьями, настоящими.

— Ты сегодня останешься на ужин? — спросила она.

Ники поднял голову. В его глазах мелькнула тень.

— Если можно.

— Всегда можно, — сказала Тори. — Ты знаешь.

Он улыбнулся — коротко, но искренне.

После ужина мальчики сидели в гостиной. Аарон и Ники спорили о чём-то, Эндрю сидел в углу с журналом по экси. Тори готовила чай на кухне, когда услышала голос Эндрю.

— Тильда.

Она обернулась. Он стоял в дверях, сжимая журнал в руках.

— Мы когда-нибудь поедем на море?

Тори замерла. Они недавно говорили об этом с Аароном, скорее мечтая, чем планируя, что-то конкретное. Но вопрос Эндрю был не про отпуск — она слышала в его голосе что-то другое.

— Ты хочешь поехать на море? — спросила она.

Эндрю пожал плечами. Он смотрел в пол, и его пальцы сжимали край журнала.

— Аарон говорит, что мы поедем, — сказал он. — Что ты обещала.

— Я обещала, — сказала Тори, понимая, что Аарон воспринял это как обещание. — Мы поедем.

— Все поедем? — спросил он, и в его голосе послышалось напряжение. — Или только Аарон?

Тори смотрела на него. Она поняла. Он боялся, что его оставят. Что море — это для Аарона и для неё, а он не входит в эту картину.

— Все, — сказала она. — Ты, я и Аарон. Мы поедем вместе.

Эндрю поднял на неё глаза. Он ничего не сказал, но Тори видела, как его плечи слегка расслабились. Он развернулся и ушёл обратно в гостиную. Аарон спросил у него что-то, и Тори услышала его ответ:

— Она сказала, что мы поедем. Все.

Вечером она сидела на кухне, когда Аарон подошёл и сел напротив.

— Мам, ты правда возьмёшь Эндрю на море? Он боится, что ты не возьмёшь.

— Я знаю, — сказала Тори. — И я возьму. Мы все поедем.

Аарон кивнул, довольный ответом.

Через месяц Тори прочитала в новостях, что Дэвид Ваймак официально стал опекуном Кевина Дэя. Статья была короткой — несколько абзацев о том, как сын знаменитой Кейли Дэй нашёл дом.

Она сидела на кухне и перечитывала статью снова и снова. Она сделала это. Она дала им шанс.

Наверное, обоих ждут нелёгкие времена, но Тори знала и Кевина, и Ваймака — они справятся. А Кевин станет лучшим, потому что ему не нужно будет сдерживаться и стоять в тени Рико.

Она подошла к окну и посмотрела на небо.

В комнате мальчиков было тихо. Тори заглянула — они спали. Уже привычным жестом она поправила одеяла у каждого и подняла с пола несколько игрушек, мешающих пройти.

Она закрыла дверь и вернулась на кухню. Села за стол и посмотрела на холодильник, покрытый их жизнью — рисунками, фотографиями, оценками. Их история росла прямо на дверце холодильника.

Завтра будет новый день. И она встретит его так, как встречала все предыдущие — с надеждой и решимостью. Потому что у неё была причина бороться. И эта причина спала в двух маленьких комнатах за стеной.