Восстань, погасшая душа! (джен)

Но попасть в Тайную комнату нам сегодня было не суждено. Едва мы подошли к туалету, как услышали голоса. Гермиона заглянула внутрь, чтобы проверить, кто там. Оказалось, в туалете разговаривали Лавгуд и Плакса Миртл.

— Я не знаю, как ее оттуда выставить, — шепотом сказала вернувшаяся Гермиона. — Лавгуд… у нее в голове своеобразный мир. С ней тяжело вести разговор. Да и Миртл еще эта…

— А почему Лавгуд не на уроке?

— У четвертого курса сейчас окно.

— И что она там делает? Просто разговаривает с призраком?

— Да. Говорит — ей одиноко. Я бы, конечно, могла прикрикнуть на нее как староста…

— Не нужно, — решительно прервал я Гермиону. — Лавгуд состоит в ОД. Только лишних утечек нам сейчас не хватало. Ладно, подождем, пока там никого не будет. Не стоит давать им лишний повод для сплетен.

Но и возле туалета долго простоять не удалось — мы едва не наткнулись на одного из помощников Амбридж, поэтому решили все же пойти на уроки. В перерыве Гермиона сходила в библиотеку и взяла несколько книг о василисках.

— Гарри, я думаю, сломя голову ломиться туда точно не стоит, — рассуждала она. — Давай лучше пойдём после уроков, а еще лучше — после ужина, когда наше отсутствие не бросится в глаза.

— Это резонно. Действительно нужно подготовиться, — согласился я.

После уроков мы честно изображали прилежных учеников и засели в библиотеке, читая о василисках. Память Поттера услужливо подсказывала, что василиск был убит еще на втором курсе. Я даже хмыкнул, когда эти воспоминания всплыли в голове — настолько Гарри неумело дрался против гигантского змея. Да еще и мечом, который больше напоминал дагу или стилет. Я бы с таким на чудовище точно не вышел, разве что в совсем безвыходной ситуации.

Смущало лишь то, что василиск мог окаменять взглядом. Однако книги уверяли, что эта способность не активна на постоянной основе, и змей сознательно использует её во время атаки. Иначе василиски окаменяли бы друг друга и вообще всё живое вокруг. Активация взгляда занимала некоторое время — полторы-две секунды.

— Ты очень быстро двигаешься и постоянно уходишь в уклонения. Думаю, увернуться от его взгляда тебе не составит труда, — заметила Гермиона.

— Да, это хорошая тактика, — согласился я. — Правда, неизвестен возраст и размер вероятного противника. И был ли тот василиск один. В любом случае нужна хотя бы разведка. Появление такой твари сейчас очень некстати. Не хватало еще повторения прежней истории.

Гермиона посмотрела на меня с легким сомнением:

— Может, стоит сказать… — но она тут же оборвала себя.

Привычный разум подталкивал её к стандартным действиям — предупредить взрослых. Но произошедшие события окончательно ломали её прежнюю логику.

— Ты думаешь, они справятся лучше меня? Тем более Дамблдор? — прямо спросил я. На миг в глазах Гермионы промелькнула холодная ненависть, она поджала губы:

— Нет. Но все-таки… Просто пока не могу привыкнуть. Ты ведь…

— Вряд ли этот змей страшнее Рикарда, дал великому змею поглотить себя. Так что я не боюсь. — Я все равно пойду с тобой. На всякий случай, — решительно заявила Гермиона.

Мы просидели в библиотеке до самого ужина. После еды Гермиона на время отлучилась, чтобы исполнить обязанности старосты. Я же подготовил восстанавливающие эликсиры и проверил снаряжение. Перед самым отбоем мы бесшумно вышли из гостиной и направились к туалету Плаксы Миртл. Карта Мародеров показывала, что путь свободен. Впрочем, с сегодняшнего дня начались каникулы, и в коридорах школы практически никого не было.

— Чего вы тут опять бродите?! Только спать не даете! — внезапно вместе с громким плеском воды послышался недовольный голос Миртл. Она выплыла из одной из кабинок.

— Извини, Миртл, мы скоро уйдем, — ответил я, подходя к раковинам.

— Гарри? Это ты? Я тебя даже сначала не узнала! Что ты вообще не заходишь?! Забыл уже, как я тебе тогда помогла?! — капризно запричитала она.

— Был очень сильно занят.

Я нащупал пальцами нужный кран с выгравированной змейкой. Гермиона стояла у самой двери, отслеживая обстановку по Карте Мародеров.

— И чего ты опять туда лезешь? Ты же в прошлый раз едва не погиб!

— Чтобы предотвратить то, что уже случилось три года назад, — я повернулся к призраку. — Слушай, Миртл, ты не замечала ничего странного в последнее время? Не слышала шипения?

— Хм-м… Да вроде нет. А что? Снова завелся василиск? Снова кто-то окаменел?

— Нет. Но я слышал парселтанг. Возможно, он еще не успел ничего сделать.

Я отошел на шаг и напряг память Поттера. Только с третьей попытки у меня получилось издать правильный шипящий звук. Умывальник тут же подался вниз, скрываясь из виду и открывая темный зев широкой трубы, уходящей под углом глубоко под замок.

— Гермиона! — позвал я. Девушка подошла, и я указал ей на открывшийся проход.

— Туда? — переспросила она, опасливо заглядывая в темноту.

— Да. В прошлый раз мы с Роном и Локхартом спускались именно по этой трубе. Готова?

— Да, — твердо кивнула она.

Я первым прыгнул в трубу. Скольжение было быстрым. Труба несколько раз резко поворачивала и в самом конце изогнулась под прямым углом. Я максимально сгруппировался при вылете и мягко пружиня приземлился на толстый слой влажного мха. Через несколько секунд следом выскочила Гермиона — она сильно тормозила руками о стенки, чтобы не разогнаться.

Я достал свой посох и сотворил Заклинание звездного света. Гермиона тоже вытащила из поясной сумки свой новый катализатор. Мы осторожно двинулись вперед. Туннель несколько раз поворачивал, каменный пол был усеян мелкими костями животных. Пару раз нам попались трухлявые фрагменты гигантской змеиной кожи.

Наконец, после очередного изгиба, мы уперлись в монолитную стену с изображением двух сплетенных змей с изумрудными глазами. Я снова прошипел «Откройся» на парселтанге. Стена со скрежетом раздвинулась, и мы оказались в просторном, тускло освещенном зале. Высокие колонны, обвитые каменными змеями, уходили в непроглядную темноту потолка, отбрасывая длинные зловещие тени. В самом конце зала высилась колоссальная статуя старца с жидкой бородой — Салазара Слизерина. Память Поттера снова подбрасывала картинки прошлого.

В зале, помимо всего прочего, всё так же белел гигантский скелет убитого василиска с прилипшими кусками засохшей кожи. Но было и кое-что новое, чего я совершенно не помнил по чужим воспоминаниям. Чуть в стороне от скелета располагалось нечто, похожее на огромное гнездо из костей и высушенных жил.

— Гарри! — нарушила тишину Гермиона. — Это же… кладка!

— Да. Но… эти яйца совершенно не похожи на яйца василиска.

— Точно, — Гермиона подошла ближе и посветила на край гнезда. — Яйца василиска белые и не имеют такого орнамента.

Яйца и впрямь выглядели иначе. Размер примерно совпадал с крупными птичьими, но цвет… Они были абсолютно черными, с тонкими золотыми прожилками, светящимися в темноте.

— Я… я не знаю, что это за твари, — растерянно прошептала Гермиона. — Я перечитала кучу книг о магических существах, но не помню, кто именно откладывает такие яйца. Черные с золотом… Да и вообще василиски не откладывают яиц. Их выводят из отложенного петухом, который потом высидела жаба. Это есть в любом справочнике.

— Значит, это сделал кто-то другой.

Золотые прожилки на скорлупе я узнал сразу. Наделеко от кладки валялись осколки скорлупы. Я подобрал один и показал гермионе.

— Старый. Один вылупился, причем давно.

Гермиона хотела что-то сказать, но ее прервало знакомое шипение.

— Внимание!

К счастью, тренировки даром не прошли, и Гермиона мгновенно вскинула посох.

— Держись позади, старайся не смотреть ему в глаза!

— А ты?

Но ответить я не успел. Как и в воспоминаниях Поттера, из пасти исполинской статуи выполз василиск. Но он заметно отличался от того змея, которого Гарри встретил три года назад. Этот был намного темнее, а вдоль его чешуйчатого тела тянулись багровые полосы с золотой каймой.

Разумеется, монстр тут же нас заметил. Он изогнулся, будто готовясь к молниеносному броску, его ядовито-желтые глаза разгорелись, и…

— ГАРРИ! Он… закрой глаза! — испуганно крикнула Гермиона.

Ровно посередине между мной и гигантским змеем сначала возник сгусток чистой энергии, который тут же окаменел и со скрежетом взорвался.

— Мне не страшен его взгляд. Свет Благодати в моих глазах защищает меня от скверны, какой бы она ни была.

Видимо, догадавшись, что его смертоносное оружие не работает, змей бросился в прямую атаку.

— Сожрать! — Будто бы отовсюду раздалось шипение.

— Гермиона, в сторону! — крикнул я и привычным движением совершил резкий перекат вбок, на лету выстрелив Осколком блестящего камня.

У Гермионы так ловко уйти не получилось — она просто отскочила назад, но все же сумела убраться с линии удара. Василиск, впрочем, не обратил на нее никакого внимания, посчитав меня куда более опасным противником.

Я попытался ударить Кометой Азура с ближней дистанции — василиск двигался чудовищно быстро. Мощное заклинание лишь скользнуло по его туше, практически не причинив вреда и слегка опалив прочную чешую. Кроме того — весь василиск будто вспыхнул синим в момент удара. Я отправил еще несколько осколоков блестящего камня и вызвал звездный дождь — без толку. Заклинания его едва царапали. И тут вспомнились сведения, почерпнутые сегодня из книг: василиски обладали мощнейшей естественной магической защитой. Настоящий Поттер в прошлый раз сумел поразить его только в открытую пасть — и то едва не погиб от ядовитого клыка.

Пользуясь тем, что монстр все еще был близко, я ударил сначала Молотом Хаймы, а затем Карианским резаком. От призрачной кувалды василиску увернуться не удалось — она тяжело впечаталась ему в бок, — а вот от резака змей уклонился и, изогнувшись дугой, снова бросился в атаку. Я едва успел уйти в перекат. Тварь не давала мне ни секунды, чтобы сотворить хоть сколько-нибудь серьезное заклинание, и снова пришлось отбиваться быстрыми атаками. Ударить Метеоритом Астеля, Кометой Азура или Луной, которые могли бы напрочь пробить магическую броню, не получалось — змей непрерывно и хаотично перемещался. Приходилось использовать скоростные чары, наносившие несоизмеримо меньше урона.

Тут василиск снова попытался применить свой взгляд, на этот раз, видимо, вложив в него максимум силы — я даже ощутил резкое магическое давление на разум, но ничего не произошло. Между нами снова вспыхнул свет, и воздух разлетелся каменными осколками. Но эта пауза подарила мне драгоценный миг.

— Комета Азура!

Я выстрелил ослепительным синим лучом прямо ему в морду. Заклинание достигло цели, и василиск, истошно зашипев, оглушенно замотал головой. Я же решил опробовать новое оружие. Выхватив из-за пояса катану Киддела, я сделал два коротких летящих шага, заходя на «Танец журавля». Стал наносить стремительные, длинные и размашистые секущие удары, посылающие вперед плотные магические волны, стараясь целить в область левого глаза, который находился ближе. И мне это удалось: со вспышкой клинок пробил естественную защиту и рассек глаз. Василиск забился в конвульсиях.

Сделав перекат назад, я снова сосредоточился. Пользуясь тем, что раненый змей застыл на месте, мотая окровавленной головой от боли, я решил применить заклинание, способное окончательно сокрушить его броню — Полную луну Реналлы. Поднявшись в воздух и сжавшись, прижав к себе руки и ноги, я сформировал вокруг себя гигантскую энергетическую сферу и направил ее в сторону василиска. И хотя луна плыла медленно, прицел уже зафиксировался, и сбить его было невозможно — с оглушительным гулом сфера врезалась точно в чешуйчатую тушу.

Оказавшись на земле, я ощутил, что потратил немало маны, но все же подкрепил успех Кристальным шквалом. Только тогда на теле чудовища появились действительно тяжелые повреждения — сорванные пласты чешуи и глубокие, истекающие ядовитой кровью рваные раны.

И тут я впервые оглянулся, чтобы найти Гермиону. С ней все было в порядке — она догадалась отступить к самому входу в зал. Пока василиск приходил в себя, я тоже решил сместиться ближе к дверям. Вдруг я заметил, что у входа, помимо Гермионы, стоят неизвестно откуда взявшиеся Дамблдор и Снейп. Задумываться о том, как именно они здесь оказались, я не стал. Первым делом я вытащил из сумки и выпил флакон с восстанавливающим эликсиром.

— Гарри! Все в порядке?! — Гермиона бросилась ко мне.

— Он слишком быстро двигается, не дает мне времени на долгую концентрацию для высшей магии.

— Я заметила! Но что если атаковать его более простыми чарами?! Я могла бы отвлекать его, пока ты готовишь сокрушительный удар!

— У него еще цел второй глаз, это смертельно опасно для тебя. Подожди, пока я лишу его зрения полностью, и только потом подключайся.

— Гарри! Может… — попытался лепетать Дамблдор.

— Не мешайте! — жестко отрезал я. — Не знаю, как вы тут оказались, но лучше не вмешивайтесь. От вас здесь не будет никакого толку.

— Да как вы… — начал было Снейп, но я, почувствовав, как эликсир восстановил резерв, просто выплеснул вокруг себя волну чистой магии. Гермиона удержалась на ногах, а вот Снейп с Дамблдором не устояли и тяжело опустились на камни.

Больше слов не потребовалось. Я развернулся и бросился к василиску, который уже очухался и рванул в мою сторону. Я с ходу ударил его Кометой Азура. В этот раз заклинание произвело куда больший эффект: раны расползлись еще сильнее, и тварь издала оглушительный клич. Василиск попытался снова применить взгляд уцелевшим глазом. Тот разгорелся… но результат оказался прежним: прямо между нами воздух вспыхнул и осыпался гравием. В этот раз давление все же ударило в виски. Левая рука онемела, но пальцы посох не выпустили. Благодать держала, но не бесконечно.

Я собрался, пошел на сближение сближение, перехватил катану и снова вошел в «Танец журавля». Василиск сумел дернуть головой, и лишь один взмах клинка достиг цели. Но я не стал отступать и, стоя вплотную к чудовищу, начал наносить удар за ударом, вливая в лезвие силу «Лунной вуали». Я успел сделать четыре рассекающих выпада подряд, и последний из них пробил защиту. Уцелевший глаз залило кровью, василиск зажмурился и с диким шипением забился на полу.

Сделав два переката назад, я обернулся к Гермионе и кивнул. Она перехватила свой новый посох и бросилась ко мне. Дамблдор попытался было ее удержать за мантию, но она нервно оттолкнула его руку.

— Давай! Сила не важна, главное — частота атак!

Гермиона кивнула и принялась поочередно посылать из аметистового навершия мощный огненный вихрь и слепящие молнии. Ослепший василиск развернулся на шум атак. Этого мне хватило с избытком — выцелив крупную рану на загривке, я всадил туда Спиральный осколок, заставив змея визжать от боли. Гермиона не переставала метать заклинания. Я сконцентрировал резерв и выстрелил усиленной Кометой Азура.

Но василиск, потеряв зрение, резко сменил тактику — он вложил все остатки сил в отчаянный, слепой рывок вперед. В качестве цели, ориентируясь на грохот заклинаний, он выбрал именно Гермиону.

— В сторону! — крикнул я и рванулся к ней. В самый последний момент я успел схватить её за руку и со всей силы дернуть на себя. Огромная пасть василиска пронеслась в каких-то миллиметрах от её лица.

— Уходи в перекат от прямой атаки! — крикнул я очевидную вещь.

— Гарри, я не умею кувыркаться, как ты! — возмущенно выдохнула она, пытаясь перевести дыхание.

Что поделать: умение уходить в перекаты, особенно в тяжелых доспехах, в Междуземье было вопросом жизни и смерти. Я уже давно перестать обращать внимание на грязь под ногами и синяки. Гермиона же к такой акробатике привыкнуть еще не успела. Для нее это вообще был первый настоящий бой с катализатором.

— Тогда просто резко отскакивай в сторону! Лишившись зрения, он атакует только по прямой. Так, повторяем схему: у него справа открытая рана, я буду бить туда. Ты держись слева, чтобы он поворачивал голову к тебе. Как только приготавливается к прыжку — сразу уходи с линии атаки. Поняла?

Гермиона кивнула, вскинула посох и снова накрыла змея серией огненных и электрических разрядов. Василиск, как и ожидалось, повернул морду на звук. Я же замер, выжидая идеальную позицию. Как только тварь замерла перед броском, я оторвался от земли и сжался, формируя вокруг себя Полную луну Релланы. Едва светящаяся сфера отправилась в медленный полет, я, не теряя ни секунды, начал вливать всю оставшуюся ману в Комету Азура.

— Гермиона, назад! — крикнул я изо всех сил.

Она услышала и стала быстро пятиться, не прекращая вести огонь. Удар Луны и Кометы произошел одновременно — тушу василиска буквально разорвало пополам. Оторванная голова по инерции полетела прямо на Гермиону, но та успела закрыться щитом «Протего». Едва стертая в кровь пасть ударилась о барьер и отскочила, Гермиона, пребывая в шоке, с криком выплеснула из посоха бело-синий с золотой кромкой закрученный луч, который окончательно расколол череп монстра надвое.

Я бросился к ней — с девушкой происходило что-то странное. Она стояла, не мигая, и с испугом смотрела на свои руки и аметистовое навершие. Я коснулся её плеча, и…

Весь окружающий мир мгновенно растворился. Тайная комната исчезла, сменившись ослепительным бело-золотым сиянием. Вскоре из света стали проступать знакомые очертания. Сначала мы увидели мощеный пол круглой площадки перед Троном Элдена. Затем — величественные арки главного дворца и исполинское Древо Эрд, уходящее кроной в бесконечные небеса…

Гермиона постепенно перестала тяжело дышать, но все же огляделась с осторожным трепетом:

— Где мы? Как мы тут оказались? Это же… я помню это место по твоим воспоминаниям! Это… Трон?

Меня тоже поначалу застигло врасплох то, что я мгновенно оказался в другом месте. Только с Мелиной я переживал подобное. Но теперь ее не было. Гермиона этого сделать точно не могла — она еще не коснулась Благодати. А значит… Понимание пришло так, будто оно было всегда.

Я обернулся к Гермионе.

— Да. Но сейчас это не имеет значения. Скажи что произошло? Ты помнишь тот момент, когда василиск был повержен? —

— Я… — Гермиона крепче сжала деревянное древко. — Я не сразу поняла, что он мертв, и подумала, что он все еще атакует. Я не сотворила конкретное заклинание, а просто выплеснула чистую магию. И это было… как-то иначе. Я так хочу быть полезной тебе, но… я все еще слишком слаба по сравнению с тобой. Даже с посохом. Я едва не…

— Все в порядке. Ты мне очень помогла в этом бою. Без тебя мне пришлось бы куда труднее. Он двигался быстро, был защищен магией и агрессивен.

— Я просто хотела помочь… — она не договорила и завороженно уставилась за мою спину, где в самом центре площадки мягко пульсировал Источник Благодати. — Что это? Почему меня… так тянет к нему?

— Иди, — я отступил в сторону, освобождая ей путь. — Не бойся Благодати. Она никогда не навредит тебе. Ты уже давно доказала, что твоя душа не поражена скверной. Скорее наоборот — твой огонь горит все ярче.

Гермиона будто под гипнозом сделала несколько шагов к Источнику и осторожно коснулась золотого свечения кончиками пальцев. В ту же секунду по ее коже прошел мягкий солнечный блик, мелкие ссадины на лице моментально затянулись, а в глубине зрачков на миг вспыхнул яркий золотой свет.

— Я… я не понимаю. Что произошло?

— Благодать сама выбирает, кого одарить своим светом. Видимо, твой внутренний порыв был услышан. Тебе нечего бояться. Пусть боятся те, чьи души окончательно погасли или отравлены гнилью.

Я подошел к девушке и мягко обнял ее за плечи. Спустя мгновение Тронный зал рассеялся, и мы снова оказались в тусклой Тайной комнате перед истерзанными остатками василиска.

— В реальном мире прошел лишь миг. Они даже не заметили нашего отсутствия.

— Мы… что это было?

— Не сейчас и не при них, — шепнул я, оглядываясь на осторожно приближающихся Снейпа и Дамблдора.

Я направил свой посох в их сторону — оба мага мгновенно замерли на месте.

— Я не спрашиваю, как и зачем вы здесь оказались. Надеюсь, увиденное убедило вас, что я не шучу. И что я не намерен терпеть очередную ложь.

— Гарри… — пролепетал Дамблдор. — Я и не собирался… Я думал, это смертельно опасно. Василиск… Но тебе даже его взгляд оказался не страшен. Я…

— Как он вообще здесь оказался? И почему этот змей так странно выглядел? — подал голос Снейп, брезгливо оглядывая разорванную тушу и раздавленные яйца в гнезде. В пылу битвы вся кладка оказалась уничтожена.

— Меня это мало интересует. Здесь таилась тварь — теперь она мертва. Или я случайно убил вашего очередного домашнего питомца, которого вы растили непонятно для каких целей? Эта тварь не похожа на обычного василиска.

— Да как ты… За кого ты меня принимаешь?! — неожиданно вырвалось у Дамблдора. — неужели ты думаешь что я мог бы такое…

— Как ты смеешь ще… — начал было Снейп, но директор поспешно оставил его жестом:

— Не надо, Северус. Не надо…

— Я принимаю вас за человека, который постоянно врет. И я все еще жду вашего полноценного рассказа, — чеканя каждое слово, произнес я, глядя Дамблдор прямо в глаза.

Они оба панически боялись моего прямого взгляда.

— Гарри… сейчас слишком поздно. Завтра утром Амбридж уезжает в Министерство. Приходи ко мне в кабинет с самого утра. Я расскажу тебе все. Все, что необходимо для победы над Темным Лордом…

— Я буду ждать, — вполголоса ответил я, и мы с Гермионой направились к выходу.

Кое-как выбравшись по трубе наверх, мы снова оказались в женском туалете. Миртл встретила нас очередным громким плеском и капризным вскриком:

— Да честно слово! Чего вам всем не спится-то?! Ходите тут, гремите…

Не обращая на нее внимания, мы вышли в пустой коридор.

— Гарри… что это за место было? Мы правда были у трона Элдена? И я… я коснулась Благодати…

В полумраке замка было отчетливо видно, что в глазах Гермионы появилось нечто принципиально новое. Едва уловимый золотой блеск, напоминающий солнечный блик на поверхности чистой воды.

— Это значит лишь одно, Гермиона — ты не погаснешь. В отличие от остальных магов этого мира.