До и после Калинова моста (Инктобер-2026) (джен)

До Моста

— Пс-с-с! — Косохлёст выглянула из кустов, сделала большие глаза и зашептала: — Хочешь покажу, как играют настоящие парни?

— А почему шёпотом? — тоже тихо проговорил Ярр и, подхватив манеру Косохлёст, огляделся.

Она замялась.

— Да понимаешь… Почему-то мне кажется, что ей это не очень понравится. Маре.

— А зачем тогда зовёшь? — с недоумением спросил Ярр.

— Ну так разное надо знать! — с уверенностью припечатала Косохлёст. — Не только пра-авильное, что аж зубы сводит!

Ярр неубеждённо пожал плечами. Но идти смотреть, как играют “настоящие парни", не отказался. Косохлёст накинула на него длинную замызганную рубаху, чтобы скрыть слишком уж опрятный вид, взъерошила волосы и провела через всё лицо пятернёй в саже. А щуплым Ярр был и так.

— Вот, теперь не такой барчук! — довольно заключила она, когда он вернулся, забежав зачем-то в дом.

И пока они шли на пустырь за городком, Косохлёст наставляла его:

— Я скажу, что ты со мной. Мелкий, но юркий. Обращайся ко мне в мужском роде: все думают, что я пацан. Нет, вообще никак не обращайся! Молчи! В городе тоже играют, но за игру на деньги или ценности можно получить по ушам. Поэтому настоящие парни собираются там, куда не заглядывают легавые…

Ярр лишь внимательно слушал и кивал. Не должен бы доставить хлопот… И когда они дошли, на пустыре уже кипела игра. Вечерело, но до сумерек ещё было далеко. Косохлёст ловко оттёрла плечом какого-то паренька чуть старше Ярра и приблизилась к кругу. Глаза жадно ловили каждое движение игроков. Вот белобрысый мальчишка с щербинкой между зубами деловито сплюнул и метнул нож. Хороший бросок! Хороший нож… Сразу оттяпал треть. Его соперник потоптался на месте. Рука дрогнула… И нож выпал плашмя! А это — верный проигрыш.

— Ставка! Ставка! — закричали вокруг.

Проигравший хмуро утёр нос и скрылся в толпе. Значит, и ставить больше нечего.

— А какие тут правила? — шепнул Ярр Косохлёст, потянув её за рукав.

— Самые простецкие, — небрежно обронила она. — Ставишь монеты и бросаешь нож. Нужно захватить как можно больше от территории круга.

— А зачем? — задал глупый вопрос Ярр.

— То есть как зачем? — не поняла Косохлёст. — Чтобы победить, конечно!

— А зачем?

— Фу ты чёрт! Ясен красен, никогда ни в чём не нуждался… — прошипела Косохлёст.

— А чего тебе не хватает? Теперь… — заметил он. — Ты приходишь к нам, когда хочешь, можешь и насовсем остаться, только сама почему-то норовишь уйти. И сапфиры не берёшь. Ты сыта, здорова…

— Ой, всё! — отмахнулась Косохлёст, хотя внутри что-то ёкнуло от этих детских (или слишком взрослых) рассуждений. — Не отвлекай меня, а то пропущу ножевой кон!

— Ножевой?

— Да, когда на кону стоят наши ножи! И можно выиграть и выбрать лучший нож!

— Но у тебя хороший, ты говорила, он не раз тебя выручал… — возразил Ярр.

— А вон тот новее, смотри, какой блестящий! — Она показала пальцем на орудие парня с щербинкой. — Вот так трофей!

Ярр пожал плечами. Такой странный! А Косохлёст хотела заразить его азартом игры! Почему-то думалось, что со временем он бы всех тут сделал…

Но игра бежала дальше, и Косохлёст сосредоточилась на самом важном. Ножи летали, как хищные кузнечики. Свист, сочный чпок — если воткнулся лезвием. И короткий победный восклик. Свист, тупой удар — если упал плашмя. И следом разочарованный выдох и ругательство…

И вот её очередь. Парень с щербинкой был прямо до неё — и бросил удачно, гад ползучий, вон скалится теперь самодовольной улыбкой! И ей надо кинуть точно и сильно. А она стоит в неудобной для этого части круга.

Она целила прямо в рукоять его ножа — такого желанного трофея. Этот удар должен стать её коронным! Она тренировала его долгими часами в одиночестве, ранним утром на рассвете, когда пустырь свободен.

На её верном, но дешёвом помощнике уже проклюнулась ржавчина, она неприятно шершавилась в ладони. А у того костяные накладки… Косохлёст уже практически видела его своим, почти ощущала гладкость в пальцах.

Бросок! Она прищурилась, проводив нож взглядом. И едва сдержала девчачий визг. Попала!!! Точнёхонько рядом с ножом соперника! А значит, она выиграла! Щербатый злобно выругался и заступил ей дорогу — он был выше её на голову и в полтора раза шире в плечах. Кураж победителя придал ей наглости, и она попыталась оттеснить соперника сама. Но, оказывается, у того были прихлебатели.

— Ты откуда? — мрачно спросил он. — Раньше не видал тебя тут.

— С северной части! — выпятила подбородок Косохлёст. — Слыхал?

Тот окинул её оценивающим взглядом. Северная — нехорошая часть города.

— С северной, говоришь? — одним уголком рта усмехнулся он. — Что-то не верится. Я сам с северной. — Он навис над Косохлёст, и только упрямство мешало ей благоразумно отступить. Не при Ярре же... Хотя всё это пахло дурновато — как пропитанная по́том рубаха этого амбала.

И тут с позабытого игрового поля раздался звонкий голосок:

— Ставка!

Все дружно обернулись. А Ярр ссыпал в центр круга горсть сапфиров. Подобрал чей-то забытый старый нож и нарочито небрежно, без размаха бросил. Конечно, тот упал плашмя.

— Ой, — громко и с вызовом сказал Ярр. — Кажется, я проиграл, какое несчастье.

Миг — и полчище мальчишек кинулось расхватывать самоцветы. Даже щербатый проводил Косохлёст весьма недобрым взглядом и пошёл расталкивать толпу плечами.

А Ярр потянул Косохлёст за руку прочь. Она хотела вернуться — а как же её трофей?! — но он нетерпеливо показал ей тот самый нож с костяными накладками.

И когда они прилично отбежали от пустыря и отдышались, Косохлёст от души хлопнула Ярра по плечу.

— Ну ты молодец! Хотя… На эти сапфиры можно купить… не знаю сколько таких ножичков! Или ты тоже захотел трофей? — лукаво спросила она.

— Хотел, чтобы тебе теперь всего хватало.

И Косохлёст что есть сил сжала нож-бабочку в руке. А другой стиснула руку Ярра — с ощущением, что выиграла все трофеи мира.