




| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Ноябрь 1890 года. Валь-де-Орм.
К началу ноября в деревне окончательно привыкли к новым жильцам дома мадам Рено. Поначалу соседи ограничивались приветствиями. Иногда останавливались у калитки, чтобы перекинуться несколькими словами, иногда интересовались, хорошо ли супруги устроились на новом месте.
Гермиона отвечала вежливо, стараясь не затягивать разговоры. Драко, со своей стороны, безупречно соблюдал все необходимые формальности: здоровался первым, когда того требовали обстоятельства, благодарил за любезность и время от времени обменивался с соседями замечаниями о погоде. Для обоих это было частью поддержания легенды.
Молодая супружеская пара из Австралии не должна была выглядеть подозрительно замкнутой. Особенно в небольшой деревне, где появление новых жителей неизбежно становилось предметом разговоров. Поэтому они не отказывались от случайных бесед и старались запоминать имена людей, живших поблизости.
Гермиона уже знала, что пожилая мадам Буше держит небольшой цветник возле дома, месье Лебрен занимается садом и часто жалуется на состояние собственных инструментов, а живущий через две улицы месье Дюваль предпочитает проводить большую часть времени дома.
Драко выяснил, у кого можно заказать доставку дров, какой мастер чинит каминные заслонки и почему совершенно не стоит обращаться к местному часовщику за ремонтом сложных магических механизмов. Часовщик оказался маглом. Причём весьма разговорчивым. После этого Драко решил, что необходимую ему работу проще заказывать в Париже.
Однажды утром, когда Драко уехал по делам, а Гермиона занималась разбором новых материалов для лаборатории, в калитку постучали. Она выглянула из окна. На дорожке стоял месье Лебрен — мужчина лет пятидесяти с широкими плечами, густыми усами и неизменно испачканными землёй руками. Гермиона накинула жакет и вышла из дома.
— Доброе утро, мадам Малфой!
— Доброе утро, месье Лебрен.
Она ответила по-французски, немного замедлившись на последнем слове.
— Надеюсь, я не помешал?
— Нет, что вы. Чем могу помочь?
Мужчина смущённо развёл руками.
— У меня возникла небольшая неприятность. Сломалась лопата. А я как раз собирался закончить работу возле забора.
Он кивнул на соседний участок.
— Не найдётся ли у вас подходящей? Обещаю вернуть до вечера.
Гермиона задумалась. Она прекрасно помнила, что в небольшом сарае позади дома оставались садовые инструменты прежнего владельца. Драко осмотрел их ещё при переезде и сообщил, что большая часть находится в приличном состоянии.
Но пользовались ли они лопатой с тех пор?
Кажется, нет.
— Одну минуту, — ответила она. — Я посмотрю.
— Благодарю, мадам.
Гермиона прошла через сад к сараю. Дверь открылась с небольшим скрипом. Внутри пахло сухими досками и землёй. Вдоль стены стояли грабли, несколько мотыг и две лопаты. Она взяла ту, что выглядела крепче, проверила черенок и вернулась к калитке.
— Вот. Думаю, подойдёт.
Месье Лебрен с удовольствием принял инструмент.
— Прекрасная лопата! Спасибо вам огромное.
— Пожалуйста.
Мужчина ещё раз осмотрел черенок.
— У мадам Рено всегда были хорошие инструменты. Её покойный супруг очень любил заниматься садом.
Гермиона кивнула.
— Мы пока не успели особенно заняться участком.
— Ничего удивительного. Вы только недавно переехали.
Он посмотрел на дом.
— А ваш супруг сегодня в Париже?
— Да. У него дела.
— Понимаю, понимаю. Передавайте ему мои наилучшие пожелания.
— Обязательно.
Месье Лебрен уже собирался уходить, но остановился.
— Кстати, мадам Малфой, ваша французская речь заметно улучшилась.
Гермиона удивлённо посмотрела на него.
— Правда?
— Разумеется. Помню, когда мы впервые встретились, вам приходилось подбирать почти каждое слово.
Она невольно улыбнулась.
— Я всё ещё учусь.
— И весьма успешно!
Он приподнял шляпу на прощание и направился к своему дому. Гермиона некоторое время смотрела ему вслед. Разговор оказался удивительно простым. Ей не пришлось просить соседа говорить медленнее или переходить на английский. Несколько раз она задерживалась, выбирая подходящее выражение, но это уже не мешало понимать собеседника и отвечать. Она всё ещё путалась в некоторых временах и не всегда могла быстро подобрать нужное слово. Особенно если разговор касался чего-нибудь сложнее обычных бытовых вопросов.
Но теперь французский перестал казаться бесконечной чередой незнакомых звуков.
Гермиона вернулась в дом. На кухне осталась открытая книга, которую она собиралась прочитать за завтраком. Рядом лежала записка Драко, оставленная утром:
Буду после трёх. Проверь, пожалуйста, доставку материалов из Парижа. Э.
Она сложила листок, убрала в папку и вернулась к лабораторным записям. О лопате Гермиона вспомнила только вечером. Драко как раз снимал пальто в прихожей.
— Кстати, сегодня приходил месье Лебрен.
— Что ему понадобилось?
— Лопата.
Драко остановился.
— Лопата?
— Его сломалась. Я дала ему одну из сарая.
Он некоторое время смотрел на неё.
— И всё?
— А что ещё?
— Ничего. Просто не понимаю, зачем ты мне об этом сообщаешь.
— Потому что он обещал вернуть её сегодня. Но пока не принёс.
Драко повесил пальто.
— Значит, принесёт завтра.
— Вероятно.
Гермиона вернулась к своей книге. Драко направился на кухню. Они больше не обсуждали этот разговор.
На следующее утро лопата стояла возле калитки. Рядом лежал небольшой свёрток с несколькими свежими яблоками и записка с благодарностью. Гермиона прочитала её, отнесла лопату в сарай, а яблоки — на кухню. За завтраком она сообщила Драко, что сосед вернул инструмент.
— Прекрасно, — ответил Драко. — Надеюсь, месье Лебрен успел починить собственную лопату.
— Он принёс нам яблоки.
Драко посмотрел на вазу.
— За лопату?
— В благодарность.
— Странный обмен.
— Это называется добрососедство, Малфой.
— Я знаком с понятием, Грейнджер.
Он взял одно яблоко.
— Просто не предполагал, что оно настолько буквально.
⁂
Спустя несколько дней за помощью обратились уже к Драко. Он возвращался из деревенской лавки с небольшим свёртком, когда возле дома месье Дюваля его окликнули.
— Месье Малфой!
Драко остановился. Пожилой волшебник стоял у калитки, заметно нервничая. На нём был домашний жилет, поверх которого он накинул старое пальто. Седые волосы выглядели взъерошенными, а в руках он сжимал волшебную палочку.
— Добрый день, месье Дюваль.
— Простите, что беспокою вас. Не могли бы вы уделить мне несколько минут?
Драко посмотрел на часы. Он собирался вернуться домой до обеда. В лаборатории оставался незаконченный опыт, а Гермиона ещё утром предупредила, что после возвращения Фламеля им потребуется сравнить результаты нескольких измерений.
— Что случилось?
Старик смущённо оглянулся на дом.
— У меня небольшая неприятность.
Драко невольно вспомнил рассказ Гермионы о сломанной лопате. Похоже, местные жители обнаружили, что новые соседи подходят для решения самых разнообразных проблем.
— Какая именно?
Месье Дюваль понизил голос.
— Боггарт.
Драко поднял брови.
— Где?
— В кладовой.
— И давно он там?
— Не знаю. Я заметил его вчера вечером.
Старик помолчал.
— Боюсь, самостоятельно мне с ним не справиться.
Драко внимательно посмотрел на него. Боггарт сам по себе не представлял особенной сложности для волшебника, знакомого с соответствующим заклинанием. Но необходимость встретиться с собственным страхом действительно могла оказаться неприятной. Особенно если человек уже пытался справиться с существом и потерпел неудачу.
— Вы пробовали Риддикулус?
— Пробовал.
— И?
Месье Дюваль отвёл взгляд.
— Не получилось.
Драко несколько секунд молчал. Затем убрал свёрток во внутренний карман пальто.
— Хорошо. Показывайте.
Старик заметно оживился.
— Вы действительно согласны?
— Если боггарт сидит в кладовой, лучше разобраться с ним до того, как он решит перебраться в гостиную.
Месье Дюваль поспешно открыл калитку. Дом оказался небольшим, но ухоженным. В прихожей стояли старые деревянные часы, стены были украшены несколькими семейными фотографиями, а возле двери находилась стойка для зонтов. Драко сразу заметил, что хозяин живёт один. Впрочем, никаких вопросов задавать не стал. Они прошли по коридору к небольшой двери возле кухни.
— Там, — тихо произнёс старик.
Драко достал палочку.
— Что он принимает за облик?
Месье Дюваль заметно побледнел.
— Огонь.
Драко посмотрел на него.
— Пожар?
Старик кивнул.
— Я знаю, что это всего лишь боггарт. Но каждый раз, когда открываю дверь, мне кажется…
Он замолчал. Драко не стал требовать продолжения.
— Тогда стойте немного позади меня.
— Но если он изменит облик…
— Я справлюсь.
Он повернулся к двери.
— Только не отходите далеко. И постарайтесь вспомнить, что перед нами всего лишь существо, принимающее вид вашего страха.
Месье Дюваль кивнул. Драко осторожно открыл кладовую. Сначала внутри было темно. Затем в глубине помещения что-то шевельнулось. Из-за стоявшего у стены шкафа поднялось пламя. Оно быстро разрасталось, охватывая полки и перебираясь на потолок. Воздух будто наполнился жаром, а со стороны кухни раздался испуганный возглас старика. Драко увидел, как боггарт тянется к дверному проёму, и поднял палочку. Собственные воспоминания о войне были вполне способны предложить существу куда более неприятный облик.
Но сейчас боггарт ещё удерживал форму, вызванную страхом хозяина. И Драко не собирался позволять ему приблизиться.
— Риддикулус!
Пламя дёрнулось. На мгновение оно словно попыталось снова подняться до потолка, но затем рассыпалось десятками маленьких красных свечек, которые нелепо подпрыгивали на полу, сбиваясь друг с другом. Одна свечка перевернулась и начала катиться по комнате, разбрасывая совершенно безвредные бумажные звёздочки. Драко услышал за спиной удивлённый смешок.
— Вот видите, — произнёс он.
Свечки ещё несколько секунд беспорядочно прыгали, затем устремились обратно к шкафу. Драко заставил боггарта укрыться внутри и надёжно запер дверцу. После этого опустил палочку.
— Теперь можете не беспокоиться. Но я бы рекомендовал не хранить здесь старую мебель, если не хотите однажды снова получить подобного жильца.
Месье Дюваль подошёл ближе.
— Вы даже не представляете, как я вам благодарен.
— Ничего особенного.
— Для вас, возможно.
Старик посмотрел на закрытый шкаф.
— А я вчера несколько раз пытался произнести заклинание. Но стоило увидеть огонь…
Он тяжело вздохнул. Драко убрал палочку.
— В следующий раз попросите помощи раньше.
Месье Дюваль кивнул.
— Обязательно.
Он проводил гостя до двери, по дороге несколько раз поблагодарив его. У калитки старик снова остановился.
— Передавайте мои наилучшие пожелания вашей супруге.
— Благодарю. Непременно передам.
Драко попрощался и направился домой. Он не считал случившееся особенно примечательным. Боггарт был обычным боггартом. Старик испугался, не сумел справиться самостоятельно и обратился за помощью. Другой волшебник наверняка поступил бы точно так же. Хотя Драко всё-таки отметил, что в следующий раз следует внимательнее присматриваться к собственным шкафам. В доме мадам Рено их было достаточно.
⁂
Гермиона узнала о случившемся вечером. Драко рассказывал о задержавшейся доставке одного из материалов, когда между делом упомянул, что пришлось заходить к месье Дювалю.
— Зачем? — спросила она.
— У него завёлся боггарт.
Гермиона подняла голову.
— Серьёзно?
— Нет, Грейнджер. Просто решил разнообразить свой день посещением чужой кладовой.
Она проигнорировала замечание.
— И что?
— Избавился.
— Ты помог ему?
— Именно это обычно подразумевают под избавлением от боггарта.
Гермиона ненадолго задумалась.
— Он ведь живёт один?
— Похоже на то.
— Хорошо, что ты оказался рядом.
Драко пожал плечами.
— Не вижу причин делать из этого событие.
— Я и не делаю.
Она вернулась к книге. Через некоторое время добавила:
— Знаешь, месье Лебрен сегодня снова останавливался возле калитки.
— Опять сломал лопату?
— Нет. Спрашивал, понравились ли нам яблоки.
Драко посмотрел на неё.
— И что ты ответила?
— Что понравились.
— Прекрасно.
Гермиона перелистнула страницу.
— А ещё мадам Буше пригласила нас как-нибудь зайти на чай.
— Кого?
— Нас обоих.
Драко медленно отложил газету.
— Грейнджер, если мы собираемся принимать все приглашения жителей деревни, у нас не останется времени на исследования.
— Я ничего не обещала. Сказала, что у нас много работы.
— Хоть одна разумная мысль.
— Но отказываться от всех приглашений тоже будет странно.
Он посмотрел на неё.
— Ты ведь собираешься принять хотя бы одно.
— Возможно.
Драко вздохнул. Гермиона едва заметно улыбнулась и снова опустила глаза к книге. Они продолжили заниматься своими делами. Ни один из них не придал особого значения тому, что соседи уже обращались к ним с просьбами, приглашали в гости и интересовались их повседневной жизнью. Для Драко и Гермионы это по-прежнему было частью необходимого поведения. Для жителей Валь-де-Орма Эдмунд и Беатрис Малфой просто стали новыми соседями.
И никто в деревне не знал, что этих людей не существовало ещё несколько месяцев назад.
⁂
Ответ Фламелю они отправили на второй неделе ноября. До этого несколько раз возвращались к разговору о документах. Гермиона подготовила список вопросов, Драко проверил сведения, которые уже успел указать в банковских договорах и при аренде дома.
В их легенде Эдмунд и Беатрис Малфой были британцами, некоторое время прожившими в Австралии. Драко занимался финансовыми делами и алхимией, Гермиона — исследованием магических артефактов. Менять эту историю они не собирались: чем меньше подробностей, тем труднее в них запутаться.
Однако гражданство и регистрация брака означали не просто очередные документы. Теперь им предстояло подтвердить своё вымышленное положение перед французским Министерством и оставить там записи, которые нельзя будет уничтожить вместе с поддельным свидетельством. Вечером они снова разложили бумаги на столе в кабинете. Гермиона некоторое время просматривала свои заметки, затем отложила перо.
— Значит, мы просим Фламеля помочь нам получить французское магическое гражданство. И официально регистрируем брак.
— Именно, — ответил Драко.
— Мы ведь могли бы ограничиться одним гражданством.
— А потом снова объяснять, откуда у нас австралийское свидетельство, которое невозможно проверить? Фламель не зря предложил решить оба вопроса.
— Я это понимаю, Малфой. Но понимать не означает радоваться.
— Поверь, у меня тоже нет причин радоваться.
Гермиона посмотрела на приготовленный лист для ответа.
— В реестре будет записано, что я добровольно вышла за тебя замуж.
Драко перестал перебирать бумаги.
— И что я добровольно женился на тебе, Грейнджер. Не думай, будто тебе одной противна эта формулировка.
Оба замолчали. Самым неприятным было именно слово «добровольно». Никто не принуждал их подписывать согласие, но отказ означал возвращение к ненадёжным документам, постоянным проверкам и страху выдать себя.
— Это не отменяет наших условий, — наконец сказала Гермиона.
— Разумеется. Отдельные спальни, общая работа и никаких попыток изображать счастливый брак, когда за нами никто не наблюдает.
— Прекрасно.
— Взаимно.
Гермиона ещё раз просмотрела записи. Фламелю следовало сообщить их решение, пока у них оставалась возможность спокойно заниматься исследованиями, а не объясняться с чиновниками.
— Хорошо, — произнесла она. — Мы согласны. На гражданство и на регистрацию.
— Тогда напиши ему.
Письмо получилось коротким. Они поблагодарили Фламеля за предложение, подтвердили согласие обоих на оформление французского магического гражданства и отдельную регистрацию брака, а также попросили сообщить, какие документы и личные заявления потребуются. Подписали письмо оба. Отправляя его, Гермиона на мгновение задержала взгляд на именах. Эдмунд Малфой. Беатрис Малфой. Она уже не удивлялась тому, насколько привычно выглядели эти подписи.
Гораздо неприятнее было понимать, что теперь они собирались закрепить их официально.
⁂
Ответ пришёл через несколько дней. Драко в это время находился в лаборатории, а Гермиона работала в кабинете над переводом небольшого французского трактата. В окно постучала сова. Гермиона подняла голову, отложила перо и открыла створку. Птица опустилась на подоконник, протянула лапу с письмом и терпеливо дождалась, пока с неё снимут конверт. Гермиона поблагодарила её, поставила небольшую миску с водой и развернула письмо. На первой странице находился подробный перечень необходимых действий.
Фламель сообщал, что после его личного обращения французское Министерство магии согласилось принять прошение о предоставлении им магического гражданства в особом порядке. Оба должны явиться лично, подтвердить представленные сведения и подписать заявления. Отдельно назначалась регистрация брака; там потребуются их собственные подписи и согласие каждого. Разрешение на работу с определёнными магическими материалами оформлялось независимо от этих процедур.
Он особо отметил, что не собирается изготавливать для них новые свидетельства о рождении или выдумывать родственников. Его личное поручительство позволит рассмотреть их дело без обычной цепочки подтверждений происхождения. Это не означало, что чиновники ничего не спросят. Но им не придётся подкреплять одну подделку несколькими следующими. Гермиона внимательно перечитала этот абзац.
Значит, Фламель действительно добился для них исключения. Гермионе от этого было не легче: в случае одобрения имена Эдмунда и Беатрис станут частью настоящего государственного реестра. Далее следовали время приёма в Министерстве, сведения о регистраторе браков, перечень бумаг, которые следовало взять с собой, и несколько практических замечаний. Гермиона уже собиралась отложить письмо, когда заметила последний абзац.
Она прочитала его. Затем ещё раз. Некоторое время молча смотрела на страницу. После чего поднялась и направилась в лабораторию. Драко сидел возле рабочего стола, внимательно изучая результаты очередного опыта.
— Малфой.
— Что?
— Фламель прислал ответ.
Он немедленно отложил перо.
— И?
— Он договорился о приёме. На следующей неделе нас ждут в Министерстве, затем у регистратора браков. И нужно отдельно оформить разрешения для исследований.
— Хорошо.
Гермиона протянула ему письмо.
— Прочитай.
Драко быстро просмотрел первые абзацы, задержался на перечне документов, затем перешёл к замечаниям в конце. На последних строках его взгляд остановился. Он перечитал их. Медленно поднял голову.
— Серьёзно?
— Именно.
Драко снова посмотрел на письмо.
И ещё одно обстоятельство, которое настоятельно рекомендую учесть до визита к регистратору.
Вы представляетесь супружеской парой, однако ни один из вас не носит обручального кольца. Кроме того, во время наших встреч вы неизменно держитесь на расстоянии, более свойственном деловым знакомым, нежели супругам.
Советую обратить внимание на принятый светский этикет. Особенно учитывая происхождение семьи, которое вы указываете в документах. В реестре будет записан настоящий брак, но окружающие и без того считают вас супругами. Подобные мелочи замечают значительно чаще, чем вам кажется.
Н. Фламель.
Драко опустил письмо.
— Проклятье.
Гермиона скрестила руки.
— Очень содержательно.
— Он прав.
— Я знаю.
— Мы действительно не подумали о кольцах.
— Я тоже это заметила.
Они некоторое время молчали. За окном лаборатории ветер раскачивал почти голые ветви деревьев. На столе стояли приборы, ожидавшие следующего опыта, а возле стены лежала стопка книг. Гермиона снова посмотрела на письмо. Больше двух месяцев они представлялись супругами. Указывали общий адрес, подписывали документы одной фамилией, жили в одном доме. Драко неизменно представлял её как свою жену, а она привыкла откликаться на «мадам Малфой». И при этом оба постоянно ходили рядом, словно случайные попутчики.
Ни обручальных колец, ни привычных для семейной пары жестов. Ничего, что со стороны могло бы подтверждать их отношения.
— Насколько это заметно? — спросила она.
Драко посмотрел на неё.
— Достаточно.
— Ты никогда об этом не упоминал.
— Потому что не задумывался.
— Хотя тебя учили подобным вещам?
— Грейнджер, меня учили вести себя в обществе. Но не готовили к необходимости изображать мужа женщины, которую я терпеть не мог большую часть школьных лет.
Она нахмурилась.
— Я тоже не особенно стремилась оказаться в подобном положении.
— Именно. Поэтому мы оба и не подумали о деталях.
Он положил письмо на стол. Гермиона немного помолчала.
— Значит, кольца.
— Значит, кольца.
— И этикет.
Драко вздохнул.
— Да.
Она посмотрела на него с некоторым подозрением.
— И ты знаешь, что именно нам потребуется изменить?
— В общих чертах.
— Например?
Он указал на письмо.
— Начать с того, чтобы не создавать впечатление, будто мы познакомились пять минут назад.
Гермиона раздражённо выдохнула.
— Очень полезное объяснение.
Драко встал, подошёл к шкафу и убрал несколько приборов.
— Мы разберёмся до визита. Ничего особенно сложного в этом нет.
— Для тебя, возможно.
Он повернулся к ней.
— Для нас обоих, если ты перестанешь воспринимать каждое правило как личное оскорбление.
Гермиона прищурилась.
— Малфой.
— Грейнджер.
Несколько секунд они смотрели друг на друга. Затем Гермиона забрала письмо.
— Хорошо. Тогда подготовимся.
Драко кивнул. Ни один не стал спорить о необходимости колец. Это было неприятное, но совершенно очевидное упущение. А они уже давно договорились, что глупо подвергать свою легенду риску исключительно из-за нежелания выполнять элементарные формальности.
⁂
Вечером Драко зашёл в кабинет Гермионы с узкой полоской пергамента. Она подняла глаза от книги.
— Что тебе нужно?
— Рука.
Гермиона посмотрела на него.
— Что?
— Размер кольца, Грейнджер. Мне нужно знать размер кольца.
— А, понятно.
Она протянула руку. Драко положил перед ней полоску пергамента.
— Оберни вокруг безымянного пальца. Не слишком плотно.
Гермиона выполнила указание, отметила нужное место пером и вернула полоску. Он проверил отметку.
— Хорошо.
— Собираешься заказать кольца?
— Да.
— Может, мне лучше пойти с тобой?
— Зачем?
— Чтобы убедиться, что они подойдут.
— Для этого мы только что измеряли твой палец.
Она посмотрела на него. Драко невозмутимо сложил пергамент.
— Я собираюсь купить два обычных кольца, а не украшение для коронации. Полагаю, справлюсь самостоятельно.
— Надеюсь.
Он направился к двери.
— И ещё, Грейнджер.
— Что?
— Во время оформления документов постарайся не спорить с чиновниками о каждой формулировке.
Она немедленно выпрямилась.
— Если в документе обнаружится ошибка, я обязательно укажу на неё.
— Разумеется. Но если окажется, что во Франции существуют принятые формы обращения, которые тебе не нравятся, не нужно требовать немедленно изменить их.
— Я умею вести себя в официальных учреждениях!
— Я знаю.
Он открыл дверь.
— Поэтому и надеюсь, что обойдётся без происшествий.
— Малфой!
Дверь уже закрылась. Гермиона сердито посмотрела на неё. Затем снова открыла книгу. Впрочем, необходимость разобраться с принятым этикетом действительно была очевидной. И она совершенно не собиралась отправляться в Министерство неподготовленной.
⁂
На следующий день Драко вернулся из Парижа с небольшой коробкой. Он положил её на кухонный стол возле Гермионы, которая как раз составляла список продуктов.
— Это что?
— Кольца.
Она открыла коробку. Внутри, на тёмной ткани, лежали два совершенно простых кольца. Никаких камней, гравировок или украшений. Только гладкие полоски светлого металла. Гермиона взяла одно и внимательно рассмотрела.
— Серебро?
— Платина.
Она подняла глаза.
— Малфой.
— Что?
— Зачем платина?
— А что тебя не устраивает?
— Стоимость, например.
Драко сел напротив.
— Они совершенно обычные.
— Но платиновые.
— Именно.
Гермиона посмотрела на коробку.
— Ты ведь понимаешь, что кольца нужны нам для официальной регистрации, а не для того, чтобы производить впечатление?
— Прекрасно понимаю.
— Тогда почему не серебряные?
Он посмотрел на неё так, словно вопрос был очевидно бессмысленным.
— Потому что серебро темнеет.
— Его можно чистить.
— Я не собираюсь регулярно заниматься ещё и чисткой обручального кольца.
Гермиона открыла рот. Затем закрыла. Это объяснение было настолько характерным для Малфоя, что спорить вдруг показалось совершенно бесполезным.
— Разумеется, — произнесла она.
Драко взял второе кольцо.
— К тому же платина прочная. И не слишком бросается в глаза.
Гермиона снова посмотрела на гладкую поверхность. В этом он был прав. Украшения действительно выглядели очень сдержанно. Простые кольца, которые не должны были привлекать внимание. Но сами по себе они казались странными. Ещё вчера у неё не было никакого обручального кольца. Теперь на столе лежало вполне настоящее, предназначенное для Беатрис Малфой.
— Примерь, — сказал Драко.
Гермиона надела кольцо. Оно подошло. Она несколько раз согнула пальцы, проверяя, не мешает ли украшение.
— Нормально.
Драко надел своё.
— Прекрасно.
Они некоторое время смотрели на собственные руки. Гермиона первой нарушила молчание.
— Ещё одна вещь, которую придётся не забывать перед выходом из дома.
— Лучше вообще не снимать.
Она посмотрела на него.
— Почему?
— Потому что однажды кто-нибудь зайдёт без предупреждения, а ты отправишься искать кольцо по всему дому.
Гермиона задумалась.
— В лаборатории его всё-таки придётся снимать во время некоторых опытов.
— Тогда оставляй в одном месте.
— Ты тоже.
— Я и собирался.
Драко закрыл коробку и убрал её в шкаф. На этом обсуждение закончилось. Вечером Гермиона несколько раз ловила себя на том, что кольцо слегка мешает держать перо привычным образом. Она поправляла его и продолжала писать. Драко обнаружил, что украшение неудобно при работе с некоторыми тонкими приборами. Пришлось снять его и положить в ящик рабочего стола. Закончив измерения, он вспомнил о кольце, вернул на палец и только после этого вышел из лаборатории. Никаких особенных чувств происходящее не вызывало.
Просто ещё одна необходимость, связанная с жизнью в прошлом. Хотя теперь у них имелись два вполне настоящих предмета, которые вскоре должны были сопровождать ещё и настоящую запись об их браке. От этой мысли оба старались отвлекаться работой.
⁂
К визиту в Министерство они готовились гораздо тщательнее, чем к первой регистрации палочек. Гермиона несколько раз проверила перечень необходимых документов. Составила копии сведений, которые могли потребоваться при оформлении, и отдельно выписала французские термины, встречавшиеся в инструкциях Фламеля. Драко занялся другой частью подготовки. Он изучил порядок приёма, уточнил, к кому именно следует обращаться, и убедился, что данные в уже существующих документах не противоречат друг другу.
Отдельное внимание пришлось уделить их поведению. Гермиона быстро обнаружила, что мало просто запомнить несколько правил. В британском Министерстве она привыкла действовать самостоятельно: представляться, обращаться к служащим, задавать вопросы, объяснять обстоятельства. Теперь ей предстояло появиться в официальном учреждении как супруге молодого человека из обеспеченной семьи. И хотя никто не собирался запрещать ей говорить или принимать решения, определённые манеры всё-таки требовалось соблюдать.
Драко, в отличие от неё, не испытывал особенных затруднений. Подобному его обучали с детства. Он прекрасно помнил, как вести себя во время официальных визитов, каким образом представлять членов семьи и какие мелочи способны испортить впечатление даже при безукоризненно подобранной одежде. Оставалось только учесть, что теперь рядом с ним будет Гермиона. А она никогда не отличалась склонностью следовать правилам исключительно потому, что кто-то когда-то решил считать их обязательными.
Впрочем, на этот раз обошлось без особенных споров. Они несколько раз обсудили предстоящий визит, проверили порядок действий и договорились, что будут внимательно следить за поведением друг друга. Гермиона не собиралась ставить под угрозу документы из-за собственной неприязни к устаревшим обычаям. А Драко не собирался превращать подготовку в бесконечное перечисление её недостатков.
⁂
В назначенное утро они вышли из дома немного раньше обычного. Ноябрьский воздух был прохладным. Над деревней висело низкое серое небо, на дороге лежали опавшие листья, а из дымоходов поднимались тонкие струйки дыма. Драко закрыл дверь и проверил, надёжно ли она заперта. Гермиона стояла возле крыльца, поправляя перчатки. На пальце под тонкой тканью ощущалось новое кольцо. Она уже успела немного привыкнуть к нему, но время от времени всё ещё замечала непривычный вес металла.
— Всё взяла? — спросил Драко.
— Да.
— Письмо Фламеля?
— В сумке.
— Прежние документы?
— Тоже.
Он кивнул и убрал ключ. Затем повернулся к ней и совершенно естественным движением предложил руку. Гермиона на мгновение остановилась. Не потому, что жест был неожиданным. Они ведь заранее договорились. Просто до этого им ни разу не приходилось пользоваться им на практике. Она взяла Драко под локоть.
— Так?
Он коротко посмотрел на положение её руки.
— Да.
Они направились к калитке. Поначалу Гермиона слишком внимательно следила за каждым движением. Ей казалось, что теперь нужно постоянно думать, с какой стороны идти, насколько близко держаться и в какой момент отпускать руку. Однако через несколько минут она обнаружила, что ничего особенно сложного в этом нет.
Драко не пытался вести её за собой или определять направление движения. Они шли в обычном темпе, а когда требовалось обойти лужу или уступить дорогу прохожему, просто немного изменяли положение. У деревенской лавки их окликнула мадам Буше.
— Доброе утро, месье и мадам Малфой!
Драко остановился. Гермиона не убрала руку с его локтя.
— Доброе утро, мадам Буше, — ответила она по-французски.
Женщина улыбнулась.
— Как приятно вас видеть! Надеюсь, вы не забыли моё приглашение?
— Нет, конечно. Просто у нас сейчас довольно много дел.
Гермиона произнесла последнюю фразу чуть медленнее, подбирая правильную форму выражения. Мадам Буше понимающе кивнула.
— Разумеется. Вы ведь только недавно обосновались здесь. Ну что ж, надеюсь, однажды найдёте свободный вечер.
— Непременно, — вежливо ответил Драко.
Они обменялись ещё несколькими любезностями и попрощались. Когда отошли достаточно далеко, Гермиона негромко произнесла:
— Думаю, она действительно собирается дождаться нашего визита.
— Полагаю, да.
— Нам придётся как-нибудь зайти.
— Я уже понял.
Драко посмотрел на дорогу.
— Только желательно после того, как мы закончим нынешние дела.
Гермиона не стала спорить. Они продолжили путь. Несколько прохожих приветствовали их по дороге. Никто не задержал взгляда на кольцах. Никто не удивился тому, что мадам Малфой держит супруга под руку. Для остальных в их поведении не было ничего примечательного.
И именно этого они добивались.
⁂
В Министерстве их ожидал служащий, которому Фламель заранее передал необходимые сведения. Мужчина средних лет представился месье Лораном и пригласил их в небольшой кабинет на втором уровне. Драко вошёл первым, придержал дверь и пропустил Гермиону. Она поблагодарила его коротким кивком, затем поздоровалась с чиновником. Месье Лоран предложил им сесть. Драко дождался, пока Гермиона устроится в кресле, и только после этого занял место рядом.
Все движения происходили настолько спокойно, что со стороны казались совершенно привычными. Гермиона же отметила, что ещё месяц назад они наверняка начали бы одновременно двигать стулья и спорить, куда положить бумаги. Теперь каждый заранее знал, что предстоит делать.
— Месье и мадам Малфой, — начал чиновник, просматривая документы. — Месье Фламель лично ходатайствовал о предоставлении вам французского магического гражданства в особом порядке. Кроме того, он сообщил, что вы участвуете в его исследованиях.
— Всё верно, — ответил Драко.
— Насколько я понимаю, вы намерены оставаться во Франции продолжительное время?
— Да. Продолжительность пребывания будет зависеть от хода исследований.
Лоран сделал отметку.
— Понятно.
Он открыл папку.
— У нас имеются ваши первоначальные регистрационные сведения. Сегодня мы рассмотрим заявления о гражданстве под поручительством месье Фламеля. Исследовательские разрешения будут оформлены отдельно.
Гермиона внимательно слушала. Когда чиновник предложил ознакомиться с первым документом, Драко взял лист, быстро просмотрел его и передал ей. Она прочитала французский текст. Несколько выражений потребовали дополнительного внимания, но общий смысл был ясен. Гермиона остановилась на абзаце, где описывались условия допуска к определённым категориям магических материалов.
— Простите, месье Лоран, — произнесла она. — Правильно ли я понимаю, что это разрешение распространяется только на исследования, проводимые под руководством месье Фламеля?
Чиновник кивнул.
— Да, мадам. Оно не даёт права самостоятельно приобретать любые ограниченные материалы. Для некоторых категорий потребуются дополнительные согласования.
— А если материалы заказываются для нашей лаборатории?
— Тогда указывается место проведения исследований и лицо, ответственное за их использование.
Гермиона посмотрела на документ ещё раз.
— Благодарю. Теперь понятно.
Она вернула лист Драко. Тот уже изучал следующий раздел. Месье Лоран наблюдал за ними без особенного интереса. Для него это были иностранные исследователи, в отношении которых поступило особое ходатайство знаменитого алхимика. Один внимательно читал финансовые и регистрационные условия. Другая уточняла научные ограничения. Ничего необычного. В какой-то момент Лоран сверился с ранее представленными сведениями о семейном положении.
— После оформления гражданства вы намерены отдельно подтвердить ваш союз во французском магическом реестре?
— Да, — ответил Драко.
— Мы оба согласны, — добавила Гермиона. Произнести это оказалось неприятнее, чем она ожидала.
Лоран сделал отметку.
— Тогда после завершения процедуры вас примет регистратор. Он ещё раз спросит о вашем личном согласии. Участие месье Фламеля этого требования не отменяет.
Гермиона кивнула. На её пальце виднелось гладкое платиновое кольцо. Само по себе оно не делало их мужем и женой. Скоро это должны были сделать собственные подписи. Лоран перешёл к следующему документу.
⁂
Оформление заняло почти всё утро. Они подписывали заявления, проверяли сведения, получали подтверждения и переходили из одного кабинета в другой. Иногда приходилось ждать. Иногда служащие просили уточнить ранее внесённые данные. В одном отделе Гермиона заметила неправильное написание фамилии и спокойно попросила исправить ошибку. В другом Драко обратил внимание на срок действия документа и настоял на том, чтобы его указали в соответствии с рекомендациями Фламеля.
Никто из них не пытался торопить другого. Их подготовка оказалась полезной. Когда требовалось представить сведения о проживании, Драко доставал договор аренды. Когда речь заходила об исследованиях, Гермиона объясняла характер работы и предоставляла соответствующие бумаги. Если чиновник задавал вопрос по-французски, она теперь не ждала автоматически, что Драко ответит первым. Иногда Гермионе приходилось просить повторить слишком длинную фразу. Один раз она неправильно поняла вопрос и, заметив ошибку, сама себя поправила.
Но в остальном справлялась. Драко не вмешивался без необходимости. А когда она не могла подобрать точное выражение, незаметно подсказывал нужное слово.
В какой-то момент служащий предложил им заполнить дополнительный лист. Гермиона начала читать его, остановилась на одной строчке и негромко обратилась к Драко:
— Эдмунд, посмотри, пожалуйста.
Он придвинулся. Вопрос касался сведений о совместном проживании. Драко прочитал формулировку, затем указал нужный пункт.
— Здесь достаточно нашего нынешнего адреса.
Гермиона ещё раз проверила текст.
— Да, вижу.
Она заполнила строку и передала документ служащему. Чиновник принял его, поставил отметку и перешёл к следующим бумагам. Для него между супругами произошёл совершенно обыкновенный разговор. Гермиона же обнаружила, что впервые за долгое время они сумели пройти через несколько официальных процедур, практически не споря. Не потому, что внезапно стали одинаково смотреть на вещи. Просто у каждого имелась своя задача. И они оба прекрасно понимали, насколько важно выполнить её правильно.
⁂
Когда последний документ был подписан, месье Лоран предложил им подождать несколько минут. Служащий унёс папку, затем вернулся с двумя небольшими удостоверениями и несколькими листами, скреплёнными официальными печатями.
— Ходатайство месье Фламеля удовлетворено, — сообщил он. — Ваше французское магическое гражданство зарегистрировано. Эти удостоверения подтверждают ваш новый статус. При изменении адреса следует уведомить соответствующий отдел. Для приобретения ограниченных магических материалов понадобится отдельное разрешение на исследовательскую работу.
Драко взял документы. Гермиона немедленно попросила разрешения ещё раз проверить сведения. Лоран любезно согласился. Они внимательно просмотрели каждую страницу.
Имена.
Фамилии.
Адрес.
Гражданство. Сведения об исследовательской деятельности. Всё было указано правильно. Драко закрыл папку.
— Благодарю вас, месье Лоран.
— Рад был помочь.
Чиновник поднялся. Драко встал следом и предложил Гермионе руку. Она поднялась, взяла его под локоть и поблагодарила служащего. Несколько минут спустя они уже шли по коридору Министерства. За спиной закрылась дверь кабинета. Гермиона некоторое время молчала. Затем негромко произнесла:
— Получилось.
Драко посмотрел на документы в своей руке.
— Да.
— Теперь у нас настоящее французское гражданство, — произнесла Гермиона, всё ещё глядя на удостоверение.
— Весьма полезное обстоятельство, учитывая, сколько времени мы на это потратили.
Гермиона не ответила. Она снова посмотрела на удостоверение. На нём стояло имя Беатрис Малфой. Не на бумаге, купленной у сомнительного мастера в Лютном переулке. На настоящем документе французского Министерства магии. С печатью.
С регистрационной записью. С подтверждением, что человек под этим именем теперь является гражданином французского магического сообщества. Драко убрал свою папку в портфель. Он уже думал о том, что теперь сможет привести в порядок банковские записи и при необходимости заключать новые договоры, не опасаясь внезапной проверки первоначальных документов. Всё прошло значительно проще, чем он ожидал. И, пожалуй, именно это было наиболее странным.
Никто не усомнился в существовании Эдмунда Малфоя. Никто не заметил, что перед ним человек, родившийся более ста лет спустя. Для Министерства Эдмунд Малфой теперь был французским волшебником, чьё прежнее проживание за границей значилось в регистрационных сведениях. О том, откуда он прибыл на самом деле, не знал никто из служащих. Драко невольно усмехнулся.
— Что? — спросила Гермиона.
— Ничего.
Она посмотрела на него с подозрением.
— Малфой…
Он коротко взглянул в сторону проходившего мимо служащего.
— Беатрис, — негромко поправил он.
Гермиона замолчала. Затем чуть заметно кивнула.
— Извини, Эдмунд.
Они направились к выходу.
⁂
Регистратор браков принимал в соседнем отделе Министерства. В отличие от длинного утра с заявлениями и справками, здесь всё выглядело почти пугающе просто: стол, раскрытая книга реестра и два места для подписей. Служащая представилась мадам Бернар и проверила полученные из предыдущего отдела удостоверения.
— Месье Малфой, мадам Малфой. Как я понимаю, вы желаете официально зарегистрировать ваш союз по французскому магическому праву?
Гермиона невольно посмотрела на Драко.
— Да, — ответил он.
— Это решение должно быть подтверждено вами обоими, — уточнила мадам Бернар. — Поручительство месье Фламеля касается ваших документов, но не может заменить личного согласия.
— Мы понимаем, — сказала Гермиона.
Регистратор развернула книгу так, чтобы они могли ознакомиться с записью. В верхней части страницы стояла дата: 19 ноября 1890 года. Ниже чётким почерком были выведены имена: Эдмунд Малфой и Беатрис Уинтер. Рядом предусматривалось изменение фамилии после регистрации. Гермиона прочитала строчку дважды. В поддельном австралийском свидетельстве это было лишь частью придуманной истории. Здесь запись должна была получить юридическую силу.
— Вы можете отказаться, — добавила мадам Бернар, заметив паузу. — Если вам нужно время, мы назначим другой день.
Драко не ответил сразу. Они уже потратили недели на поиски надёжного способа существовать в этом времени. Возвращаться к прежнему свидетельству и начинать всё сначала ему совершенно не хотелось.
— Мы обсудили это решение заранее, — произнёс он.
Гермиона посмотрела на открытую книгу.
— Да. Давайте закончим оформление.
Мадам Бернар задала каждому установленный вопрос о согласии вступить в брак. Драко ответил первым. Гермиона — после короткой паузы. Ни один не попытался придать словам торжественность. Затем им предложили подписать запись. Драко взял перо, поставил подпись и передал его Гермионе. Она ещё раз прочитала текст, проверила написание фамилий и расписалась рядом. Регистратор наложила печать, внесла номер в книгу и подготовила свидетельство.
— Поздравляю. С этого момента ваш брак зарегистрирован по французскому магическому праву.
Гермиона не нашла ничего, что хотелось бы ответить на поздравление. Драко ограничился вежливым «благодарю». Всё оказалось слишком обыденным. Никакой церемонии, никаких обещаний друг другу — только несколько вопросов, две подписи и документ, который делал их супругами не на словах, а по закону. Уже в коридоре Гермиона невольно посмотрела на свидетельство.
— Значит, теперь мы действительно женаты.
— Во Франции — да, — ответил Драко.
— Удивительно, как мало для этого потребовалось.
— Нам потребовались два месяца, чужие имена и личное ходатайство Фламеля. Я бы не назвал это малым.
Гермиона сложила документ и убрала его в папку.
— Если вернёмся домой, придётся разбираться ещё и с этим.
— Если вернёмся, тогда и разберёмся, Грейнджер. А пока хотя бы одна из наших проблем перестала быть подделкой.
Им обоим хотелось поскорее закончить разговор. Они отправились в последний отдел, где подтвердили разрешение на исследовательскую деятельность под руководством месье Фламеля. К середине дня все формальности были завершены. Они вышли на оживлённую парижскую улицу. Гермиона держала Драко под руку.
Вокруг торопились прохожие, двигались экипажи, открывались двери магазинов. Город жил обычной жизнью и совершенно не замечал, что двое людей только что получили французское магическое гражданство и зарегистрировали брак под именами, которых не существовало в их настоящем. Драко посмотрел на часы.
— Мы закончили раньше, чем я предполагал.
— Да.
— Значит, ещё успеем пообедать.
Гермиона подняла глаза.
— Ты предлагаешь вернуться домой?
— Не обязательно.
Он посмотрел на знакомую улицу, затем в сторону небольшого переулка.
— Помнишь тот ресторан, куда мы ходили, когда жили в гостинице?
Она задумалась.
— Неподалёку от торгового квартала?
— Именно.
— Помню.
— Предлагаю зайти туда.
Гермиона слегка удивилась.
— Почему именно туда?
— Потому что там прилично готовят. И, насколько я помню, не требуют за обед стоимость небольшого алхимического прибора.
Она едва заметно улыбнулась.
— Убедительный довод.
— Я тоже так считаю.
Они направились к ресторану. Гермионе больше не требовалось специально следить за тем, как держаться за локоть Драко. На улице они должны были выглядеть супругами, и этот выученный жест уже почти не отвлекал от разговора. Просто теперь так выглядела их прогулка по Парижу.
⁂
Ресторан почти не изменился с сентября. Те же небольшие столики, мягкий свет ламп, большие окна, выходившие на улицу. За стойкой стоял знакомый хозяин, который что-то обсуждал с одним из посетителей. В помещении было достаточно оживлённо. Несколько столиков занимали семьи, возле окна сидела пожилая пара, а у дальней стены разговаривали двое мужчин в тёмных сюртуках. Драко открыл дверь и пропустил Гермиону вперёд. Хозяин заметил новых посетителей и немедленно направился к ним.
— Добрый день, месье, мадам. Столик на двоих?
Гермиона ответила по-французски.
— Да, пожалуйста. Если возможно, возле окна.
Мужчина улыбнулся.
— Разумеется. Прошу за мной.
Он проводил их к свободному столику. Драко помог Гермионе устроиться, затем сел напротив. Когда хозяин принёс меню, она поблагодарила его и сразу принялась изучать названия блюд. На этот раз большинство описаний были ей понятны. Несколько незнакомых выражений всё ещё попадались, но Гермиона уже могла определить, о каких продуктах идёт речь, и не нуждалась в том, чтобы Драко переводил каждую строку. Она выбрала блюдо и самостоятельно сделала заказ.
Хозяин уточнил способ приготовления. Гермиона ненадолго задумалась, затем ответила. Мужчина кивнул и записал заказ. Драко заказал следом. Когда хозяин удалился, Гермиона закрыла меню.
— Кажется, я наконец перестала бояться французских ресторанов.
Драко поднял бровь.
— Ты их боялась?
— Не самих ресторанов. Необходимости каждый раз выяснять, что именно мне собираются принести.
— Прекрасно тебя понимаю. Учитывая мои собственные кулинарные успехи, я тоже предпочитаю заранее знать, что окажется в тарелке.
Гермиона рассмеялась.
— Эдмунд, твои кулинарные успехи вообще заслуживают отдельного исследования.
— Надеюсь, ты не собираешься посвящать этому очередную тетрадь.
— Возможно, назову её «Способы уничтожения обычных продуктов в домашних условиях».
Драко посмотрел на неё с нескрываемым раздражением.
— В таком случае я потребую, чтобы в предисловии было указано, кто занимался моим обучением.
— Разумеется. Необходимо же объяснить, почему некоторые блюда всё-таки удавалось спасти.
Он покачал головой.
— Невыносимая женщина.
— Взаимно.
Они вернулись к меню, обсуждая выбор напитков. Вскоре принесли заказ. Некоторое время они ели молча. За окнами постепенно сгущались сумерки. В ресторане зажигали дополнительные лампы, возле стойки звякала посуда, а из кухни доносились голоса работников. Гермиона посмотрела на лежавшую рядом с её сумкой папку. Внутри находились новые документы. Она машинально коснулась кольца на пальце.
— Странно, — произнесла она.
Драко поднял глаза.
— Что именно?
— Помнишь, когда мы в первый раз пришли сюда, у нас ещё даже не было дома?
Он задумался.
— Кажется, мы тогда жили в той гостинице с неудобной лестницей.
— Да.
— И ты постоянно переживала из-за Фламеля.
— Потому что мы не могли его найти!
— А потом нашли и выяснили, что он уехал отдыхать.
Гермиона вздохнула.
— Не напоминай.
Драко чуть усмехнулся.
— Теперь у нас есть дом, лаборатория, работа и документы, которые действительно выдержат проверку.
— И два обручальных кольца, — добавила она.
Он посмотрел на собственную руку.
— Да. И это тоже.
Некоторое время они молчали. Потом Драко взял бокал.
— Знаешь, Грейнджер…
Он произнёс фамилию настолько тихо, что за соседними столиками никто не мог её расслышать. Гермиона подняла глаза.
— Что?
Драко немного наклонил бокал.
— Предлагаю выпить за самое неожиданное прошлое, какое только можно было придумать.
Она с интересом посмотрела на него.
— Это какое же?
— То, в котором ты совершенно официально стала мадам Малфой.
Гермиона несколько секунд смотрела на него. Затем перевела взгляд на собственное кольцо.
— Представляю, как ужаснулись бы твои предки, узнав, что в их роду появилась грязнокровка.
Она произнесла последнее слово тихо, с совершенно недоброй усмешкой. Драко не ответил сразу. Он прекрасно помнил, как легко пользовался этим словом в школе. И прекрасно понимал, что Гермиона тоже помнит. Впрочем, сейчас она явно не собиралась требовать от него объяснений. Просто отмечала ещё одну нелепость их положения.
— Уверен, мой отец потребовал бы немедленно исправить все документы, — наконец произнёс Драко.
Гермиона коротко рассмеялась.
— А твоя мать?
Он задумался.
— Вероятно, сначала выяснила бы, насколько велик скандал.
— И?
— А потом нашла бы способ сделать так, чтобы о нём никто не узнал.
Гермиона посмотрела на него поверх бокала.
— Очень по-малфоевски.
— Разумеется.
Драко немного помолчал.
— Хотя, пожалуй, им не о чем беспокоиться.
— Почему?
Он слегка повертел бокал в пальцах.
— Потому что никто из них об этом не узнает.
Гермиона опустила глаза. На столе лежали документы Эдмунда и Беатрис Малфой. В официальных французских архивах теперь имелись сведения о молодых супругах, занимавшихся исследованиями под покровительством Николаса Фламеля. И однажды, если им удастся вернуться домой, всё это останется здесь. Дом, который они снимали. Люди, которые с ними познакомились. Банковские записи. Книги и письма. Два имени, которых никогда не существовало в их настоящем.
— Удивительно, — негромко произнесла Гермиона. — Получается, мы можем оставить после себя целую историю, о которой никто никогда не узнает правды.
Драко кивнул.
— Прошлое может скрывать очень многое, Беатрис.
Он чуть заметно усмехнулся.
— И далеко не всё из него когда-нибудь станет известной реальностью.
Гермиона посмотрела на него.
— Ты сейчас почти философствуешь, Эдмунд.
— Ужасное влияние твоих книг.
Она усмехнулась. Драко снова приподнял бокал.
— Так что? За наше неожиданное прошлое?
Гермиона взяла свой.
— За то, чтобы все эти документы действительно оказались полезны, — произнесла она.
— И за то, чтобы однажды они нам больше не понадобились, — добавил Драко.
Они слегка соприкоснулись бокалами. После этого Гермиона вернулась к ужину. Драко заметил, что его блюдо успело немного остыть, и недовольно посмотрел в сторону кухни.
— Надо было попросить подать соус отдельно.
Гермиона закатила глаза.
— Ты даже сейчас найдёшь, к чему придраться.
— Я просто считаю, что хорошее блюдо не стоит портить неправильной подачей.
— Разумеется.
Она взяла вилку.
— Кстати, завтра твоя очередь готовить.
Драко медленно поднял голову.
— Мы только что нормально поужинали. Зачем ты портишь мне вечер?
Гермиона рассмеялась. Для остальных посетителей ресторана это был совершенно обычный ноябрьский вечер. Люди ужинали, разговаривали, строили планы на завтра. Никому не было дела до двух молодых супругов за столиком возле окна.
Но для Драко Малфоя и Гермионы Грейнджер этот день теперь имел совершенно определённое значение.
Девятнадцатого ноября 1890 года в официальном реестре французского Министерства магии был зарегистрирован брак Эдмунда и Беатрис Малфой.
И ни один человек в этом ресторане не мог представить, какую историю скрывали эти имена.






|
Занимательно. Немного не хватает какой-то живости в диалогах Гермионы и Драко, но сама идея захватывает. И, конечно, любопытно, что же дальше.
1 |
|
|
BelkaMadавтор
|
|
|
Stavridka
Спасибо за ваш отзыв. Я только пытаюсь. Но захотелось поделиться своими мыслями. 1 |
|
|
ingamarr Онлайн
|
|
|
Какая история!! Мне очень нравится ❤️ Спасибо ❤️
1 |
|
|
BelkaMadавтор
|
|
|
ingamarr
Спасибо большое. |
|
|
ingamarr Онлайн
|
|
|
С нетерпением жду момент, когда они в 1999 году приедут в свой дом :))
Это ведь обязательно произойдет ❤️ 1 |
|
|
ingamarr Онлайн
|
|
|
С возвращением в Англию :))
Да, начинается все самое интересное❤️ 1 |
|
|
BelkaMadавтор
|
|
|
ingamarr
С возвращением в Англию :)) надеюсь вас не разочарует финал)Да, начинается все самое интересное❤️ |
|
|
ingamarr Онлайн
|
|
|
BelkaMad
Мы уже на финише? |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |