↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Нити судьбы: Меч Гриффиндора (джен)



Автор:
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Детектив, Приключения, Драма, Экшен
Размер:
Макси | 601 221 знак
Статус:
В процессе
 
Не проверялось на грамотность
Вторая книга — это история о том, как далеко может зайти человек, когда любовь превращается в одержимость. О цене выбора, который кажется единственно верным. О доверии, которое становится оружием. И о том, что иногда единственный способ спасти мир — это позволить ему стать другим. Здесь будут предательства, которых вы не ожидаете. Потери, к которым вы не будете готовы. И финал, который заставит вас задуматься.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 12. Последний урок

Это был месяц интенсивной работы. В зависимости от того, что они изучали, Фелл менял место занятий: сегодня — берег озера, завтра — глухой лес, послезавтра — голое плато, где ветер гуляет без спросу. Многие заклинания требовали размаха, и профессор каждый вечер, когда все расходились по спальням, подолгу сидел над магловской картой — иногда часами, водя пальцем по линиям дорог и изгибам рек. Он искал место, где никто не помешает, где магия никому не навредит и где можно будет восстановить природу в её первозданном виде.

Спектр того, чему он их учил, был широк — от заклинаний, чьё действие ограничивалось бесшумным шагом по сухим веткам, до создания водяных и каменных стен, разрывов в земле, мгновенное создание трясины на месте твёрдой земли. Несколько дней ушло на изучение гибельного пламени, которое, в отличие от адского, можно использовать в бою. Адское пламя сложно контролировать — оно может поглотить и своего создателя. Гибельное же — никогда, оно легко управляемо. Его можно провести сквозь строй своего отряда, разбить на тысячу искр, каждая из которых найдёт цель, а потом собрать искры обратно, как стаю умных птиц.

Профессор учил их всему, что могло пригодиться в противостоянии с таким врагом, как Кассиан. Маскировке на магическом уровне — когда ты не просто прячешься за кустом, а становишься его частью, сливаешься с ним так, что даже эльф не отличит. Созданию порталов на короткие и длинные дистанции. Чтению магических следов на земле и в воздухе. А ещё — управлению временем в пределах нескольких секунд, чтобы успеть уйти из-под удара. Фелл повторял: «В бою у вас не будет времени подумать. Ваше тело должно знать ответ раньше, чем мозг задаст вопрос». Действие должно опережать мысль.

Каждое утро Фелл начинал с пробежки и физических упражнений. Через несколько дней к нему присоединился Гарри. Рон же предпочитал делать зарядку лёжа в постели, искренне не понимая, зачем вставать на час раньше, чтобы потом этот час задыхаться и потеть. Но Гермиона не дала ему долго расслабляться.

— Слушай, — сказала она как-то утром, когда Рон собирался перевернуться на другой бок. — Раз ты не хочешь бегать, может, возьмёшь на себя завтраки? Гарри и Фелл с утра заняты, а мне нужно время, чтобы почитать и выйти к столу уже собранной. Я ничего не успеваю.

Рон приоткрыл один глаз.

— То есть ты предлагаешь мне вставать ни свет ни заря и жарить яичницу, пока вы все будете развлекаться?

— Я предлагаю тебе помочь, — спокойно ответила Гермиона.

Рон вздохнул, сел на кровати, почесал затылок и с видом человека, принимающего тяжёлое решение, сказал:

— Знаешь, я сегодня решил, что тоже начну бегать по утрам с Гарри и профессором. Давно хотел, но всё руки не доходили.

— Руки или ноги? — поинтересовалась Гермиона.

— Какая разница, — ответил Рон, направляясь в ванную комнату.

Гермиона улыбнулась — собственно этого она и добивалась.

Через десять дней после их приезда в Россию на пороге дома появился незнакомец. Он был среднего роста, крепко сбит, с бритой головой и таким выражением лица, будто всю жизнь его окружали одни идиоты, и он с этим уже смирился. Глаза у него были светлые, почти прозрачные, и смотрели они так, что казалось — он видит не тебя, а то, что у тебя внутри: страх, неуверенность, попытку казаться храбрее, чем ты есть. Одет он был просто: тёмные штаны, лёгкая рубашка и короткая куртка, на которой не было ни одной пуговицы.

Минут пять он проговорил с Феллом в кабинете — негромко, но так, что сквозь закрытую дверь доносились отдельные слова на русском, смысла которых было не разобрать, а когда они вышли на крыльцо, где Фелла поджидали Гарри, Рон и Гермиона, профессор представил гостя.

— Это Михаил. Он из Управления магической безопасности. Обучает российских мракоборцев боевой магии.

Рон приподнял бровь.

— Да, Рон, — сказал Фелл, заметив его скептический взгляд. — Россия много воевала в своей истории. Русские мальчики-маглы с детства учатся разным видам борьбы, и волшебники не отстают от них.

Михаил кивнул ребятам. Говорил он с сильным акцентом — тянул гласные и проглатывал окончания, но разобрать его можно было без труда.

— Завтра начнём заниматься, — сказал он. — Заниматься будем в моей школе. Сейчас каникулы. Фрэнсис подготовит портал. Так что жду вас завтра в девять.

Он коротко попрощался, шагнул в сторону и исчез с тихим хлопком.

— Профессор, — сказал Рон, как только Михаил трансгрессировал. — Зачем нам это? Ещё на пятом курсе мы сами научились противостоять Пожирателям смерти.

Все трое смотрели на Фелла с недоумением. Фелл положил руку Рону на плечо.

— Видишь ли, Рон, Михаил — один из лучших инструкторов. Скажу откровенно: его подход к обучению может вас шокировать. Но я для своего спокойствия решил, что эти знания вам необходимы. Кое-что я пытался вам дать, но этого мало.

Он посмотрел на каждого по очереди.

— Он научит вас противостоять любому противнику. Это важно не только для схватки с Кассианом, это пригодится вам и в будущем, вы же планируете стать мракоборцами.

— Профессор, вы сказали «шокирует»? — спросила Гермиона.

— Завтра всё увидите, — ответил Фелл. — Не удивляйтесь его манере разговора и его требованиям. Это всё, что хочу сказать… А теперь нас ждёт «Дефлекто Игнем».


* * *


— Итак, — сказал Михаил и хлопнул в ладоши.

Звук получился громким и плотным — подземный тренировочный зал не баловал акустикой. Фелл только что провёл через портал Гарри, Рона и Гермиону, и они всё ещё оглядывались по сторонам, привыкая к бетонным стенам и полумраку.

— Слушайте сюда, дорогие мои гости, — продолжил Михаил. — Забудьте про ваши Турниры Трёх Волшебников. Забудьте про дуэльные клубы, где вы раскланиваетесь, как на балу. Сегодня мы спускаемся вниз.

— Вниз? — переспросил Рон. Он стоял, засунув руки в карманы джинсов, и скептически разглядывал бетонный пол. — Мы что, будем здесь копать?

— Упражнение называется «Лифт», — спокойно ответил Михаил. Похоже, он привык к таким вопросам. — Оно не для слабонервных. Представьте железную коробку. Три на три метра. Двери захлопнулись. Вы — один, а напротив вас — трое.

Гермиона, которая до этого изучала пол, подняла голову.

— Дистанция — вытянутой руки, — продолжал Михаил. — Это не магический поединок, к которому вы привыкли, это контактный бой. Здесь нет слова «назад».

— У меня вопрос, — сказал Гарри. — Они же могут попасть заклинанием друг в друга? Все трое одновременно? Это же глупо.

— Могут, — кивнул Михаил без тени улыбки. — И они это знают. Поэтому не размахивают палочками, как флагами на параде, а кидают заклинания коротко и прицельно. В упор. Если вы потратите семь десятых секунды на то, чтобы вспомнить красивое заклинание, вас трижды оглушат, пока вы будете думать.

Рон нервно хохотнул.

— И чему же это нас учит? Кроме того, что мы трупы?

— Мгновенной оценке угроз, — ответил Михаил. — Если будете пытаться оценить троих сразу, ваш мозг попадёт в ловушку. Смотрите только на того, кто выстрелит первым. Ближний правый всегда опаснее дальнего левого. Даже если левый — ваш любимый профессор в молодости.

Он сделал небольшую паузу.

— Говорить вслух заклинание — значит дарить врагу время. Палочка — это продолжение вашей мысли. Ставите сразу щит. Невербально… и не прямо перед собой, а под углом, чтобы срикошетить два заклинания в разные стороны. Щит левой рукой — боевое заклинание правой. Три раза подряд. В разных комбинациях.

— Атака и защита одновременно, — быстро вставила Гермиона.

Михаил взглянул на неё с интересом.

— Точно так, леди. И ещё — используйте тела врагов. Оглушили первого — толкните его вперёд. Ногой, рукой — не важно. Пусть он ловит заклинание второго. Это не рыцарский турнир…

— Это выживание, — закончил за него Гарри.

Он смотрел Михаилу прямо в глаза, и на его лице не было ни капли сомнения.

— Ну что, мистер Поттер, вижу, готовы выживать? — спросил Михаил. — Попробуете первым?

Гарри вместе с инструктором спустился по приставной лестнице в центр пустого каменного куба. Рон и Гермиона смотрели, как Михаил что-то объяснял Гарри, указывая палочкой на пустое пространство вокруг. Гарри повторял за ним жесты, кивал. Потом Михаил оставил его одного, поднялся наверх, и лестница бесшумно скрылась в стене.

Три манекена вошли в куб — как будто из двери, плавно и беззвучно.

Гарри вскинул палочку — и ослепительная вспышка «Люмос Максима» взорвалась прямо перед их оптическими сенсорами. Манекены на секунду замерли, а Гарри уже не было на месте — он ушёл вправо и глухо ударил центрального ботинком по коленному суставу. Манекен покачнулся. «Экспеллиармус» — невербально, без единого звука — выбил палочку у левого. Правый успел открыть сенсоры, но Гарри уже схватил обезоруженного левого за плечо и толкнул его вперёд, как щит. Заклинание, выпущенное правым, попало прямо в спину собственному товарищу.

— Нечестно! — выдохнул Рон.

— Честно, — отозвался Михаил, не отрывая глаз от Гарри.

Последний манекен — тот, что справа, — попытался отступить, но в железной коробке не было места для шага назад. Гарри накрыл его «Петрификус Тоталусом» с трёх дюймов. Пластиковое тело рухнуло на пол с глухим стуком. Всё заняло чуть больше четырёх секунд.

Гарри выпрямился, отряхнул джинсы и, тяжело дыша, посмотрел наверх.

— Неплохо, — сказал Михаил. — Но ты сломал ему колено. Мы потом починим. В реальном бою враг будет визжать и кататься, пользуйся этим.

— Я воспользуюсь, — спокойно сказал Гарри, поднимаясь наверх.

— Мисс Грейнджер, теперь вы.

Гермиона с Михаилом спустилась в куб.

— Вам не надо ломать им руки и ноги, — донёсся снизу его голос. — Это не ваш метод.

Они быстро обсудили план действий, и Михаил покинул куб. Гермиона поправила волосы и встала лицом к двери. Манекены обновились — трое, как и прежде, замерли в ожидании команды.

Гермиона не стала ждать атаки. Она взмахнула палочкой широко и быстро — плотная сеть «Инкарцеро» полетела во все стороны разом, опутывая корпуса, руки и палочки манекенов. Один из них, прежде чем его сковали веревки, успел выбросить палочку вперёд и прошипел «Остолбеней». Красная молния пронеслась в дюйме от её уха, обдав щёку жаром. Пока те путались в верёвках, Гермиона коротким точным движением выдала: «Глациус». Пол перед ними превратился в каток.

Три фигуры рухнули одновременно — глухо и как-то обиженно.

— И что дальше? — спросила Гермиона, поднимая голову.

— Дальше ты должна связать их по отдельности, — сказал Михаил. — Хорошая работа. Чисто. Элегантно и ни одного перелома.

Рон шагнул в куб последним.

— Ну давайте, — сказал он манекенам.

И пошёл вперёд. Не уклоняясь, не петляя. Он выставил перед собой «Протего» — не элегантный щит, а грубую, плотную стену магии, намертво прибитую к левому кулаку. Центральный манекен, как и положено, выставил ответный щит и принял удар. Рон шагнул. Ещё шаг. И со всей силы ударил щитом в пластиковое лицо.

Манекен отлетел к стене. Левый манекен, воспользовавшись моментом, послал «Остолбеней» в ноги Рона, но тот в последнюю секунду отпрыгнул в сторону. Не целясь, Рон кинул ответное «Остолбеней» прямо в грудной резонатор противника, и, не глядя, добавил ногой третьему. Тот рухнул на колени. «Петрификус Тоталус» закончил Рон.

— … Ну, — сказал он, отдуваясь. — По-моему, нормально.

— Ты получил бы заклинание в спину, если бы второй выстрелил на секунду раньше, — заметил Михаил. — Храбрости тебе не занимать, а вот с чувством дистанции — есть проблема.

Рон надулся, но Гарри хлопнул его по плечу.

— Здорово, — сказал он.

— Отрабатываем, — сказал Михаил. — По одному в куб. Без пощады. Я не учу вас быть благородными, я учу вас выживать. «Лифт» — это бой в железной клетке с тремя волшебниками одновременно. Ваша единственная защита — скорость, жёсткость и правильный выбор цели за полсекунды. Запомните эти секунды. Если вы сумеете продержаться и наказать их быстрее, чем они накажут вас — вы выйдете сами. Если нет — двери лифта откроются, но оттуда уже вас будут вытаскивать другие.

— Сказано обнадёживающее… — пробормотал Рон.

Гермиона уже стояла внизу. Гарри, глядя на неё, вдруг подумал, что именно таких уроков им не хватало в своё время. Слишком поздно, но лучше поздно, чем когда тебя похоронят.

— Манекены! — крикнул Михаил. — Поехали.

Железные двери со скрежетом разомкнулись.

Позже, перед тем как покинуть тренировочный зал, Михаил собрал их в круг.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь ошибки.

Он говорил спокойно, методично, без тени насмешки.

— Рон, ты поставил «Протего Максима». Красивый щит, спору нет, но двое прошли сквозь — потому что щит не круговой. Нужен «Протего» на сто восемьдесят градусов. Спину прикрывай мышцами и смирись, что несколько ударов примешь на плечо.

— Звучит ободряюще, — пробормотал Рон. — Мама будет в восторге.

— Второе. Гермиона, ты оглушила центрального и замерла. Заворожённо смотрела, как он падает. В этот момент боковой положил бы тебя на пол. После каждого заклятия — смещайтесь. В любую сторону, не стойте на месте.

Михаил перевёл взгляд на Гарри.

— Третье. Гарри, ты сдвинулся в угол. «Зажмут, так хоть спина прикрыта», — наверное, ты подумал. Нет. Угол — это гроб. Запомните. Вас зажмут с двух сторон, и двигаться будет некуда.

Он обвёл их взглядом.

— Вопросы?

— А если я свалю их всех одним заклинанием? — с надеждой спросил Рон.

— Не свалишь, — улыбнулся Михаил. — Но, если хочешь, проверим в следующий раз.

Тренировки и учёба начали чередоваться. В какой-то момент Фелл перестал быть главным учителем. Он ещё учил новым заклинаниям, хмурился над ошибками Гермионы и кивал, когда Гарри и Рон делали всё правильно. Но большую часть времени профессор стоял в стороне и смотрел, как Михаил гоняет их по кругу.

— Мы с вами ещё успеем научиться тому, что знают единицы, — сказал Фелл, когда Рон поинтересовался, не забросили ли они магию к Мерлину в штаны. — Не забросили, но сначала — это.

— Это — что? — не понял Рон.

— Умение выживать, — ответил Фелл.

Михаил учил их боевой трансфигурации на скорости — когда вражеское заклинание превращается в пыльцу или в стаю бабочек за полсекунды. Работе с рикошетом — умению повернуть щит как зеркало, отправляя заклинание назад. Контактной психологии — не замирать от криков и зелёного света, потому что шум не убивает. Атаке троих одной комбинацией. Эвакуации раненых под обстрелом заклинаний.

— Не останавливайся от боли, — говорил Михаил. — Боль — это сигнал, а не приказ. Тебе сигналят: «Здесь повреждение». А ты отвечай: «Знаю, работаю».

За упражнением «Лифт» последовало упражнение «Толпа».

— Перед тобой не трое, а пятеро, шестеро, семеро, — убеждал Михаил. — И длинный коридор, в конце которого дверь. И они не строятся в красивую шеренгу, как на дуэли. Чему учит «Толпа»? Она учит выбирать цель в движении…

А за «Толпой» последовало «Потерял палочку».

— Самое страшное — это глухой стук вашей палочки, ударяющейся об пол. Вы слышите, как она катится куда-то в темноту… И магия кончается в ту же секунду, когда она нужнее всего, — наставлял он. — Палочки нет, а враги — есть. Двое, трое, и никакого оружия, даже камня в кармане. Только тело: руки, ноги, зубы, лоб, колени. И окружающие предметы: стул, чернильница, кружка, песок с земли.

— Зубы! — воскликнул Рон. — Моя мама, когда я в детстве кусался, говорила, что зубы — это не оружие, а для еды.

— Твоя мама никогда не дралась с Пожирателями смерти без палочки, — быстро ответил Михаил, даже не повернув головы. — Задача — продержаться двадцать секунд. Это время, за которое может подоспеть помощь. Или вы доберётесь до своей палочки, или, если вы очень везучие и очень злые, — обезвредите обоих голыми руками.

И каждый урок Михаил заканчивал одними и теми же словами:

— Никогда не оставляйте врагу палочку. Даже если он молит о пощаде. Потому что благородство — это когда вы живы, а он в Азкабане... Без палочки.

Вечером, после очередной тренировки, где Гарри, Рону и Гермионе противостояло почти два десятка манекенов, выпускавшие заклинания с такой точностью и скоростью, от которой у любого мага голова пошла бы кругом, они, уставшие, но довольные, шагнув через портал, оказались в темноте дома.

Гарри уже хотел зажечь свет, как вдруг комнату озарила вспышка, и сверху, словно дождь, посыпались золотые искры.

— Happy birthday to you! — заорало сразу несколько голосов.

Из коридора вылетели Андрей, Пётр и Мария. Мария размахивала хлопушкой, из которой сыпался серпантин, Пётр нёс торт с горящими свечами, а Андрей запустил небольшой фейерверк, стрелявший в потолок разноцветными звёздами.

— Сюрприз! — кричал Андрей, перекрывая шум. — Гарри! С днём рождения! Это профессор Фелл нас позвал!

— Мы только сегодня узнали, что вы здесь! — подхватил Пётр, обнимая по очереди Гарри, Гермиону и Рона. — Почему молчали?

— Вы тоже молчали, — парировал Рон.

— Но, мы думали, вы в Англии! — вставила Мария.

— А мы думали, вы в России, — ответил Рон.

— Так мы и есть в России! — засмеялся Андрей. — Ладно, хватит шутить. У нас для вас кое-что получше, чем просто торт.

— Вечеринка, — выпалила Мария.

— В Москве, — добавил Пётр.

— В ночном клубе, — закончил Андрей.

Рон оживился мгновенно, забыв про усталость, синяки и опухшую скулу.

— Клуб? В Москве? Ночной? — переспросил он, сверкнув глазами. — Я согласен, я на всё согласен. А что там будет?

— Узнаешь. Профессор Фелл всё организовал. — Подмигнул Андрей, кивнув в сторону кухни. — Музыка, танцы, нормальная еда, а не эти ваши пирожки с капустой.

— А что не так с пирожками? — нахмурился Рон.

— Всё так, — засмеялся Пётр. — Просто в клубе их не подают.

Гарри посмотрел на Рона, на Гермиону. Впервые за долгое время у обоих горели глаза.

— Профессор, вы разрешаете? — спросил Гарри, всё ещё сомневаясь.

— Конечно, Гарри, — подтвердил Фелл, выходя из кухни с чашкой чая. — И даже настаиваю. Вы заслужили выходной.

— А завтра? — спросил Рон, оборачиваясь к нему.

— А завтра… — Фелл сделал вид, что задумался. — Завтра устроим пир. Профессор Арзянцев обещал помочь. Будет всё, что душе угодно: осетрина под сливками, запечённый кабан, грибы в сметане, пироги с ягодами и всё такое.

— Пир горой, — мечтательно протянул Рон.

— Именно, — улыбнулся Фелл.

Через полчаса, дав Гарри, Рону и Гермионе время привести себя в порядок, Мария уже тащила Гермиону к выходу, рассказывая про московские клубы и про то, что танцы там длятся до утра. Андрей и Пётр подхватили Гарри и Рона под руки.

— Пошли, — сказал Андрей. — Сегодня вы не герои войны. Ты — просто Гарри, у которого день рождения, а ты — просто Рон.

— Ну а Гермиона — всегда Гермиона, — закончил Пётр.

— А завтра? — лукаво спросил Гарри.

— А завтра снова будете героями, — засмеялся Пётр. — Но это будет завтра.

На пороге Гарри обернулся, Фелл всё так же стоял у камина, грея руки о кружку.

— Профессор…

— Идите уже, — сказал, улыбаясь Фелл. — Веселитесь, да смотрите, не разнесите клуб, а то мне потом объяснять Кингсли, почему британские герои внесены в чёрный список московских заведений.

— А вы?

— А я чай допью и спать. Стар я уже по ночам гулять.

Гарри усмехнулся.

— Ладно. Тогда до завтра.

— До завтра, — махнул рукой Фелл.

Гарри повернулся и вышел со всеми на террасу. Фелл проводил их взглядом, сделал глоток чая и прошёл в свою комнату.

Телепортация в Москву оказалась делом нехитрым. Они вышли в переулке, пахнущем мокрым асфальтом и жареной курицей. Запах тянулся из крошечной будки с чёрными глянцевыми стёклами.

— Где мы? — спросил Гарри у Петра. — Далеко от центра?

— Окраина, — ответил тот. — Сюда маглы не ходят.

Гарри вертел головой. Переулок не отличался от окраин Лондона — разве что дома другие, но кошки, шнырявшие по мусорным бакам, были точно такими же. Те же повадки, та же наглая уверенность, что они здесь главные.

Мария постучала в неприметную серую дверь и прошептала пароль. Гарри уловил что-то вроде «Трёхглавая сова», хотя мог и ошибиться.

Внутри клуба было темно. Багровый свет струился откуда-то сверху, дым клубился под потолком, а в воздухе витал запах карамели, корицы и, как ни странно, старой бумаги.

Музыка пульсировала в стенах, в полу, в рёбрах, в зубах.

— Ничего себе, — сказал Рон, перекрикивая бас. — А здесь, оказывается, есть танцы.

— А ты что думал? — фыркнул Пётр, вынырнув у него из-за плеча. — Будем учить бабушек в шахматы играть?

— Не начинай, — попросил Андрей. — Ребята, я скоро, у меня для вас ещё один сюрприз.

Он что-то шепнул Петру на ухо и исчез.

Мария нашла удобное место в углу — потёртый кожаный диван, небольшой, но чистый столик и, написанное от руки красивым почерком меню.

— Здесь есть «Огневиски с корицей», — кричал Рон Гермионе в ухо, восторженно водя пальцем по строчкам. — И «Сливочное пиво с мускатным орехом». И… Гарри, тут есть «Молния в стакане», наверное, в твою честь.

— «Молния в стакане» — это чистая магия, — авторитетно заявил Пётр, уже успевший сбегать до барной стойки и обратно. — Я только что выпил одну, у меня прошла боль в левом колене.

— У тебя никогда не болело левое колено, — заметила Мария.

— Вот видишь, как хорошо помогает, что колени не болят, — ничуть не смутившись, ответил Пётр.

Мария сделала заказ по-русски. Официант — лысый волшебник с золотыми часами, сверкавшими на обоих запястьях, — внимательно посмотрел на Гарри, поклонился с такой серьёзностью, как будто перед ним была королевская семья, и отправился выполнять.

— Что ты ему сказала? — крикнул через стол Гарри.

— Сказала, что у нас именинник, знаменитый английский тёмный маг, который сражался с самим Волан-де-Мортом и победил его, — отмахнулась Мария. — И что, если он перепутает заказы, ты превратишь его в жабу, — добавила она с улыбкой.

Гарри поднял бокал. Внутри плескалась золотистая жидкость с маленькими искрами, похожими на фейерверк, сквозь неё он увидел Андрея — и кого-то за его спиной.

— А вот и сюрприз, — объявил Андрей.

Из-за его плеча выглянула Арабель.

Гермиона выронила меню. Глаза у неё стали круглыми, как две совиные луны, и она прижала ладони к щекам — жест, которого Гарри не видел у неё никогда. Рон открыл рот и забыл его закрыть, а Гарри поднялся и по-дружески обнял Арабель.

— Я не могла пропустить такой день, — кричала Арабель сквозь музыку. — Как я по всем вам соскучилась! Гермиона, весь этот месяц я вспоминала тебя!

Гермиона удивлённо подняла бровь.

— Я не вылезала из библиотеки, — поспешила объяснить Арабель, заметив её реакцию. — Продолжаю учёбу.

— Надо было чаще меня вспоминать, — проговорил Рон, наконец закрыв рот. — Вмиг бы желание учиться пропало.

— Рон, ты, как всегда, остришь, — просияла Арабель. — Ребята, какие вы классные, как мне вас не хватает! Гарри, а почему Джинни не с вами? Почему она в Париже? И Изольда с ней.

— Вы виделись? — спросила Гермиона, опередив своим вопросом реакцию Гарри и Рона.

— Да, они навещали меня, — ответила Арабель, взглянув на всех троих. — Так мило провели время. Что-то случилось?

— Слушайте, — сказал Андрей. — Хватит сидеть, потом договорите — вся ночь ещё впереди, давайте танцевать.

Взяв Арабель за руку, он потянул её на танцпол. Следом за ними двинулись Пётр с Марией.

— Рон, Гермиона, не сидите, идёмте с нами! — крикнул Пётр, перекрывая музыку. — Гарри, пошли танцевать!

— Позже расспросим, — сказала Гермиона Гарри на ухо и поднялась вслед за Роном.

Гарри не любил танцевать. Он умел уворачиваться от проклятий, летать на метле так, что профессор МакГонагалл однажды назвала это «врождённой грацией стихии», но ритм танца всегда ускользал от него. В Хогвартсе на Хэллоуин и на выпускном вечере он просто переминался с ноги на ногу, делая вид, что ему очень нравится танцевать. Тогда была Джинни — она тянула его за руку, смеялась, и его неуклюжесть казалась ей забавной. А теперь он был один.

Гарри ушёл с танцпола почти сразу. Пару раз Арабель подбегала к нему, хватала за руку и втаскивала обратно — в круг, в свет, в это бесконечное движение. Он послушно двигался несколько минут, потом снова отступал к столику. Ему здесь нравилось больше. Темно, спокойно, никто не смотрит.

Рон после трёх порций огневиски танцевал как молодой тролль — широко, с энтузиазмом и полным пренебрежением к окружающим. Он зацепил локтем какого-то парня, извинился, зацепил снова — и перестал извиняться. Гермиона держалась рядом с ним, смеялась и, кажется, наслаждалась каждым мгновением. У неё была своя координация: чёткая, выверенная, словно она мысленно просчитала каждое движение, а потом позволила телу его исполнить.

Арабель танцевала с Андреем. Под медленную композицию, которая вдруг полилась из колонок, мягкую и тягучую, она закрыла глаза и уткнулась ему в плечо. Андрей держал её за талию, почти не касаясь, и она вёл её плавно, словно скользил по воде. Они двигались в своём маленьком мире, и Гарри вдруг поймал себя на мысли, что смотрит на неё дольше, чем следовало бы.

— Глаза сломаешь, — прошептала Гермиона, внезапно возникнув рядом. — Давай потанцуем с тобой.

— Я танцую, — сказал Гарри, который стоял на месте, слегка покачиваясь в такт, чтобы казаться убедительнее.

— Это называется «кто-то наступил на твою ногу, и ты не можешь уйти», — уточнила Гермиона с улыбкой. — Пошли, нужно поговорить.

Она взяла его за руку и потянула в центр зала. Гарри послушно шагнул в круг, где музыка пульсировала громче, где свет бил в глаза, а мимо проплывали лица: смеющиеся, усталые, пьяные, влюблённые.

— Как думаешь, — начал Гарри, — она знает, где может быть Джинни?

— Надо выяснить всё, что возможно, — ответила Гермиона. — Я специально вытащила тебя сюда. Сейчас подплывём к ним поближе, разобьём пару: ты потанцуешь с Арабель и выяснишь всё, что можно, а я отвлеку Андрея. Он в неё влюблён.

— Ты это серьёзно? Андрей влюблён в Арабель? — удивился Гарри.

— Гарри, сколько можно быть слепым? — Гермиона покачала головой. — Ещё с первых дней их прибытия в Хогвартс это было видно.

Она как бы случайно задела плечом Андрея, извинилась и пригласила его продолжить танец с ней, и Гарри ничего не оставалось, кроме как танцевать с Арабель.

— Гарри, — сразу пошла в атаку Арабель, улыбаясь своей очаровательной улыбкой. — Ты хочешь меня расспросить о Джинни, так? Поэтому вы нас разбили.

— От тебя ничего не скроешь, — ответил Гарри. — Джинни исчезла сразу после выпускного, оставив записку, что хочет найти себя и попутешествовать. Родители переживают.

—Только родители? Ой ли, Гарри? А ты не переживаешь?

— Переживаю, Арабель. Переживаю.

— Они с Изольдой прогостили у меня две недели.

— Две недели?

— Да, Гарри. Они что-то ждали, во всяком случае, у меня сложилось такое впечатление.

— Ты не знаешь, где Джинни может быть сейчас?

— Кот-д’Ивуар.

— Ты уверена?

— Да, Гарри. У Изольды там отдыхают родители, и они отправились туда, — сказала Арабель, беря Гарри под руку и направляясь к столику, так как музыка стихла. — Изольда ещё шутила, что хочет попробовать себя в роли шамана — поиграть на древнем барабане.

— О чём это вы? — спросил Андрей, подходя к столику вместе с Гермионой.

— Ой, Андрей, вечно тебе всё нужно знать, — капризно сказала Арабель, поправляя волосы. — О Джинни.

Видимо, Андрей, Пётр и Мария были предупреждены профессором Феллом не касаться этой темы, потому что все промолчали. Гарри переглянулся с Гермионой и едва заметно дал понять, что получил нужную информацию.

Около трёх ночи Андрей склонился к уху Рона и что-то зашептал. Рон выслушал, кивнул с видом человека, принимающего судьбоносное решение, и решительно направился к барной стойке.

— Самый дорогой коктейль в истории магии! — объявил он.

Бармен, не понявший ни слова, но уловивший магический блеск в глазах клиента, налил ему что-то синее, горящее и выпускающее аккуратные колечки дыма. Рон выпил залпом, замер на три секунды, а потом медленно поднял голову и на чистом русском, которого никогда в жизни не учил, торжественно произнёс:

— Спасибо, бабушка.

Бармен моргнул. Потом хлопнул Рона по плечу и налил ему ещё.

— Что ты сказал? — спросил Пётр, когда Рон вернулся за столик.

— Понятия не имею, — честно признался Рон. — Андрей сказал, что это универсальное заклинание вежливости на случай, если бармен рассердится.

— Андрей велел говорить «большое спасибо», — вздохнула Мария. — А не «спасибо, бабушка».

— И какая разница?

— Такая, что теперь он считает тебя своим вежливым внуком.

— Я гений, — объявил Рон. — Международный. Меня теперь даже в России понимают.

— Ты идиот, — поправила Гермиона, рассмеявшись.

— Это мы уже проходили, — улыбнулся Рон. — Идиот — моя базовая настройка, а гений — это надстройка, которая включается после третьей порции огневиски.

В четыре утра Гермиона, как и следовало ожидать, объявила, что пора.

— Мне нужно хотя бы три часа сна, — сказала она. — Иначе я кого-нибудь превращу в чайник.

— Ты никогда никого не превращала в чайник, — заметил Рон.

— Первый раз может случиться в любую минуту, — парировала она.

Спорить с ней не стали, но выбраться из клуба оказалось не так просто, как попасть внутрь. Гардероб представлял собой узкую комнату, забитую до потолка мантиями, плащами и шляпами невообразимых фасонов. За стойкой стояла женщина, которая, казалось, помнила ещё основание Москвы.

— Она не двигается, — прошептал Рон после десятиминутного томительного ожидания. — Смотрите, она моргнула только один раз.

— Это магия, — так же шёпотом ответил Пётр. — Русская магия, не вмешивайся.

Андрей попытался изобразить парселтанг — зашипел на стойку, надеясь, что шипение подействует. Не подействовало, зато на него странно посмотрела девушка, стоявшая в очереди сзади.

Мария вздохнула, подошла к стойке, улыбнулась женщине и сказала три короткие фразы по-русски. Гардеробщица посмотрела на неё, потом на компанию, потом снова на Марию — и через две минуты все мантии, плащи и чья-то случайно забытая шляпа уже лежали на стойке.

— Что ты ей сказала? — спросил Гарри, когда они наконец вышли на улицу.

— Правду, — ответила Мария, накидывая куртку. — Что вы из Англии, что у именинника день рождения и что, если она не отдаст вещи, вы потребуете вызвать британского посла. Прямо сейчас. В четыре часа ночи, с требованием официальных извинений.

— Я бы не потребовал, — сказал Рон серьёзным тоном. — Я бы сказал: «Извините, пожалуйста, будьте так добры, верните, пожалуйста, мою мантию, если вам не сложно». А потом бы заплакал.

Гарри и Гермиона переглянулись.

— А я бы потребовала, — вздохнула Арабель. — Потому что посол — это смешно, а когда англичанин плачет по-русски — это, как если бы такса заговорила на китайском. Мне было бы непонятно…

— Зато зрелищно, я бы даже билет купил, — улыбнувшись, сказал Андрей.

Москва встретила их серым рассветом. Солнце только поднималось над крышами, и Гарри после душного клуба от прохладного утреннего воздуха почувствовал прилив свежести. Он сел прямо на бордюр, достал кошелёк и заглянул внутрь. Пусто.

— Я потратил всё, — сказал он без особого сожаления.

— Я тоже, — вздохнул Рон. — И даже не знаю, на что. В основном — на огневиски. И ещё на коктейль «Летучая мышь».

— Ты пил «Летучую мышь»? — ужаснулась Гермиона. — Там же девяносто градусов!

— Поэтому я сейчас ничего не чувствую, — счастливо сообщил Рон.

— А что за парень подходил к тебе? — вспомнил вдруг Пётр.

— А, этот, — Рон замялся. — Он показал пальцами кружок и сказал: «Ра-фа-эл-ло». Я дал ему два галлеона, думал, это какой-то особенный коктейль.

— Это конфеты, — устало сказала Гермиона.

— А-а...

Повисла тишина. Где-то вдалеке залаяла собака, проехала машина, воскресное московское утро продолжило свой суетный ход.

— Гарри, — сказал Андрей, поднимаясь бордюра и отряхивая джинсы. — С днём рождения.

— Спасибо, — ответил Гарри. Он посмотрел на просыпающийся город, на серое небо, на редких прохожих, которые уже спешили по своим делам. — Это было… странно.

— Лучшие дни рождения всегда странные, — заметил Пётр, помогая Марии встать.

Ровно в пять утра Гарри, Рон и Гермиона обнявшись с Андреем, Петром, Марией и Арабель и трансгрессировали в дом Фелла. Уставшие, с пустыми кошельками, зато с обнадёживающей новостью: Джинни и Изольда, скорее всего, в Кот-д’Ивуар.

— Как думаете, профессор спит? — спросил Гарри, переступая порог дома.

— Что сказала Арабель? — вопросом на вопрос ответила Гермиона, пропустив его слова мимо ушей.

— Пойдёмте на кухню, — предложил Рон. — Поедим и всё обсудим.

— Рон, ты же только что из клуба, — вздохнула Гермиона.

— Я там пил и танцевал, а не ел, — резонно возразил он.

Они прошли коридорами на кухню. За столом, положив голову на сложенные руки, спал профессор Фелл. Спал прямо в кресле. Рядом на столе стояла кружка с недопитым чаем.

— Профессор, — позвал Гарри, войдя на кухню. — Есть новости.

Фелл не ответил.

Рон, от усталости, не замечая ничего вокруг, с блаженной улыбкой плюхнулся на диван, а Гарри подошёл ближе и потрогал профессора за плечо.

— Профессор…

Фелл молчал. Его тело было неподвижным. Гермиона подошла ближе, коснулась его руки. Медленно убрав пальцы, она посмотрела на Гарри — и, словно боясь разрушить тишину, проговорила:

— Гарри… он мёртв.

Глава опубликована: 17.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
2 комментария
Автор, у меня к вам нескромный вопрос, кто вы по образованию? Очень интересно.
Я читала и всё время ловила себя на ощущении, что знаю этот голос. Нора - чистая Роулинг, Логрия - Толкин, Пещера Шёпотов - Желязны, усадьба Фелла, Москва, дорога через лес - Тургенев и Бунин. Кассиан с его «ненавижу» - Достоевский. Вы всё время меняете язык, может, поэтому и цепляет. Признавайтесь, где учились? Конечно, есть вопросы и по сюжету, но потом, сначала дочитаю до конца. Отдельное спасибо за Хелену Картер, пасхалка удалась))
Генрих Фильавтор Онлайн
Katrinf1 Филолог) Что касается языка и стилистики, об этом обязательно напишу, но чуть позже: тема слишком обширна для короткого ответа, а говорить о ней поверхностно не хочется. Отдельное спасибо за такую внимательность к деталям! Но небольшой спойлер: пасхалок ровно семь. Магическая семёрка)) Первая спрятана в первой книге (её не нашёл никто), три — в загруженных главах, одну вы раскрыли. Ещё три таятся ближе к развязке. Причём последняя, в самом финале, заставит вас взглянуть на всю историю совершенно под другим углом.
Спасибо за комментарий.
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх