Десять Шагов (гет)

Когда Гермиона вошла в собственную приемную, Хлоя уже сидела за столом и продолжала изучать тот же длинный свиток, которым была занята до обеда. Глубокая складка залегла у нее между бровей, настолько недовольна она была тем, что сейчас читала. Чуть присмотревшись, Гермиона заметила, что это был какой-то финансовый документ, состоявший из бесконечного числа строк с различными суммами. Мысленно она даже немного порадовалась, что у нее есть Хлоя, и ей не приходится заниматься всем этим самостоятельно. Да, она была книжным червем и могла проводить часы, копаясь в старых пыльных манускриптах в поисках нужной информации, но в финансовой отчетности было скучно копаться даже ей. Особенно, если эта отчетность касалась расходов их отдела на свитки, перья, чернила и еще кучу нужных, но до предела банальных бытовых мелочей.

Оторвавшись от чтения свитка, услышав, как захлопнулась дверь приемной, Хлоя с удивлением посмотрела на свою начальницу.

— Мисс Грейнджер, я думала, что вы в кабинете.

Гермиона постаралась улыбнуться как можно более непринужденно.

— Ты же знаешь — стоит выйти на обед на десять минут позже обычного, и попадаешь в самый час пик, когда даже чай несут полчаса, — Гермиона бросила взгляд на часы, висевшие над дверью в ее кабинет. В общей сложности она провела в кабинете Малфоя почти час, — Хлоя, а у нас есть свежий выпуск «Пророка»?

— Да, мисс Грейнджер, он у вас на столе рядом с окном. Я, как всегда утром, разложила там всю свежую прессу. В том числе и «Пророк».

Гермиона еле сдержалась, чтобы не стукнуть себя ладонью по лбу. Хлоя действительно каждое утро готовила для нее подборку прессы и отдавала отсортированную корреспонденцию. Просто сама Гермиона в последнее время не открывала ни одной газеты — слишком много было дел и писем, и на газеты уже не хватало времени. В конце концов, если бы произошло что-то серьезное — она бы об этом узнала из внутренней почты. Точнее, она должна была об этом узнать из утренней почты.

— Да, точно. Почему-то пропустила его сегодня утром. Спасибо, Хлоя, ты как всегда лучше всех.

Складка снова залегла у Хлои между бровей. Она посмотрела на нее с той же серьезностью, с которой изучала свиток с отчетом.

— Мисс Грейнджер, с вами все в порядке? На вас лица нет, вы не заболели? Может, вам что-то нужно?

Гермиона снова постаралась непринужденно улыбнуться. Ей бы поучиться надевать маску так же легко, как это делает Малфой. В отличие от него у нее, кажется, все было написано на лице, даже когда она этого не хотела.

— Нет, все хорошо. Просто много дел сегодня. От этих отчетов уже в глазах рябит. Так что я не отказалась бы от чашечки кофе.

Хлоя кивнула и достала палочку, чтобы запустить кофеварку.

— Конечно, мисс Грейнджер, сейчас принесу.

Войдя в свой кабинет, Гермиона первым делом вытащила Мантию-невидимку, которую она спрятала под блузкой и собственной мантией, и убрала ее в нижний ящик стола, на который тут же заложила мощные запирающие чары. Маловероятно, что кто-то решит пробраться в ее кабинет, но лишние меры безопасности не повредят. На столе рядом с окном лежала стопка свежей прессы, сверху которой свисал номер «Ежедневного Пророка». С первой полосы на Гермиону смотрели мужчина и женщина лет шестидесяти, запечатленные на крыльце своего дома. Женщина стояла в пол-оборота и уже открывала входную дверь, чтобы скрыться за ней от навязчивых фотографов и их колдокамер, а мужчина вскидывал руку, закрываясь от вспышек. В мужчине Гермиона узнала Кристофера Малоуэна, главу одной из чистокровных семей Британии.

Еще до Войны Кристофер был довольно влиятельным членом магического сообщества. Как и Малфои, он сильно полагался на свое имя и состояние, и активно лоббировал свои интересы в Министерстве. Но в отличие от того же Люциуса, Кристофер не был замечен в связях с Упивающимися и не принимал активного участия в Войне ни на одной из сторон. Благодаря этому он сохранил и свободу, и свою репутацию.

Женщину, стоявшую за спиной Малоуэна, Гермиона не знала. Судя по возрасту и тому, насколько они были похожи с Кристофером, это была его сестра. Однако Гермиона не могла быть уверена в этом на сто процентов.

Заголовок на первой полосе гласил: «Больше не безопасно?», а ниже небольшое дополнение: «Ограбление поместья Малоуэнов, которое ранее считалось неприступным»

Сев в кресло рядом с окном, Гермиона углубилась в чтение статьи.

«Сегодня ночью особняк семьи Малоуэн подвергся нападению неизвестных. Как стало известно из анонимного источника в Министерстве Магии, нападение произошло около четырех часов утра, когда все члены семьи спали. Защитные чары, в изобилии окружавшие поместье, по неизвестной причине не сработали.

Как нам удалось выяснить, целью грабителей стала уникальная коллекция артефактов Малоуэнов, которую собирали многие поколения семьи. Что именно было похищено, пока остается неизвестным. Кроме того, пропажа была обнаружена только утром, что может говорить о том, что целью грабителей мог стать артефакт, не относящийся к основной коллекции.

Напомним, что многие поколения семьи Малоуэн известны благодаря своим изобретениям, которые широко используются в повседневной жизни. Кроме того, известно, что некоторые из членов этой семьи занимались разработками для Министерства и даже являлись сотрудниками Отдела Тайн.

Сам глава семьи Кристофер Малоуэн от комментариев отказался.

Поместье Малоуэн находится в графстве Девон. Оно всегда считалось одним из самых защищенных мест в магической Британии благодаря уникальному комплексу защитных чар и артефактов, разработанных еще в XVIII веке. Однако теперь их безупречная репутация оказалась подорванной. А после неоднократных инцидентов с похищениями, происходившими в банке Гринготтс, можно считать, что единственным безопасным местом в магическом мире остается школа чародейства и волшебства Хогвартс».

Гермиона отложила «Пророк» на стол и встала с кресла. Именно в этот момент в кабинет постучала Хлоя, которая принесла чашку крепкого кофе с ложкой сахара и небольшим количеством сливок. Все, как и любила Гермиона. Поблагодарив свою помощницу, Гермиона взяла чашку и села уже за свой стол, откинувшись на спинку стула и закрыв глаза.

В целом, понятно, почему Малфой забеспокоился. В самом начале статьи было указано, что у «Пророка» был анонимный источник в Министерстве. При этом в самом Министерстве все были уверены, что ничего страшного сегодня ночью не произошло, и про ограбление никто не был в курсе. Ровно до того момента, пока сам Малфой не открыл сегодняшнюю утреннюю газету.

При этом, что именно было украдено, в статье также не указывалось. Вряд ли это было что-то сильно важное для Малоуэнов, раз это не обнаружили сразу. Но ведь взяли только что-то одно, значит, это что-то было важно именно для похитителя.

В любом случае, нужно было поговорить со Стюартом. Сейчас для нее самый удобный момент — как единственный заместитель она как раз курировала и его группу. В любой момент Малфой мог поставить второго заместителя, и тогда ее возможности резко станут гораздо меньше.

Сделав глоток кофе, Гермиона снова встала с места и подошла к окну. С первой полосы на нее все так же смотрел Кристофер Малоуэн, старательно скрывающий свое лицо от журналистов. С ним Гермионе тоже нужно было поговорить, вот только когда? Сегодня уже пятница, завтра ее ждет бал, а уже в понедельник Малфой вполне может отстранить ее от всех оперативных дел. Действовать нужно было быстро. Малоуэны наверняка ждут, что кто-нибудь из Министерства вскоре появится снова. Да и Малфой может в любой момент заметить, что она интересуется этим делом и отстранить ее.

Может, отправиться к Малоуэну завтра утром? Нет, перед балом ее еще ждал традиционный обед для Героев войны, к которому еще предстояло подготовиться. В этот раз Кингсли пригласил министров магии из других европейских стран, так что Гермиона просто не могла на него не прийти.

Тогда нужно ехать в воскресенье утром. Она постарается выяснить как можно больше напрямую от Малоуэна, а уже потом решит, что ей делать с этой информацией. Интуиция буквально кричала ей, что за этой небольшой статьей, в которой не было абсолютно никаких подробностей, действительно кроется что-то очень важное. Гермиона готова была хоть сейчас аппарировать в Девон, но сначала нужно было поговорить со Стюартом.

Сделав последний глоток кофе, Гермиона вышла из своего кабинета и направилась в сторону кабинетов, которые занимала группа по обеспечению магического правопорядка.

Коридоры Министерства были почти пусты, если не считать стаек записок, которые летали во все стороны, удивительным образом не врезаясь друг в друга. Вернувшиеся с обеда сотрудники в это время обычно сидели по своим кабинетам и либо занимались своей обычной работой, либо болтали с коллегами, чтобы как-то отвлечься от послеобеденного желания поспать. К тому же сейчас было лето — традиционно «мертвый» сезон, когда большинство проектов ставились на паузу то ли из-за постоянных отпусков, то ли из-за того, что было просто преступлением работать в такую прекрасную погоду. А если вспомнить, что сегодня была пятница, а завтра вечером состоится Бал, то и говорить о том, чтобы кто-то работал, не приходилось.

Пройдя три поворота, Гермиона, наконец, оказалась перед кабинетом Уильяма Стюарта. В отличие от нее самой и Малфоя, приемной с секретарем у него не было, и потому, постучавшись и дождавшись приглушенного «войдите», Гермиона толкнула дверь и сразу оказалась в кабинете.

Первое, что увидела Гермиона, был не сам Уильям, сидевший за столом справа от двери, а огромная книжная полка во всю стену, заставленная одинаковыми папками, которые отличались только порядковыми номерами на корешках. Все папки стояли в идеальном порядке. Гермионе на ум пришло только два варианта: либо Стюарт настолько педантичный человек, либо эти папки, однажды выставленные, вообще никто не трогал. А учитывая, какой бардак творился в документах Стюарта, исключать второй вариант было точно нельзя.

Увидев Гермиону на пороге своего кабинета, Уильям моментально вскочил с места.

— Мисс Грейнджер! Не ожидал вас здесь увидеть, — Стюарт на несколько секунд замешкался, и в кабинете повисло неловкое молчание.

Взглянув на лицо Уильяма, Гермиона мысленно посочувствовала ему. Обычно довольно собранный и спокойный, сегодня выглядел довольно потерянным. Волосы растрепались, а на рукаве мантии было заметно пятно от чернил.

— Может, предложите мне присесть? — Гермиона ободряюще улыбнулась и указала на стул для посетителей.

Уильям как будто вышел из ступора, кивнул и растерянно постарался пригладить волосы одной рукой, чем растрепал их еще сильнее. Гермиона села на стул и выжидающе посмотрела на Стюарта, который все еще оставался стоять. После небольшой заминки он все же тоже сел обратно на свое место.

— Вы не частый гость у нас. Вас прислал мистер Малфой? — Уильям постарался говорить спокойным тоном, но получалось у него это плохо.

— Нет, я здесь по своей инициативе. Мистер Малфой ничего не знает.

Лицо Стюарта слегка расслабилось, когда он услышал ответ. Хотя, конечно, нельзя было точно сказать, поверил ли он Гермионе или нет.

— Тогда я могу вам чем-то помочь? Если вы по поводу того дела, которое мы должны были подготовить к рассмотрению в Визенгамоте на прошлой неделе, то мы немного задерживаемся из-за того, что один из моих сотрудников попал в св. Мунго после неудачной аппарации и расщепления. Ему сейчас наращивают новую кожу на руке.

Уильям говорил настолько быстро и сбивчиво, что Гермиона не могла вставить слово, чтобы остановить его.

— Нет, мистер Стюарт, я не по поводу этого дела. Никакой срочности в нем нет, и я не планировала инициировать заседание раньше следующего месяца. Сами понимаете, с уходом мистера Элиота и мистера Льюиса, появились новые, более важные дела.

— Да, конечно. Я понимаю, — Стюарт понимающе закивал и отвел взгляд. — Но тогда в чем дело?

Гермиона помедлила секунду. Говорить с Уильямом в том же тоне, которым с ним говорил Малфой, ей не хотелось. Но при этом и выглядеть излишне сочувствующей тоже было неправильным. В конце концов, кто-то в отделе Стюарта, если не он сам, накосячил, и сочувствие здесь просто неуместно. Но Гермионе при этом критично важно было, чтобы он не закрылся и рассказал ей как можно больше.

— Мистер Стюарт, скажу честно, повод не самый приятный. Но я здесь для того, чтобы разобраться, — она постаралась, чтобы ее тон звучал как можно более мягко. — Дело в том, что после ухода мистера Льюиса, мне передали подготовку ежемесячных отчетов по всем происшествиям в отделе, плюс на носу квартальная отчетность. И когда я начала разбираться с документами, я поняла, что у нас есть много пробелов. Можете рассказать подробнее, как именно происходит работа с вызовами в вашем отделе? Я хочу разобраться, на каком этапе что-то может идти не так, потому что если не я, то это начнет делать мистер Малфой. Я думаю, никому из нас это не нужно.

Уильям заметно напрягся и в упор посмотрел в лицо Гермионе, словно решал про себя, насколько он может ей доверять. После пары секунд молчания он отвел взгляд и забарабанил пальцами по столу.

— Что именно вы хотите узнать, мисс Грейнджер? В чем именно заключаются эти пробелы?

Гермиона лихорадочно перебирала в голове все косяки в отчетах, которые она могла плавно вывести на разговор о поместье Малоуэнов максимально естественно. Но, как назло, ничего в голову не лезло. Что ж, можно было пойти с самого начала и посмотреть, куда это могло ее привести.

— Расскажите мне, как обычно происходит работа с вызовами? Как вы получаете сигнал, как отрабатываете его и вносите в отчетность?

Стюарт снова растерянно пригладил волосы, но казалось, что он немного расслабился. Это уже было неплохо.

— Да, конечно. Вы знаете, что у нас есть три основных способа приема обращений, не считая сов, конечно. Первый — это телесный Патронус. При появлении Патронуса дежурный сотрудник фиксирует в журнале вызов и отправляет на место одного или нескольких сотрудников, в зависимости от того, с какой опасностью можно столкнуться на месте. Второй способ — это вызов через камин. Здесь все аналогично. Если у волшебника нет камина и он не может вызвать телесного Патронуса, он может воспользоваться специальным зачарованным кнатом, который можно получить в Министерстве. При его активации, в нашем специальном журнале появляется запись с именем волшебника, адресом и поводом для вызова. И дежурный также отправляет на место сотрудника.

Гермиона кивнула. Все это она, конечно, знала. Когда-то в самом начале своей министерской карьеры ей даже удалось несколько смен отработать в качестве дежурной. Хватило ее меньше, чем на месяц и она быстро перешла в судебную службу, которая тесно была связана с Визенгамотом. И там она была гораздо полезнее.

— Что происходит с вызовом после того, как оперативная группа вернулась с задания?

— Дежурный вносит пометку в журнал о статусе вызова, а сотрудник, выезжавший на место, готовит свой отчет с более подробным описанием произошедшего. Мы все делаем согласно старой процедуре, никаких изменений не было.

И снова да, никаких изменений. Гермиона делала все то же самое. Система двойного контроля, чтобы снизить количество ошибок и несостыковок, вот только где-то здесь и была проблема. И кажется, Гермиона уже начала понимать, где именно она находилась.

— Вы знаете, мистер Стюарт, когда я проверяла все последние отчеты, я постоянно видела одну и ту же проблему: отчет дежурного и отчеты волшебников, которые выезжали на место, иногда не сходились. В дежурном журнале появлялись отметки вроде «ложный вызов», хотя в отчете сотрудника было много деталей, которые говорили о том, что вызов не был ложным. Или в журнале есть пометка о закрытии вызова, но при этом в отчете приложены новые обращения от тех же волшебников с новыми подробностями, но никакого движения дальше просто не происходит. Или отчета от группы просто нет, есть только запись в журнале. Что вы об этом думаете?

Лицо Стюарта побелело. Он уже начинал понимать, что именно происходит в его отделе.

— При подготовке сводного отчета за день, не сверяются данные двух источников.

Гермиона кивнула. Да, кажется, так и было. Когда она разбирала бумаги, она сначала думала, что все происходит в какой-то спешке, в основном в дни, когда поступало много вызовов, и сотрудник, готовивший отчеты, просто экономил время, не сверяя между собой источники, но что, если эта проблема была системной?

— Кто занимается отчетами в вашем отделе?

Стюарт задумался, откинувшись в своем кресле. Он все еще думал, стоит ли до конца доверять Гермионе, или все-таки постараться разобраться во всем самому? Уильям понимал, что, если бы она хотела его подставить — она бы не пришла с этим к нему, а пошла бы сразу к Малфою.

— У нас есть несколько сотрудников. Кто-то сводит ночные отчеты, кто-то дневные. Мы старались ротировать сотрудников, потому что в последнее время все больше молодых волшебников стремятся не к кабинетной работе, а к выездам на происшествие. Вы сами знаете, мисс Грейнджер, после Войны стало модно быть «героем», а не «книжным червем».

— Тогда вам нужно будет проверить все отчеты за последнее время и понять, с чем связана такая халатность. Это один человек, или связано с большим количеством вызовов? Нужно понимать, где именно у нас проблема, чтобы принести мистеру Малфою ее решение, а не показать нашу некомпетентность, — дождавшись одобрительного кивка от Стюарта, Гермиона продолжила. — Еще я видела, что в утреннем «Пророке» появилась статья о ночном ограблении Малоуэнов. Меня смущает, что они написали об источнике внутри Министерства. Может, я зря это связываю между собой, но… Все это достаточно подозрительно, правда?

Услышав от Гермионы упоминание Малоуэнов Стюарт побледнел еще больше. Если присмотреться, можно было даже увидеть синеватые вены у него под глазами и на щеках. Но когда он заговорил, его голос звучал так, словно он изо всех сил пытался скрыть усилившееся волнение.

— Надеюсь, что это всего лишь газетный штамп. В конце концов, мало ли источников у журналистов? Кто знает, может, кто-то из семьи решил поговорить с этой Треверс, или она вовсе подслушала чей-то разговор?

Помедлив, Гермиона кивнула, вспоминая, как она сама когда-то давно поймала на этом Риту Скитер. Вряд ли она была единственным журналистом-анимагом, который использовал свои способности для работы. Но все же сейчас Гермиону волновал не только и не столько возможный крот.

— Надеюсь, что хотя бы с отчетом в этом деле все в порядке. Вы проверяли его сегодня?

И снова небольшая пауза. Их разговор начинал напоминать Гермионе игру в шахматы: после каждой ее фразы Стюарт будто обдумывал свой ход, прикидывая, сколько именно информации он готов ей сказать. Но, к счастью для нее, Уильям все-таки решил ей довериться.

— Нет, мисс Грейнджер, с ним не все в порядке. Все то же самое, что мы и обсудили ранее. В журнале вызов отмечен как ложный. Мистер Малоуэн сказал, что у них ничего не пропало. Да, в хранилище был небольшой погром, и он сказал, что, возможно, какой-то из его артефактов внезапно выбросил поток энергии, и он решил все же вызвать оперативную группу. Мы не нашли следов посторонней магии, поэтому вызов и закрыли, — Уильям достал палочку и, взмахнув ей, притянул к себе одну из папок, стоявшую на полке. Достав оттуда несколько листков, он протянул их Гермионе. — Это было в четыре тридцать семь утра. В пять десять Найджел Симонс, который выезжал в поместье Малоуэнов, написал подробный отчет и приложил его к делу. Но уже в семь сорок три в приемную аппарировал эльф-домовик и передал записку от мистера Малоуэна, что все-таки они обнаружили пропажу одного из нескольких компендиумов, которые хранились в этом же помещении. И вот этого уже нет в журнале, при этом сама записка приложена к делу.

Гермиона взяла в руки записку, на которой стояла печать дома Малоуэнов. Сама она была написана красивым, но довольно старомодным почерком с завитушками. Скорее всего, это писал не сам Кристофер Малоуэн, а его жена или сестра.

— Но в утреннем отчете вызов все равно помечен ложным?

— Именно так. Этот отчет готовила Саманта Аллен. Вы, должно быть, знаете ее, вы ведь сидели в одном кабинете. Но я не могу с уверенностью утверждать, что она же готовила все остальные отчеты, ошибки в которых нашли вы.

Снова повисло молчание. Теперь уже Гермиона обдумывала, что ей сказать дальше. Да, вся ситуация с отчетностью казалась подозрительной, но, если проблемы были только в тех случаях, когда отчет готовила Саманта, Гермиона даже могла бы назвать это просто халатностью, без всякого злого умысла. Сейчас куда важнее было разобраться, заинтересовался ли этим делом Малфой только из-за этой халатности, или по какой-то другой причине.

— А кто-то выезжал к ним повторно? Проверял, в чем там дело?

Уильям покачал головой.

— Я обнаружил это меньше часа назад. И пока думал, что именно мне стоит делать в этой ситуации. Учитывая, что мистер Малфой сам заметил эту несостыковку.

И вот тут Гермиона увидела возможность и решила взять все в свои руки.

— Давайте исходить из худшего сценария: кто-то в нашем отделе решил скрыть это происшествие из общей сводки. Сейчас об этом знаем только мы с вами и мистер Малфой. Я вам доверяю, а вы мне? — дождавшись, когда Стюарт кивнет, Гермиона продолжила. — Тогда скажите мистеру Малфою, что у него будет подробный отчет об этом деле в понедельник утром. Я проверю, что там у Малоуэнов, а вы пока разберетесь, почему в наших отчетах столько ошибок.

— Мисс Грейнджер, я считаю, что нам нужно уведомить мистера Малфоя. Он сам заметил эту несостыковку, и он ждет от нас результата. К тому же, похищена просто книга, вы думаете, что кто-то бы стал специально скрывать ее похищение через подлог внутри Министерства? — Уильям усмехнулся. — Мне кажется, вы слишком преувеличиваете значение этого происшествия.

Гермиона мысленно выдохнула. Чем меньше Стюарт верит в значимость этого ограбления — тем проще ей будет скрыть от него все, что ей удастся выяснить самой. То, что он не напрашивается в поместье Малоуэнов вместе с ней, и при этом поможет ей разобрать бумаги, пока она занимается расследованием — это уже большая победа.

— Но у нас с вами нет финальной картины. Если мисс Аллен всего лишь решила не проверять все документы по делу, а просто написала отчет на основании одного журнала — это одно. Но если мы сначала скажем, что разобрались с этим делом, а потом выяснится, что мы даже половины не знаем, то мистер Малфой не будет этим доволен.

Стюарт слегка поджал губы, задумавшись, и затем согласно кивнул.

— Хорошо, мисс Грейнджер, тогда до понедельника собираем полную картину.

Встав со стула, Гермиона направилась к двери, задержавшись у нее, положив ладонь на ручку двери.

— Мистер Стюарт, пока не стоит говорить мистеру Малфою, что я тоже вовлечена. Мне не нужно, чтобы он счел это моей самодеятельностью.

— Конечно, мисс Грейнджер, я понимаю.

Выйдя в коридор, Гермиона, наконец, выдохнула. Все прошло гораздо лучше, чем она могла представить. Теперь ей нужно было только поговорить с Кристофером Малоуэном по поводу этой книги, или как назвал ее Стюарт, компендиума. И она знала кое-кого, кто мог бы помочь ей разобраться с тем, что это такое и зачем эта вещь вообще кому-то понадобилась.

* * *

Когда Гермиона зашла в свою квартиру, из гостиной доносился звук телевизора и голос Лукаса, который болел за какого-то участника «Голоса». В коридоре ее, как всегда, встретила Фанни, которая, кажется, уже устала весь день присматривать за своим довольно шумным гостем. Гермиона могла поклясться, что на ее морде было написано возмущение, а если бы Фанни умела разговаривать, то, возможно, рассказала бы про свой день не в самых цензурных выражениях. Почесав кошку, Гермиона, наконец, вошла в гостиную.

Лукас сидел на спинке дивана, вцепившись в пульт от телевизора. На экране телевизора показывали, как Том Джонс, которого очень любила ее мама, делает мучительный выбор между двумя своими участниками. У Лукаса уже явно образовался любимчик, за которого он сейчас болел. Буквально через секунду, после того как вошла Гермиона, Том Джонс назвал одно из имен, и Лукас издал разочарованный стон.

— Не-е-ет! Это несправедливо! — едва удержавшись от того, чтобы бросить пульт прямо в экран, Лукас в поисках поддержки посмотрел на Гермиону. — О чем он вообще думал? Как можно было не выбрать Брендана?

Гермиона улыбнулась и пожала плечами. Как выходец из чистокровной семьи, живущей где-то в маленькой магической деревне на юго-востоке Германии, Лукас практически ничего не знал о быте магглов, поэтому практически все ему было в диковинку. Гермиона невольно вспомнила свой первый год жизни с Роном, когда они только сняли свою первую квартиру в одном из районов Лондона. Почти каждое маггловское изобретение, которое появлялось в их доме, Рон встречал с неподдельным восторгом, вызывая в Гермионе прилив очень теплых чувств. Как это было давно…

— Вижу, ты разобрался с телевизором.

— Да, у магглов тут столько всего! Это просто магия какая-то! — дождавшись, когда Гермиона снова улыбнется, Лукас улыбнулся в ответ. — А как прошел твой день?

В ответ Гермиона слегка поморщилась. Говорить обо всем, что произошло с ней сегодня, ей не очень хотелось. Да и незачем было нагружать Лукаса всеми переживаниями, которые ее беспокоили. Она и так слишком много на него вывалила, и сейчас чувствовала себя немного виноватой.

— Как всегда — ничего особо хорошего, но и не сказать, что совсем ужасно. Ты весь день провел дома?

— О, нет! Этот твой телевизор, конечно, скрасил мне пару часов. Но ты меня знаешь — долго сидеть дома это не для меня. Я тут порылся в своих вещах, и понял, что как-то не ожидал, что меня пригласят на бал, и у меня нет с собой ничего подходящего. Поэтому я тут немного прогулялся по Диагон-аллее, и прикупил кое-что. Кстати, это тебе.

Лукас взял со стола книгу и протянул ее Гермионе. Это был новый роман Беатрис Эллвуд — восходящей звезды магического приключенческого романа. Как раз этой книги и не хватало у нее в маленькой библиотеке. Гермиона немного покраснела и благодарно обняла Лукаса.

— Спасибо, но тебе, правда, не стоило тратиться.

Лукас крепко стиснул Гермиону в своих объятиях в ответ и провел рукой по ее спине.

— Ты что? Это меньшее, что я могу сделать для тебя за то, что ты меня приютила. К тому же, у тебя, наверняка сейчас так много работы, что некогда и в магазин сходить. Но как только будет свободная минутка — ты уже знаешь, чем себя занять, — чуть отстранившись, Лукас обхватил Гермиону за плечи и посмотрел ей в глаза. — А еще я знаю, что ты очень устала, а потому я взял кое-что навынос из какого-то нового ресторанчика на Дранк-аллее.

Гермиона давно отвыкла от такой заботы, а потому даже слегка приоткрыла рот от удивления.

— Лукас, ты просто лучший!

— Я знаю, — он искренне рассмеялся и выпустил Гермиону из своей хватки, мягко подтолкнув ее в сторону кухни.

Маленький обеденный стол уже был сервирован. От еды шел пар, как будто ее только что достали из духовки или сняли с плиты. Рядом с тарелками — пустые бокалы для красного вина. Этот не самый приятный день должен хотя бы закончиться хорошо. Лукас чуть отодвинул стул, приглашая Гермиону присесть. Усадив ее за стол, он достал из холодильника бутылку красного полусухого вина и одним взмахом палочки откупорил ее.

— Кажется, это твое любимое. Я ничего не забыл?

— Нет, не забыл.

Гермиона немного засмущалась. Книга, ужин, теперь ее любимое вино. Она чувствовала себя будто на свидании. Но вот только этого свидания она пока не искала. Словно заметив ее замешательство, Лукас немного сбавил обороты.

— Так, не подумай ничего такого. Я просто хотел сделать тебе приятное. Опять же, ты позволила мне остаться у себя, а там, откуда я родом, так принято говорить «спасибо».

Гермиона смутилась еще больше. У нее что, все настолько на лице написано? Или Лукас просто легиллимент, а она об этом не знала?

— Мне просто кажется, что вино немного лишнее. Ты сам видел вчера, как быстро я пьянею. Завтра тяжелый день.

— А я, с твоего позволения, все-таки выпью бокал, — Лукас налил себе вина и взмахнул палочкой, поднимая со стола графин с прохладной водой, чтобы наполнить бокал Гермионы. — И все же, неужели Малфой сегодня вел себя тише воды, что ты даже не хочешь на него пожаловаться? Вчера все разговоры были только о нем.

Гермиона сделала глоток воды из своего бокала и положила в тарелку картофельное пюре и поджаренную утиную грудку. Говорить о подслушанном разговоре ей не очень хотелось, а вот кое в чем другом Лукас мог быть полезен. Хоть Гарри и считал, что ему по какой-то причине нельзя доверять, Гермиона этого мнения не разделяла. Никаких крайне секретных сведений она все равно не собиралась разглашать, а опыт Лукаса мог помочь ей самой продвинуться в этом расследовании.

— Ты знаешь, сегодня он был просто Малфоем. Как всегда, постарался вывести меня из себя, но я даже начинаю немного привыкать, — отвлекшись на вкуснейшую утку, Гермиона продолжила. — Но знаешь, у нас в отделе произошло кое-что странное. Может, ты читал сегодняшний «Пророк»?

Лукас слегка задумался.

— Кажется, там было что-то про Малоуэнов, да? Ты теперь и расследованиями ограблений занимаешься?

Гермиона уклонилась от ответа на последний вопрос, продолжая вести разговор в нужном ей направлении.

— Да, Малоуэны. У них украли какой-то компендиум. Может, ты в курсе, что это может быть? Они не особо много о нем рассказали, как будто хотели что-то скрыть. Я поняла только, что это какая-то книга.

Лукас немного задумался, продолжая за обе щеки уплетать утку.

После ухода из Министерства Магии он вернулся в Германию, где устроился на работу к пожилому поверенному, который представлял интересы нескольких старых магических домов на континенте. Многие из них обладали таким количеством различного имущества, которое нужно было описать, выяснить его происхождение или включить завещание, что теперь Лукас неплохо разбирался во всем этом.

— Ну тут много вариантов, конечно. Чаще всего, это просто какой-то список артефактов, которыми владеет семья. Сама понимаешь, там за века иногда столько всего в подвалах накапливается, что потом мы неделями разбираемся, и без компендиумов это вообще могло бы занять годы.

Гермиона кивнула, принимая к сведению. Если бы это был такой компендиум, то вряд ли бы его вообще кто-то решил украсть. Зачем красть список артефактов, когда можно украсть сам артефакт?

— А если это не просто список, то что?

— Так, с этим уже сложнее. Один раз я работал с семейным древом одной семьи, которое почему-то называли компендиумом. Но это тоже вряд ли. А чем там известны эти Малоуэны?

— Если не ошибаюсь, они изобрели Самозапирающиеся ларцы. Знаешь, такие, которые может открыть только владелец. И еще кристаллы, которые могут считать магические следы.

Лукас подумал пару секунд, сделал глоток вина и пожал плечами.

— Тогда я бы заподозрил компендиум с какими-то семейными изобретениями. Ну знаешь там, как производить, какие чары накладывать и все такое. Возможно, кто-то просто решил подзаработать на этом. Зачем красть какую-то вещь, если ты можешь украсть инструкцию по тому, как эта вещь создается и сделать себе сотню таких? Да и вообще, ты знаешь, сколько я повидал семей, которые вообще не в курсе, какими артефактами они владеют? Может, Малоуэны даже не знают, что это за книга, вот и не могут ничего толком объяснить.

Гермиона задумалась, покручивая бокал с водой за высокую ножку. Вряд ли кто-то решил украсть секрет ларцов, которые встречались едва ли не в каждом втором доме и никому не были особо нужны. И насколько ей удалось выяснить вечером, уже как минимум два последних поколения Малоуэнов не изобретали ничего нового, а жили благодаря изобретениям, которые сделали их семью богатой несколько поколений назад. Но Лукасу она решила это не озвучивать.

— Да, наверное, ты прав. Может, они и правда не знают, что у них украли.

Лукас согласно закивал и поднял бокал.

— Ну и отлично. Уверен, вы с этим разберетесь. А сейчас ты доедаешь эту утку, и я покажу тебе, какую мантию для завтрашнего бала я в итоге купил.