Последняя Певерелл (джен)

После битвы прошло почти четыре месяца, прежде чем удалось похоронить погибших, не дать правительству развалиться, арестовать множество сторонников Тёмного Лорда, залечить раны и начать суд над Брайтбарком.

Когда дело наконец дошло до суда, его быстро признали виновным в убийстве и покушении на убийство. Правда, судил его Визенгамот, где было немало сторонников рода Блэков. Жасмин и Сириусу пришлось взять самоотвод: Брайтбарк пытался убить их самих, и они выступали свидетелями.

Приговор должны были огласить сегодня вечером, но ни Жасмин, ни Сириус слушать его не собирались. Брайтбарка признали виновным, и для Жасмин это было главным. Сириус опасался, что не удержится и запустит в него заклятием, поэтому остался дома. Но Жасмин знала и другую причину: ему не нравилось, когда люди пялились на него в магическом кресле на колёсах. Белла присутствовала на суде и потом в красках перескажет им всё, что произошло.

Последние несколько месяцев Визенгамот собирался только для рассмотрения уголовных дел. Чистокровным родам нужно было справиться с последствиями битвы, прежде чем снова предстать перед народом и голосовать за новые законы. Через два дня предстояло голосование по законопроекту об оборотнях. Жасмин надеялась отменить хотя бы часть самых устаревших законов и добиться более современного подхода к правам магических существ. После всех смертей и арестов в консервативных рядах Визенгамота у неё появился шанс провести эти изменения без особого сопротивления. Кроме того, Дамблдор уходил с поста Верховного волшебника Международной конфедерации магов. Директор решил, что пора постепенно отойти от политики и уступить дорогу молодым. А значит, предстояло избрать и нового главу Визенгамота. Последний раз такое случалось несколько десятилетий назад.

Жасмин находила время и на законопроекты, и на задания Гринготтса, но почти все свободные часы тратила на переделку дома, чтобы Сириусу было удобно передвигаться в магическом кресле. У самого Сириуса были вполне определённые задумки, как усовершенствовать магловское устройство. Главным источником вдохновения ему служил собственный мотоцикл, стоявший в сарае за домом. Тео настоятельно просил обойтись без радикальных переделок. Ему и так хватало забот с лечением Сириуса.

Если тот начнёт ломать едва сросшиеся кости, Тео его убьёт.

В итоге кресло изменилось не так уж сильно. По крайней мере, по меркам Сириуса. Большинство переделок проходило под надзором Жасмин: именно она наносила руны на эту проклятую штуку, а Лили накладывала почти все чары. Вдвоём они предусмотрели достаточно защитных мер, чтобы Сириус не пострадал. Кресло даже немного летало: могло зависнуть примерно в метре над землёй и двигаться в любую сторону с помощью джойстика, который Жасмин разработала специально для него.

По мнению детей, это было «круто». Близнецы обожали кататься с Сириусом по дому. Чарли больше всего радовался тому, что кресло летает: теперь он мог побыть настоящим драконом. Правда, у него была и метла, способная подниматься выше и лететь быстрее, но Жасмин не собиралась спорить. Лишь бы ему нравилось.

У Тео от этих развлечений разве что слегка колотилось сердце. Мерлин, его наверняка послала Жасмин сама госпожа Магия. Последние несколько месяцев он жил у них, помогая Сириусу восстанавливаться после покушения.

Мальчиков потрясло то, что случилось с Сириусом, но все они были просто счастливы, что остались живы. До недавнего времени все члены семьи обязаны были раз в неделю посещать целителя душ.

Билл вернулся в Хогвартс в начале марта. Как оказалось, по всем предметам он опережал одноклассников. В нескольких письмах он жаловался на скуку… пока Жасмин не предложила прислать ему дополнительные задания. На этом жалобы закончились.

По выходным он, правда, навещал Артура за океаном. С выздоровлением отца всё было непросто: хорошие новости чередовались с плохими. К счастью, сознание Артура прояснялось, пусть медленно, но верно. Целители полагали, что ещё через несколько лет он сможет оставаться с мальчиками без присмотра дольше чем на несколько минут. Сам заботиться о сыновьях Артур уже никогда не сможет, зато сумеет проводить с ними время, не впадая в маниакальное состояние.

Том создал чрезвычайно сильное пыточное заклинание. Жасмин знала, что Белла и Сириус изучали его в Отделе тайн. Ей не полагалось знать подробности того, что происходило за закрытыми дверями, но кое-какими мелочами Сириус всё же с ней делился.

Сейчас Жасмин сидела в домашнем кабинете и старалась до обеда закончить часть работы для Гринготтса. Через два часа у Сириуса была лечебная гимнастика, и она хотела освободить вторую половину дня на случай, если что-нибудь пойдёт не так. Уже несколько раз во время занятий с Тео у Сириуса случались магические выбросы. Жасмин наконец доделывала защитные чары для поместья Малфоев. Работу над защитой Хогвартса она завершила спустя три недели после последней битвы в Министерстве.

Кабинет почти не изменился. Она перенесла сюда несколько инструментов из Гринготтса, чтобы больше работать дома, но в остальном всё осталось на прежних местах. От мыслей её отвлекло ярко-зелёное пламя в камине. К столу подлетел обгоревший клочок пергамента. Жасмин поймала его и развернула. Альбус спрашивал, может ли он с ней поговорить. Странная просьба, но немного времени у неё было.

Жасмин взмахнула рукой, и пламя стало ярко-синим, открывая доступ посетителям. Через мгновение из камина вышел Альбус, отряхивая ярко-бирюзовую мантию. Жасмин указала на кресло перед столом. Он сел напротив, и в глазах у него заиграл тот самый проклятый блеск.

— А, леди Певерелл, рад, что вы нашли время поговорить со мной. Мне хотелось задать вам несколько вопросов перед завтрашним заседанием Визенгамота.

— Я полагала, вы уходите в отставку, Альбус. Чем же я могу понадобиться? — спросила она, убирая несколько договоров со стола в запечатанный магией ящик.

Перед ними появился поднос с чаем и печеньем.

Альбус взял чашку, а Жасмин откусила кусочек печенья.

— Это так, но я хотел сообщить вам, какой приговор вынесли Брайтбарку. Я считаю себя ответственным за него. Мне очень жаль, что всё это произошло с родом Блэков. К моменту последней битвы я ещё не понимал, как далеко он зашёл.

Жасмин вздохнула.

— Перед Сириусом вам придётся извиниться отдельно. Я не вправе принимать извинения от его имени. Брайтбарк сотворил с ним ужасное. А теперь расскажите, что ему присудили.

— До конца жизни он будет служить общине оборотней на севере. А вот как именно, Беллатриса решит сама, без посторонних.

Остаток жизни Брайтбарка превратится в сущий ад, и Жасмин это вполне устраивало.

— Ещё я хотел узнать, собираетесь ли вы завтра выдвигать свою кандидатуру на мой пост.

Об этом ей говорили уже несколько союзников. Она победила Тёмного Лорда, и, если бы захотела занять пост, политическая поддержка у неё была. Многие хотели видеть во главе Визенгамота либо её, либо Сириуса. Но ни он, ни она не собирались посвящать политике больше сил, чем требовалось. Они сошлись на том, что затея ужасная: у обоих было слишком много собственных интересов и слишком определённые политические пристрастия. Поэтому Жасмин и Сириус придумали другой вариант и собирались предложить его на ближайшем заседании.

— Не собираюсь, разве что другого выхода не останется. Мальчики, работа, Сириус… Мне пока хватает забот. Правда, с Сириусом и до появления детей хлопот было на целый день, но что поделаешь, — ответила она, пожав плечами и следя за реакцией Альбуса.

Он нахмурился и сделал глоток чая.

— Удивительно. Немногие отказались бы от такой возможности.

Жасмин положила имбирное печенье обратно на поднос.

— Я никогда особенно не стремилась соответствовать чужим ожиданиям. Своего я добилась ещё до того, как попала в Визенгамот. Впрочем, вряд ли вы пришли только за этим.

По правде говоря, они с Сириусом уже гадали, когда директор заглянет. В списке будущих учеников Хогвартса кое-что изменилось, и Жасмин знала, что Альбус непременно сунет туда нос. Не умеет он оставить людей в покое.

— Да, видите ли, я заметил, что юного Чарли нет в списке будущих учеников Хогвартса. Хотелось бы знать, как это возможно.

— Чарли будет учиться в частной школе, где специализируются на уходе за магическими существами и обращении с ними. Его приняли в Йосемитскую школу природной магии и охраны природы. Там начинают учиться на год раньше, чем в Хогвартсе, так что в следующем сентябре он уедет.

— Вы ведь понимаете, что его семья поколениями училась в Хогвартсе?

— Да, и Билл сейчас учится в Хогвартсе. Близнецов мы тоже пока собираемся отправить туда, когда им исполнится одиннадцать. Чарли интересуют магические существа, а в Хогвартсе до третьего курса нет предметов, которые отвечали бы его потребностям. В Школу природной магии попасть непросто, но Чарли прошёл вступительные испытания. Я не собираюсь мешать ему заниматься тем, что ему нравится.

— Чарли ещё ребёнок. Вы позволите ему самому определять своё будущее в восемь лет?

Жасмин закатила глаза. Благодаря знанию будущего она была уверена, что всё это не зря, но Чарли всё равно пришлось пройти особые магические испытания. Проверяли его связь с природой и предрасположенность к дикой магии. В обоих случаях его результаты оказались среди лучших.

Жасмин подозревала, что в прошлой жизни Молли и Артуру эта школа была просто не по карману. Вряд ли они даже позволили ему пройти испытания. А Хогвартс давал немалые скидки семьям своих бывших учеников. Сама же она не собиралась мешать никому из мальчиков идти к своей мечте.

— А что сказал бы на это Артур? Гидеон и Фабиан что-нибудь говорили?

Ах да, близнецы… После падения Волдеморта они несколько раз наведывались к ним домой, и с каждым визитом нравились Жасмин всё меньше. Но они были роднёй мальчикам, так что с их выходками приходилось мириться. Впрочем, за Чарли они порадовались. Даже купили ему по такому случаю нового плюшевого дракона.

— Я с ними поговорила. Они предложили оплатить часть учебников. Не похоже, чтобы новость о том, что он будет учиться в Штатах, разбила им сердце.

Честно говоря, Британия настолько отстала и в изучении магических существ, и в признании их прав, что Жасмин была рада отправить Чарли учиться в другую страну. Там он мог выбрать любое направление без всяких ограничений. И возиться с любыми опасными тварями под присмотром специалистов, которые не дадут ему влипнуть в слишком серьёзные неприятности.

— А преподаватели там не уступают нашим?

— Сейчас там преподаёт Ньют Саламандер. Он же руководит большинством учебных программ. Это одна из лучших школ в мире. Об учёбе Чарли можете не беспокоиться. Я об этом позаботилась, — ответила Жасмин, скрестив руки на груди.

Альбус уже собирался возразить, когда за дверью раздался топот маленьких ног. Ручка задёргалась, снаружи послышалось хихиканье.

— Мальчики, что Джаз велит делать, когда дверь закрыта?

В ответ донеслось невнятное ворчание, и губы Жасмин дрогнули в улыбке.

— Одну минуту, Альбус.

Она встала и открыла дверь. Близнецы тянули Сириуса за руки, чуть раскачивая его кресло. Он поставил его на ручной тормоз, так что укатить далеко у них бы не получилось. Самого Сириуса происходящее нисколько не смущало. Он криво улыбнулся Жасмин. Мальчики бросились к ней и обхватили за ноги, словно не видели её несколько недель, а не встречались за завтраком всего два часа назад.

Сириус заглянул ей за спину и заметил Альбуса.

— Не знал, что ты ждёшь гостей. Мне перенести занятия с Тахатаном?

Жасмин покачала головой и взъерошила мальчикам волосы.

— Нет, я скоро закончу. Мальчики, идите найдите брата. Обед уже почти готов. Я слышала, Миспи сегодня готовит макароны.

После этих слов они вприпрыжку помчались к комнате Чарли. Сириус сжал руку Жасмин и последовал за двумя маленькими чудовищами в жилое крыло. Она закрыла дверь и вернулась в кресло. Альбус проводил её взглядом.

— Я хотел спросить ещё несколько месяцев назад, но из-за суда и всех хлопот после битвы всё время забывал. Как вы поняли, что Питер принял Оборотное зелье? Судя по тому, что я услышал на процессе, вы догадались сразу, а сам Питер так и не понял, как вам это удалось.

Жасмин рассказала об этом Сириусу на следующий день после битвы, и тот едва не обмочился от смеха. Всё было до смешного просто, но понять могли только близкие ей люди.

— Он назвал меня Жасмин, — ответила она, пожав плечами, и взяла ещё одно печенье.

Дамблдор нахмурился.

— Но разве вас зовут не так?

Так-то так, но Сириус к ней почти никогда так не обращался.

— Да, но Сириус никогда не называет меня Жасмин. Он придумал мне прозвище при первой же встрече. Я не помню, когда в последний раз слышала от него своё полное имя вне официального заседания. Да и там он обычно пользуется моим титулом.

На этом Питер и попался. Жасмин подозревала, что он до сих пор не знает, что его выдало. Хорошо, что крыса не провела рядом с ними достаточно времени, чтобы заметить, что Сириус постоянно зовёт её Джаз. Иначе всё могло закончиться совсем по-другому.

Этажом ниже что-то с грохотом рухнуло. Жасмин поморщилась, услышав чей-то плач.

— Пожалуй, мне пора. Всего вам доброго, леди Певерелл. Увидимся с вами и Сириусом на голосовании.

Что ж, видимо, увидятся.

На заседании Визенгамота снова было полно народу. Несколько мест, конечно, пустовало: кого-то арестовали за поддержку Тёмного Лорда, кто-то погиб в битве. Но в основном все собрались, чтобы избрать нового главу. Сириус сидел рядом с Беллой, на пальце которой сверкало помолвочное кольцо. Вскоре после последней битвы Амелия сделала ей предложение. Похоже, едва не погибнув, она решила, что пора сыграть свадьбу. Белла охотно согласилась. Жасмин с интересом ждала, как будут развиваться их отношения. Когда она впервые узнала об этих двоих, то была поражена, но они и впрямь подходили друг другу. Не часто встретишь пару из Хаффлпаффа и Слизерина, однако у них всё складывалось. Даже несмотря на то, что Белла то и дело вела себя как мелкая пакостница. Перед началом заседания она успела вдоволь поиграться с креслом Сириуса. Изобретение её очень увлекло, особенно нравилось трогать руны, которые приводили его в движение.

Альбус стоял за главной трибуной. От его оранжевой мантии, как всегда, рябило в глазах, но для человека, который вот-вот оставит важный пост, он выглядел вполне весёлым. Впрочем, он наконец-то уходил на покой. По крайней мере, этот Светлый Лорд понимал, что его время прошло. Жасмин была просто рада, что ей не пришлось с ним сражаться. Тратить силы и время на избиение старика совсем не хотелось.

— Итак, сегодня мы собрались, чтобы избрать мне преемника. Прошу вас вставать и предлагать кандидатуры.

По залу прошёл негромкий ропот, но никто пока не брал слова. Кандидата должен был выдвинуть чужой род. Затем он должен был согласиться, а представитель ещё одного рода, уже из другого политического лагеря, — поддержать его кандидатуру. И только после этого можно было переходить к голосованию.

Начали звучать имена.

Несколько родов выдвинули Сириуса и Жасмин, но оба отказались.

Дел у них и так хватало.

Назвали и Северуса, однако тот сразу отклонил предложение. Под руководством Сева Визенгамот бы долго не протянул. Терпения ему не хватит.

Несколько тёмных родов тоже предложили своих кандидатов, но из-за связей с Томом их никто не поддержал. Визенгамот не мог рисковать и ставить во главе человека, сочувствовавшего Волдеморту. Положение страны на международной арене и так пошатнулось. Ещё не хватало, чтобы союзники отдалились ещё сильнее.

Наконец Сириус поднял руку, привлекая к себе внимание почти всего Визенгамота.

— Я предлагаю кандидатуру Джеймса Поттера.

Все взгляды устремились к кузену Жасмин. Тот сидел, раскрыв рот и вытаращив глаза.

— Я согласен? — ответил он, и под конец голос сорвался.

В зале на мгновение стало тихо. Джеймс, кажется, ещё пытался осознать, что его только что выдвинули, когда Жасмин сказала:

— Поддерживаю кандидатуру.

Джеймс стукнулся лбом о стол. Они застали его врасплох? Да, но сейчас он был лучшим выбором. Августа тоже могла бы подойти, вот только она проявляла невероятное упрямство во всём, что выходило за рамки привычного. Да и титул ей давно пора было передать сыну. Фрэнк более чем достаточно взрослый, чтобы возглавить род, но Августа терпеть не могла перемен.

С законами, которые хотели провести Жасмин и Сириус, такое не годилось. У Джеймса хватало связей в самых разных кругах магического мира, чтобы искать компромиссы и заставить Визенгамот работать сообща. Сама Жасмин такого не сумела бы. Монти потратил почти пятьдесят лет на то, чтобы наладить прочные деловые и дружеские отношения с членами Визенгамота и многими другими людьми.

— Перейдём к голосованию.

Жасмин казалось, что начинается новая эпоха.