Повелитель Тайн (джен)

Над бескрайней серой мглой, в древнем дворце, напоминавшем резиденцию божества.

Тёмно-красные лучи света взметнулись по обе стороны длинного бронзового стола, материализуясь в размытые фигуры.

Справедливость Одри тут же поднялась, приподняла юбку и сделала реверанс в сторону почётного места:

— Добрый день, мистер Шут.

Настроение у неё нельзя было назвать дурным, но после всего, что произошло в последнее время, прежнюю бодрость она поддерживать уже не могла.

Когда все члены Клуба поклонились и заняли свои места, Одри скользнула взглядом по сторонам и по привычке начала наблюдать.

Почти мгновенно она заметила, что душевное состояние и язык тела госпожи Отшельницы выдают беспокойство.

«Это связано с Королевой Мистик? Или тут есть ещё какие-то проблемы? А может, и то и другое сразу?» Одри слегка удивилась и с любопытством стала перебирать возможные причины.

После стольких собраний Клуба Таро она давно уже составила психологический портрет госпожи Отшельницы. По её мнению, та была довольно противоречивой Потусторонней: опытной, знающей и хладнокровной, но в некоторых аспектах смелой и безрассудной, словно юная девушка, которая ещё не успела по-настоящему повзрослеть.

Если учитывать её отношения с Королевой Мистик, то Одри толковала это так: хотя госпожа Отшельница многое пережила, большинство проблем ей удавалось успешно решать под защитой Королевы Мистик и благодаря её приготовлениям. А глубоко внутри она всё ещё оставалась девушкой, жаждущей любви и заботы.

И именно в таком скрытом состоянии, смело предполагала Одри, госпожа Отшельница, столкнувшись с кем-то «брошенным» и не совершившим серьёзных ошибок, невольно могла проявить мягкость, пожалеть такого человека и даже помочь ему.

Учитывая, что перед ней женщина, действующая на море, обладающая силой Последовательности 5, располагающая немалым числом мистических предметов, опытом и знаниями, носящая тяжёлые очки и при этом связанная с Германом Спэрроу, Одри была уверена: стоит ей небрежно перелистать листовки о розыске и газетные статьи о пиратах, и она без труда подтвердит личность госпожи Отшельницы. Однако намеренно она этого не делала и ограничивалась лишь общим представлением.

«Нет, госпожа Отшельница уже должна быть полубогом Последовательности 4, так что вещей, способных всерьёз её тревожить, едва ли много… И дело явно не в войне. Такую сильную пиратку война не должна была бы тревожить до такой степени…» Пока мысли неслись у неё в голове, Одри не смогла ухватить ничего, кроме связи с Королевой Мистик.

А в это время в сознании Каттлеи крутились две мысли:

«Почему Её Величество прислала так много страниц дневника? Если бы я не стала Мистиком и не овладела некоторыми тайными техниками, я бы просто не смогла запомнить всё это за столь короткое время… Что именно произошло? Неужели Королева попала в какую-то затруднительную ситуацию?

Этот тип, Фрэнк, и правда собирался не проводить ритуал, а просто сразу выпить зелье. Хорошо, что я его остановила. Но для него ритуал Друида совсем не труден. Он прекрасно разбирается в повадках и строении тел самых разных обычных животных и трёх видов Потусторонних существ. Как безумный Биолог, он уже заранее проделал домашнюю работу, пытаясь скрещивать растения и животных. На следующей неделе… нет, максимум через два дня он станет Друидом. Всё, что ему остаётся, — записать знания и опыт, которые он уже накопил, и сделать это частью ритуала…»

Отложив в сторону тревожащие мысли, Каттлея повернулась к краю длинного бронзового стола, опустила голову и почтительно произнесла:

— Почтенный мистер Шут, на этот раз я нашла целую книгу дневников Императора Розеля.

«Целую книгу…» Услышав слова госпожи Отшельницы, все участники, включая Повешенного Элджера, заметно остолбенели. Это уже выходило далеко за пределы их привычных представлений.

Прежде за один раз сдавали от одной до трёх страниц. Теперь же — целую книгу!

«Что-то случилось?» Даже Солнце Деррик, которого подобные вещи волновали меньше всех и который обычно реагировал медленнее остальных, заметил, что тут явно кроется нечто необычное.

Они все прекрасно знали: Бернадетт, Королева Мистик, — старшая дочь Императора Розеля. То, что у неё может быть целый архив дневников, было совершенно естественно. Ненормальным было то, что она вдруг отдала сразу целую книгу.

Каттлея проигнорировала взгляды остальных и продолжила:

— Эти страницы не связаны между собой, но все они относятся к поздним годам жизни Императора Розеля.

— Очень хорошо.

Шут Клейн едва заметно кивнул, давая Отшельнице понять, что она может приступать к их воссозданию.

Одна за другой перед ним материализовались слегка пожелтевшие страницы дневника, и вскоре они сложились в целую книгу.

Получив её, он небрежно пролистал несколько листов, но читать не стал. Закрыв дневник, он посмотрел на Отшельницу Каттлею и сказал:

— Теперь можете задавать вопросы.

— С учётом ранее накопленных заслуг вы можете задать в общей сложности десять вопросов.

Он не стал читать дневник сразу, потому что на этот раз страниц было слишком много — не меньше тридцати. Если заняться этим здесь и сейчас, членам Клуба Таро пришлось бы слишком долго ждать, а это повредило бы образу мистера Шута. Поэтому он собирался спокойно прочитать всё после окончания собрания.

«Десять…» У Каттлеи мгновенно разболелась голова.

Причина была проста: Королева Мистик поручила ей задать всего два вопроса.

Немного подумав, она сказала:

— Почтенный мистер Шут, можно ли разделить эти вопросы на несколько собраний?

— Разумеется.

Клейн с улыбкой кивнул.

Для него это было даже удобно: ответить сразу на десять вопросов для мистера Шута тоже было бы весьма непростой задачей.

Каттлея незаметно выдохнула с облегчением.

— На этот раз у меня два вопроса.

— Во-первых, почему нужно опасаться Зрителя?

«Опасаться Зрителя?» Одри выглядела совершенно ошарашенной. Какое-то время она не могла ухватиться ни за одну мысль и даже невольно начала проверять саму себя.

«Опасаться Зрителя?» Луна Эмлин, Звезда Леонард и остальные члены Клуба Таро одновременно перевели взгляд на мисс Справедливость.

Шут Клейн усмехнулся и неторопливо произнёс:

— Зритель всегда любит прятаться в тени и тайно управлять теми или иными событиями, из-за чего людям трудно его заметить и насторожиться.

— Особенно же следует остерегаться Ангела Воображения Адама. «Его» ритуал апофеоза заключается в том, чтобы принять зелье в тот момент, когда ход времён развивается согласно тому, как «Он» его заранее себе представлял.

— Ход времён развивается согласно тому, как «Он» это себе представлял… То есть позволить развитию эпохи соответствовать «Его» ожиданиям?

Справедливость Одри не удержалась и уточнила у мистера Шута.

Клейн слегка кивнул:

— Именно так.

— Война, способная прокатиться по всему миру, — именно то, чего хочет Адам.

Это… Повешенный Элджер, Отшельница Каттлея и остальные члены Клуба Таро были буквально оглушены раскрытой мистером Шутом информацией, и на миг их мысли просто остановились.

Будь то ритуал апофеоза или сам ход времён, всё это относилось к чрезвычайно, чрезвычайно высокому уровню — настолько высокому, что им оставалось лишь взирать снизу вверх.

И вдруг они смутно поняли, почему Алхимики психологии так глубоко вовлечены в заговор королевской семьи. А те, кто знал о Сумеречном Ордене Отшельников, ещё отчётливее уловили суть того, что значит «держать ход времён в нужном русле».

«Только существо уровня мистера Шута способно понимать подобные тайны и участвовать в соответствующей игре…» Элджер быстро вернул себе ход мыслей, и в душе у него поднялось невольное волнение. Желание стать полубогом у него лишь усилилось.

Он верил, что эта война принесёт ему немало возможностей. Но сможет ли он ими воспользоваться — оставалось вопросом.

Члены Клуба Таро хранили молчание. Пока у каждого в голове носились мысли, Шут Клейн тихо и неясно вздохнул. Он просто не видел способа остановить эту войну. Если бы всё ограничивалось тем, чтобы сорвать ритуал Чёрного Императора Георга III, он ещё мог бы извернуться и хоть немного повлиять на ситуацию. Но в войне, связанной с самим ходом времён, даже будь он ангелом — ангелом Последовательности 1, — изменить общую картину было бы невозможно. Попытайся он насильно вмешаться, и колёса истории просто раздавили бы его.

Помимо Адама, который одну-две тысячи лет готовил этот расклад, все остальные — даже Короли Ангелов — способны изменить лишь отдельные обстоятельства, но не общий поток. По-настоящему участвовать в этой игре может только истинное божество Последовательности 0… Неудивительно, что Император говорил: лишь став богом, можно защитить тех, кого хочешь защитить… Единственное, что я сейчас могу, — это подготовиться к Сопротивлению на архипелаге Рорстед. Надеюсь, у них появится шанс освободиться от колониального гнёта… Клейн обуздал мысли и сохранил на лице ту же улыбку.

Он вовсе не выступал слепо против любой войны. И воспитание, полученное им в прошлой жизни, и то, что он видел в море, а также в Восточном и Западном Баламе, сформировали у него скорее сочувственное отношение к свержению колониального правления.

Если говорить совсем просто, то ненавидел и отвергал он именно «несправедливую войну».

Почувствовав взгляд мистера Шута, Отшельница Каттлея подавила хаотичные мысли и снова заговорила:

— Во-вторых, где находится оставленный Императором Розелем и до сих пор не обнаруженный тайный мавзолей?

«Тайный мавзолей? До сих пор не обнаружен?» Форс сразу же собралась, почувствовав, что перед ней материал для потенциального бестселлера, в котором есть все популярные элементы разом.

Одри и Элджер же мгновенно уловили из этого вопроса кое-что ещё:

Старшая дочь Розеля, вероятно, не желает смириться со смертью отца и продолжает искать оставленные «Им» следы, надеясь отыскать ключ к его воскрешению.

Разумеется, они не исключали и другой возможности: в тайном мавзолее могли храниться иные важные предметы. Вполне возможно, именно они и были настоящей целью Королевы Мистик.

«Розель ещё и тайный мавзолей оставил? Интересно, что же внутри…» Звезду Леонарда и Суд Сио гораздо сильнее занимало именно это.

Шут Клейн был к такому вопросу уже готов. Он улыбнулся и ответил:

— Возможно, в Туманном море — на том тайном первобытном острове, который обнаружил Розель, — либо же в Бездне.

«Бездна…» Эмлин сразу почувствовал, как дёрнулись веки.

В истории сангвинов сохранилось множество записей о том, как Дьяволы Второй Эпохи творили бесчинства. Даже читая эти материалы спустя тысячи лет после событий, он всякий раз ощущал, как становится раздражительным и запутывается в хаосе.

Солнце Деррик испытывал нечто схожее, но не придавал этому особого значения. При чтении некоторых документов его разум всегда перенапрягался, а психическое состояние незаметно подвергалось воздействию. Для Города Серебра это было общеизвестным фактом, поэтому сначала там проводили общий инструктаж и лишь затем позволяли слушать пересказ учителя.

«Бездна…» Одри, Сио и остальные невольно повторили это слово про себя.

В повседневной жизни Бездна была для них абстрактным выражением — синонимом опасности, боли, упадка и порчи.

Они и представить не могли, что она действительно существует где-то в Туманном море!