Повелитель Тайн (джен)

«Защитное задержание… А это довольно остроумный ответ. Как и следовало ожидать от новоиспечённого капитана Красных Перчаток…» Услышав ответ Звезды Леонарда, Шут Клейн не удержался от внутренней усмешки.

Он очень хорошо понимал, о ком говорит Эмлин, и немало знал о епископе Утравском, который предпочитал, чтобы его называли просто отцом.

Заявлению Эмлина о том, что «он не сделал ничего дурного и не собирается делать ничего дурного», Клейн, по правде говоря, верил не до конца. Причина была в том, что у Благословлённого божества или у фанатика представление о дурном может сильно отличаться от представлений обычного человека.

Разумеется, Клейн никогда не сомневался в благочестии отца Утравского и в его признании «драгоценных объятий жизни, благодати урожая», но была и проблема: Церковь Матери-Земли также проповедовала, что жизнь подобна «растению», которое в конце концов увядает и умирает, возвращаясь в объятия Матери-Земли, а затем вырастает вновь, когда приходит «следующий год».

По-настоящему квалифицированный епископ Церкви Матери-Земли не стал бы относиться к смерти так же, как самый обычный человек.

«Как бы то ни было, отца Утравского необходимо контролировать. Это и защита верующих Матери-Земли, и защита окрестных жителей. И одновременно — защита самого этого епископа-полугиганта на случай, если возникнет ситуация, уже не подлежащая исправлению…» Пока Клейн размышлял, Леонард, который неплохо разбирался в делах Церкви Урожая, тоже уловил суть вопроса Эмлина. Он собирался в ближайшие два дня вместе со своей командой проверить обстановку и при содействии официальных организаций, отвечавших за район к югу от моста, поместить Благословлённого Матери-Земли под защитное задержание.

А Эмлин, услышав этот ответ, лишь медленно кивнул и ничего не сказал.

Поскольку тот замолчал, Леонард воспользовался моментом и задал вопрос, по которому сам хотел получить отклик:

— В последнее время в Баклунде не таятся какие-нибудь крупные события?

На самом деле ему хотелось спросить: почему именно его отряд Красных Перчаток оставили в Столице Столиц в составе резервных сил?

Как только этот вопрос прозвучал, остальные члены Клуба Таро — включая даже Солнце Деррика, которого дела внешнего мира обычно волновали не так уж сильно, — все до одного перевели взгляд на Мира Германа Спэрроу.

По их опыту, всякий раз, когда в Баклунде должно было произойти что-то серьёзное, мистер Мир так или иначе подавал предупреждение.

«Какие крупные события сейчас скрыто назревают в Баклунде? Да их полно… Ритуал Чёрного Императора Георга III, мой тайный союз с Королевой Мистик, три Церкви, внешне словно бы молчаливо согласные, но на деле придерживающиеся разных позиций…» Пока мысли лихорадочно мелькали, Клейн внезапно понял, о чём именно на самом деле спрашивает Леонард. В конце концов, они время от времени общались наедине.

«Точно. Почему Леонарда оставили в Баклунде? Из-за меня? Церковь не хочет подвергать Леонарда опасности? Не слишком ли я о себе возомнил?» Клейн тайком покачал головой, сразу отвергая первую пришедшую в голову мысль.

Он быстро сменил направление размышлений и начал анализировать, чем Леонард вообще может быть полезен в текущей ситуации.

«Леонард всего лишь на Последовательности 5. Какую роль он может сыграть в Баклунде, где скрытые течения настолько глубоки?

Даже если от него была бы польза, его всё равно не стали бы использовать напрямую. Скорее задействовали бы меня, связанного с ним, или Паллеза Зороаста.

Значит, вариант со мной отпадает. Пока что я всё ещё полноценный Благословлённый. Если бы от меня действительно что-то требовалось, хватило бы простого указания…

После прошлой зачистки аватаров Амона в Баклунде Богиня или высшие эшелоны Церкви догадались, что Паллез Зороаст скрывается где-то поблизости от Бёклунд-стрит, и потому начали подозревать Леонарда?

Такая возможность есть, и вероятность у неё не такая уж низкая. Тогда я тоже в какой-то степени об этом думал. Я просто считал, что в вопросе возможного божественного восхождения Амона Церковь и Паллез Зороаст находятся на одной стороне и между ними вполне может существовать некое молчаливое взаимопонимание. Более того, я полагал, что и сам старик учитывал это, когда в своё время выбрал Леонарда целью для „Паразитирования“.

Но зачем тогда Паллеза Зороаста удерживают в Баклунде? Чтобы выманить сюда Амона?

Даже среди Королей Ангелов Амон входит в число самых опасных. Но даже так, пусть Богине почти невозможно сойти лично, с учётом церковных ангелов, Запечатанных Артефактов 0-го класса и Паллеза Зороаста изгнать Амона всё же не должно быть слишком трудно. А вот убить „Его“ почти невозможно, разве что сюда явится не настоящее тело. Но в таком случае вся эта расстановка попросту не стоит затраченных усилий…»

Мысли Клейна стремительно развивались, и вскоре у него родилась новая догадка:

«А что, если „Амона“ выманивают сюда вовсе не для того, чтобы разобраться с „Ним“, а чтобы сдерживать Заратула, который сейчас находится в Баклунде?

Соседние пути на высоких Последовательностях могут взаимозаменяться. Даже став истинным богом Последовательности 0, „Они“ по-прежнему сильно стремятся к Уникальности и Потусторонним характеристикам Последовательности 1 соседних путей. В этом плане прекрасным доказательством служил замысел Богини Вечной Ночи.

Богиня хочет превратить Баклунд в бурлящий котёл, а потом одним махом вычистить оттуда всех?» Клейн заставил Мира Германа Спэрроу помедлить несколько секунд, прежде чем тот произнёс:

— В Баклунде сейчас скрывается предводитель Тайного Ордена, ангел Последовательности 1 и старый друг Императора Розеля — Заратул.

Увидев, что члены Клуба Таро явно пребывают в растерянности и недоумении, Мир хрипло добавил:

— Закон сохранения Потусторонних характеристик, о котором мы часто говорим, на деле зачастую относится к сохранению характеристик соседних путей.

— Иными словами, похожие пути тоже подчиняются закону схождения Потусторонних характеристик.

Леонард немедленно погрузился в глубокие размышления. Спустя несколько секунд он взвешенно спросил:

— Значит, Путь Вора и Путь Провидца — соседние?

— Да. Путь Ученика тоже соседний, — откровенно ответил Мир.

Услышав этот разговор, Форс сперва связала закон схождения Потусторонних характеристик с «притяжением» характеристик, о котором её учил наставник Дориан Грей Авраам. А затем задумалась ещё над одним вопросом.

«Если всё действительно так, как сказал мистер Мир, и Потусторонние характеристики соседних путей притягиваются друг к другу, то не привлекло ли это тогда внимания Заратула? Ведь „Он“ находится в Баклунде.»

И в то же мгновение Форс вспомнила ворона, который смотрел в спину Ботису.

«Э-э…» Форс поспешно подняла руку, показывая, что хочет сказать.

Когда взгляды остальных обратились к ней, она торопливо произнесла:

— Мой наставник — член семьи Авраам. И у него в руках довольно важный Запечатанный Артефакт.

Поскольку первую часть фразы, кроме Звезды, все и так знали, Форс и не собиралась ничего скрывать. А вот вторую половину она слегка изменила. Было очень важно сформулировать это как «довольно важный».

Убедившись, что никто не стал задавать лишних вопросов, Форс продолжила:

— Из-за этого он время от времени сталкивается с Потусторонними высокой Последовательности Пути Ученика. Раньше, когда он приезжал в Баклунд, поблизости появлялся Ботис, Чародей секретов Ордена Авроры.

— А я заметила, что в ту сторону, куда направлялся Ботис, смотрел ворон.

«Ворон…» В памяти Клейна тут же всплыли детали туманного города. На вершине почерневшего собора кружили вороны, будто устраивая траурную церемонию. А аватар Заратула скрывался внутри этого собора.

«Заратул любит использовать воронов как марионеток? Это отметина, оставшаяся ещё со времён, когда „Он“ был Эксцентричным колдуном?» Пока Клейн размышлял, Мир заговорил:

— Вполне возможно, это и был Заратул.

«Я и правда столкнулась с ангелом Последовательности 1…» Форс ощутила прилив страха и ужаса.

После этого она вспомнила, как они с Сио когда-то обсуждали Адама и из-за этого, возможно, тоже попали под наблюдение. И по неизвестной причине у неё возникло странное чувство, будто она сама стала героиней романа. При том что она всего лишь на Последовательности 7 или 6, у неё уже образовались связи с Королями Ангелов и ангелами Последовательности 1!

Подумав об этом, Форс торопливо повернулась к мисс Справедливость:

— После собрания вы сможете загипнотизировать меня так, чтобы я забыла кое-какие вещи? Я боюсь, что случайно о чём-нибудь вспомню и тем самым привлеку внимание.

— Без проблем.

Отвечая, Одри бросила взгляд на Сио и кивнула ей.

Что же до Звезды Леонарда, у него тоже появились некоторые идеи. Он собирался, вернувшись, обсудить всё это со «Стариком» и выслушать «Его» мнение.

Клейн больше не стал распространяться о тех крупных делах, что скрыто бурлили под Баклундом. Причина была проста: всё это находилось на слишком высоком уровне для остальных членов Клуба Таро. Они не только не могли непосредственно участвовать в подобных вещах, но даже полное понимание картины могло навлечь на них беду.

В этом вопросе Клейн придерживался простого принципа: в некоторых звеньях можно пользоваться помощью членов Клуба Таро, но так, будто он просто нанимает охотников за наградой для отдельной задачи, не втягивая их слишком глубоко в саму историю и не позволяя понять истинную причину поручения. Это тоже была форма защиты.

В этот момент Элджер огляделся по сторонам и сказал:

— По моим наблюдениям, Церковь Повелителя Штормов не слишком-то рвётся в эту войну.

«Не слишком рвётся? Это не очень вяжется с образом Церкви Повелителя Штормов… Пусть их учение и не проповедует сражения и не восхваляет войну, оно всё же учит обращаться с врагами как с бурей и выплескивать на месте весь свой гнев…» Услышав это, Клейн слегка удивился, а затем, соединив услышанное с тем, что знал о божествах, начал выстраивать предварительный анализ.

«Согласно моим прошлым предположениям, Пути Бури, Солнца, Читателя, Зрителя и Просителя секретов на высоких уровнях взаимозаменяемы. Между ними должно существовать крайне сильное противоречие…

Что же касается самого Повелителя Штормов, то „Он“, с высокой вероятностью, и есть прежний Ангел Ветра. Именно „Он“ „поглотил“ отца Адама, Древнего Бога Солнца, Творца Города Серебра. Даже если „Он“ негласно позволил Георгу III стать Чёрным Императором, невозможно, чтобы „Он“ спокойно наблюдал, как Адам использует „потоп времён“ для восхождения к божественности…

Значит, Церковь Повелителя Штормов не желает, чтобы война расширялась и превращалась в мировую. И потому „Он“ изо всех сил сдерживает собственный импульс?

Должно быть, им приходится очень тяжело…

Этим можно объяснить, почему Лоэн и Интис сохраняли столь странное молчание, когда Фейнапоттер вторгся в Ленбург, Масин и Сегар… Церковь Вечного Палящего Солнца и Церковь Повелителя Штормов, вероятно, оказались в крайне затруднительном положении. Они попросту не могут принять решение.

С одной стороны, на уровне божеств нельзя сказать, что у них совсем нет возможности отбросить союзнические обязательства и вместе ударить по Церкви Знаний. С другой — государственная стратегия вынуждает их прикрывать эти страны. Насильственно ломать сложившееся у народа восприятие означало бы расшатывать якоря.

Кроме того, вступив в войну, они тем самым помогли бы Адаму выполнить условия для продвижения к Последовательности 0.»

Клейн нарочно заставил Мира ненадолго замолчать, прежде чем тот ответил на разведданные Повешенного:

— Пока это неизбежно.