Повелитель Тайн (джен)

Мир над Серым Туманом снова погрузился в тишину, будто только что закончившееся собрание было всего лишь иллюзией.

Клейн согнул палец и слегка постучал по краю длинного, испещрённого пятнами стола. Страницы дневника Розеля, которые только что передала Каттлея, вновь материализовались перед ним.

В неописуемой неподвижности Клейн с торжественным выражением лица опустил взгляд на первый абзац первой страницы.

«27 сентября. Я снова увидел мисс Итаку. Нас с ней ждал нервный, захватывающий, но в достаточной степени чудесный опыт. Как и ожидалось, мне по-прежнему нравятся женщины такого возраста. Я не просто ностальгирую по молодости — скорее, за столько лет я сам нисколько не изменился. Хе-хе, вот это уж по-настоящему постоянство».

«…Я читаю твой дневник с такой серьёзностью, а ты подсовываешь мне вот это?» Уголки губ Клейна дёрнулись, и он мысленно съязвил в адрес императора, которого знал только по портрету.

Он тут же собрал мысли и перевёл взгляд дальше.

* * *

Комната отдыха в подвале собора Святого Самуила.

Открыв глаза, Леонард Митчелл немного подумал и тихо сказал:

— Старик, похоже, Заратул из Тайного Ордена действительно находится в Баклунде.

В его сознании почти сразу прозвучал слегка состаренный голос:

— Именно…

Услышав это, Леонард тут же спросил:

— Старик, ты хорошо знаешь того Заратула? Ты ведь говорил, что семья Зороаст и семья Заратул были важными аристократическими родами империи Соломона?

С его точки зрения, раз они были бывшими коллегами и соратниками по оружию, как Старик мог не знать Заратула?

Паллез Зороаст усмехнулся:

— Я хорошо знаю того Заратула, который погиб в Войне четырёх Императоров. А тот, кто жив сейчас, должен быть «Его» потомком. Видел я его раньше или нет — сказать не берусь.

— Увы, тот Заратул ещё тогда получил от Истинного Творца подсказку о второй Потусторонней характеристике Последовательности 1. «Он» ждал окончания Войны четырёх Императоров, чтобы отправиться на её поиски. Если бы преуспел, «Его» уже можно было бы считать Королём Ангелов. К несчастью, в самой Войне четырёх Императоров «Он» напрямую столкнулся с существом из семьи Антигон, которого можно было бы назвать «Полушутом», да ещё и Бетель Авраам оказался вовлечён. А «Он» мог появиться где угодно и когда угодно. Если бы Вечная Ночь и Шторм не изгнали и не запечатали «Его» в кратчайшие сроки, я сам, возможно, тоже не дожил бы до конца войны.

«Полушут…» Услышав этот титул, Леонард почувствовал, как у него дрогнули веки, и почему-то совершенно непроизвольно подумал о сущности над Серым Туманом.

После этого он заставил себя сдержаться и направил мысли в другую сторону:

«Даже по описанию стороннего наблюдателя мистер Дверь явно был одним из сильнейших Королей Ангелов. Чтобы изгнать и запечатать „Его“, потребовались совместные силы двух истинных божеств. Хм, скорее всего, „Он“ особенно искусно умел ускользать, так что убить „Его“ было чрезвычайно трудно. А тогда обстановка на поле боя была напряжённой, и нужно было как можно быстрее устранить опасного врага…

Хе-хе, Старик предаётся воспоминаниям о прошлом, вот и разволновался. Даже сказал столько всего одним духом…»

Пока эти мысли мелькали у него в голове, Леонард вдруг спросил:

— Меня оставили в Баклунде потому, что через тебя хотят выманить сюда Амона?

Нотки ностальгии в голосе Паллеза Зороаста исчезли, и он щёлкнул языком:

— Кто до этого додумался? Не думаю, что сам ты.

— Впрочем, уже неплохо, что ты умеешь использовать свои ресурсы, чтобы нащупывать правду.

«Я этим ещё со времён вступления в Ночных Стражей занимаюсь!» — мысленно возразил Леонард, но вслух ничего не сказал.

Паллез Зороаст продолжил:

— Я и сам так думал.

— Честно говоря, меня до сих пор смущают отношения твоего бывшего коллеги с Вечной Ночью. Если бы не то, насколько знакомыми мне показались силы сокрытия, появившиеся в тот день, я бы не посмел выдвигать такую догадку.

— Хе-хе, при том что в Баклунде есть и Заратул, и я, Амон тоже скоро сюда явится. Прямо-таки идеальный треугольник равновесия.

«Что это значит… Выходит, силы сокрытия, с помощью которых разбирались с Амоном, пришли из домена Вечной Ночи, а не от мистера Шута? Указывает ли это на определённую степень сотрудничества между мистером Шутом и Богиней? Или, может, вера какого-то высокопоставленного лица внутри Церкви на самом деле обращена к мистеру Шуту?» Леонард вдруг ощутил сильное смятение и непонимание относительно собственного положения во всей этой большой партии.

Поняв, что Паллез тоже весьма озадачен, он собрал мысли и не стал расспрашивать об этом дальше. Вместо этого он нахмурился и спросил:

— Два ангела Последовательности 1 и один Король Ангелов. Не приведёт ли это к разрушительной катастрофе в Баклунде?

Он помнил, что Амон — ужасающая сущность, способная беззвучно убить бесчисленное множество людей и даже счастливо жить в облике «Его» жертвы.

Если исходить из этого, то Заратул, принадлежащий к соседнему пути, должен обладать столь же пугающими способностями. Стоит «Ему» столкнуться с Амоном — и половина Баклунда, а то и весь город, может превратиться в Столицу Смерти или Столицу Причудливости!

Паллез Зороаст рассмеялся:

— Равновесие означает и то, что все будут очень сдержанны. К тому же весьма вероятно, что Амон не позволит своему настоящему телу войти в Баклунд. Максимум — пришлёт сюда множество аватаров. В конце концов, то, что Вечная Ночь не может снизойти, ещё не означает, что на это неспособны Повелитель Штормов или Бог Пара и Машин.

— Что ты имеешь в виду?

Леонард очень остро уловил ключевую мысль в словах Старика.

Тон Паллеза Зороаста вдруг стал заметно легче:

— Вне зависимости от того, связано ли это с войной или с чем-то ещё, весьма вероятно, что Вечная Ночь сейчас не в состоянии вмешиваться в дела на земле. Иначе зачем «Ей» было бы завлекать сюда Амона, чтобы создать равновесие? Гораздо проще было бы напрямую расставить ловушку. Кто знает, может быть, так удалось бы даже схватить Заратула или отпугнуть этого трусливого Провидца.

— …С Богиней что-то случилось?

Леонард сразу занервничал.

Слегка состаренный голос ответил:

— Это может быть и не дурным, а, напротив, хорошим знаком.

Не дав Леонарду продолжить расспросы, Паллез Зороаст снова задумчиво произнёс:

— Амона в Баклунд притянул я. А Заратула? А меня самого?

— Думаю, Заратул тоже здесь из-за тебя, а ты оказался в Баклунде из-за меня…

Леонард немного поразмыслил и ответил именно так.

— Хе, а почему, по-твоему, ты вообще находишься в Баклунде?

Паллез тут же фыркнул.

Леонард немедленно сказал:

— Потому что так распорядилась Церковь. Неужели это тоже может быть следствием закона схождения Потусторонних характеристик?

— Не обязательно.

Тон Паллеза стал чуть строже.

— В большинстве случаев закон схождения Потусторонних характеристик не проявляется напрямую так, чтобы ты это отчётливо чувствовал. Чаще всего он влияет на судьбу. К примеру, ты едешь на поезде, вдруг решаешь, что виды по дороге прекрасны, выходишь раньше срока и в итоге попадаешь в какой-нибудь маленький город. И вполне возможно, что рядом с тобой там окажутся Потусторонние или мистические предметы соседних путей.

— Иными словами, в Баклунде есть нечто ещё, что притянуло сюда и тебя, и Заратула, а через тебя уже была затронута моя судьба, из-за чего Церковь и устроила так, что я большую часть времени остаюсь именно в Баклунде?

Леонарда словно озарило, и он задал этот вопрос, надеясь на подтверждение.

Паллез Зороаст медленно вздохнул:

— Нельзя исключать и такую возможность.

* * *

Над Серым Туманом Клейн вскоре перевернул страницу дневника, на которой действительно было что читать.

«21 ноября. Поскольку на ранних стадиях я сделал слишком много приготовлений, тот хаотичный и ужасающий Запечатанный Артефакт 0-го класса достался мне даже быстрее, чем я ожидал.

«А затем, после тяжёлой битвы и при некоторой помощи извне, я наконец восстановил его до чистой Потусторонней характеристики Последовательности 1.

«Через несколько дней ритуал завершится, и я должен суметь продвинуться до Последовательности 1 Пути Соглядатая Тайн — Императора знаний».

«26 ноября. Солнечно, лёгкий ветер.

«Ритуал прошёл очень успешно. Я переварил зелье полностью, а якоря стали ещё устойчивее. За весь процесс не возникло сколько-нибудь серьёзных трудностей.

«Теперь я уже ангел Последовательности 1 — Император знаний. Бернадетт больше не придётся беспокоиться о влиянии Скрытого Мудреца. Она сможет следовать словам: „Поступай как пожелаешь, но не причиняй вреда“ — и продолжать идти по этому пути!

«В то же время ангельский уровень Последовательности 1 означает, что я могу в значительной степени противостоять вниманию и порче, исходящим из космоса. Я могу отправиться к багровой луне и посмотреть, что там происходит.

«Независимо от того, лжёт мистер Дверь или нет, всё указывает на одно: багровая луна — ключ к проблеме. Если я хочу стать истинным божеством, мне нужно выяснить причину.

«Я потрачу ещё три дня на подготовку, а затем попробую высадиться на луне!

«Это маленький шаг для человека, но гигантский скачок для человечества! Ха-ха, только не надо потом меня цитировать».

Увидев это, Клейн вспомнил ту истеричную страницу дневника Розеля и начал подозревать, что она была написана уже после «высадки на луну».

Отложив остальные, ещё не прочитанные страницы дневника, Клейн начал использовать гадание во сне, чтобы восстановить содержание всего, что читал за последний год. Он хотел сопоставлением найти зацепки к ненормальному психическому состоянию Розеля.

Вскоре во сне перед ним всплыло несколько строк текста. Это была последняя по времени запись, которая теоретически была написана Розелем:

«Я не могу дать сколько-нибудь конкретных советов, потому что сам не вижу истинных лиц семи божеств и тех злых богов. Возможно, это отчасти связано со второй Скрижалью Богохульства, которую скрывает та древняя организация. К несчастью, я лишь смутно понимаю, что какие-то её части скрыты, но подтвердить это не могу».

В этой записи император даже серьёзно предупреждал своих «друзей» остерегаться луны.

Сон внезапно рассыпался, и Клейн резко очнулся. В его глазах проступил совершенно явный страх.

Он совершенно отчётливо помнил, что давным-давно Розель уже подтверждал существование скрытой части во второй Скрижали Богохульства.

«19 июля. Ночь Кровавой Луны.

«Ответ мистера Двери позволил мне окончательно подтвердить одно: в той древней тайной организации вторая Скрижаль Богохульства, которую я видел, была неполной!»

«Это… Император забыл? Нет, как он мог забыть настолько важную вещь? Он лишь выглядел немного радикальным, и в целом с ним, казалось, не было больших проблем. Так почему же произошло нечто подобное?..» Клейн не смог сдержаться и начал беззвучно бормотать, охваченный смутным и ужасающим чувством.

Последняя запись в дневнике, вернее, тот Император Розель, который написал эти строки, словно был уже другим человеком.