Повелитель Тайн (джен)

На миг холодная ночь стала ненормально жаркой, словно внутри неё вспыхнула и покатилась незримая лава.

Однако очень скоро всё вернулось в норму.

Злой дух Красного Ангела окинул Клейна взглядом и улыбнулся так, словно ничего не произошло.

— Повторю ещё раз. У тебя есть талант быть Провокатором.

— Когда-то, когда Заратул переваривал зелье Эксцентричного колдуна, даже «Он» не смел притворяться передо мной Амоном.

В его тоне не было ни намёка на гнев. Он не стал объяснять, почему Заратул не смел так поступать, но один лишь его взгляд, скользнувший по Клейну, заставлял того словно провалиться в глубину ледника и замёрзнуть всем телом.

Именно так чувствовало себя его настоящее тело. Хотя между ними стояла марионетка, по шее и спине у него всё равно бежали мурашки.

Саурону Эйнхорну Медичи даже не пришлось говорить что-либо ещё, чтобы Клейн понял скрытый смысл этих слов:

Любой, кто посмел бы таким способом напугать «Его», тут же получил бы наказание железом и кровью!

Глядя на злого духа Красного Ангела перед собой — сдержанного, но источающего ощущение чудовищного превосходства, — Клейн не мог не пробормотать мысленно: «если бы зелье Эксцентричного колдуна не было переварено уже до определённой степени, я бы решил, что твоя воля крепка, как сталь, а сила как минимум вернулась к уровню Последовательности 1. А теперь я могу в целом подтвердить: под этим спокойствием ты прячешь сильный страх перед Амоном. Значит, твой нынешний уровень — максимум Последовательность 2…

Кроме того, я и так был морально готов потерять одну марионетку. Чтобы как можно быстрее переварить зелье, мне пришлось рискнуть…

Если бы здесь был Даниц и ему дали бы два раза выкрикнуть „трус“, он бы, наверное, мигом переварил зелье Провокатора, даже если бы выпил четыре или пять флаконов…»

Не желая дальше раздражать злого духа Красного Ангела, Клейн улыбнулся и снял монокль.

— Но в эпоху Империи Соломона Заратул уже должен был быть ангелом. Зачем ему тогда вообще переваривать зелье Эксцентричного колдуна?

— Я говорю о молодом Заратуле, — небрежно ответил Саурон Эйнхорн Медичи.

«Это совпадает с описанием от дедушки в теле Леонарда…» Клейн почти незаметно кивнул и сосредоточился на главном.

— Ты уже покончил с Белой Демонессой?

— А как ты думаешь? — рассмеялся злой дух Красного Ангела и добавил: — И потом, надо же быть вежливым. Раз Катарина зовёт себя Белой Святой, тебе больше не следует называть её Демонессой.

«Вежливым… Охотник, который рассказывает мне о манерах…» В тот миг уголки губ Клейна дёрнулись, выражая всю нелепость происходящего, но он всё же сдержался.

«Похоже, „провокация“ не ограничивается одними только насмешками и бранью. Хм, Даниц, который умеет ругаться лишь одним словом, — настоящий позор для Охотников…» Пока эти мысли проносились у него в голове, Клейн сказал:

— Я уже выполнил свою часть обещания. Думаю, ты не против выдать мне маленькую награду.

— Награду? — усмехнулся злой дух Красного Ангела.

Клейн проигнорировал этот тон и продолжил:

— Я хочу пообщаться с Белой Демонессой. Мне нужно кое о чём её спросить.

— Всего-то? — с некоторым весельем спросил злой дух Красного Ангела.

Клейн кивнул.

— Именно.

— Без проблем. — Саурон Эйнхорн Медичи поднял правую руку и схватился за переносицу. Оттуда был вытянут размытый силуэт. Это была не кто иная, как Белая Святая Катарина, на лице которой застыл ужас.

— Мы можем поговорить наедине? — Увидев это, Клейн огляделся.

Злой дух Красного Ангела тут же расхохотался:

— Тебе нужна комната, где вы двое сможете остаться наедине?

— Подумай своей головой. Даже если ты и хочешь скрыть от меня вопросы, которые собираешься задать, я всё равно смогу узнать их через дух Катарины. Разве что ты вообще не намерен возвращать её мне? Или ты просто маленький мальчик, которому обязательно нужен ритуал?

— … — Клейн заставил марионетку с каменным лицом ответить: — У меня есть способ заставить её забыть мои вопросы.

Это было одновременно и правдой, и ложью. Правда заключалась в том, что он действительно мог использовать Потустороннюю характеристику Манипулятора Хвина Рамбиса и выполнить такую операцию. Однако сделать это было довольно трудно, шанс провала оставался очень высоким, а побочные эффекты были отнюдь не малы. Лгал же он потому что вовсе не собирался делать ничего подобного. Это раскрыло бы слишком много важных вещей. Единственная цель этих слов состояла в том, чтобы заставить злого духа Красного Ангела усомниться в достоверности полученных ответов и заподозрить, что под поверхностью скрывается нечто более важное. Тогда «Он» попросту проигнорирует ценность тех ответов, которые окажутся на поверхности. На чрезвычайно подозрительных людях такой приём работал особенно хорошо.

Конечно, Клейн вовсе не тешил себя надеждой на гарантированный успех. В конце концов, сущность напротив него была Красным Ангелом, мастером «заговоров».

— Неплохо. — Услышав ответ Клейна, Саурон Эйнхорн Медичи вдруг исчез, спроецировав себя на стеклянное окно.

Клейн бросил взгляд на уже свернувшуюся кровь на серых камнях мостовой, ощутив лёгкий оттенок сожаления, а затем отвёл ещё немного затуманенную Белую Демонессу Катарину подальше от стекла, в тёмный переулок.

После этого он достал свечи, эфирные масла и травяные порошки, устроил алтарь и вознёс молитву Богине Вечной Ночи, надеясь с помощью ритуальной магии провести спиритизм.

Этим навыком он овладел ещё тогда, когда был Ночным Стражем.

Когда ритуал завершился, из неописуемой выси ниспослалась огромная и ужасающая сила, заставив всё вокруг погрузиться в необычайную тишину.

Глаза Клейна мгновенно потемнели, словно сжатая в точку ночь заполнила его зрачки.

И тогда вокруг духа Катарины он увидел больше вещей — мерцающий свет и смутные штормы разума.

Он без труда прошёл сквозь эти преграды и оказался лицом к лицу с Телом Сердца и Разума Белой Демонессы.

— Сотрудничество между Сектой Демонессы и Георгом III уже завершилось? — не теряя осторожности, Клейн начал с менее чувствительного вопроса, одновременно наблюдая за состоянием Катарины.

Затуманенность и растерянность на лице Катарины слегка рассеялись. С чистой улыбкой она кивнула.

— Да.

— Тогда почему ты всё ещё в Баклунде? — продолжил Клейн.

Катарина торжественно ответила:

— Я преследую Трисси. Она забрала у нас важный Запечатанный Артефакт.

— Что это за Запечатанный Артефакт? — Клейн внезапно вспомнил сапфировое кольцо, которое когда-то носила Трисси. Оно было выполнено очень искусно.

С благоговейным выражением Белая Демонесса Катарина сказала:

— Он связан с пробуждением Изначальной Демонессы. Кроме того, что это Запечатанный Артефакт высокого 0-го класса, никаких особых способностей у него нет.

«И правда связано с Изначальной Демонессой… Вы ведь даже сменили имя Трисси на Трисси Чик…» Клейн никак не показал, что знает истинное имя Изначальной Демонессы, и вместо этого спросил:

— Ты знаешь, где находятся остальные восемь мавзолеев Георга III?

Катарина слегка нахмурилась и ответила тоном, словно пытаясь вызвать сочувствие:

— Они расположены в юго-западных пригородах Баклунда, провинции Ахова, Восточном Честере…

Белая Демонесса сначала кратко перечислила местоположение восьми мавзолеев, а затем подробно описала их точные координаты и состояние.

— Все восемь мавзолеев уже отремонтированы. Телепортационный туннель временно отключён. Даже имея соответствующие чары, вновь открыть его невозможно. Напрямую найти их из внешнего мира почти нереально…

— Кроме принца Гроува, герцогини Георгины, двух ангелов королевской семьи и самого Георга III, войти туда больше не может никто…

«Хм, часть этих мест и правда совпадает с районами, куда Конас Килгор часто ездил охотиться. Значит, Белая Демонесса не лжёт… Позже я ещё раз подтвержу это над Серым Туманом…

Если это правда, то всё становится довольно затруднительно… В нынешней ситуации и принц Гроув, и герцогиня Георгина наверняка уже находятся в поле зрения ангелов…

Самое сложное — проникнуть в руины. А после проникновения уже не должно быть настолько опасно. Война началась, и нужно сдерживать фейсакцев. Полубоги — ограниченный ресурс, так что Георг III никак не сможет приставить к каждой руине по святому, да ещё и оставить возможность вызвать ангела на подкрепление…» Пока мысли Клейна неслись одна за другой, он сначала спросил:

— У королевской семьи два ангела?

— На самом деле, не совсем. Велика вероятность, что Георг III тоже один из них, — честно ответила Катарина. — Один из этих двух ангелов — основатель королевства Лоэн, Защитник Уильям I, который живёт ещё со времён Четвёртой Эпохи. «Он» — Рука Порядка, Последовательность 1 Пути Арбитра, а второй — бывший герцог Южного Уэльса, Длинк Август. «Он» — Хранитель баланса, Последовательность 2… Что до того, сколько у королевской семьи Запечатанных Артефактов 0-го класса, этого я не знаю.

«Основатель с десятифунтовой купюры всё ещё жив? У меня снова возникает чувство, будто история сочится в реальность…» Немного подумав, Клейн кивнул и спросил:

— Почему вы вообще сотрудничаете с Георгом III?

— Ради Потусторонней характеристики Завоевателя. Она уже у нас в руках. — Выражение Катарины стало чуть возбужденным.

Завоеватель — название зелья Последовательности 1 Пути Красного Жреца!

— И она достанется Изначальной Демонессе или верхушке вашей секты? — задумчиво спросил Клейн. — И кто вообще входит в верхушку вашей секты?

— Её принесут в жертву Изначальной Демонессе. Но сначала мы должны вернуть Запечатанный Артефакт, который забрала Трисси. Сейчас он хранится у Чёрной Святой… Все представители верхушки нашей секты используют цвета как кодовые имена… — честно ответила Катарина.

Разобравшись ещё в ряде деталей, Клейн завершил спиритизм, убрал алтарь и позволил духу Белой Демонессы Катарины вернуться к прежнему стеклянному окну.

А сам он внезапно стал полупрозрачным. С помощью «Телепортации» он исчез из этой области и отправился в место встречи со своим настоящим телом и второй марионеткой.

Проводив взглядом уход Германа Спэрроу, мрачность и затуманенность на лице Катарины вдруг исчезли, а выражение стало предельно острым и ясным.

Затем она снова вошла в потемневшее стеклянное окно.

Через несколько секунд Саурон Эйнхорн Медичи и Белая Демонесса Катарина вместе вышли из «зеркала». Её фигура была совершенно чёткой, наполненной плотью и кровью. Никаких признаков смерти на ней не было!

— То есть он расспрашивал тебя о других восьми тайных мавзолеях Георга III? А сила спиритизма исходила от Вечной Ночи? — Злой дух Красного Ангела погладил подбородок и повернулся к Катарине.

Белая Демонесса слегка кивнула.

— Именно.

— Хе. — Злой дух Красного Ангела тут же рассмеялся. — Значит, он не хочет, чтобы Георг III стал Чёрным Императором.

Глаза Катарины метнулись в сторону, и на её губах появилась улыбка.

— Но это невозможно. Как бы быстро он ни продвигался и сколько бы помощи ни получил, ему не противостоять объединённым силам королевской семьи, армии и той организации. Нет, даже если речь только о семье Август, с его уровнем и силой он ничего не сможет сделать, если только Вечная Ночь не сойдёт лично.

Сказав это, Белая Демонесса как бы между прочим спросила:

— Мне очень любопытно. Почему, получив над мной абсолютное преимущество, ты не убил меня сразу?

Злой дух Красного Ангела бросил на неё взгляд, и уголки «Его» губ медленно поползли вверх.

— Неужели ты думаешь, что достойна быть моей настоящей целью?