Повелитель Тайн (джен)

Над Серым Туманом, увидев, что экспедиционный отряд Города Серебра уже возвращается, а дворец Короля Великанов остаётся без изменений, Клейн облегчённо вздохнул и, измученный, откинулся на спинку кресла.

После двух часов наблюдения его духовность была уже почти на пределе. Максимум он мог продержаться ещё минут пятнадцать.

«Как бы то ни было, добытое в этой экспедиции полностью превзошло мои ожидания. Передать формулу зелья Серебряного Рыцаря Городу Серебра — совершенно правильно.» Потирая лоб, он позволил мыслям свободно потечь. «Осознание этих древних тайн очень помогает моему перевариванию после продвижения. Проблема лишь в том, что зелье Эксцентричного колдуна ещё не переварено до конца…

Судя по недавним откликам, всевозможные странные истории и правда полезны. Когда мисс Маг закончит рукопись и выпустит её, нужно будет лишь немного подождать, пока история разойдётся среди читателей, — и дело будет сделано.

Но она ведь начала писать всего несколько дней назад. Не знаю, когда она вообще закончит рукопись…

Почему она не может просто писать на пару часов больше каждый день?

Когда я в этот раз забирал её, надо было её поторопить…»

Подумав об этом, Клейн внезапно кое-что вспомнил. Он ещё не выдал Андерсону награду за поиски Вице-Адмирала Болезней.

«Подожду, пока он поможет Даницу стать Заговорщиком. Всё равно это тоже часть сделки… Ритуал продвижения Рыцаря Железа и Крови не сказать чтобы трудный, но и простым его не назовёшь. Особенно для Охотника — с этим ещё больше хлопот… Нужно, чтобы Охотник, искусный в провокации и любящий строить козни, собрал отряд как минимум из тридцати человек, сумел взрастить между ними глубокую дружбу и одновременно сделать их сильными. Когда они начнут действовать почти как единое целое, можно будет воздвигнуть ритуал… Чем сильнее отряд и крепче в нём товарищество, тем лучше эффект ритуала…»

Увидев, что отряд Города Серебра возвращается в полном порядке и больше не сталкивается с несчастьями, он наконец успокоился. Клейн покинул пространство над Серым Туманом, бросился на кровать и провалился в сон.

* * *

После короткого отдыха в лагере Послеполуденного города Деррик Берг окончательно пришёл в себя, и лицо его уже не было таким бледным.

Он только что доел хлеб из муки чёрноликой травы, когда снаружи, из тени, выросла фигура и низким голосом сказала:

— Деррик, вождь хочет тебя видеть.

— Да. — Деррик машинально встал. — Спасибо.

Изначально он и сам собирался пойти к вождю и передать ему формулу зелья Серебряного Рыцаря.

Проводив взглядом посланника, ушедшего обратно в тени, он вышел из комнаты и направился к залитой светом костра поляне.

С первого взгляда Деррик заметил множество членов города, не участвовавших в экспедиции. Они стояли по двое и по трое и возбуждённо что-то обсуждали.

Они уже знали, что со Двора Короля Великанов можно увидеть море. Знали, что до побережья не так уж далеко и, стоит лишь найти правильный путь, — и они быстро туда доберутся.

Это был важный шаг в деле спасения Города Серебра после того как они обнаружили чужака Джека.

Жители Города Серебра, в основном владевшие силой Рассвета, наконец увидели рассветный свет.

Их долгое ожидание и упорство, казалось, наконец-то были вознаграждены.

Деррик прекрасно понимал чувства товарищей, потому что сам чувствовал то же самое. Однако от Мира Германа Спэрроу он очень хорошо знал, что дело с морем среди руин поля битвы богов далеко не так просто. Добраться до другой стороны моря будет, вероятно, чрезвычайно трудно.

Если не брать в расчёт всё остальное, уже один Тёмный Ангел Сасрир, спящий во дворце Короля Великанов и перекрывающий жизненно важный путь наружу, был проблемой, которую он сейчас не мог преодолеть.

«Остаётся лишь надеяться, что мистер Шут благословит меня. Да, раз уж тот мальчик смог появиться среди руин храма, значит, должны быть и другие пути, позволяющие обойти дворец Короля Великанов и выйти к морю…» — с надеждой подумал Деррик, огибая тихо потрескивающий костёр и направляясь к комнате вождя на другой стороне.

Внезапно он увидел человека, молча сидевшего в тени большого валуна.

Это был мужчина лет двадцати с небольшим, заметно выше Деррика. В руках он держал бледно-золотой браслет с тремя маленькими колокольчиками и смотрел на него расфокусированным взглядом.

Деррик был с этим человеком знаком. Он знал, что это муж Антионы — Долорес, Паладин Рассвета Последовательности 6.

В Городе Серебра до восемнадцати лет можно было свободно встречаться с кем угодно, пока дело не доходило до брака. А если к восемнадцати у человека не было пары, ему принудительно подбирали пару. То же касалось вдов и вдовцов — спустя три года.

Это была необходимая мера, чтобы поддерживать население Города Серебра на нужном уровне. С точки зрения прав человека такое казалось неправильным, но ради продолжения существования всего города в тёмных землях иначе было нельзя. Более того, это позволяло каждому иметь определённое число близких родственников, предотвращая вероятность превращения после смерти в ужасного злого духа.

Долорес и Антиона были соседями, выросшими на одной улице. Они знали друг друга с детства и симпатизировали друг другу. Позже, став товарищами по патрульному отряду, они начали встречаться, а со временем стали мужем и женой, причём очень любили друг друга.

Из-за того что у них был маленький ребёнок, Колин Илиад специально оставил одного из них в городе, когда повёл отряд ко Двору Короля Великанов.

С одной стороны, Деррик понимал, что в решении вождя не было ничего плохого. С другой — его охватило сильное чувство скорби, когда он увидел нынешнее состояние Долореса. Казалось, он вновь вернулся в тот момент, когда ему пришлось собственными руками пронзить своих родителей.

С начала и до конца экспедиции прошло всего полдня. Но для Долореса за это время изменилось абсолютно всё.

Немного помолчав, Деррик отвёл взгляд и двинулся дальше, сам того не замечая, ступая всё тяжелее.

Одновременно он вспомнил один слух:

«У старейшины-Пастыря Ловии когда-то тоже был муж, но он погиб во время экспедиции. Само по себе это было обычным делом и не стоило обсуждения. Однако кроме Ловии вся группа, исследовавшая руины храма, сошла с ума. После того как их уничтожили, среди жителей Города Серебра постепенно поползли слухи:

Во время той экспедиции старейшина-Пастырь Ловия съела собственного мужа!»

В «ночь», когда молнии сверкали редко, ветер был довольно холодным. Деррик вздрогнул и вновь сосредоточился на происходящем перед ним.

Сделав ещё несколько шагов, он добрался до цели и поднял руку, чтобы постучать в дверь вождя.

— Входи, — спокойно произнёс Колин Илиад.

Деррик толкнул дверь и вошёл. Он увидел вождя в льняной рубашке и тёмном пальто, натиравшего маслом оба своих меча.

Колин Илиад не остановился. Он поднял голову и посмотрел на Деррика.

— Что ты думаешь об этой экспедиции?

«Каков мотив вождя, раз он задаёт такой вопрос?» Под влиянием Элджера такая мысль машинально мелькнула в голове Деррика.

Не понимая истинного намерения собеседника, он мог лишь закрыть за собой дверь и честно ответить:

— Возможно, есть и другие пути к морю. Дворец Короля Великанов, должно быть, крайне важен, но там слишком опасно. Нам нужна дополнительная информация.

Колин Илиад кивнул и спросил:

— Значит, Короли Ангелов и другие сущности, называвшие себя божествами, тайно вступили в заговор потому… потому что хотели восстать против Господа?

— И именно «Их» успех сделал эту землю покинутой?

Хотя Деррик никогда не слышал подобного вывода напрямую, на основании тайн, которые он узнал в Клубе Таро, прийти к нему было нетрудно.

— Да, скорее всего, именно так.

Колин замолчал. Даже его движения, пока он натирал меч, заметно замедлились.

Через несколько секунд он отложил вещи в сторону и сделал два шага вперёд.

— А те, кто участвовал в этом заговоре, всё ещё активны по ту сторону моря?

После недолгой паузы Деррик, обдумав ответ, сказал:

— В основном — да.

— Но не слишком активно.

Колин Илиад кивнул, показывая, что больше вопросов у него нет.

Деррик поспешно добавил:

— Вождь, во время смерти Светоистребителя Мурскогана я получил неполную формулу зелья Серебряного Рыцаря, включая дополнительные ингредиенты и ритуал продвижения.

Произнося это, Деррик прекрасно понимал, насколько фальшиво звучит его ложь. Ведь тогда он даже не посмел открыть глаза — раскусить это объяснение было проще простого.

Но ничего лучше придумать он всё равно не мог.

«Если бы здесь был мистер Повешенный, он наверняка нашёл бы куда более удачное оправдание…» Едва эта мысль мелькнула у Деррика в голове, как он услышал медленный голос вождя:

— Очень хорошо. Что именно?

— … — Деррик застыл на мгновение, а затем поспешно пересказал соответствующий ритуал и дополнительные ингредиенты.

Колин молча выслушал его и тяжело вздохнул.

— На этот раз ты внёс огромный вклад. Для Города Серебра это чрезвычайно важно. В будущем нашим пределом станет уже не Последовательность 4, а Последовательность 3. И в определённых пределах риск для экспедиционных отрядов существенно снизится.

«Почему, когда предел повышается до Последовательности 3, опасность для экспедиционных отрядов уменьшается — причём лишь в определённых пределах?..» Пока Деррик радовался своему вкладу, он одновременно совершенно не понимал слов вождя.

Но он понимал, что это знание ему пока недоступно. Позже он собирался расспросить об этом на собрании Таро.

После этого он попрощался и открыл дверь.

— Деррик… — внезапно окликнул его Колин Илиад.

Деррик озадаченно обернулся и увидел, что выражение лица вождя стало очень серьёзным.

Колин долго молчал, а затем покачал головой.

— Остерегайся Ловии.

— Да, Ваше Превосходительство, — от всего сердца ответил Деррик.

* * *

Баклунд, Северный район.

Хейзел в карете возвращалась в город из поместья Лося. Она собиралась встретиться с мисс Одри в Лоэнском благотворительном стипендиальном фонде, чтобы обсудить пожертвования и связанную с этим помощь.

После многих встреч у неё сложилось очень хорошее впечатление об этой благородной леди. Рядом с ней Хейзел не испытывала никакого давления, и странные эмоции, накопившиеся в её сердце, в основном уже рассеялись. Она постепенно возвращала себе всё больше забытых воспоминаний.

«Мне нужен наставник… Что же именно произошло в тот день? Всякий раз, когда я об этом думаю, меня начинает трясти…» Хейзел смотрела в окно, чувствуя лёгкую подавленность.

Её карета проезжала неподалёку от Бёклунд-стрит.

И в этот момент человек в одежде почтальона неторопливо пересёк дорогу прямо перед каретой на велосипеде.

Хейзел машинально окинула его взглядом — и увидела монокль на его правом глазу.