Отдел по Мистическим Преступлениям снова в деле (гет)

В кабинете директора было просторно и солнечно.

Огромные панорамные окна смотрели на горы и лес; спиной к красотам сидел сам директор — плотный красивый мужчина лет сорока, одетый безукоризненно и элегантно.

— Да, мы обращались к шерифу по этому делу, — сказал он, ознакомившись с целью визита, — но…

— И с этого момента у вас изменений в лучшую сторону не наблюдались? — перебил его Меллоун.

— Нет. Все стала хуже, — он махнул рукой на стол, уставленный кипами белой бумаги, — вот те документы, что я должен подписать, но я не могу этого сделать, потому, что там нет документов. Мы проверили всю технику, поставщиков бумаги, краску… Потом все это же проверили люди шерифа… Гиблое дело. Никто ничего не нашел. Мы не понимаем.

— А в системе сохранились документы?

— В системе они есть, но только мы начинаем распечатку делать, так сразу же такая оказия. Раньше такое происходило через минуту, а сейчас… Сами смотрите, — директор напечатал текст, показал полицейским и отправил его на печать. Из принтера вылез абсолютно белый лист бумаги без текста.

— Интересно, — Мик взял лист в руки; он был холодным на ощупь и оставлял на пальцах ощущение неестественной гладкости, — хм. Просто потрясающе. И все исчезнувшие документы в системе есть?

— Да. Мы тут же их размножили на копии и записали на кристаллы, — ответил директор, — но почему мы не можем их распечатать? Мастерам было бы легче работать с бумажным носителем…

— Минутку, — Мик посмотрел лист бумаги на свет, еще раз пожмякал край листа, поцарапал ногтем и почесал в затылке.

— И что вам все эти манипуляции говорят? — поинтересовался директор.

— Они говорят, что лист покрыт тонким силовым полем, на котором печатать нельзя. Слой поля всего несколько наномикрон, его не видно, но печатать не дает.

— Да? А кто до этого додумался? — изумился директор.

— А откуда вы бумагу получаете?

— Со склада канцелярии.

— А туда как она попадает?

— Из Чикаго.

— А в Чикаго?

— С бумажной фабрики в Оттаве, а туда привозят бревна из лесов Канады.

— Ясно. И сколько лежит бумага у вас на складе?

— Дней пять, пока её оформят, а потом она распределяется по фабрике.

— И такое безобразие по всей фабрике?

— Нет, только тут.

— Ясно. Мы бы хотели поговорить с заведующим вашей канцелярией. Это можно устроить?

— Да, — директор нажал кнопку на интеркоме, — Салли, вызовите Берса. Это наш охранник, — объяснил он полицейским, — он вас проводит до склада.

Склад был в том же здании, только на третьем этаже. Заведующей складом оказалась тетенька в стиле типичная учительница старших классов — пук волос на голове, очки, губы поджаты, одежда затрапезная, голос визгливый.

— Да? — скрипучим визгливым козлетоном проговорила она, глядючи на на парней, — зачем пожаловали?

— Полиция, — ребята продемонстрировали свои корочки, — хотим посмотреть на вашу офисную бумагу. Можно?

— Секунду, — набрала номер на архаичном телефоне еще с диском, — сейчас спрошу.

Спросила. Там ей всё объяснили. Она положила трубку, вздохнула, достала ключ и повела ребят в глубины своего необъятного склада.

Бумага нашлась в середине склада. Она была упакована в большие картонные коробки с логотипом Ottawa Paper Mill (зеленая ель на синем фоне). Один ящик был уже вскрыт.

Мик заглянул туда — взято было совсем немного.

— Вы записываете кому вы выдаете? — поинтересовался Макс.

— Да. Вот эту пачку я отдала мастеру 11 цеха для принтера, — проскрипела заведующая, — у меня всё на учете, молодые люди.

— Мы не сомневаемся, — успокоил её Макс, — это часть нашей работы.

— Я понимаю, — тетеньке льстило внимания синеглазого красавчика, — что-то еще?

— Да. Кроме вас на склад может кто-нибудь заходить?

— Исключено, — опровергла заведующая, — ключ только у меня.

— Спасибо, — поблагодарил её Мик, — вы нам очень помогли. Теперь нужно наведаться в цех 11.

Около склада они нашли охранника, который их проводил в цех номер 11.

Цех 11 был тем самым одноэтажным зданием, что стоял посередине. Судя по хаотичному движению людей и погрузчиков, это был склад готовой продукции и заодно упаковки и отправки.

Нашли мастера.

Высокий златокудрый мужчина с ликом греческого бога в дорогом костюме.

— Линдон Трис, — представился он, — чем могу служить?

— Вы бумагу офисную со склада получали?

— Да. А что?

— А посмотреть на неё можно?

— Конечно. Она у меня в кабинете.

Пришли, посмотрели.

Меллоун бумагу посмотрел, поблагодарил мастера и они пошли обратно.

— Что скажешь? — Макс вздохнул.

— Его бумага нормальная, а вот бумага у директора — нет. Конечная точка этого безобразия — склад канцелярии.

— Но ты там был, бумагу посмотрел?

— Да. В коробке обычная офисная бумага, но, как только она попадает к директору, она покрывается силовым полем. Вопрос — как и зачем? Пока я об этом размышляю, нужно выяснить насчет второго дела. Скажите, Берс, а в каком подразделении были жалобы на мастера?

— В четвертом.

— А мы можем там побывать? У нас на руках еще и это дело.

— Можете, — согласился Берс — высокий широкоплечий тип с ликом хрестоматийного индейца, — мистер Лорит сказал, что я должен вас сопровождать.

— Еще бы где-нибудь отлить и пожрать, — проворчал Макс.

— Мы обязательно зайдем. В цехе номер 4 есть всё.

Пришли.

Четыре этажа света, зелени, но только на четвертом этаже окон было много по правому торцу, а так окна были только с переднего и заднего фасада.

На первом этаже — душевые, раздевалки, туалеты и столовая с буфетом.

На втором склады, на третьем — цех, на четвертом — босс.

Парни умылись, поели вполне так нормальную еду и отправились искать мастера на четвертый этаж.

Пришли.

Узрели.

Дама сия была красоткой с копной рыжих волос, с бюстом 50V и задницей 200, если не больше. Одета она была в белую прозрачную блузку, которая не скрывала черного нейлонового лифчика с отверстиями для сосков, и черные шелковые брюки в облипку.

Парни аж попятились, увидев такое чудо.

— Вы хто? — неестественно высоким голосом пропищала эта мадам, — что вам нужно? — губки в бантик сложила и наращёнными ресничками захлопала.

— Полиция.

— Да? А знаете, я решила сделать ремонт у себя дома, купила специальную ванну, на заказ сделанную, а её украли.

— Это к шерифу, — ответил Макс, во все глаза пялясь на мадам, — мы по другому делу.

— Да. Ваша офисная бумага нормальная? — Мик быстрым взглядом окинул всю неземную красоту, стоявшую перед ним.

— Да, — голосом маленькой девочки пропищала мастер, — у меня еще коллекцию трусиков украли, там было сто штук моих любимых стрингов.

— Хорошо, спасибо, — задом вышли из её офиса, развернулись и пошли на лестницу пожарного выхода; лифты там были, но, после пережитого, парни решили немного сбавить темп.

— Это что было? — Макс до сих пор в себя прийти не мог, — если бы я курил, мне бы пары затяжек бы хватило.

— Мы в логове метаморфов, — ответил Мик, садясь на ступеньку, — все высокие должности на этом заводе занимают метаморфы, а все рабочие — обычные люди.

— Почему метаморфы? — Макс присел рядом.

— А ты обрати внимание на то, что они все крайне идеальны, безукоризнен и красивы. Не просто красивы, а сверх красивы.

— Как будто с картин сошли…

— Вот именно. Можно конечно предположить, что они все — абсолюты, но что-то в этих всех красавцах неестественное.

— А мастер?

— Она просто себя ищет. Новая партия, примеряет образы. Знать бы, как они еще на свет появляются?

— А их разве не делают в секретных лабораториях?

— Они просто однажды появились в мире, ходят слухи, непроверенные, что их военные создали, но создание подобного требует кучу денег. Хотя, военные никогда на подобное денег не жалели.

— И что теперь?

— Проблема с бумагой кроется на складе канцелярии. Но как это доказать? Я пока не понимаю. Ладно, уезжаем. Мне нужно подумать.

* * *

Вышли, попрощались с охранником и отправились к своей машине.

— Тихо как, — сказал Макс, шагая рядом с другом, — птиц не слышно, гула тоже. Нереальная тишина.

— Да, я заметил. Теперь нам надо быстрее добраться до автомобиля.

Но тут в тишине прозвучал сухой щелчок и Макс схватился за плечо; через пальцы ярко-красными струйками брызнула кровь.

— Как?! — Мик среагировал быстро, приобнял напарника и заставил сесть на асфальт, прикрывая собой, — как могли меня ранить?

— Пули с силовой оболочкой. — пробормотал капитан, начиная осматривать плечо лейтенанта, — насквозь, держись. Я тебя отсюда вытащу.

— Черта с два, — прорычал Макс, — знаю я тебя. Меня обезопасишь, а сам останешься грудью амбразуры закрывать. Никуда я не денусь.

Еще один щелчок и рядом с ними появилась ямка в асфальте.

— Промазали?

— Нет. Ждут, что мы предпримем.

Еще одна ямка появилась, уже ближе. Макс подобрал ноги.

— Я активировал 200-й уровень браслета, — сообщил ему Мик, — на какое-то время мы в безопасности.

— Портал?

— Не хочу давать им карты в руки. Помолчи. Я подумаю.

Макс держался за плечо, поглядев на приятеля, вытащил платок и кое-как плечо перевязал; левая рука не действовала, но можно было стрелять и с правой.

— Уходим, — после некоторой паузы Мик посмотрел на лейтенанта, — пусть думают, что у них все козыри. Поднимайся, — поднял друга, приобнял, — идти сможешь?

— Смогу. У меня плечо левое пробита, а не нога.

— Ну тогда в темпе.

До джипа оставалось пара метров, когда Мик споткнулся и рухнул лицом вниз.

Макс быстро подхватил его.

Услышал еще один щелчок и его нога подогнулась.

Упал на колени, с ужасом ощущая, как тяжелеет тело его друга.

— Мик, держись.

— Извини, что перепугал, — Мик оперся на руки и встал на четвереньки, — правда, извини. Ой, в тебя опять попали.

— Да, правая нога. А тебя куда ранили?

— Сейчас покажу, — сесть Мик не решался, поэтому мягко осел на бок, потом перекатился на спину, — попали куда надо.

Рубашка на капитане была светло-зеленая и с левой стороны груди быстро пропитывалась кровью.

— Над-д-д…

— Под сердце, но я выживу, там ничего страшного не задето. Кровищи много, но нам даже на руку. Тоже ляг и не шевелись. Подпустим их поближе.

— А почему мы не стреляем?

— А куда ты собрался стрелять? Мы даже не знаем, откуда они бьют, — Мик лежал на спине, смотрел в темнеющее небо, — успокойся. Мне еще мир спасать, так что от пары десятка метаморфов я не сдохну.

— Хорошо, — Макс лег рядом с другом, нашел его руку и сжал, — мы прорвемся. Но, наверное, нужно наших вызвать? И куда потом деть нормальных людей?

— Тут никого больше не осталось, лишь мы и метаморфы, а обычные люди отправились в сои дома, даже не подозревая, что на стоянке перед главным входом лежат два раненных копа. Хотя… — Мик приподнялся на локте и посмотрел в строну зловещих девятиэтажек, — извини, тут, оказывается, еще домашние животные наших метаморфов есть. Нууу, зря это они конечно… ох зря… Макс, ты лежи и не шевелись, я с ними живо разберусь, а ты береги силы.

Тут стоянка осветилась всеми прожекторами.

Классические цвета нуара — белый свет, черные тени и красная кровь.

И тут пришли они.