Повелитель Тайн (джен)

Над бесконечным серовато-белым туманом в древнем дворце появилась фигура Клейна.

Он лишь мельком осмотрелся и сразу заметил, что кое-что изменилось.

Самым очевидным было то, что состояние и устройство этого таинственного пространства целиком отпечатались в его Духовном Теле. Даже на большом расстоянии он всё ещё видел серовато-белые облака и странную дверь света.

«Кроме созданного им дворца и изначально существовавшей двери света здесь больше ничего не было. Пусто, безбрежно и полно силы чрезвычайно высокого уровня…» — пробормотал он, усаживаясь и слегка поднимая правую руку.

В следующее мгновение весь Серый Туман закипел. Таинственное пространство, которое он нёс, задрожало, и отовсюду вырвались лучи слегка потемневшего света.

Когда свет собрался воедино, по воле Клейна он сгустился в полупрозрачного ангела с призрачными крыльями за спиной. Тот обладал уровнем и силой настоящего ангела — величественный, священный и подавляющий одним своим присутствием.

«Нет нужды прибавлять карту Чёрного Императора, карту Тирана или карту Красного Жреца. Не нужен и Скипетр Морского Бога. Одной лишь собственной силой я уже могу привести в движение большую часть возможностей этого таинственного пространства и довести ангела Шута до уровня подлинного ангела Последовательности 2. Конечно, такой ангел не способен отвечать на молитвы и не может существовать долго. Он существует лишь в форме „объятий“ и выдержит всего несколько атак, обладая лишь частью сил в области чудес…

И правда, возможность воскреснуть — дар Замка Сефиры. Сколько раз я ещё сумею возродиться, пока не понять. Если бы я заполучил Запечатанный Артефакт 0-го класса и с его уровнем попытался рассмотреть это, то, пожалуй, увидел бы яснее… Пока же буду считать, что у меня есть ещё только один шанс. Лучше ошибиться в сторону осторожности. Это, наоборот, неплохо — напоминает мне быть внимательным и осторожным… Так и выживают Потусторонние Пути Провидца…

Жаль лишь, что это „чудо“ пока можно применить только к самому себе…

Да, чтобы по-настоящему овладеть и начать контролировать это таинственное пространство, мне нужно как минимум стать ангелом, а то и ангелом Последовательности 1. Замок Сефиры полностью оправдывает своё имя. А у той странной двери света требования и вовсе ещё выше. Сейчас невозможно даже сказать, скрывается ли там какая-либо опасность…

Каков же смысл существования Замка Сефиры? Использовать переселенцев как приманку для возрождения Изначального Творца?» — лёгким взмахом правой руки он развеял святого и могучего ангела.

Весь Замок Сефиры тут же успокоился.

После этого Клейн поднялся и шагнул к серовато-белому облаку в воздухе. Он остановился перед странной дверью света, сотканной из бесчисленных шаров света.

Дверь света была тронута синевато-чёрным оттенком. Суть каждого светящегося шара представляла собой прозрачного и полупрозрачного червя, свернувшегося в клубок.

Глядя на прозрачные «коконы», свисающие на чёрных нитях, Клейн протянул правую руку и медленно попытался коснуться двери света.

Один дюйм, два дюйма, три дюйма. Его ладонь наконец коснулась края двери света — и тут же прошла насквозь, словно это была просто иллюзия.

И всё же по сравнению с прошлой попыткой эта иллюзорная дверь стала заметно «липче», как будто вот-вот должна была обрести вещественность.

«Это предмет, представляющий саму сущность Замка Сефиры?» — несколько секунд размышлял он, после чего повернулся и вернулся к древнему дворцу.

Не теряя времени, он покинул мир над Серым Туманом и начал экспериментировать со способностями, которые только что получил.

«Сначала нужно придумать себе почётное имя… Для Потустороннего Последовательности 3 диапазон ответа на молитвы ограничен регионом. Величина этого диапазона зависит от того, какой властью он обладает. Понятно, что у Морского Короля радиус такого отклика гораздо шире… Значит, и моё почётное имя тоже будет иметь пределы. Защитник всех бедных детей Баклунда? Звучит как-то странно…

Впрочем, для других это ограничение могло бы стать серьёзной проблемой, но не обязательно для меня. Я могу использовать Благословенного мира духов и Замка Сефиры как замену. Должно быть, я единственный, кто одновременно является Благословенным и того, и другого. Этого вполне достаточно. Пока человек находится со мной в одном городе или районе, он сможет использовать такое почётное имя и молиться мне.

Если же мы не в одном месте, ничего не выйдет. Я не могу, как в случае со Скипетром Морского Бога над Серым Туманом, разделить несколько Червей Духа, оставить их в мире над Серым Туманом и с помощью уровня Замка Сефиры отвечать по всему миру… Хотя я и не могу подтвердить связь между Тёмным Ангелом и Древним Богом Солнца, одного этого уже достаточно, чтобы помнить: с аватарами и марионетками нужно быть крайне осторожным. И тут дело не в том, чтобы просто отделить несколько червей. Чтобы добиться нужного эффекта, в Замке Сефиры пришлось бы оставить огромное число Червей Духа. Пока я на такое не способен…

Хорошо, моё психическое состояние пока не так уж плохо. У меня нет ни раздвоения личности, ни непреодолимого желания стать холодным и пугающим. Значит, историческая отметка Знатока былого и есть его якорь… Да и положение императора ухудшилось только после того, как он стал ангелом. Тогда ему пришлось опираться на верующих как на якоря, чтобы удерживать себя на месте. До этого уровня мне ещё очень далеко… Нужно выяснить, что ещё, помимо верующих, можно использовать в качестве якоря, чтобы ничего не пошло не так…»

Размышляя об этом, Клейн взял перо и бумагу.

Он написал первую строку своего почётного имени:

«Благословенный мира духов и Замка Сефиры».

После некоторых размышлений, опираясь на свой богатый опыт и знания, полученные из узоров божественности, он написал вторую и третью строки:

«Тайна, берущая начало в древних временах;

«Свидетель протяжённой истории».

Поскольку Бейондер Последовательности 3 не был истинным божеством, ограничиться трёхстрочным описанием он не мог. Подумав, он добавил ещё две строки:

«Покровитель фокусников и театральных артистов;

«Великий Герман Спэрроу».

Вообще-то и неистинные божества тоже могли использовать трёхстрочные описания, но при этом одна из строк должна была опираться на уровень истинного бога. Например, Клейн мог сказать: «Благословенный Богини Вечной Ночи». В таком случае это по своей сути было ближе к призывательной формуле, а не к почётному имени для молитв, как у посланников. А если посланником являлось существо мира духов, ограничение на «Благословенного определённого истинного бога» и вовсе исчезало. Поэтому заранее нельзя было понять, кого именно ты вызовешь, а это было весьма опасно.

Долго всё обдумывая, Клейн заставил Энуни вслух прочитать это почётное имя на древнем гермесе.

Через несколько секунд он поднял правую руку и с немного странным выражением лица потёр виски.

Он не «услышал» молитвы.

«Что не так с этим почётным именем?» — несколько раз тщательно всё обдумав, Клейн постепенно пришёл к догадке. «Возможно, я не единственный Благословенный мира духов и Замка Сефиры. Псы Фулгрима тоже считаются… Надо добавить ограничение…»

После некоторых изменений Энуни вновь на древнем гермесе произнёс:

«Благословенный мира духов и Замка Сефиры;

«Тайна, берущая начало в древних временах;

«Свидетель протяжённой истории;

«Покровитель баклундских фокусников и театральных артистов;

«Великий Герман Спэрроу».

«Я молю о твоём благословении. Освети тьму передо мной».

Едва голос Энуни затих, как Клейн услышал молитву. Причём услышали её лишь несколько Червей Духа. На настоящее тело это вообще никак не повлияло.

«Это сильно отличается от молитв, приходящих из Замка Сефиры. Всё очень ясно…»

Одной мыслью он заставил Червя Духа ответить в соответствии с заранее установленными правилами.

С тихим свистом перед Энуни появился огненный шар. Он завис в воздухе и осветил всю комнату.

«Неплохо… Если молиться на гермесе, придётся заранее готовить ритуал и рисовать символы… Что до эфирных масел и трав, неважно, есть они или нет. Неужели меня способны порадовать подобные мелочи? Символ должен состоять из свитков, обозначающих историю, целого глаза, обозначающего свидетельствование, и линий, символизирующих перемены…»

Пока что Клейн вовсе не собирался распространять своё почётное имя. Ведь если другие узнают, что Герман Спэрроу уже достиг Последовательности 3, это будет означать потерю важного козыря. К тому же у него ещё оставались альтернативные личности Морского Бога и Шута. Новое имя ему было не нужно.

Па!

Щелчком пальцев он поджёг лист с почётным именем Германа Спэрроу, лежащий на столе.

«Знаток былого также может создавать туман, понижающий температуру, но это явно не ключевая способность… Следом нужно попробовать вызвать проекцию из Исторической Пустоты. Кто будет первым добровольцем?» — мрачно пробормотал он себе под нос и тут же тихо вздохнул.

Затем он прикрыл глаза и при помощи собственной божественности позволил части духа погрузиться в Серый Туман и побродить по истории.

Следуя к точкам, которые он ранее отметил, он мгновенно оказался перед световым пятном.

Внутри находилась просторная и светлая комната с двумя рядами высоких окон до пола. У окна стоял мужчина в тёмно-красном плаще с золотой вышивкой и смотрел туда, где уже село солнце.

На вид ему было около тридцати. Длинные каштановые кудри, голубые глаза, высокая переносица, тонкие губы. Ухоженные усы и приятная наружность.

Розель Густав.

* * *

На улице Северного района худощавый молодой человек с широким лбом и моноклем сидел в кофейне у дороги. Он держал в руке перьевую ручку и сосредоточенно размышлял.

Подняв другую руку, он сжал монокль. Наконец он записал одну фразу:

«Благословенный мира духов и Замка Сефиры…»

Затем перо застыло, как будто следующая мысль так и не пришла ему в голову.

* * *

В съёмной двухкомнатной квартире в Восточном районе Клейн достал золотые карманные часы и открыл крышку.

Сегодня вечером у него уже была назначена встреча с мисс Шэррон и Мариком в пустующем доме.

Немного подумав, он поднял правую руку и схватил пространство перед собой.

На ладони появился простой древний латунный ключ.

Это был Мастер-ключ, который когда-то помог ему одолеть Призрака Стива и не дать Истинному Творцу сойти в мир. В ночь полнолуния он позволял слышать бред мистера Дверь.

А теперь, вызвав его из Исторической Пустоты, Клейн мог пользоваться им целых десять минут.

«Хе-хе, для Знатока былого всё, чем он когда-либо владел, — продано ли это, возвращено, уничтожено или потеряно по самым разным причинам, — никогда не может считаться по-настоящему утраченным. Оно просто продолжает существовать рядом со Знатоком былого в иной форме спутничества…» — глядя на Мастер-ключ в собственной руке, Клейн не без удовлетворения отметил это про себя.

С этой вещью, если он сумеет подобрать нужный ритуал, можно будет напрямую поговорить и с мистером Дверь.

Убрав Мастер-ключ, он надел двубортный сюртук и шёлковый цилиндр, взял золотую трость и вышел из комнаты.