Повелитель Тайн (джен)

Клейн сделал вид, будто не замечает настоящий сон. Останавливая свою проекцию Консула Смерти, он в то же время пытался вытянуть из Исторической Пустоты ещё одну версию самого себя, чтобы одурачить стражу руин Тюдора и дать своему телу выбраться из сна, пробраться в тайный мавзолей и уничтожить его.

Сейчас он мог поддерживать лишь три проекции из Исторической Пустоты. Одной был Консул Смерти Азик Эггерс, другой — его собственная проекция в скрытом состоянии. Был ли третьей Арианна, глава аскетов, он не мог сказать точно. Но на всякий случай перед новой попыткой призыва ему нужно было рассеять одну из них.

Что до состояния Арианны, то помимо подозрения, что «Она» спустилась лично из-за своего нынешнего состояния, у Клейна были и другие догадки. Возможно, глава обители Вечной Ночи сознательно вошла в скрытое состояние, почувствовав, что её проекция из прошлого была призвана, когда она находилась в Амантских горах. Она исчезла из реального мира, позволив проекции обрести самосознание. Это было вполне возможно, особенно если учесть, что власть «сокрытия» наверняка давала ей определённый контроль над её историческими проекциями.

С таким ангелом сокрытия Клейн не мог воспользоваться обратной связью от поддержания исторической проекции Знатоком былого, чтобы подтвердить её истинное состояние. Поэтому он ничего не менял, чтобы не допустить случайностей.

Как раз в тот момент, когда он уже собирался призвать своё прошлое «я», настоящий сон бесшумно исчез. Всё вокруг вернулось в норму.

Он стоял на скале у входа. Под ним возвышался мрачный и величественный мавзолей.

В воздухе левитировал старик с самым обычным обликом. В свете мха и каменных столбов внутри скалы он спокойно посмотрел на Клейна и со вздохом произнёс на древнефейсакском:

— Ты и вправду не был обманут сном, который я создал.

У старика были полностью седые, но всё ещё густые волосы. На лице почти не было морщин, и сам он ничем особенным не выделялся.

«Ткач снов Последовательности 3 Пути Зрителя? Нет, по крайней мере, он не ангел…» Клейн напрягся и не ответил. Он тут же достал серебряную губную гармошку авантюриста и дунул в неё.

Звука не последовало, но Рейнетт Тинекерр в тёмном и сложном длинном платье уже вышла наружу.

Одна из светловолосых голов с красными глазами в её руках тут же выплюнула прямоугольный ромбовидный амулет. Другая голова произнесла на древнем гермесе:

— Вчера!

Вчера ещё раз!

Мисс Посланница черпала силу у своего прошлого «я»!

По сравнению со Змеем Судьбы Последовательности 1 заимствованной силы хватало дольше.

Однако амулет никак не изменился.

В воздухе старец в сером одеянии мягко усмехнулся и вежливо напомнил:

— Не используйте древний гермес передо мной.

«Гермес… Это Гермес? Тот самый, что жил ещё со Второй Эпохи и создал древний гермес? Ангел Пути Зрителя… исток Алхимиков психологии…» Сначала Клейн был потрясён, а потом что-то понял.

«Гермес участвовал в сражении, так что вряд ли у „Него“ было сильное желание останавливать Клейна!

Нет, возможно, „Он“ нарочно притворяется, чтобы ослабить нашу бдительность… Потусторонние Пути Зрителя лучше всех умеют манипулировать сердцами людей…» Как только эта мысль промелькнула у него в голове, две другие головы Рейнетт Тинекерр начали читать на йотунском и эльфийском:

— Вчера!

Прямоугольный ромбовидный амулет мгновенно вспыхнул прозрачным пламенем, а затем слился с пустотой.

Тело Рейнетт Тинекерр начало стремительно раздуваться, а четыре головы в её руках взлетели и встали на её шею.

Четыре головы по очереди стали иллюзорными.

В одно мгновение Рейнетт Тинекерр превратилась в огромную тряпичную куклу, похожую на замок. Она была одета в чёрное готическое платье с бесчисленными таинственными символами и зловещими лозами. Её глаза были кроваво-красными.

Она скользнула взглядом по древнему Гермесу и открыла плотно сжатый рот, но не издала ни звука.

Ангел Пути Зрителя вспыхнул слабым светом и превратился в упитанного белого кролика.

Древний бич, проклятие превращения!

Кролик совсем не запаниковал. Его тело начало раздуваться, став размером с половину горы. Одного удара лапой было бы достаточно, чтобы раздавить Клейна насмерть.

«Для ангела Пути Зрителя стоит счесть себя достаточно сильным — и он станет достаточно сильным, не будучи скован внешним обликом!»

Когда кролик превратился в чудовище, в руинах произошло тонкое изменение. Реальность и иллюзия переплелись, так что Рейнетт Тинекерр на мгновение запуталась, во сне она или в реальном мире.

Клейн мог различить их. Он заметил, что мисс Посланница не только находилась в форме Мифического Существа, но и поверхность тела кролика была покрыта серовато-белой чешуёй. Разные узоры переплетались, образуя объёмные символы, которые, казалось, напрямую связывались с разумом.

«Ангелы и правда ужасают. Они с самого начала используют полную форму Мифического Существа…» — мысленно заметил Клейн. Он даже не смел взглянуть ещё раз, чтобы получить больше знаний. Во-первых, у него не было на это времени, а во-вторых, его уровень был недостаточно высок. Увидеть полную форму Мифического Существа наверняка означало бы подвергнуться влиянию и получить негативный эффект. На опасном поле боя этого следовало избегать.

Пользуясь битвой между мисс Посланницей и гигантским кроликом, превратившимся в дракона, Клейн подхватил сильный ветер и направился к секретному мавзолею. Произнося одно почётное имя на йотунском, он протянул руку и схватил воздух.

Первый раз — неудача; второй раз — неудача; третий раз — всё ещё неудача!

Когда на острове сознания Клейна один за другим возникали толстые белые кролики, заставляя его возвышать сознание для отпора и мешая одновременно следить за несколькими вещами, он инстинктивно протянул правую руку и наконец коснулся определённого образа в Исторической Пустоте.

Когда он отдёрнул руку, образ быстро проступил. Это была женщина в тёмной мантии с широким капюшоном. У неё было красивое лицо и чуть тусклые чёрные глаза.

Это был ангел сокрытия Церкви Богини Вечной Ночи, которого он уже встречал прежде.

Позже, в туманном городке, он узнал, что это Небесная Мать, дочь древнего бога Флегреи, и предположительно сосуд для нисхождения Богини.

Раз он смог с первой попытки призвать из Исторической Пустоты главу аскетов Арианну, Клейн, разумеется, решил проверить, сможет ли он призвать и «Её».

Он ведь всё это время произносил почётное имя Богини Вечной Ночи!

Использование проекций Исторической Пустоты Знатоком былого имело трудно преодолимое ограничение: он не мог призывать то, что связано с Уникальностью. Однако объекты, бывшие лишь сосудом для нисхождения божества, зависели от того, сколько силы этого божества несла соответствующая проекция Исторической Пустоты и затрагивала ли она Уникальность. Так же, если он хотел призвать Амона, настоящее тело было бы невозможно, но аватар подошёл бы.

На всякий случай он призвал ту, что улыбнулась ему во время Великого смога Баклунда, и добился успеха с третьей попытки!

Разумеется, если бы не молчаливое одобрение Богини, а может, и какая-то помощь с её стороны, он не добился бы успеха ни за сто попыток, ни за тысячу, ни даже за десять тысяч.

Прекрасная дама не посмотрела на него, призывателя. Вместо этого «Она» повернула голову и посмотрела вниз, на секретный мавзолей.

Всё подземное пространство руин содрогнулось, когда мрачный и величественный мавзолей начал трястись. По нему пошла рябь, словно он вот-вот должен был быть перенесён в скрытый мир.

В этот момент из внешнего мира протянулись две руки. Одна устремилась к гигантской кукле Рейнетт Тинекерр, а другая разжала пальцы, чтобы схватить Клейна.

Эти две руки были длиной более десяти метров. Снаружи они были чёрными как смоль, по ним текла липкая жидкость. Местами из них странно выпирали наросты; где-то торчали черепа, объёмные глаза или шипастые языки.

Мерзость Суах!

Оставшиеся стражи в подземных руинах обезумели. Одни подняли мечи, чтобы убить товарищей; другие подняли револьверы, направили их на себя и нажали на спуск.

Кожа Клейна начала трескаться, а сознание было нарушено ощущением безумия. Он не мог эффективно отреагировать.

Призванный им ангел сокрытия инстинктивно отвёл взгляд и посмотрел на две руки, будто протянувшиеся из глубин кошмара.

Чудовищный страх заставил руку Суаха слегка задрожать. «Он» не только не сумел схватить Клейна, но ещё и был проклят Рейнетт Тинекерр, из-за чего покрылся зелёным мехом.

Сразу после этого они начали тускнеть, изо всех сил борясь с состоянием сокрытия, пытаясь вырваться из него.

И в этот момент в воздухе подземных руин появились три фигуры. Это были император Розель, первый король Лоэна Уильям Август и абстрактный ангел, сотканный из чистого света. Следом за ними шли проекции Исторической Пустоты, призванные Заратулом!

Такое количество ангелов, спустившихся одновременно, заставляло содрогаться одно лишь воздействие их аур, не говоря уже о яростной битве, в которой они участвовали.

В мгновение ока чёрный как смоль мавзолей затрясся ещё сильнее. На его поверхности даже появилась отчётливая трещина.

Клейн вовсе не удивился, потому что это был его последний запасной план:

«Когда враг слишком силён и подготовлен, не оставляя ему шанса создать подходящий момент, лучше всего стянуть всех вместе и одновременно разрушить мавзолей, создав хаос!»

Эту идею ему подсказало столкновение за пределами города Баяма.

Тогда Мерзость Суах и побочный продукт проекта Искусственной Смерти атаковали издалека, а Морской Король Коттман, мисс Посланница Рейнетт Тинекерр и полубог из Школы Мысли Розы участвовали в сражении, в результате чего рухнула ни в чём не повинная гора.

В тот момент Клейн хотел, чтобы секретный мавзолей в этих руинах постигла та же участь.

Он не верил, что ангелы способны контролировать ущерб, наносимый окружающему, во время ожесточённой битвы!

А состав на этот раз намного превосходил предыдущий!

«Этого всё ещё недостаточно… Тогда сделаем это ещё немного хаотичнее…» Контролируя Нити Духовного Тела, чтобы они не тянулись вверх, он увернулся и ощутил таинственное пространство над Серым Туманом. Используя своё базовое управление им, он заставил его слегка задрожать.

В воздухе появился серовато-белый туман, и смутно проступил величественный дворец.

Замок Сефиры!

В мгновение ока небо над Собором Святого Ветра в Баклунде потемнело, словно там назревала буря.

Птица с тёмными кругами вокруг глаз, наблюдавшая за нижним течением реки Тассок, перевела взгляд.

* * *

На окраине Баклунда, где находились Руины № 1, Демонесса Трисси лишилась нескольких способностей и получила тяжёлые ранения. Она была на пороге смерти.

Бах!

Она врезалась в скалу, почти вмявшись в неё. Кровь была повсюду.

В этот момент она достала предмет — прямоугольный ромбовидный амулет.

Вчера ещё раз!