Повелитель Тайн (джен)

«Позволить фрагменту истории, оставшемуся позади, вернуться в нынешнюю эпоху… Именно вернуться, а не просто вновь возникнуть… Смысл тут совершенно разный. Недостаточно будет просто записать подлинную историю Четвёртой или Третьей Эпохи и распространить её, чтобы завершить ритуал…» Правая рука Клейна, державшая авторучку, замерла. Он инстинктивно начал разбирать содержание зелья Чудотворца.

Немного подумав, он нашёл то, что идеально соответствовало требованиям ритуала.

Это означало позволить людям Города Серебра покинуть Покинутую Землю Богов и вернуться на Северный и Южный континенты, позволить этой истории, оставшейся позади на две-три тысячи лет, вернуться в нынешнюю эпоху!

«Это ничуть не легче, чем вырваться из-под преследования Амона. Единственный способ покинуть Покинутую Землю Богов — войти во Двор Короля Великанов и открыть дворец, где погружён в глубокий сон Тёмный Ангел Сасрир. Это отрицательная личность Древнего Бога Солнца. Среди Королей Ангелов „Он“ занимает первое место и известен как Левая Рука Бога, Наместник Небес. Возможно, „Он“ даже сильнее нынешнего Амона… Кроме того, за „Его“ нынешним состоянием следят разные божества… Да, по сравнению с моим побегом от Амона здесь есть более контролируемая часть: я могу заранее как следует подготовиться…» Клейн медленно выдохнул и почувствовал, что шанс завершить ритуал всё же есть.

На самом деле он прекрасно понимал: даже без него Город Серебра вновь и вновь пытался бы открыть дверь в резиденцию Короля Великанов и найти путь из этой проклятой земли. Они были как мотыльки, летящие на пламя, пусть даже ценой смерти.

«Как бы там ни было, с моим „участием“ шансы на успех уж точно будут выше, чем сейчас…» Подсознательно Клейн хотел открыть место сна Тёмного Ангела, чтобы привлечь Амона и, устроив хаос, ослабить урон от пробуждения самого Тёмного Ангела.

Такой приём был ему довольно хорошо знаком.

Однако в конце концов он отказался от этой идеи, потому что она была слишком опасной.

Побыв рядом с Амоном и наконец увидев уровень Короля Ангелов своими глазами, Клейн инстинктивно начал бояться подобных чудовищных существ. Ему больше не хотелось пользоваться их конфликтом, чтобы создавать хаос.

Одно лишь «Их» существование могло причинить невосполнимый урон окружающим Потусторонним и целому региону!

В подобных условиях попытка опереться на «Них» ради хаоса была уже не просто хождением по краю бездны: стоит на миг оступиться — и сорвёшься вниз, в вечное проклятие. Поэтому лучше было даже не пробовать.

Если только у него не останется вообще никаких иных способов и само бегство не превратится в пустую фантазию, Клейн не хотел идти на подобный риск.

«И правда, часть сил Чудотворца исходит из истории, поэтому и ритуал связан с таким условием… Как другие Знатоки былого завершали его?» Смотря на пергамент на длинном бронзовом столе, он подошёл к вопросу с другой стороны. «Если бы это был я, единственное, что приходит в голову, — изолировать каких-то людей или какой-то отрезок истории от реальности. Лишь после того, как о них забудут, вернуть их в нынешнюю эпоху. Это может занять столетия, а то и больше… Какой злой поступок… Хе-хе, это напоминает „Персиковый источник“… Те люди, что жили в утопии вдали от внешнего мира, и вправду обладают схожими чертами…»

Немного поразмыслив, Клейн решил, что для Знатоков былого трудность этого ритуала заключалась прежде всего в одном: сумеют ли они дожить до момента его проведения. К тому же слишком многое могло случиться, что прервало бы подобную самоизоляцию.

«Покинутая Земля Богов идеально решила эти проблемы, но взамен принесла куда более серьёзные… Тёмный Ангел Сасрир… В каком состоянии сейчас этот Наместник Небес? Связано ли это с воскрешением Древнего Бога Солнца?.. Уровень такого дела уже упирается в потолок этого мира… Почему я вечно оказываюсь втянут в подобное?..» Клейн с самоиронией рассмеялся. Он приблизительно догадывался, что всё это — судьба, принесённая ему Замком Сефиры.

В конце концов, Богохульник Амон совсем не хотел брать такую судьбу на себя.

Отдёрнув блуждающие мысли, он вновь сосредоточился на формуле зелья Чудотворца.

Червь звезды — от Пути Ученика? Среди дополнительных ингредиентов ещё три высокоуровневых духовных материала из трёх соседних путей… Червей Времени я уже превратил в амулеты Сифон Судьбы. Вернуть их обратно невозможно. Попросить дедушку Леонарда «одолжить» мне ещё одного? Разве это называется «одолжить»? Я собираюсь обменять его на улучшенную версию амулета «Вчера ещё раз»!

Где мне искать Червя звезды?.. Полубогов Пути Ученика, живущих в реальном мире, не так уж много… Ботис, Чародей секретов Ордена Авроры? Но я заперт в Покинутой Земле Богов, и не могу заняться им лично… Остаётся только просить помощи у мэм Отшельницы и Королевы Мистик. Заодно надо подтолкнуть мисс Магичку поскорее стать Путешественником… Да, можно ещё попросить её спросить у учителя, где вообще можно раздобыть Червя звезды…

Вообще, основной ингредиент тут по сути только один. Либо сердце Тёмного демонического волка, либо Потусторонняя характеристика другого Чудотворца. Это уже не два варианта, а один и тот же уровень…

Да, а это ещё и означает, что на этом уровне рассеянных характеристик почти не осталось. Все они уже собрались вместе…

Тёмный демонический волк также известен как Бог желаний. Это полноценный ангел, подчинённое божество. Если я не смогу найти материал, который можно использовать, выходит, мне придётся убить бога?

Уровень ангела уже можно считать скрытым существованием. Это принципиально отличается от Последовательности 3…

Стоит только подумать — и уже страшно…

Составив список помощников, которых можно было бы втянуть в дело, он заметно успокоился. У него даже появилось ощущение, что раз долг уже достаточно велик, бояться его больше нет смысла.

Он поднял правую руку с авторучкой и продолжил записывать то, что уже успел узнать раньше.

Большая часть этого была ему и так известна, так что служила лишь напоминанием.

Наконец, в углу пергамента он записал неполные сведения:

«Последовательность 1: Служитель Тайн

Главный ингредиент: одна Потусторонняя характеристика Служителя Тайн».

Эта строчка означала, что получить Потусторонние характеристики Последовательности 1 иными путями почти невозможно: выбирать можно лишь из трёх.

«Одна находится у Полушута на главной вершине горного хребта Хорнакис. Она вместе с Уникальностью. Другая — у Заратула. Остаётся ещё одна. Судя по словам Леонарда, Истинный Творец знает, где её искать. Где же она может быть?.. Да, Маленькое Солнце с остальными ведь охотились в северных развалинах города Ноис на метаморфов. Там, похоже, скрывается высокоуровневое существование Пути Провидца. Интересно, соответствует ли оно Чудотворцу или Служителю Тайн?..» У Клейна постепенно родилась мысль: после воскрешения и побега от Амона стоит наведаться в Ноис хотя бы для предварительной разведки.

Переварив полученные знания, он призвал из груды хлама свои золотые карманные часы, открыл крышку и посмотрел на время.

До того как уничтожить руины Кровавого Императора, он заранее принёс над Серым Туманом в жертву множество вещей, которые не нужны были ему в бою, чтобы уберечь их от повреждений.

И всё же после битвы и последующего самоубийства он потерял немало — и всё это были вещи чрезвычайно ценные. Стоило лишь подумать об этом, как он почти терял контроль.

«Путешествия Грозелля», «Смертный набат», «Ползучий Глад», амулет Сифон Судьбы, Амулеты Палящего Солнца, марионетка Конас со всем её снаряжением, марионетка Энуни с двумя кольцами и гармоника авантюриста… Нет, об этом лучше больше не думать. Хорошо ещё, что медный свисток Азика я заранее забросил над Серым Туманом. К счастью, я по-прежнему могу призывать исторические проекции этих предметов. Просто теперь они сопровождают меня в иной форме… Хм, наверное, не «Путешествия Грозелля»… У Клейна запульсировали виски, и на него навалилась тяжесть.

Он вздохнул и серьёзно оплакал утраченные вещи — особенно тот мистический предмет, что столько времени был рядом с ним: «Ползучий Глад».

Долгое время Клейн молчал, а затем силой воли вернул внимание к настоящему. Ожидая начала собрания Таро, он машинально стал размышлять о Древнем Боге Солнца и прочем — например, о Чернобыле.

Внезапно он слегка нахмурился.

«Раз это мой родной мир, значит, тут никогда не было переселенцев в привычном смысле. Все они — древние люди, выпущенные Замком Сефиры. Тогда неужели в таких местах, как Море Хаоса, тоже существуют подобные сущности? Неужели Чернобыль превратили в некое святилище?

Судя по словам Амона и тому, что я увидел при гадании, Древний Бог Солнца действительно пробудился в Чернобыле. Тогда кто он — „переселенец“, выпущенный Замком Сефиры, или выживший из святилища?

Если второе, то кто тогда третий человек в коконе…»

Едва эта мысль возникла, как Клейн насторожился, а его зрачки слегка расширились.

У него уже была определённая догадка относительно истории эльфов. По всей вероятности, с Замком Сефиры она никак не связана.

И всё же даже так он не мог найти верное соответствие для третьего — или, точнее, первого — «переселенца».

Похоже, этот «переселенец» вообще не оставил следов в истории!

Не колеблясь ни мгновения, Клейн погрузил сознание в серо-белый туман. Силой Замка Сефиры он напрямую пришёл к сравнительно далёкому отрезку истории.

Он состоял из множества световых осколков, и самым чётким из них был висящий над дверью света Чжоу Минжуй.

А рядом с Чжоу Минжуем, благодаря тому, что Клейн достаточно хорошо знал Розеля, соответствующий туман истории мгновенно озарился. Он увидел молодого мужчину, тоже крепко закрывшего глаза внутри кокона.

Даже не проверяя дальше, по самому ощущению знакомости и духовной интуиции он подтвердил: это прежнее воплощение императора Розеля Густава, Хуан Тао.

Не став разглядывать истинную внешность императора, Клейн перевёл взгляд на другую сторону.

Там висел прозрачный кокон, и фигуру внутри можно было различить лишь смутно.

Поскольку прежде он уже видел остальных подвешенных, в тумане истории зажглось немало осколков света. Они переплетались и взаимно усиливали друг друга, едва позволяя различить размытый участок.

Фигура внутри явно была женской.

«Женщина…» В этот миг Клейн понял, что, разбирая вопрос о «переселенце», упустил одно направление.

У «переселенцев» был объективный взгляд на мир. Они вполне могли полностью контролировать себя и не оставлять следов, выходящих за пределы эпохи. Но существовала одна вещь, которой невозможно было избежать.

Совершенно очевидно, что Замок Сефиры связан с тремя путями, соответствующими Провидцу, Ученику и Вору. После рождения «переселенца» тот должен был очень быстро установить связь хотя бы с одним из этих трёх путей.

Клейн оказался втянут в дело, связанное с тетрадью семьи Антигон, и очень скоро получил возможность выбрать зелье Провидца.

В Интисе, где действовал Розель, существовал Тайный Орден, и он рано познакомился с Заратулом.

Если следовать этой логике, то Древний Бог Солнца, обладавший властью Вора, и вправду был одним из вполне разумных подозреваемых.

Клейн тут же создал ручку и бумагу и начал перечислять известные ему на данный момент имена. Например, людей Четвёртой Эпохи из семей Антигон, Заратул и Авраам или Королей Ангелов, окружавших Древнего Бога Солнца.

Очень скоро его взгляд остановился на нескольких именах.

Первым был не кто иной, как древний бог Флегрея, у которого явно имелась власть Провидца. А рядом с ним значились «Его» подчинённые божества.

Бог Мёртвых, Сэлинджер, и Богиня Несчастий, Аманис.

Последняя теперь была известна как Богиня Вечной Ночи.