Повелитель Тайн (джен)

Засохшие лозы свисали вниз, укрывая собой сгнившие деревянные постройки. Всё это место словно застыло в безмолвии; сюда уже давно не ступала нога человека.

Элджер с несколькими матросами обошёл руины по кругу в холоде увядающей зимы, но они так и не нашли ничего по-настоящему ценного.

— Капитан, сюда ведь уже не раз приходили разные искатели приключений. Что тут вообще могло остаться для нас? — первым нарушил молчание матрос лет тридцати.

Остальные тут же подхватили:

— Да-да, если уж мы так быстро узнали про это место, значит, и другие легко его находят!

— Точно, точно! Лучше бы дальше мочили фейсакцев!

— Капитан, вы что, хотите устроить тут опорную точку?

Элджер медленно обвёл всех взглядом, и под тяжестью этого взгляда матросы тут же подавили ропот и выбрали послушание.

Помолчав несколько секунд, он сказал:

— Я собираюсь использовать это место, чтобы устроить засаду фейсакцам.

— Осмотрим местность и решим, подходит ли она для этого.

Получив такое объяснение, матросы кое-как приободрились, и вся группа быстро двинулась в глубь эльфийских руин.

На ходу духовное восприятие Элджера внезапно сработало, и он невольно заглянул за огромное дерево.

Там земля явно была когда-то взрыта, причём произошло это не более года назад.

Элджер отвёл взгляд и сделал вид, что ничего подозрительного не заметил. Очень естественно он перевёл внимание на другие места.

Осмотрев эльфийские руины, они вернулись в новый лагерь.

К тому времени уже почти стемнело, в лесу стало ещё холоднее. Элджер поужинал вместе с матросами, оставил двоих нести ночной дозор, а затем все разошлись по своим палаткам.

Холодный ветер гулял между деревьями, заставляя пламя костра колыхаться. Элджер, собиравшийся среди ночи незаметно покинуть лагерь, внезапно услышал доносящееся издалека тихое пение.

Голос был неземным — словно женщина тихо напевала протяжную песню, поверяя ей свои чувства.

Эта мелодия невольно всколыхнула в Элджере прошлое. Он вспомнил давно умершую мать и те дни, когда был ребёнком, над которым все издевались.

Из самой глубины сердца нахлынула неописуемая скорбь, и он не смог сразу прийти в себя. Лишь спустя несколько секунд резко сел на постели, нахмурившись и прислушиваясь.

На этот раз он ничего не услышал. Мелодичного голоса словно никогда и не было.

Элджер сузил глаза, схватил свою плотную куртку и надел её, затем вышел из палатки к костру.

Двое матросов, поставленных в ночной дозор, только что завершили обход и грелись у огня.

— Заметили что-нибудь необычное? — низким голосом спросил Элджер.

Оба крепких, сильных матроса покачали головами:

— Нет.

Брови Элджера чуть расслабились. Он уже собирался сам выйти на обход, когда краем глаза заметил кое-что странное.

Эти двое стояли слишком близко друг к другу.

Для обычных пиратов в этом не было бы ничего особенного. Но люди Элджера прошли официальную выучку в Церкви Повелителя Штормов. Они отлично знали, что в такой обстановке патруль должен держать определённую дистанцию: не слишком далеко, но и не слишком близко. Нужно видеть товарища, но не позволять противнику одним ударом захватить вас обоих.

Элджер сделал ещё два шага, не меняясь в лице, затем обернулся и как бы невзначай спросил:

— А что-нибудь обычное вы заметили?

Он намеренно изменил вопрос, сделав его на первый взгляд совершенно странным.

Двое крепких матросов снова покачали головами и, не меняя выражения лиц, ответили:

— Нет.

Нет… Элджер слегка кивнул с расслабленным видом:

— Очень хорошо.

Он развернулся и медленно вошёл обратно в свою палатку.

В тот самый миг, когда матросы перестали за ним следить, Элджер вытащил Клинок Яда и Очки Горгульи, раскрыл рот и приготовился запеть во всё горло.

И в этот момент прежний неземной голос зазвучал снова. Он ворвался Элджеру в уши и пронзил разум.

Это была чрезвычайно древняя народная песня, насквозь пропитанная безмерной печалью и тоской. Под её пение на Духовном Теле Элджера возникли бледные, несуществующие руки и стали бесконечно его раздирать.

Черты лица Элджера исказились, кожа начала покрываться скользкой чёрной чешуёй, тёмно-синие волосы один за другим встали дыбом и стали ненормально толстыми.

Мысли, которые он только что пытался собрать воедино, под воздействием песни и боли рассыпались и уже не могли сложиться во что-то цельное.

Элджер рухнул на землю и забился в судорогах, становясь всё меньше похожим на человека и всё ближе подходя к грани потери контроля.

Внезапно пение оборвалось. До его ушей донёсся слегка безразличный голос:

— Немного эльфийской крови…

— Этого достаточно. Хорошо используй Потустороннюю характеристику Сиатас.

Лоб Элджера покрылся холодным потом. Он медленно поднялся и только тогда понял, что не заметил, когда именно в палатке появилась фигура.

Это была женщина с чёрными волосами и безупречно красивыми чертами лица. Её уши были чуть заострены, взгляд — глубоким, а черты — мягкими. На ней было сложное древнее длинное платье. Хотя ростом она не превосходила Элджера, от неё всё равно исходило чувство явного превосходства.

— …Вы — Королева эльфов, Королева Бедствий Кохинем? — эта мысль молнией пронеслась в голове Элджера, и он первым задал вопрос.

Женщина, играя в руке искусно украшенным золотым кубком, спокойно ответила:

— Разве ты уже не встречался со мной раньше?

Элджер внезапно вспомнил похожее пение, которое слышал на острове Пасу. Вспомнил и ту высокую эльфийку, которую видел, войдя в подводный коралловый дворец.

Помолчав несколько секунд, он низко произнёс:

— Вы и вправду ещё живы.

Одновременно он мысленно начал повторять почётное имя мистера Шута, хотя и не знал, сработает ли это, если не произносить его вслух.

Лицо черноволосой женщины ничуть не изменилось.

— Ангелу очень трудно погибнуть, если он не встретит достойного врага.

— Тогда зачем вы разделили характеристики и привели себя в столь странное состояние? Почему вам пришлось ждать возможности воскреснуть? — о подобных случаях Элджер уже слышал в Клубе Таро, и теперь спрашивал не только из любопытства, но и чтобы выиграть время.

Эльфийка, которую он подозревал в том, что это Королева Бедствий Кохинем, тихо хмыкнула:

— Потому что божественный трон «Шторма» уже занят Леодеро, и у меня нет способа противостоять «Тирану».

— Кроме того, эльфов становится всё меньше. Мои якоря всё менее устойчивы.

Кто-то другой мог и не знать, кто такой Леодеро, но Элджер понимал это прекрасно. Продолжать эту тему в реальном мире он не осмелился.

Едва он собрался спросить, зачем Королева Бедствий Кохинем вообще пришла, как она сама произнесла:

— Ты хочешь стать полубогом?

«Хочет использовать моё тело для воскрешения? Собирается заманить меня перспективой продвижения к Последовательности 4 и обретения божественности, чтобы вторгнуться в моё тело?» Пока Элджер испытывал искушение, в голове у него один за другим всплывали вопросы.

Но, учитывая, что мистер Шут способен очищать самые разные виды загрязнения и порчи, Элджер остро почувствовал: перед ним шанс.

Это напомнило ему термин, который однажды упоминал император Розель:

Троянский конь!

И теперь у него имелся весьма высокий шанс впустить троянского коня, а затем вышвырнуть наружу захватчика.

— Что вы хотите, чтобы я сделал? — не выказывая чрезмерной поспешности, Элджер задал вопрос так, как это соответствовало его характеру.

Королева Бедствий Кохинем несколько секунд молча наблюдала за ним, прежде чем сказать:

— Когда у тебя появится право соприкоснуться с Книгой Бедствий, вынеси оттуда нечто такое, чего никто другой не заметит, и отнеси это на Западный континент.

«Западный континент… легендарная родина эльфов?» Элджер слегка нахмурился:

— Разве Западный континент уже не исчез?

Уголки губ Кохинем чуть приподнялись.

— Раз исчез, значит, появится снова.

— Во время Апокалипсиса он непременно возникнет вновь.

Не дожидаясь следующего вопроса Элджера, Королева эльфов на мгновение умолкла и добавила:

— Тебе не обязательно лично доставлять этот предмет на Западный континент, но ты обязан доверить его кому-то, кому можно доверять. Пусть я и не особенно искусна в проклятиях, заставить тебя умереть мучительной смертью за нарушение нашего соглашения я всё ещё способна.

— Но что, если Западный континент так и не появится снова? Или если туда будет невозможно войти? — Элджер серьёзно задумался и лишь после этого задал вопрос.

Кохинем с её мягким взглядом и блестящими иссиня-чёрными волосами будто ненадолго погрузилась в прекрасные воспоминания.

Через несколько секунд она спокойно произнесла:

— Если он и правда не появится снова, тогда наше соглашение станет недействительным.

— Возможно, чтобы войти на Западный континент, требуется особое заклинание или ключевая команда, но я этого не знаю. Зато ты можешь спросить об этом у одного конкретного существа.

— У кого? — озадаченно спросил Элджер.

Кохинем скользнула по нему взглядом и холодно сказала:

— У того мистера Шута, чьё почётное имя ты только что повторял про себя.

— У меня есть ощущение, что именно «Он» — ключ к этому.

Сердце Элджера сжалось, и он поспешно опустил голову:

— Я понимаю.

Увидев это, Королева Бедствий Кохинем слегка кивнула:

— Если хочешь стать полубогом и готов соблюдать это соглашение, на рассвете отправляйся к эльфийским руинам.

Как только её голос стих, фигура Королевы эльфов быстро рассеялась, словно мираж, который часто видят в море или в пустыне.

Элджер внезапно распахнул глаза и понял, что лежит в палатке, только что проснувшись.

Воспоминания у него были спутаны, но он быстро привёл их в порядок.

Они с матросами всего лишь нашли местоположение эльфийских руин и ещё даже не успели их исследовать.

Предыдущая «разведка», песня, странности с матросами, появление Королевы Бедствий и разговор с «Ней» — всё это оказалось лишь сном!

«Неудивительно, что я был так беспечен… Я ведь знал, что могу столкнуться с Королевой Бедствий, и всё равно не помолился сперва мистеру Шуту… Королева Бедствий использовала свой статус ангела, чтобы создать этот предельно реалистичный сон? Или у неё есть соответствующий Запечатанный Артефакт? Даже в таком особом состоянии она всё ещё располагает способами задействовать свои силы?» Прислушавшись к звукам за пределами палатки, Элджер понял, что снаружи всё в полном порядке.

После этого он сел и искренне вознёс молитву мистеру Шуту.

Всего через двадцать-тридцать секунд Элджер уже прибыл над Серым Туманом и увидел мистера Шута, сидящего в конце длинного стола, покрытого пятнами.

— Ты встретил Кохинем? — как бы между прочим спросил мистер Шут, Клейн, после того как Повешенный поприветствовал Его.

Элджер серьёзно ответил:

— Да, но я не могу быть уверен, что это действительно Королева эльфов.