Повелитель Тайн (джен)

Наконец Дориан остановился возле письма.

Он наклонился и протянул правую руку. Пальцы дрожали, когда он подцепил край бумаги и поднял её.

На этот раз Дориан был предельно осторожен. Он начал читать слово за словом, с самого начала. Порой ему открывалось понимание, порой он терялся, порой недоумевал, а порой испытывал боль.

Письмо, которое прислала Форс, было недлинным. Ему хватило трёх минут, чтобы дважды перечитать его, после чего он надолго замолчал.

Солнечный свет лился из окна и ложился на опрокинутый стол.

Губы Дориана Грея Авраама внезапно дрогнули, но в конце концов он так и не издал ни звука.

Зажав лист между большим и указательным пальцами правой руки, он быстро потёр их друг о друга, и письмо вспыхнуло алым пламенем.

Сделав это, Дориан собрал вещи, надел маскировку, переоделся и покинул съёмную квартиру. Воспользовавшись заранее подготовленной личностью, он отправился в другое место.

Устроившись там, он сел за письменный стол и уставился на латунное украшение, словно погрузившись в глубокие размышления.

В комнате становилось всё темнее и темнее по мере того как солнечный свет слабел. Веки Дориана дёрнулись, и он медленно вздохнул.

Затем он развернул лист бумаги, взял перьевую ручку и, поразмыслив, написал:

«…Я очень рад видеть, что ты переварила зелье Писаря всего за несколько месяцев. Это значит, что однажды ты и правда сможешь стать полубогом…

«…Вот ключевые моменты, на которые нужно обращать внимание, отыгрывая роль Путешественника, по крайней мере те, что известны мне. Но ты должна помнить: у каждого человека свой характер. В реальной жизни способ отыгрыша всегда будет немного отличаться, так что нельзя слепо копировать чужой. Это не значит, что принципы отыгрыша у других неверны, просто они могут вызвать в твоём сердце слишком сильный внутренний конфликт и повлиять на твоё психическое состояние… Иногда можно разумно скорректировать отыгрыш и замедлить скорость переваривания зелья, и это пойдёт тебе только на пользу. Ты должна помнить: отыгрыш — это инструмент, а не то, что должно властвовать над тобой…

«Я жду дня, когда ты полностью переваришь зелье Путешественника. Я подготовлю для тебя соответствующие ингредиенты и подарок.

«…Меня очень заинтересовало то, что тот джентльмен говорил о проклятии семьи Авраам… Думаю, ты давно уже заметила, что я в какой-то мере исследовал подобные вещи. Иначе ты не спрашивала бы меня об этом снова и снова…

«Надеюсь, ты сможешь продолжить разбираться в этом деле ещё глубже…»

Написав ответ, Дориан Грей Авраам закрыл глаза и быстро сложил письмо.

* * *

Январь 1351 года. Новогодний Баклунд был куда более мрачным, чем прежде.

В одном из подвалов Западного района мерцало несколько свечей с жёлтым пламенем, освещая окружающие алтари, стулья и круглые столы.

На границе света, в особенно густой тьме, неясно вырисовывалась фигура. Иногда она покачивалась, иногда вытягивалась в тонкую сущность, лишённую толщины. Это было похоже на ожившую тень.

Внезапно фигура низким голосом произнесла:

— Ты пришёл раньше, чем я ожидал.

Возле свечи, в самом ярко освещённом месте, быстро появилась другая фигура.

Это был мужчина в загадочном чёрном одеянии. Его каштановые волосы слегка вились, а тёмные, глубокие глаза, казалось, скрывали в себе бесчисленные образы.

Это был не кто иной, как один из пяти святых Ордена Авроры, Чародей секретов Ботис.

Ботис улыбнулся и сказал:

— Для меня расстояние не проблема.

Он подтащил стул, сел и обратился к длинной узкой тени:

— Ты всё тщательно проверил? Нашёл что-нибудь необычное?

Тень, почти утекшая в темноту, глухо ответила:

— Никаких проблем нет.

— Правда? — услышав подтверждение, Ботис инстинктивно насторожился. — Кисма, а не ловушка ли это?

Кисма, Угодник Мрака Ордена Авроры, медленно покачал головой и сказал:

— Цель очень осторожна. На намеренное раскрытие это точно не похоже.

— Если бы она не пыталась купить проклятый предмет древнего призрака, мы бы и не уловили, что она может быть связана с семьёй Авраам.

Чародей секретов Ботис слегка задумался и произнёс:

— Проклятый предмет древнего призрака. Один из основных ингредиентов зелья Писаря. Я помню, что у семьи Авраам действительно был запасной мозг Асманна… Хех, выдавать напрямую Потустороннюю характеристику Писаря они не готовы и надеются провести некоторую проверку. В этом весь стиль семьи Авраам. Если говорить проще, они слишком мало доверяют другим.

Угодник Мрака Кисма не стал поддакивать словам Ботиса и продолжил:

— Даже если бы она просто искала основные ингредиенты для зелья Писаря, мы бы не заметили проблемы. В конце концов, не каждый верующий владеет соответствующими мистическими знаниями. Но она вдобавок задавала вопросы, связанные с Путём Ученика и семьёй Авраам.

— В этом отношении она действительно была очень осторожна. Круг Потусторонних, через который она пыталась купить материалы, и круг, в котором задавала вопросы, не совпадали. Более того, иногда она даже нанимала других участников, чтобы те помогали ей передавать запросы.

— Если бы у нас не было своих людей в нескольких таких кругах и мы не смогли свести разведданные воедино, мы бы на неё не вышли.

Чародей секретов Ботис чуть кивнул и спросил:

— Почему ты не занялся этим сам? Зачем вообще пришёл ко мне?

Тьма в тенях зашевелилась, и Кисма медленно ответил:

— Обстановка в Баклунде становится всё напряжённее. Ночные Стражи, Уполномоченные Каратели и Сердце Машины прочёсывают квартал за кварталом. За нами следят очень пристально.

— Если бы я занялся этим делом сам, всё было бы в порядке, пока не случилось бы никаких неожиданностей. Но если что-то пойдёт не так, я, возможно, не сумею уйти: у меня ведь нет «на выпасе» Мага Тайн.

— К тому же разве не ты больше всех интересуешься семьёй Авраам?

Ботис усмехнулся:

— Совсем они меня не интересуют. Я лишь хочу, чтобы они все умерли.

— Чтобы обезопасить себя, лучше всего задушить месть в зародыше. Этого принципа я и придерживаюсь.

Говоря это, Чародей секретов вытащил из кармана чёрного одеяния хрустальный шар.

Он не был ни прозрачным, ни полупрозрачным, словно в него впрыснули саму ночную тьму.

Когда Ботис коснулся шара ладонью, его губы слегка зашевелились, и странный кристалл засиял великолепным светом.

Сияние напоминало звёзды, медленно вращавшиеся и складывавшиеся в сложную картину.

— Пока что всё приемлемо… — Ботис посмотрел на хрустальный шар в своей правой руке и мягко кивнул.

Затем он перевёл взгляд на «призрачную тень».

— Рассказывай подробности.

Когда он узнал, что сегодня вечером в одном определённом круге состоится собрание Потусторонних, на котором цель, вероятно, появится, Чародей секретов Ботис встал и сказал Кисме:

— Мне нужно кое-что подготовить.

Едва договорив, он раскрыл правую ладонь и, слегка приподняв руку, медленно сомкнул пальцы.

Область, где он находился, тут же исказилась и исчезла.

Свечи, пламя, круглый стол и стулья, которые только что здесь были, тоже исчезли, оставив лишь плитку пола и потолок.

Некоторое время спустя тени пришли в движение, и всё вернулось в норму.

С самим Чародеем секретов Ботисом ничего не произошло, а вот фигура Угодника Мрака показалась из тьмы.

Он посмотрел на Ботиса и глухо произнёс:

— Твоя осторожность уже превысила необходимую меру.

— Но это не так уж плохо. Я надеюсь уладить дело так, чтобы никто ничего не заметил, — с улыбкой ответил Ботис. — Ты можешь последовать за мной. Спрячешься в тенях и будешь моей подстраховкой. Показываться напрямую не нужно. Если заметишь хоть что-то неладное, сразу уходи.

— …Хорошо, — медленно ответил Угодник Мрака Кисма и вышел из тени.

Он выглядел молодым и красивым, с правильными, выдающимися чертами лица, но всё его лицо как будто прикрывала едва заметная завеса тьмы.

Когда он подошёл ближе к Ботису, из ниоткуда донеслась череда иллюзорных звуков жевания. Слышались пережёвывание и переваривание, а вместе с ними — ничем не прикрытые зло и голод.

От этого Угодник Мрака невольно содрогнулся.

Взгляд Угодника Мрака на мгновение застыл, и он потрясённо, с явным удивлением, уставился на лицо Ботиса.

Уголки губ Ботиса приподнялись, и на его лице появилась довольно жестокая улыбка.

Через несколько секунд один из них использовал «Телепортацию», а другой слился с тенями и покинул дом.

* * *

В давно обветшавшей квартире на стыке Восточного района Баклунда и района Баклундского моста несколько комнат первого этажа дешёвой гостиницы были соединены между собой.

Когда Ботис вышел из мира духов, до начала собрания Потусторонних оставалось ещё два-три часа. Никто ещё не пришёл.

Он огляделся, осмотрев беспорядочно расставленные длинные столы.

Изучив обстановку, он подошёл к одному углу и правой рукой потянул занавеску.

Эту область тут же окутала тень, затем она исказилась и исчезла.

Всё потому, что там изначально ничего не было. Объективного ориентира не существовало, поэтому никто бы не обнаружил, что кусок пространства исчез. Люди лишь ощущали бы, что расстояние между стеной и ими стало чуть меньше, но при внимательном взгляде всё выглядело бы совершенно нормально.

Это была способность Мага Тайн — «Сокрытие Пространства»!

В этот момент внутри отделённой и скрытой области комната существовала как ни в чём не бывало. Там были плиточный пол, потолок и таракан, ползущий по полу.

Добравшись до границы, таракан уткнулся в бесконечную тьму и был остановлен ею.

Осмотревшись, Ботис задержал взгляд на прозрачном вихре, зависшем в воздухе.

Это была «дверь».

У каждого скрытого пространства обязательно имелась «дверь».

Немного подумав, Ботис сунул руку в карман чёрного одеяния, достал зеркало и вставил его в «дверь».

Зеркало исказилось и быстро отразило происходящее во внешнем мире.

Повсюду в беспорядке стояли стулья и длинные столы. В комнате никого не было.

Так при помощи этого зеркала Ботис стал наблюдать за местом проведения собрания Потусторонних.

Секунды сменялись минутами, и замаскированные Потусторонние один за другим прибывали на встречу.

Одна фигура в капюшоне по привычке выбрала угол у окна. Она достала блокнот размером с ладонь и небрежно перелистала несколько страниц, словно повторяя ключевые вопросы или проверяя, всё ли подготовила.

А позади неё, сбоку, в стену было вмонтировано самое обычное зеркало.