Повелитель Тайн (джен)

В сокрытой области Чародей секретов Ботис слегка прищурился, узнав «Путешествия Леймано».

После этого у него больше не осталось никаких сомнений в достоверности сведений, предоставленных Кисмой.

Он знал этот блокнот и понимал, насколько высоко семья Авраам его ценит. Это был один из самых мощных мистических предметов ниже Высоких Последовательностей, а его побочные эффекты были почти ничтожны.

«Хех, когда я ещё был Потусторонним средней Последовательности, я так жаждал заполучить этот блокнот. А в итоге семья Авраам опасалась меня и совершенно не считалась с моими потребностями… Ну что, усвоили урок? Эта женщина не должна быть потомком семьи Авраам. Иначе ей не пришлось бы повсюду искать проклятый предмет древнего призрака…» — пробормотал про себя Ботис, и на его лице постепенно проступили мрачность и жестокое возбуждение.

Осмотревшись ещё немного, он осторожно запустил руку в карман своего чёрного одеяния.

Казалось, внутри кармана скрывается огромное пространство: Чародей секретов Ботис вытащил оттуда трёхъярусную шкатулку.

Шкатулка была вовсе не маленькой — одной рукой её держать было трудно. Основной её цвет был серебристо-чёрным, а поверхность покрывали изящные украшения. Рубины, изумруды, сапфиры и бриллианты были вделаны в неё так, что выглядела она весьма роскошно.

Держа «шкатулку» в руках, Ботис не мог скрыть паники и страха в выражении лица. Словно перед ним разверзлась Бездна или он слушал бормотание злого бога.

* * *

Собрание продолжалось как обычно. Форс убрала «Путешествия Леймано» и сосредоточилась на словах участников, будто надеялась найти среди них ответ.

По ходу дела она время от времени задавала вопросы, расплачиваясь золотыми фунтами и духовными материалами. Однако ничего по-настоящему полезного так и не услышала.

Постепенно собрание Потусторонних подошло к концу. Хозяйка распорядилась, чтобы разные участники уходили через разные выходы.

Вскоре в комнате остались только Форс и ещё несколько Потусторонних.

Получив сигнал от хозяйки, Форс встала и подавила желание потянуться. Затем направилась к боковой двери.

В этот момент она вдруг обнаружила, что тело её одеревенело. Голова ещё едва-едва поворачивалась, но сама она чувствовала себя игрушкой с заведённой пружиной.

Краем глаза она заметила, как серовато-белые стены в одно мгновение стали серебристо-чёрными. Их покрывали мелкие зернистые выступы, будто они были сделаны из металла. Кожа оставшихся участников и хозяйки утратила свой естественный блеск, взгляд их стал тусклым, а движения — механическими, словно все они превратились в больших кукол.

В сокрытой области Ботис в какой-то момент уже открыл «шкатулку».

Внутри её верхнего яруса убранство было далеко не столь изысканным, но зато там в точности воспроизводилась сцена в комнате.

Там тоже беспорядочно стояли стулья и длинные столы. Несколько кукол размером с ладонь сидели или стояли, будто пытались изобразить настоящую жизнь.

Среди них стояла одна фигурка: на ней был плащ с капюшоном, подбородок имел красивую форму, а губы были полными и алыми. Это была не кто иная, как Форс.

Она, оставшиеся Потусторонние и хозяйка собрания беззвучно превратились в игрушки. Всех их втянуло в самый верхний ярус «шкатулки»!

А в комнате, соединённой с внешним миром, теперь остались только серовато-белые стены — больше ничего.

Уголки губ Ботиса медленно поползли вверх. Правой рукой он захлопнул крышку шкатулки.

За одно мгновение он магическим образом полностью взял цель под контроль!

Эта серебристо-чёрная трёхъярусная «шкатулка» и была Запечатанным Артефактом 0-го класса, который он когда-то похитил у семьи Авраам.

Поскольку он так и не попал в руки ортодоксальных Церквей и никогда не был глубоко исследован, соответствующего номера у него не существовало.

Насколько знал Ботис, эта «шкатулка» произошла от ангела семьи Авраам времён Четвёртой Эпохи. Тот любил странствовать по космосу и отправляться в разные уголки необъятной вселенной. Однако однажды, вернувшись в свою семью отдохнуть, он безмолвно умер в собственном дворце. Его лицо было полно ужаса, а выражение до крайности перекошено — будто перед смертью он увидел нечто совершенно чудовищное.

Настоящее Мифическое Существо — такое, которое во Вторую Эпоху уже можно было бы счесть подчинённым богом, — умерло беззвучно, не вызвав никакого переполоха. Смерть была поистине странной.

Оставшаяся после него Потусторонняя характеристика слилась с его трупом, образовав «шкатулку», заметно отличавшуюся от прочих видов Запечатанных Артефактов. И тогда мистер Дверь, Бетель Авраам, не только не попытался раздробить её и вернуть в состояние чистой Потусторонней характеристики, но даже дал ей довольно странное имя: «Шкатулка Великих Древних».

Первый уровень Шкатулки Великих Древних позволял превращать пространство вокруг цели в набор игрушек и менять его местами с тем, что находилось внутри шкатулки. Именно этим свойством Ботис и воспользовался, чтобы так легко добиться цели.

Второй уровень Шкатулки Великих Древних хранил записи о разных местах. После высвобождения силы владелец и все живые существа в пределах действия сразу отправлялись в соответствующую область, а затем, подобно тому ангелу семьи Авраам, бродили по космосу, исследуя вселенную.

Что же касалось третьего уровня Шкатулки Великих Древних, Ботис знал о нём, но не смел даже думать. Точно так же, как обычно не смел по-настоящему соприкасаться с этим Запечатанным Артефактом 0-го класса.

Щёлк. Захлопнув крышку Шкатулки Великих Древних, он правой рукой выдернул зеркало, вставленное в прозрачный вихрь, паривший в воздухе.

После того как определённая область была сокрыта, Магу Тайн требовалось либо выйти через соответствующую «дверь», либо просто снять само «сокрытие».

Ботис выбрал второй способ, потому что он был самым простым и быстрым.

Тени всколыхнулись, и исчезнувшая область вернулась в реальный мир. Комната вновь стала полной.

Ботис не стал задерживаться ни на миг. Даже не взглянув по сторонам, он начал быстро тускнеть и растворяться.

Сжимая в руках усыпанную драгоценными камнями серебристо-чёрную Шкатулку Великих Древних, он нёсся через мир духов, где все цвета были насыщенными и наслаивались друг на друга, к намеченному месту. Спустя несколько секунд он вышел из пустоты, собираясь пересечь огромную расселину, разделявшую моря, и войти в руины битвы богов.

И именно в этот миг Ботис замер в воздухе.

Он прищурился, и его глаза мгновенно потемнели, усыпавшись бесчисленными сияющими точками.

Словно в его взоре отразился сам космос.

Звёздная «крошка» закружилась с бешеной скоростью. Трещина на дне моря быстро стала бесплотной, и всё перед ним сжалось, уплотнилось и в итоге превратилось в колеблющееся оранжевое пламя.

Пламя тянулось от кончика спички — а затем та погасла.

Всё, что Ботис пережил после снятия «сокрытого пространства», оказалось иллюзией. На самом деле он по-прежнему стоял на месте!

Источником этой иллюзии была как раз горящая спичка.

Спичку держала в белой ладони женщина в чёрном одеянии с фиолетовыми узорами и в капюшоне. Она сидела в карете, сделанной из гигантской тыквы и наполовину торчащей из стены.

Серые крысы тянули эту карету вперёд.

Это была Каттлея, но её внешность, образ и манера держаться полностью изменились.

Так проявлялась сила, полученная ею из магии «Золушки»!

Ядро Потусторонних способностей Мистика, Последовательности 4 Пути Соглядатая Тайн, называлось «Мистическое Воспроизведение» и полностью воплощало поговорку: знание — сила.

Проще говоря, Мистик мог извлекать силу из различных мистических знаний, которыми владел, и создавать самые разные магии и колдовские техники. При этом чем меньше об этом знали другие и чем меньше эти знания были распространены, тем сильнее получалось заклинание.

Справедливо было и обратное. Как только некое знание или легенда становились известны слишком многим и переставали быть тайной, магия или колдовство, основанные на их силе, почти полностью теряли действенность.

Каттлея не понимала, почему Королева Мистик, опираясь на личные сказки, которые император Розель рассказывал дочери, способна создавать всевозможные магические силы с яркой сказочной окраской, но это ничуть не мешало ей учиться и пользоваться ими. В конце концов, сама она услышала эти сказки именно от Королевы Мистик.

Магия, которую она использовала, чтобы временно изменить и замаскировать свою внешность, называлась «Золушка». А та, что ввергла Чародея секретов Ботиса в иллюзию, звалась «Девочка со спичками». С её помощью Каттлея не дала противнику «телепортироваться» и тем самым создала возможность для следующей битвы.

Как только Ботис вырвался из галлюцинации, «Золушка», сидевшая в тыквенной карете, поставила ногу на землю и раскинула руки, отчего позади неё возник огромный крест.

Казалось, Каттлея несёт на себе некий иллюзорный предмет.

В пустой комнате одна за другой вспыхнули свечи, освещая длинный стол, покрытый плотью и кровью.

Вокруг стола сидели три крайне размытые фигуры. Они держали куски плоти и без конца пожирали пищу.

Словно что-то почувствовав, все трое одновременно повернули головы и посмотрели на Ботиса. Сердце Чародея секретов резко забилось, а из самых глубин его души хлынул ледяной холод.

Затем он услышал иллюзорные звуки грызни, жевания и переваривания. Вместе с ними на него обрушились ничем не прикрытые злоба и голод.

Веко Ботиса дёрнулось. Он поспешно опустил взгляд на Шкатулку Великих Древних в своей руке.

Серебристо-чёрная шкатулка успела незаметно для него раскрыться сама собой!

Магия, которую применила Каттлея, называлась «Пир Предательства». Она происходила из мистических знаний о смерти Древнего Бога Солнца, которые Каттлея почерпнула в Клубе Таро. Суть этой магии состояла в том, чтобы временно пробудить или наделить цель разумом, заставив её совершить «предательство»!

И нетрудно было догадаться, насколько сильным оказывался эффект, если целью становился Запечатанный Артефакт, исполненный злобы к владельцу.

Впрочем, если бы Каттлея прежде не получала защиту мистера Шута каждый раз, когда они наблюдали за собранием, она никогда не осмелилась бы использовать эту магию.

Стоило трём главным действующим лицам «пира предательства» ощутить её, и она наверняка умерла бы по какой-нибудь непонятной причине. Ни сопротивляться, ни понять, откуда пришла смерть, она бы не смогла — а сама смерть оказалась бы до крайности жуткой.

Поэтому Мистики и были Потусторонними чрезвычайно высокого риска. Их сила рождалась из хождения по самому краю Бездны — из вещей, которые им не следовало ни увидеть, ни услышать.

На этом фоне Королева Мистик, способная создавать магию из личных сказок собственного отца, выглядела куда безопаснее прочих Мистиков той же ступени.