Мушкетёры-волшебники (джен)

Поместье Пруэттов было ухоженным, но каким-то пустым. Каждому из гостей предоставили отдельную комнату и предупредили, что обед в три.

А за обедом Арктерис внимательно наблюдал за компанией, гадая, не ошибся ли он. Перси закончил раньше и, извинившись, отправился делать уроки. Выждав какое-то время, Пруэтт, испытующе глядя на Гермиону, осведомился:

— Так каким ветром вас занесло на Слизерин, юная леди?

Гермиона в ответ лишь приподняла брови.

— Потому, что мне там самое место, лорд.

— Вот как, — усмехнулся Арктерис. — В таком случае, может, назовёте мне ваше истинное имя? То, которое носили в прошлой жизни.

На какое-то мгновение все поражённо застыли, как вдруг Невилл рывком выскочил из-за стола и с криком "Отец!" бросился к Пруэтту.

— Рауль, мальчик мой, — тихо приговаривал последний, обнимая сына и поглаживая его по спине. Глаза его влажно блестели.

— Эх, жалко, профессора Локхарта нет, — с чувством стукнул по столу кулаком Гарри.

— Локхарта? — удивлённо моргнул лорд. — А он тут при чём?

— Пусть бы тоже порадовался? — простодушно заявил Поттер. — Вы ведь его как сына любили, дорогой Атос.

Глаза Пруэтта поползли на лоб.

— Локхарт — д'Артаньян?

— Ага, — усмехнулась Гермиона, — и они, судя по всему, прекрасно уживаются.

— Они? — нахмурился Атос.

— Ну да, — теперь пришёл черёд девушки удивляться. — Так же, как я с Гермионой, Портос — с Гарри, а Рауль — с Невиллом. Граф, только не говорите, что у вас не так и хозяин этого тела мёртв?

Пруэт медленно покачал головой.

— Нет, он не мёртв, но на момент моего появления он страдал чем-то вроде старческого слабоумия и был практически безумен. Тем не менее, вся его память досталась мне в нетронутом виде. Простите, друзья, я не подумал, что у вас может быть по-другому.

В это время со стороны двери раздался какой-то звук, и все в тревоге обернулись.

— Это Перси, — произнёс Атос, — очевидно, он за чем-то вернулся и слышал часть разговора.

— Я поговорю с ним, — решительно сказал Рауль и вышел из комнаты.

* * *

Перси лежал на кровати и, уткнувшись лицом в подушку, беззвучно рыдал. Рауль молча положил руку ему на плечо. Рыдания стихли, и через пару секунд Перси повернулся к нему лицом и тихо спросил:

— Ты правда его сын?

— Правда, — ответил Рауль, — был им в прошлой жизни. Я очень подвёл его...

Невилл замолчал, не в силах продолжить.

Перси расширенными глазами смотрел в его искажённое болью лицо.

— Что случилось? — едва слышным шёпотом спросил он.

— Девушка, которую я любил и которую назвал своей невестой, предала меня. Не в силах вынести этого горя, я отправился на войну и в первом же бою позволил себя убить.

Перси ахнул, прикрыв рот рукой.

— Отец, в свою очередь, не смог пережить мою смерть и умер, едва только получив известие о ней.

— Это ужасно!

— Да. Но нам — всем нам — дали второй шанс. Снова ожить и встретиться. Мы не знали, кто кем окажется в этом мире, но всё равно сумели отыскать друг друга. Почти всех.

— А остальные? Они...

— Самые близкие друзья моего отца. Тебе не стоит тревожиться, Перси. Отец любит тебя и никогда не оставит. Ты не станешь менее значим для него только потому, что появился я.

Перси вытер рукавом слёзы и улыбнулся.

— Спасибо.