И это у меня проблемы? (гет)

С трудом приведя себя в порядок, Гермиона уставилась на своё отражение — глаза даже практически не красные, хотя и слегка опухшие, волосы же не без труда были приведены в порядок, а душевное равновесие грозило снова пошатнуться, едва она вспоминала, что ей в очередной раз предстоит увидеть своих родителей, которые не узнают её, только вежливо улыбнутся, думая, что их знакомая решила их проведать.

Колдомедики в первый раз при встрече с ней и её растерянными родителями не знали, как верно поступить (нечасто у них магглы были, да ещё с такой проблемой), чтобы задержать своих новых пациентов в лечебнице, и придумали легенду, что якобы те находятся на карантине, как и весь их прилетевший экипаж самолёта, и не без помощи магии и зелий сбивали порой с толку, правда, делали это очень аккуратно, ибо в случае её родителей было чревато только ухудшить ситуацию. Гермионе и без того было сложно привезти их обратно в Лондон из жаркой Австралии, так что осознание того, что те всё ещё находятся в несильно здравом уме её неслабо нервировало. Гермиона же, якобы, имела иммунитет от вируса согласно местным врачам.

Покачав головой, она осознавала, что врать им с каждым днём становится всё сложнее.

Но она хотела их увидеть. Пусть даже порой они раньше и не были так близки, как ей хотелось бы — чувствовалась немалая пропасть благодаря наличию магии в жизни Гермионы, но сейчас это казалось совершенно неважным, сущей мелочью на самом деле. Пусть даже обычно она и предпочитала проводить каникулы вне дома, но всегда знала, что они её любят, как и она их.

Теперь лишь жалела, глядя в прошлое, что толком не делилась с ними подробностями своей волшебной жизни в Хогвартсе, приключениями с Гарри и что… что не дала им выбора, стерев память.

Поморщившись, печально осознала, что с Гарри поступила едва ли не также, скрывая от него такую важную вещь о своих родителях. И откуда столько рвения к решению чужих судеб, откуда такая категоричность? Похоже, ей снова нужно переосмыслить свои приоритеты, если не хочет снова напортачить и, в конце концов, остаться в одиночестве. Но ради их блага… Дементор корявый, вот она снова о том же!

Приоритеты. Слабо улыбнувшись, Гермиона думала, что её приоритеты уже не единожды были разрушены убеждениями Гарри. Сначала на первом курсе — яркое осознание, что есть такие важные вещи, как дружба и храбрость… и что действительно есть такие люди, как Гарри, которые придерживаются подобных моральных установок, рискуя всем ради других, и даже ничего не прося взамен. И имеют такую силу духа, с которой она никогда ранее не сталкивалась, но которая её вдохновляла и всегда придавала мужества идти дальше, вторя примеру перед глазами.

А как Гарри не раз прощал Рона, несмотря на силу обиды, поражая её этим до глубины души?

И с какой решительностью Гарри отправился за крестражами, да ещё явно намереваясь сделать это в одиночку!

Да вот и снова — оказался рядом и поддерживает её, когда та совсем расклеилась, и это даже несмотря на её чрезмерную гиперопеку, которая неслабо задела его мужскую гордость.

И да, такой идиотской ошибки она больше не повторит, нужно действительно пересмотреть свои взгляды…

* * *

Кое-как позавтракав вместе с Гарри, который молчания не нарушал (и, похоже всё ещё чувствовал себя неловко), Гермиона не ощутила даже вкуса жареных яиц, отчего горестно вздохнула и поняла, что тянуть больше нельзя.

Нужно идти.

Позже ей казалось, что ноги становятся свинцовыми с каждым шагом, который приближал её к дверям больницы Святого Мунго. Гарри, видя её состояние, сам пообщался с привет-ведьмой и после, осторожно взяв заледеневшую ладонь Гермионы, настойчиво потянул за собой. Та так и не выйдя из оцепенения, послушно следовала за ним, бездумно глядя вокруг.

Чувствуя тёплые пальцы Гарри, которые крепко сжимали её дрожащие, она уставилась на их соединённые руки и попыталась прийти в себя, непроизвольно крепко сжимая его ладонь в ответ.

Шаг. Ещё шаг. Лифт. Чей-то острый локоть в её боку и после этого извиняющийся старичок, который не мог контролировать своё тело, и активно дёргал сложенными руками, словно изображая крылья птицы… Гарри, который положил руку на её спину, пытаясь уберечь от ударов несчастного больного. Какая-то пыльца, которая неожиданно взорвалась из какого-то растения в руках светловолосой девушки, отчего все начали судорожно чихать и последующий виноватый её виноватый взгляд… Всё это мало волновало Гермиону, только горячая ладонь парня напоминала, что она находится здесь, с ним, и идёт навстречу своим родителям, которые понятия не имеют кто она им. Но она не собирается раскисать! А слёзы — это от пыльцы…

Когда они оказались прямо перед нужной палатой, поднявшись до пятого этажа, это оказалось настолько неожиданным, что Гермиону захватила лёгкая паника. Снова думая о том, что придётся в очередной раз врать и тщательно изображать радостный вид, к горлу поступила тошнота и девушка вцепилась в Гарри, который тут же озадаченно остановился.

Вглядевшись, тот не мог не заметить побледневшее лицо подруги, растерянный взгляд полный безысходности, и сама она словно застыла под Петрификусом.

Усадив осторожно Гермиону на ближайшее сиденье, вгляделся во взволнованное лицо девушки.

— Минутку… дай минутку, — пробормотала она, пряча глаза, снимая шарф, шапку и встряхивая головой, пытаясь собраться.

Прежде чем Гарри успел отреагировать, его кто-то окликнул и он обернулся. Застыв от неожиданности, растерянно заморгал — к нему направлялась до боли знакомая красивая черноволосая девушка в лимонном халате.

— Гарри! — радостно поприветствовала его Чжоу Чанг, и явно от смущения сунула ладони в карманы халата, не зная, как дальше себя вести. Гарри, покосившись на Гермиону, которая даже внимания не обратила на происходящее, медленно встал и кивнул Чжоу в знак приветствия. — О, Гермиона тоже здесь.

Но Гермиона по-прежнему задумчиво жевала губы, мяла в руках шарф и ничего не ответила. Гарри неловко улыбнулся.

— Ей немного нехорошо, — пробормотал Гарри, не зная куда деваться от пристального взгляда бывшей девушки, которая словно пыталась влезть в его мысли, слегка прищурившись. — Как твои дела? Работаешь здесь?

— Да, без пяти минут целитель, — застенчиво улыбнулась она, знакомым жестом убирая длинную прядь волос за ухо и искоса поглядывая на Гермиону. — Ей нужна помощь?

— Нет-нет, всё нормально, — поспешил убедить Гарри Чжоу, потирая щеку и явно чувствуя себя не в своей тарелке. — Просто ей предстоит непростая встреча…

— Могу я что-то сделать? — нахмурилась Чжоу, вытаскивая руки из карманов. Всё-таки несмотря на былую к Гермионе неприязнь в ней заговорил врач и Гарри перевёл дух.

Он вежливо улыбнулся и покачал головой. Вряд ли Чжоу сможет чем-то помочь в этой ситуации, незачем её впутывать. Да и ощущалось напряжение в воздухе между ними, но оба словно заранее договорились не говорить о былых обидах и сдержанно вели беседу.

— Мы могли бы поговорить об этом, если… если нужно, — продолжала она довольно настойчиво, не сводя с Гарри своих тёмных глаз, отчего тот смутился. Он и раньше всегда робел перед её экзотической красотой, а сейчас девушка совсем расцвела… и, похоже, снова намеревалась вернуть его былое расположение к себе. Гарри это отчего-то не сильно понравилось, но врождённая деликатность сильно мешала сообщить ей, что в дальнейшем общении смысла он не видит, поэтому сунул руки в карманы и что-то невнятно замычал.

— Нам нужно идти, — неожиданно раздался резкий голос Гермионы, которая, наконец, пришла в себя и потянула за собой друга, вцепившись в рукав его куртки. Виновато бросив напоследок разочарованной девушке взгляд, он с облегчением позволил себя утащить к дверям палаты родителей Гермионы. Она же застыла перед белыми дверьми и хмуро на него уставилась.

— Я пойду с тобой, если хочешь, — поспешил заверить он её, разглядывая складку меж бровей и насупленный вид, и радуясь в душе, что без потерь смог сбежать от Чжоу.

— Если… хочешь.

Гарри задумался, словно ему в голову пришла занятная мысль. Спустя несколько секунд раздумий он лишь согласно мотнул головой и первым прошёл в палату.

— Венделл, гляди-ка кто к нам пришёл! — сходу встретила их миссис Грейнджер, всплеснув руками и вскакивая с кровати. На ней было лёгкое бордовое платье и мягкие тапочки, а волосы аккуратно сложены в пучок. — Хоть мы и виделись совсем недавно, но я всегда рада тебе, деточка, — женщина стиснула Гермиону в объятиях, на что девушка осторожно отреагировала лёгкими похлопыванием по плечу, опасаясь повести себя странно, отчего и постаралась сдержаться.

— Недавно? — приподнял брови мистер Грейнджер, слезая с подоконника и сворачивая газету. — Как будто лет сто прошло! Скажи, Гермиона?

— Не говори глупостей, мы же только на той неделе сюда попали, — рассмеялась миссис Грейнджер, и махнула на мужа рукой. — Не умеет он долго находиться в замкнутых пространствах, всё на свободу рвётся, — тихо хмыкнула она и улыбнулась растерянным подросткам. — А уж если и не пускают никого сюда, так совсем… — тут мама Гермионы замолчала и с опаской взглянула на спутника дочери. — Гарри?

Гермиона застыла и судорожно выдохнула. Гарри осторожно кивнул и миссис Грейнджер, которая тут же приветливо ему улыбнулась, поинтересовалась:

— Значит, у тебя тоже… как же… антитела кажется, да дорогой?

— Гарри сделал прививку заранее, — нашлась Гермиона, впервые подав голос, который звучал напряжённо.

— Какая предусмотрительность! А мы вот даже не подозревали о происходящем…

— Кхм, — кашлянул в кулак Гарри. — Да, я всегда стараюсь заботиться о своей жизни и своём здоровье, — он едва не расхохотался от своих же слов, но закусил губу и бросил на Гермиону насмешливый взгляд. Та тихо прыснула, отвернувшись, но он успел поймать смешинки в её карих глазах и настроение у обоих немного поднялось, что неслабо разрядило слегка напряженную атмосферу.

— Что же это я, — растерялась миссис Грейнджер, аккуратно подталкивая их в комнату. — Прошу, садитесь. Здесь, конечно, места немного…

Гарри с Гермионой уселись на кровать напротив кресла, куда устроилась миссис Грейнджер и Гарри краем глаза огляделся — светло-жёлтые стены, бежевая мебель, одна двухспальная кровать, пара горшков с растениями по углам, вот и всё, что было внутри. Разве что ещё имелось окно на улицу, но с другой стороны предусмотрительно висели решётки. Мистер Грейнджер явно предпочитал усаживаться на широком подоконнике и углубляться в книги, периодически посматривая на улицу — об этом говорило мятое одеяло и внушительная стопка книг в устроенной нише у окна.

— Ты так вырос, Гарри! — продолжила миссис Грейнджер, улыбаясь, — Не видела тебя уже… даже не знаю…

— Лет сто? — подал голос её муж, мрачно бросая взгляды на гостей. Гермиона вздрогнула и отвела глаза.

— Прекрати, Венделл, опять заладил, — нахмурилась женщина, сурово глядя на мистера Грейнджера, а тот лишь пробурчал что-то невразумительное и опёрся о подоконник. — Сам знаешь, что говорят врачи.

— Не знаю я, что они там говорят, — продолжал бухтеть мужчина, сдвинув брови, чем сильно напомнил Гарри Гермиону. — Но ощущения такие, как будто меня в тюрьме заперли!

Гарри незаметно сжал пальцы Гермионы, которая старалась не встречаться глазами с отцом и перевела взгляд на друга, судорожно сжимая взмокшей ладонью его руку. Отец Гермионы же невидяще уставился в стену.

— Прекрати жаловаться, дорогой, у нас гости, — натянуто улыбнулась миссис Грейнджер и неловко бросила на посетителей взгляд. Она попыталась перевести тему и повернулась к Гермионе. — Гермиона, как ты поживаешь? Встретилась с родными в Лондоне? Как там… твои тётушки?

— Встретилась, — сипло начала она, — И тётушки живы-здоровы, мы отлично провели время в их загородном доме. Всё лето водили меня на все существующие театральные постановки! А ещё они завели очередную собаку, теперь у них их уже шесть…

Тут Гарри непроизвольно вспомнил свою тётушку Мардж с её собаками и вздрогнул.

— Подумать только, шесть собак! Судя по твоим рассказам эти тётушки очень энергичные и интересные леди, было бы любопытно с ними однажды познакомиться.

— Конечно… конечно познакомитесь, — тихо согласилась Гермиона, снова потупившись, и в этот раз это не осталось незамеченным. Отец Гермионы хмуро за ней наблюдал исподлобья.

— А как ты провёл лето, Гарри, милый?

— Потрясающе! — заверил он миссис Грейнджер, потирая переносицу и усмехаясь. — Активные пробежки, встречи с друзьями…

— Что с тобой, Гермиона? — обеспокоенно поинтересовался неожиданно мистер Грейнджер, подходя ближе. — Ты кажешься сегодня чрезвычайно подавленной. Только не говори, что твой парень тебя обижает, — взгляд, который бросил отец Гермионы заставил Гарри непроизвольно вжаться в кровать.

— Что?.. Нет, — воскликнула она, сделав большие глаза. — Гарри никогда… мы, конечно, ссоримся порой… Но мы не… совсем не!

— Не? — поднял брови мистер Грейнджер, красноречиво бросая взгляд на их сцепленные руки и щурясь. Те тут же разжали замок из пальцев. — Что ж, если он о тебе заботится как следует, то у меня к нему никаких претензий.

— Конечно! — воскликнула Гермиона, покраснев. — Гарри чудесно обо мне заботится, — она бросила косой взгляд на Гарри, который изучал потолок, явно ощущая сильнейшую неловкость. — Я, хм, хотела спросить… есть ли какие-нибудь новости?

— Новости? — усмехнулась мать Гермионы, откидываясь на спинку кресла. — Я могу только рассказать сколько книг прочла да что сегодня было на завтрак.

— А что говорит мистер Морган?

— Ох, кажется я не видела его… — женщина задумалась, рассеянно блуждая взглядом по комнате. — Давно не видела… У нас теперь другие врачи.

— Другие? Какие другие? Их несколько? — Гермиона стала интересоваться напряжённым голосом, едва не вскочив с кровати от волнения.

— Да, кажется был мистер Талбот… и мистер Ян… и ещё такой, с густой бородой…

— Мистер Горовитц, Моника, — подсказал мистер Грейнджер, рассеянно листая книгу.

— Верно, дорогой. И ещё несколько, но не припомню их совсем…

Гермиона замолчала, активно размышляя. Гарри покосился на неё, и закусил губу. Может, стоило сказать раньше…

Словно что-то почувствовав, девушка бросила на него подозрительный взгляд, но тот уже с большим интересом принялся изучать растение в горшке.

— Время осмотра, мистер и миссис Грейнджер, я отведу вас, — появилась на пороге неожиданно Чжоу, и Гермиона, поджав губы, тут же встала.

Они попрощались, пообещав, что как только их выпустят, то все вместе соберутся на ужин, пригласят тётушек и всех их шесть собак. Гарри только сморщил нос при упоминании четвероногих, так-то у него с ними сложились не лучшие отношения ещё с детства, тут его можно понять, но кто знает, может, в будущем ещё передумает…