Том I. Обсидиановая тетрадь (гет)

Глава 13

— Муффлиато.

— Нет.

— Муффлиато!

— Опять нет. Орать не обязательно, я всё слышу. А не должен. Руку твёрже.

— Кто придумал такие движения?!

— Я. С тебя процент за использование заклинания. Уже пять раз — я считаю.

— Муффлиато! — огрызнулась Мэг и что-то ещё прибавила по поводу процентов. Северус сделал невинные глаза и знак рукой, что не разбирает слова.

— Фините Инкантатем, — заторопилась она. — Хочешь, ещё раз оглушу? Мне понравилось, можно говорить, что угодно!

— Не стоит повторяться. Дальше интереснее.

Старое русло слыло безлюдным местом, но всё-таки Северус наложил защитные чары по периметру тёмного пруда. Чтобы занятия магией не травмировали душу случайного аборигена, который забредёт сюда, устав считать зелёных драконов через окно пивнушки. Пока всё было тихо, Северус продолжал спокойно листать книжку, лёжа животом на своей куртке. Отработка заклятий — дело небыстрое. Как раз на пару часов, пока не проснётся Лини.

— Дальше Левикорпус, — почесала нос Лили-Маргарет. — Не очень хочется испытывать его на тебе.

— А мне-то как не хочется. Но тут, вроде, больше нет никого?

— Я лучше ещё на Принце потренируюсь, — решила она, поколебавшись. — Он приземляется на лапы, как ни подкинь.

— Только тренируйся, не открывая рта, — предупредил Северус. — Смысл заклинаний, которые не известны другим, состоит в том, что они неизвестны другим.

— Ignotum per ignotium, так? — блеснула Мэг. — Ты бы поменьше читал своего Шекспира! Совсем разучишься говорить по-человечески.

— Per ignotius (1), — поправил он механически. — Я не читаю, я учу наизусть, μικρόν από του ηλίου μετάστηθι (2).

— А можно теперь без латыни? — взмолилась Мэг.

— Можно. Сместись от солнца — не стеклянная! И это был греческий.

Солнце светило куда веселее, чем зимой. Но всё равно было прохладно, а от воды тянуло туманом. Лили-Маргарет перестала заслонять светило и уселась на землю возле Северуса.

— Зачем это? — спросила она, помолчав. — Знать столько слов, всё учить наизусть…

— Память тренирую. Тебе дело дать или так отстанешь?

Мэг помолчала ещё немного.

— Ты вообще нереальный, — вздохнула она, потянувшись к его волосам. — Я даже не знаю, с кем сравнить. Таких не бывает.

Северус резко вскинул глаза:

— И слава Мерлину.

— У тебя паутина на голове, — пояснила Мэг, отдёрнув пальцы.

— Пусть там и остаётся. Заклинание освоила?

— Рука уже болит, — пожаловалась она. — Какие-то они все немирные, эти чары!

— Воду ты без магии подогреешь, так? — Северус загнул уголок страницы. — А что станешь делать, если на тебя нападёт волшебник?

— Вниз головой его — и об пол? — задумалась Мэг. — Ты говорил, что за такое дементоры лишают души.

— Я говорил не это, — скривился её учитель. — И до дементоров ещё надо дожить.

— А от них как защищаться? — напряглась Мэг.

— Есть специальная магия, — ответил он нехотя.

— Покажешь? — Мэг протянула палочку.

— Разберись с людьми для начала.

Она немного растерялась.

— Что, такое страшное заклятие? Чего уж там — я даже Аваду видела!

— Аваду могу показать, — согласился он, не задумываясь. — Встань вон туда, к пеньку.

— Язва ты, — диагностировала Мэг, поднимаясь на ноги. — Пойду лучше… воду погрею.

— Лягушек не свари.

Вскоре от озерца повалил не туман, а пар. Лили-Маргарет коснулась рукой тёмной дрожащей глади и констатировала, что хоть купайся.

— Бодроперцового не получишь, оно на продажу, — предупредил Северус, пока она вешала кофту на ближайший сучок.

— Я обсушусь сразу, — Мэг полезла в воду прямо в платье. — Зато вода чистая! Когда летом купаешься, одна ряска и комарьё.

— А до лета там гриндилоу (3) спит.

— Ничего, подвинется.

Плескалась она недолго: доплыла до того берега и назад. Выбралась на сушу, отжимая подол. Предложила, протянув мокрую руку:

— Пошли, пока вода не остыла.

— А вот и гриндилоу! — Северус глянул на Мэг и поспешно захлопнул книжку, чтобы с её волос не капало на страницы.

— Да там неглубоко!

— Да я в курсе.

— Северус, пойдём, пожалуйста, — попросила она, начиная дрожать от холода. — Ты иногда такой, что мне страшно.

— Потому что не хочу жить в болоте?

— Потому что не хочешь жить.

— Принц, — сказал он, прищурившись.

— Что? — Мэг нервно отбросила волосы за плечо.

— Я говорю: Принц явился. Пора возвращаться. Иначе папа с дочкой друг друга перекалечат.

Мэг кивнула, заметив в кустах чёрного кота, недовольно поводящего кисточками ушей. Хозяев вечно приходилось искать по грязи и буеракам. Спускаться на берег книззл не стал — зашёл за ближайшее дерево и сгинул. Наверняка вернулся на любимую табуретку возле миски. Лили-Маргарет уже сладила с чарами обсушивания, пусть и не с первого раза. Но всё равно слишком походила на ведьму — в грязном помятом платье и со спутанными волосами, из которых она пальцами вычёсывала тину. Северус потянулся и без особого желания поднялся на ноги.

— Аппарируем? — обречённо спросила Мэг, подобрав туфли.

— Можем так дойти, если ноги не собьёшь, — предложил он, встряхнув куртку.

Северус никогда не торопился в Паучий тупик. Даже теперь, когда там радостно бежали мутные ручьи, и по-весеннему сверкали часы над воротами фабрики, чудом не пострадавшие при пожаре, и ребятня, едва оправившись от соплей, крутилась вокруг столбов на верёвочных каруселях.

— Надо хлеба купить, — припомнила Мэг, пока они петляли по родным окраинам.

— Надо — купим, — Северус машинально перешёл на другую сторону улицы.

— Бадди больше не появляется, — невзначай заметила его спутница. — Как думаешь, почему?

— Да мне как-то лесом.

— Хоть бы сказал, что с ним! — проворчала она. — Мне до сих пор не по себе.

— Подрастёшь — узнаешь. А то совсем не по себе станет.

Лили-Маргарет на секунду отвлеклась, чтобы показать неприличный жест в ответ на чей-то фривольный оклик. Ей пожелали всяческих благ, она замахнулась туфлей. Северус, чтобы не лаяться попусту, направился к булочнику, завершавшему сезонное отскабливание витрины.

— Лёгок на помине! — поприветствовал его старший Милтон. — Письмо тебе. И на словах велено кое-что передать. Всё исполню за десяток пирожков. Торговли никакой не стало, хоть вой!

Северус молча вручил ему деньги. Булочник радостно притащил выпечку. Северус сунул кулёк подоспевшей Мэг:

— Давай домой. Я догоню.

— Что в этот раз празднуем? — поразилась она.

— День ткача. Иди, тебе сказано.

Мэг покосилась на него с удивлением, но крепко прижала к груди еду и поспешила к Лини.

— Хорошая девушка, — почёсываясь, вздохнул булочник. — Люблю рыженьких.

— Это всё, что приказали передать?

— Это на закуску, — Милтон удручённо крутанул табличку на двери в положение «закрыто». — Пошли внутрь!

* * *

А получилось всё совершенно случайно. Мэг, вернувшись домой, вывалила на стол пирожки, задалась вопросом, во что их положить, и сунулась в чулан. В чулане было темно и пахло прокисшей жабьей икрой, но наверху виднелась подходящая жестянка. В жестянку была насыпана всякая труха, и Мэг решила её вытряхнуть. Но на помятой крышке значилось «Летучий Порох», и это пробудило смутные ассоциации.

С находкой в руке она поднялась на второй этаж, где Лини, едва проснувшись, взлетала под потолок и пикировала на пол вместе с кроватью. Приклеив кроватку к полу, Мэг бегло пролистала свою тетрадь, но нашла только беглое упоминание на полях. Видимо, для нормальных волшебников всё было очевидно.

Сознавая, что каждая минута на счету, она оттащила в сторону свой матрас, отодрала половицу и выдернула на свет перетянутую бечёвкой обувную коробку. В коробку было ссыпано всё подряд: браслеты из цветного бисера, мамина брошка, разбитая погремушка, открытки с видами Ливерпуля, какие-то ещё бумажки и на самом дне — полупенсовая монетка. Но требовалась лишь вырезка из «Ежедневного Пророка». Что-то там мелькало про этого Уизли… Уэсли?

Эйлин не давала сосредоточиться, швыряя в няньку то один предмет, то другой. И горшок, и щётка для волос подчинялись её взгляду безоговорочно. Подхватив на руки маленькую разбойницу, Лили-Маргарет вернулась на кухню и сунула девчонке пирожок, чтобы перестала гипнотизировать голодными болотными глазами. Второй пирожок Мэг зажала в зубах и ещё парочку рассовала по карманам кофты, предчувствуя, что напала на верный путь. А в пути не должно быть перебоев с провиантом. И спички не забыть.

Протопав вниз по шаткой подвальной лестнице, Мэг поставила на пол Лини, увлечённо мажущую лицо джемом, и попросила глухим от напряжения голосом:

— Мистер Снейп, присмотрите немного за малышкой.

Тобиас что-то свинчивал при свете болтавшейся на стене лампочки, но так подпрыгнул, что растерял все гайки.

— Наверх лучше не ходить? Камня на камне не оставили? — предположил он, сдвинув на лоб поцарапанные очки.

— Скажите, а зачем в доме порох? — спросила Мэг, прислушиваясь, тихо ли наверху.

— Он порох приволок?! — очки сами поползли выше.

— Я хотела сказать — зола, — спохватилась Мэг. — Тут что, камин был?

— Ты каминов не видала?! — обозлился Тобиас. — Дуло из него! Вот и заложили.

— И не лень вам было! — возмутилась Мэг, притопнув от возмущения.

— Мне-то что? Чай у меня жена — ведьма! Она и трудилась, — огрызнулся Тобиас, неодобрительно глянув на её ноги. — Опять по трясине шлялись? И что вам не живётся, как людям?

— Спасибо, мистер Снейп! — на радостях Мэг и ему сунула пирожок. Чмокнула в щёку и умчалась.

Тобиас застыл в суеверном ужасе.

— Вот шальная! — пробормотал он, наконец. — Точно гробанётся.

Лини, закончив облизывать пальцы, подобрала с пола отвёртку и сунула ему так, что едва не выколола глаз.

— На, — сообщила она, улыбнувшись редкими, как у гриндилоу, зубками.

Перевела взгляд на сказочный домик с резными оленями и колокольчиком наверху. Стрелки пошли сами, а птичка бойко выскочила из дверки.

— Куку! — Лини закрыла лицо липкими ладошками, потом открыла снова — и так раз десять, хихикая с очарованием домовёнка.

— Хотя бы не немая, — обречённо заключил Тобиас.

Лили-Маргарет этих чудес уже не видела, потому что очень торопилась. Официально ей никакое колдовство не воспрещалось, хоть весь Тупик разнеси. Но интуиция подсказывала, что рамки всё-таки есть. С другой стороны, когда ещё представится шанс? И что тут смертельного? Даже не тёмная магия!

Облизывая пальцы, она ещё раз пробежала глазами газетные строчки, обтёрла ладони о кофту и достала волшебную палочку. Пугливо оглянулась на входную дверь, приблизилась к чулану, скомандовала Фините Инкантатем и отпрыгнула. Её до сих пор удивляло, что магия срабатывала, как надо. А не так, что хочешь плиту зажечь, а тебя табуреткой по голове.

Стена преобразилась неслышно, но пыль густо повисла в комнате, и Принц, высунув морду из кухни, неодобрительно чихнул. Лили-Маргарет приложила палец к губам, кот презрительно глянул на неё потусторонними чёрными глазами и гордо удалился — его дело предупредить!

Отложив палочку на столик, Мэг подкралась к вставшему на место камину. Пришлось переступать через вещи, которые хранились в чулане, а теперь разлетелись по всей комнате. Она ещё раз настороженно прислушалась, но подозрительных звуков не различила. Только капала вода в умывальнике и кукушка приглушённо отсчитывала время.

Впрочем, Северус, когда хотел, перемещался бесшумно. И не обязательно через дверь. Стало страшновато и горячо в груди. На всякий случай Мэг всё-таки обула туфли. Нога была меньше, чем у прежней хозяйки, в носы обуви приходилось набивать вату, и для бега такой вариант не годился. Зато вид стал приличнее. Мало ли, что там.

Камин оказался достаточно большим, чтобы в нём поместиться, хотя лезть туда было смешно. Внутри скопилась зола и всё заросло паутиной. Но для магии это вряд ли имело значение. Прочихавшись, Лили-Маргарет бережно открыла жестянку и наскребла в горсть слежавшийся порошок. Чиркнула спичкой (разводить огонь было некогда), сыпанула сверху буро-зелёную пыль и осторожно проговорила про себя название единственного магического места, которое знала. Кроме Азкабана, но туда точно не стоило торопиться.

Лепесток огня, спустившись почти до ногтей, вдруг замер на середине спички, перестал обжигать и сделался изумрудно-зелёным. Что-то заработало, наверное. Мэг зажмурилась, пробормотала «Косая аллея» и ощутила, как в тело со всех сторон вцепилась магия. Щелчок замка донёсся сквозь шум зелёного вихря в каминной трубе — и привычная вселенная разлетелась золой.

* * *

Мэг вернулась только поздно вечером. В доме стояла такая тишина, что было слышно тиканье часов, которые Тобиас приколотил над умывальником. Ни ругани, ни боевых воплей Лини под аккомпанемент падающей мебели. Зола и цементная пыль осели на потёртый ковёр, засыпали диван и кресло. Выброшенный из чулана хлам так и валялся, где попало. И мог ещё год проваляться — кому какое дело?

Тобиас не показывался. Он предпочитал не выбираться из подвала, пока все не улягутся. Северус лакомился на кухне пирожком. Стоя, чтобы не терять времени. Прихлёбывал сырую воду, потому что заваривать чай — не для великих магов. На Лили-Маргарет он глянул без интереса и даже с досадой.

— Там… — Мэг задохнулась, не сразу подобрав слова, и просто указала на камин за своей спиной. — Там целый мир!

— Да ты что? Офигеть можно.

— Нельзя было объяснить по-человечески?! — возмутилась она, залетев в кухню. — Когда вообще ты собирался рассказать?!

— Никогда. Мне нравится владеть тобой безраздельно. Это же такое удовольствие!

Мэг всё-таки запустила в него туфлей, но только зря разбила кухонное окошко.

— Пошла ты со своими претензиями! — досадливо отмахнулся Северус и полез в карман за палочкой.

— Объясни, — потребовала Мэг.

— Разбирайся без меня. Ты же самостоятельная.

Как обычно, Северус не удосужился зажечь свет, и разглядеть его лицо не получалось. Но чтобы повернуть выключатель, пришлось бы выйти за дверь, а Мэг не желала сдавать позиции.

— Там настоящий город, чёрт бы тебя побрал! — объявила она срывающимся голосом. — Дома, магазины… Всё волшебное! Там нормальные люди. Почему с ними нельзя общаться?

— Общайся. Тебя что, запирают? — удивился Северус, восстанавливая стекло. — Я надеялся, ты вовсе не вернёшься.

Лили-Маргарет прикусила губу, не зная, как донести мысль. От путешествия осталось ощущение, как от сказки. Только в сказке всё было таким же реальным, как здесь. Даже реальнее, потому что Паучий тупик давно стал выцветшим фоном. Мэг думала прихватить что-нибудь оттуда — в доказательство. Но для магических покупок требовались незнакомые монеты размером с колесо. А стащить что-нибудь волшебное она побоялась — вдруг подхватишь проклятие? Теперь осталось лишь бессильно развести руками в воздухе.

— Я вовсе не собиралась сбегать, — обиженно проронила Мэг. — Но разве моё место не там? Какой смысл быть волшебницей тут? Скажи! Я постараюсь поверить.

— Не надо мне верить, — Северус присел на край стола, не выпуская из руки волшебную палочку. Теперь он попадал в конус света из гостиной, так что были заметны и сердитый блеск в глазах, и хмурое выражение лица.

— Я вот тебе не верю, — в голосе зазвучала коварная вкрадчивость. — Можешь мотаться по всей Магической Британии, если делать нечего. Но я тебя просил следить за сестрой, а ты смылась.

— Я оставила Лини с отцом! — возмутилась Мэг.

— Чтобы выломать полстены, — прошелестел Северус.

— Это ведь каминная сеть…

— Ты открыла проход, который неспроста был запечатан. У тебя пустой котелок вместо головы?

— Где Лини и мистер Снейп? — Мэг похолодела, внезапно сообразив, что в доме не может быть такой абсолютной тишины.

— Здорово, что ты вспомнила! — нехорошо обрадовался Северус. — Кто ты такая, чтобы я тебе об этом рассказывал?

— Ты же знаешь… Я тебе объясняла… — зашептала она, попятившись.

— Давай припомним, что именно, — живо предложил Северус. — Ты сказала, что росла здесь. Но я тебя не помню. Ты указала на сгоревший дом и объявила его своим. Ах, да! Ещё твой отец куда-то запропастился, а мать унесло течением. А сама ты скрываешься от мафии, поэтому живёшь без документов. В трубе.

— Ты обкурился, что ли?! — ужаснулась Мэг. — У меня есть документы! А хочешь, покажу мамину могилу?

— Почём я знаю, что это твоя мать? — не растерялся Северус. — Ты в курсе, как редко у магглов рождаются ведьмы? Кстати, как-то быстро ты осваиваешь магию.

— Ты же меня ни разу не хвалил! — изумилась Лили-Маргарет. — По-твоему, я всё сочинила? Да меня куча народу знает!

— Скажи ещё, что тебя знает Милтон! Который и сам не пойми что.

— Идиот малахольный! — Мэг бросилась в подвал, на ходу вытирая слёзы, но там и правда не было ни души. И это всё меньше походило на шутку.

— Давай, я выпью эту вашу сыворотку правды. Только хватит на меня так смотреть, — тихонько попросила она, вернувшись.

— Плевал я на твою правду, — Северус быстро писал что-то в забытой на каминной полке тетради. — Вот их адрес. И деньги на проезд. Доберёшься привычным способом, раз есть документы. Кстати, камин я отключил.

— Разве можно так пугать? — всхлипнула Мэг. — Я тебя убью сейчас!

— Не преувеличивай свои возможности, — посоветовал он. — В Тинворте живут и маги, и магглы. Если захочешь, оставайся там до школы. Коттедж сдаётся вместе с домовухой, она умеет готовить и смотреть за детьми. В отличие от тебя. Только не пугайся — Тобиаса пришлось немного заколдовать, чтобы он возжаждал отвезти дочку на море. На тебя тратить магию не стану. Не устраивает Тинворт, вали, куда хочешь… Я же сказал — не зазнавайся!

Лили-Маргарет отдёрнула руку, ощутив лёгкое жжение защитных чар.

— А ну, иди сюда! — велела она, предприняв повторную попытку.

На этот раз, с применением забытой на диване подушки. Подушка описала в воздухе неестественную дугу и ударилась о заколоченное окно, брызнув перьями, как дириколь.

— Психопатка, — Северус подобрал с пола отцовский рюкзак, вытряхнул из него столярный инструмент и отправился наверх.

1 — Объяснять неизвестное ещё более неизвестным (лат.).

2 — Отойди, ты заслоняешь мне солнце (Диоген).

3 — Гриндилоу: водяная нечисть болотно-зелёного цвета с острыми рожками и длинными костлявыми пальцами. Способна утащить на дно ребёнка. Победить можно, сломав гриндилоу пальцы.