УЧЁНАЯ vs ШАМАН (гет)

Луана вела Найлис по тропинке к дому на окраине селения. Домик был крепким, но постучавшаяся нужда виднелась в отсыревшем фундаменте.

—Это Вилани, — тихо сказала Луана. — Её муж, хороший охотник, два года назад не вернулся из леса. Она осталась одна с пятью птенцами. Три дочки — уже помощницы, но сами ещё невесты. Два сына — сила есть, да ума и терпения пока маловато. Я им шью, они мне — еду. Помоги им сегодня. Самое простое — огород полить. Они покажут.

На пороге их встретила сама Вилани — женщина с усталым, но тёплым лицом и удивительно прямой спиной. Из-за неё выглядывали три пары любопытных глаз девушек лет восемнадцати-двадцати, очень похожих друг на друга, и две головы сорванцов, моментально скрывшиеся с гиканьем внутри дома.

— Это Найлис, — представила Луана, — Руки у неё есть, голова на месте. Поручи ей полив.

Когда Луана ушла, а Вилани, поблагодарив, вернулась хлопотать по дому, три сестры — Айла, Сая и Лана — высыпали во двор. Мальчишки, Сомми и Джесси, снова выскочили, теперь уже с деревянными мечами.

— Бабушка Луана сказала, ты будешь помогать с поливом, — сказала старшая, Айла. — Пойдём, покажем.

Они обогнули дом, и Найлис ахнула. «Огород» оказался огромным участком земли, плавно переходящим в сад с яблонями и кустами. Всё было ухожено, но масштабы работ пугали.

— Всё это… нужно полить? — уточнила Найлис.

—Да, — вздохнула Сая. — Если дождей нет неделю, начинаем. Это на три дня работы для нас всех.

—Ну что ж, — Найлис потёрла ладони, стараясь выглядеть уверенно. — Где у вас шланг? Или система полива?

Три сестры переглянулись. В их глазах было искреннее недоумение.

—Шланг? — переспросила Лана, младшая из сестёр.

—Да, шланг. Чтобы воду из реки подвести. У вас же насос должен быть?

Девушки замялись.

—Насос… — начала Айла, — Он сломался прошлым летом. Денег на починку нет, а нового ждать от администрации резервации… — она махнула рукой, завершая мысль.

Стало тихо. Найлис смотрела на участок, на хрупких девушек, на ведра, стоявшие у стены дома. Её научный ум лихорадочно заработал. Нет насоса. Нет шланга. Но есть… мозги.

— Хорошо, — сказала она. — Забудем про насос. У вас есть брезент? Старый, ненужный? И много-много палок. И верёвка. И, — она оглянулась на мальчишек, замерших с мечами, — две самые быстрые пары ног в поселении!

Час спустя на склоне к реке кипела работа под руководством Найлис:

—Сомми, Джесси! Тащите сюда самые длинные и прямые жерди, какие найдёте! Девочки, помогите расстелить этот брезент. Нет, не ровно! Сделайте из него длинный жёлоб, края загните и привяжите к палкам. Да, вот так!

Они соорудили длинный, в несколько секций, слегка наклонный жёлоб из старого брезента, закреплённый на жердях и рогатках. Его верхний конец опустили в реку, закрепив между камней и направив поток воды. Нижний конец вывели прямо в большое старое корыто на краю огорода. Вода, подчиняясь силе тяжести, самотеком побежала по брезентовому руслу.

— Работает! — закричал Джесси, когда первая струя ударила по дну корыта.

—Ещё как работает! — воскликнула Найлис, вытирая пот со лба. — Теперь дело за малым: носим воду от корыта ведрами. Но это уже не от реки в гору!

Энтузиазм стал заразительным. Даже Вилани ненадолго оторвалась от дел и вышла посмотреть. Увидев бегущую по жёлобу воду и счастливые лица детей, она приложила руку к губам, а в её усталых глазах блеснули слёзы облегчения.

Работа закипела. Найлис работала наравне со всеми, таская вёдра, подправляя конструкцию, подбадривая младших. В этот момент она была просто частью дружной семьи.

Именно в этот момент, возвращаясь с поручения вождя, по верхней тропе проходил Кэхин. Он остановился, услышав непривычный для этого места шум — смех, крики, плеск воды. Его взгляд скользнул по склону: брезентовый жёлоб, тянущий воду, суета у корыта и в центре всего этого — она. Её волосы выбились из пучка, на щеках грязь, рубаха закатана по локоть. Она что-то живо объясняла младшему мальчишке.

Кэхин не видел её такой. Уголок его рта почти неуловимо дрогнул. Затем он развернулся и пошёл дальше. Но образ смеющейся девушки с ведром под летним солнцем остался с ним — яркий и живой.

Вечером Вилани накрыла на улице стол. Были лепёшки, тушёные овощи и дикая земляника.

—Спасибо тебе, — просто сказала Вилани, глядя Найлис в глаза. — Угощайся!

Луана, пришедшая за Найлис, выслушала восторженную болтовню мальчишек и тихую благодарность дочерей. Найлис шла рядом, усталая до костей, но с непривычным, тёплым чувством полноты внутри. Она сделала что-то полезное. А где-то в глубине души теплилась мысль: Видел ли он? И почему мысль об этом заставляла сердце биться чуть чаще?