Проверено на грамотность 
Чёрная шашка заскользила по доске, сбивая белых противников, и Алёнка снова раздосадовано засопела. Я лишь улыбнулась. «Чапаев» не требовал сильно напрягаться, а потому мыслями я витала где-то очень далеко.
Ты тоже, лисёнок.
Я поморщилась. Ума не приложу, отчего эти слова вызывали во мне такую ярость. Ярость жгучую и разрушительную. Ведь даже знание о том, что Ризанд поставил Ласэна на колени, не злило меня так сильно. Скорее бы вернуться в Англию. Там я хотя бы на время смогу отвлечься. Смогу понять и решить, что мне делать с этим знанием.
Дедушка не терпел мести, да и сама я знала, как губительна её сила, но оставить поступок Верховного правителя безнаказанным не могла.
— Ты сегодня странная, — голос дочери вырвал меня из раздумий. — И папа хмурый ходит.
Я заглянула в серьёзные голубые глаза.
— Просто нашего друга обидели, и мы ничего не можем с этим сделать.
— Почему?
— Потому что в тот момент нас рядом не оказалось, а что делать сейчас, я не знаю. Наша семья не мстит, ты же знаешь.
— Но она даёт сдачи, — резонно заметила Алёна. — И ты знаешь разницу между этими двумя понятиями гораздо лучше меня.
«Не уверена», — подумалось мне, но вслух я этого, конечно же, не сказала.
— Возможно. Но я не хочу наделать глупостей. Обидчик не из тех людей, с которыми я бы хотела враждовать. Наверное, он просто ошибся.
— По-моему, ты себя успокаиваешь, — ответила мне дочь и поднялась. — Ладно, иди к дедушке, я с бабушкой поиграю. Всё равно от тебя сейчас внимания не добьёшься.
Я поймала её за руку и притянула к себе, прижав спиной к груди.
— У твоей мамы сложная работа.
— Иногда я скучаю по тем дням, когда ты была только моей, — призналась Алёнка, задрала голову и серьёзно посмотрела мне в глаза. — Но я знала, что ты не ты. А теперь ты настоящая. К тому же Саша говорит, что ты бы с большим удовольствием занималась мной, но долг тебе не даёт. Я понимаю. Если бы Лизу или Злату обидели, я бы тоже не думала ни о чём, кроме как... как бы так бы дать обидчику в нос. К тому же я знаю, что как только все проблемы решатся, ты скинешь всю работу на папу и будешь сидеть дома со мной. Я... Наверное, я готова подождать, если ты совсем про меня не забудешь. А ты не забудешь. Лизе тоже нужны мама и папа. У неё, конечно, есть дядя Эрис и ты, и дядя Саня, и бабушки с дедушкой, но я знаю, что она мне немножко завидует. Ты же вернёшь ей папу?
— О нём и шла речь.
— Тогда тем более иди.
— И в кого ты у меня такая смышлёная? — протянула я, обнимая её крепче.
— В деда, — хитро ответила она.
Скрипнула входная дверь, и через мгновение в комнате показался Сириус.
— Сидите?
— Сидим, — улыбаясь, ответила я.
Алёна демонстративно завозилась, устраиваясь поудобнее. Сириус усмехнулся.
— Помнится, я обещал кому-то покатать его на мотоцикле...
Вся серьёзность мигом слетела с лица дочери, будто её и не было. Вихрем она поднялась с пола и кинулась к отцу, радостно скача вокруг. Ну вот и хорошо.
— Пост сдал, — пошутила я, поднимаясь.
— Пост принял, — в тон мне ответил муж, и я, поцеловав Алёнку, направилась к Мириону.
— Нея? Заходи, — послышалось из-за закрытой двери. Всегда чувствует заранее.
Я прошла в знакомую комнату. За всё это время в ней поменялись разве что травы, висящие под потолком, да баночки в шкафу. Я присела на краешек кровати, не зная, с чего начать.
— Чего раскисла?
— Сдаётся мне, от меня что-то скрывают.
Мирион обернулся.
— Я ведь успела прочитать всего пару книг. Но в них не было этой сцены. Той, что я нашла в воспоминаниях Ласэна.
— Я не знаком с историей, но тебе ли не знать, что она может и должна меняться? Да и так ли важно, поступал ли Ризанд так же и в каноничной истории?
— Для меня да. Это будет означать, что книга дошла до меня в урезанном варианте.
— А она и дошла, — огорошил меня дедушка. — Видишь ли, наш Эрис считает, что тебе не стоит читать некоторые откровенные сцены.
— Ну, подглядывать за Ризом и Фейрой через книжку я и не собиралась, — губы сами собой расплывались в улыбке. Какой заботливый у меня, оказывается, брат.
— Знаю. Ты иначе воспитана. Но наш Эрис, несмотря ни на что, блюдёт твою нравственность. Он не хочет тревожить твою хрупкую психику.
Я недоумённо нахмурилась.
— Ней, ты даже целоваться на людях не можешь.
Теперь я покраснела.
— Ладно, подожди, Вера говорила… До этого Фейра с Тамлином уединялись… Думаешь, мог случайно зацепить?
— Учитывая, что Лиза периодически виснет на нём, мешая работать, вполне. Доверять своим друзьям надо.
— Я доверяю, но Эриса тянет беречь не только мою нравственность, но и моё душевное равновесие, опуская сцены, подобные этой с Ласэном. Он же знает, как я к нему отношусь, — проворчала я. — Ладно, это всё лирика. Я вообще не об этом с тобой хотела поговорить. Ты ведь был там в тот день. Что ты хотел понять?
— То же, что и ты сейчас. Мы оба знаем, что Фейра — истинная пара Ризанда. Разумеется, он стремится её защитить...
— Я помню, он хотел напугать Тамлина, чтобы тот спрятал Фейру. Ему ж на ум не могло прийти, что эта дурочка вернётся.
— Именно. Однако унижать Тамлина и Лаэна было совершенно не обязательно, верно?
— Я бы не сказала, что он этим наслаждался...
— Вопрос в другом, — улыбнулся дедушка. — Впрочем, я с тобой согласен. Он даже мог бы ненавидеть себя за этот поступок.
— Мог бы, но не ненавидит?
Мирион вновь улыбнулся, слегка склонив голову.
— Да. Ласэн пожалел о сказанном почти сразу же. Ризанд о сделанном — нет.
— Мне казалось, в разговоре с Фейрой он раскаивается, — сильнее нахмурилась я. — Позже.
— Он раскаивается в том, что напугал её. В самом поступке — нет. Что именно не даёт тебе покоя? — вдруг спросил он.
— Я зла на Ризанда, но не могу отрицать того, что Ласэн поступил гадко. За «шлюху» он у меня ещё получит, — ощерилась я. — Позорище. Он что, не мог сказать, что мужчинам с заниженной планкой социальной ответственности слова не давали? Ризанд бы ещё несколько дней думал, что именно он имел в виду.
Мирион укоризненно посмотрел на меня, но в уголках его губ пряталась улыбка.
— Ты, как всегда, остроумна. Но мы не об этом. Я понимаю, к чему ты клонишь. Можно считать, что они квиты. Если, конечно, можно считать унижение словесное и физическое соразмерными...
— Ты ведь сам сказал Ласэну...
— Что они оба были неправы. Я не говорил, что Риз имел право на подобное.
— Даже если смотреть на это сквозь пальцы… Дракон с ним, пускай! Есть у него обиды на Ласэна с Тамлином, у них общая история, давняя, но!
— Фейра.
— Да, Фейра. Ризанд не имел никакого права рассказывать о самых сокровенных её желаниях. Как бы зол ни был. Как бы не играла ревность. Какими бы благими ни были его цели. Этого я бы не простила никогда.
— Я рад, что ты видишь границы допустимого. Однако тебя гнетёт что-то ещё.
Я задумалась.
— Что ты видел? Чего не вижу я? Почему не могу отпустить это, сославшись на то, что они оба были неправы?
— Во-первых, Ласэн — твой друг, это нормально. А во-вторых, он действительно жалеет, знает, что не прав. А Риз… — Мирион отвернулся к окну. — Знаешь, есть древняя и очень точная мудрость. Если тебя назвали дураком и ты обиделся, значит, ты дурак.
— Я научила его создавать проекцию. Он не должен реагировать...
— Даже сама мысль о том, что его считают шлюхой, ему ненавистна.
— Он пошёл на это сам. И за это я его уважаю. Даже не будь у него нашего умения, дабы защитить свой народ, свою семью, он пошёл бы на это. Не всякий бы смог. За это, повторюсь, я его уважаю. Но это был его выбор.
— Да, был. И я уверен, он и сам прекрасно осознаёт это. Однако у него есть проблема. Им движет комплекс неполноценности, а оттого, — Мирион вновь повернулся ко мне, — оттого он слишком резко воспринимает чужие слова. Оттого, получив в руки власть, он считает себя вправе унижать других. Конечно, он руководствуется порой очень благородными целями, но это не отменяет того, что он использует других как ему вздумается.
— Даже Фейру?
— Даже её. Хотя в этом, я уверен, он раскаивается. Ваш Риз ведь искренне считает, что защищает её подобным образом.
— Не всё можно оправдать желанием защитить.
— У него перед глазами был плохой пример. И то, что он, несмотря на это, рождён способным дружить, любить, защищать, уже чудо. Да, он делает это неумело и часто ошибается, но он старается. Это достойно уважения.
Меня посетила смутная догадка.
— Ты хочешь, чтобы я научила его?
— Только если ты сама этого желаешь.
— А куда ж я денусь?! — развела руками я. — Когда Фейру на поруки взяла. Да и не ищу я с ним вражды. Но по роже всё-таки съезжу, — добавила я. — Ведь он всё то, что ты сказал, прекрасно знает. И не пытается изменить. Он ведь даже…
— Дружить ты его тоже научишь, — в который раз улыбнулся Мирион.
— Делать мне больше нечего, — проворчала я. — Ну Верка! Свалила на меня свой детский сад, а мне расхлебывай.
— Я помогу.
— Знаю. Ладно, пойду я. Давно у Фейры не была. И дедушка, — он выжидающе посмотрел на меня, — спасибо.
— Должна же быть от меня хоть какая-то польза, — он подошел ближе и обнял меня, крепко, как в детстве.
На крохотное мгновение я позволила себе расслабиться.
* * *
— Здорово, труженица! — улыбаясь, крикнула я Фейре, заставив бедную девушку подскочить, испачкавшись в золе.
Фейра, насколько я поняла, уже несколько часов выбирала из камина… да, чечевицу. Неблагодарное занятие. Если ты, конечно, не маг земли.
Я шевельнула пальцами, с радостью ощущая, как магия вновь становится мне помощницей, и семена перепрыгнули в ведёрко девушки. Та облегчённо выдохнула.
— Когда ты перестанешь это делать? В смысле, так резко появляться! — тут же поспешно добавила она несколько громче, чем следовало.
— Молодец. Обучаемая.
— Ты бы обязательно зацепилась за мои слова, решив, что я не хочу твоей помощи, — проворчала она.
— Не жалуйся.
— Я и не жалуюсь.
— Ласэн приходил?
Она покачала головой.
— Зато мне помогла его мать. За то, что я спасла его, назвав своё имя Амаранте.
— Вот видишь, а ты в закон бумеранга не верила.
Она улыбнулась.
— Слушай, я всё спросить хочу, а зовут-то тебя как?
— Я скажу, только не раскрывай моего имени никому, хорошо? Ещё не время, — подумав, я уточнила. — Нет, если, конечно, сильно приставать будут, как тогда в зале, то расскажи. Не надо в Ласэна играть, идёт?
Фейра хихикнула и кивнула.
— Нея меня зовут. Виринея.
— Необычное имя. Что оно означает?
— Свежая, зеленеющая.
— Я замечала, ты не только целительница, ты управляешь растениями. Но ты человек.
— Я несколько из другого мира. Мой народ владеет магией.
Щёлкнул замок. Фейра схватила кочергу и спрятала её за спиной.
— Ты лучше в кулачок золы набери, — посоветовала я, благо девушка послушалась. — Я рядом.
Сириус втащил меня в тоннель.
— Подглядим за молодёжью?
— Бесстыдник.
— Приветствую тебя, Фейра, — сказал Ризанд, усаживаясь на кровать. — Не могла бы ты объяснить, почему копаешься в моём очаге?
Фейра слегка согнула колени, явно намереваясь рвать когти.
— Спокойнее, — шепнула я ей. — Ответь ему.
— Мне приказали очистить камин от чечевицы, иначе ты снимешь с меня шкуру.
— Правда? — Ризанд улыбнулся, аки кот.
— Так это твоя идея? — раздражённо спросила она.
Я цыкнула, и она замолчала.
— Да нет, что ты, — сказал Ризанд, растягивая слова. — О нашем секрете пока никто не знает. А тебя, никак, всё ещё мучает совесть?
— Дунь ему в лицо, — язвительно велела я.
— Нея! — возмутился Сириус.
— А что такое?
Стиснув зубы, Фейра указала на очаг правой рукой. Левую по-прежнему сжимала в кулак.
— Достаточно ли чист твой очаг?
— А как в мой очаг вообще попала чечевица?
— Вероятно, это одна из тех «работ по дому», которые придумала твоя хозяйка, — сказала она, мрачно глядя на Ризанда.
Он хмыкнул.
— Амаранта и её окружение, очевидно, считают, что сдирать с тебя кожу покажется мне увлекательным занятием.
— Скорее, она проверяет тебя. Ты был единственным, кто поставил на меня, решив, что я справлюсь с червём.
— С чего бы вдруг ей меня проверять?
Я переводила взгляд с одного на другого. Сириус рядом рассматривал Ризанда.
— Он мне не нравится, — наконец произнес муж.
— Ты обманул её, — в тот же момент произнесла Фейра. — Ты ведь знал, как я выгляжу.
Ризанд сел на кровати, уперев локти в бёдра.
— Амаранта играет в свои игры, а я в свои, — коротко сказал он.
— Она дала тебе разрешение погулять в Ночь огня. И ты не стал терять времени. И сам развлёкся, и нас вниманием не обделил, — съязвила девушка.
Н-да, как я и думала, произошедшее сильно по ней ударило.
— Если ты вдруг про отрезанную голову, то не моя инициатива. А Каланмай… — Ризанд посмотрел на неё. — У меня были свои резоны посмотреть на празднество. И это не далось мне даром, Фейра.
— Почему Амаранта оставила тебе твою силу? — задала новый вопрос Фейра, и я порадовалась тому, что он, в кои-то веки, правильный.
— Она забрала и мою. Это…
Отвлёкшись, я пропустила момент, когда Ризанд опять запустил свои когти в разум Фейры, без цели навредить, но девочка испугалась. К моей великой радости, на сей раз она сдула золу с ладони прямо ему в глаза. Сказать, что перчик был в шоке, ничего не сказать.
— Противника надо обескуражить, — шепнула я Фейре. — Это первый урок. А теперь, Фейра, я поговорю с ним. Повторяй за мной.
— Неплохо, — протянул Ризанд. — А ты хитрее, чем я думал. Или, быть может, этой хитрости тебя научил твой таинственный помощник?
— Может быть. А может и не быть, — в тон ему ответила девушка, в точности повторяя мои слова. — Так что же с твоей силой?
Ризанд вновь вернулся в прежнее расположение духа.
— Это... Так. Остатки. Твой Тамлин, конечно, силён и искусен в магии, однако мои способности были гора-а-аздо разнообразнее.
— Ты не обладаешь даром оборотня?
— В каждом из нас сидит нечто, что стремится вырваться наружу. Но если твой Тамлин без ума от мехов, — усмехнулся он, — то мне по душе крылья и когти.
— Можешь ли ты показать мне свой облик или эта способность тебе больше недоступна?
— Маленькая девочка задаёт чересчур много вопросов, — проговорил он, но облик сменил.
— Это частичное превращение, — Ризанд пощелкал острыми чёрными когтями, в которые превратились его пальцы. Вместо ступней у него тоже поблескивали когти.
За спиной виднелись массивные крылья, напоминающие драконьи. Ризанд аккуратно сложил их за своей спиной.
Мы едва успели его рассмотреть, как он вновь спрятал от нас свой лик.
— Разве ты не хочешь сделать мне комплимент? — удивился он.
Я знала, что у Фейры на языке вертится достаточно грамотный ответ, но всё же вмешалась, и с её губ слетело:
— Скромнее надо быть. К тебе люди потянутся.
— А так действительно лучше, — обрадовано сказала она мне.
— Два-ноль в нашу пользу, милая.
Ризанд тихо рассмеялся.
— Твоё поведение по отношению к Верховному правителю можно назвать дерзким, даже наглым. Я не могу решить, то ли восхищаться этой смелостью, то ли считать её проявлением человеческой глупости.
— Спиши на то, что мне нечего терять, господин Верховный правитель. Могу я быть свободна?
— Я хотела спросить...
— Он не скажет. Амаранта запретила. Они повинуются. Если им вдруг прикажут перестать дышать, они будут обязаны выполнить и такой приказ. Не трать время. Не давай ему слишком многого.
— Разумеется, — Ризанд щёлкнул пальцами.
Вся грязь мигом исчезла с Фейры.
— Маленький подарок тебе за смелость и за отличную работу. Ты сама справилась? Никто не помогал?
— Фея-крёстная, — ответила Фейра, вновь повторяя за мной.
Дверь неожиданно распахнулась. На пороге появились стражники, которые привели девушку. Ризанд безразлично кивнул им.
— Она справилась. Я доволен.
Караульные тотчас схватили её, и Ризанд, не скрывая угрозы, оскалился.
— С этого момента никаких «работ по дому» и прочих поручений.
Жёлтые глаза караульных остекленели и подернулись пеленой, рты раскрылись.
— Сообщите всем, чтобы держались подальше от её камеры и от неё самой. А если кто-то осмелится приблизиться, пусть возьмёт кинжал и вспорет себе брюхо. Вам ясно?
Караульные оцепенело кивнули, потом заморгали, словно очнувшись ото сна, и расправили плечи.
Фейра старательно прятала дрожь.
— Да не трясись ты так! — шикнула я на неё.
Она вышла в открытую дверь.
— Буду рад видеть тебя снова, — промурлыкал ей вдогонку Ризанд.
— До чего мерзкая манера общения, — проворчал Сириус. — Будто с ночной бабочкой разговариваешь.
— А у тебя есть опыт? — тут же поинтересовалась я.
— Нет, мне друзья рассказывали.
— М-м, и кому же из подруг мне намекнуть, что…
— Ну Нея! — взмолился он. — Ну ты же знаешь, что я образно. В конце концов, мы с тобой женаты! Я могу отличить голос, предназначенный для любимой, от приказного.
Я усмехнулась.
— Расслабься, я просто прикалываюсь.
* * *
С того дня Фейре стали приносить свежую горячую еду, и хотя запрет на неё я давно сняла, девушка к ней не притрагивалась.
— Из принципа не ешь? — поинтересовалась я, протягивая ей вазочку с мороженым.
— Не было бы тебя, ела бы, конечно, проклиная его. Но… Зачем унижаться? Или у тебя…
— Нет-нет, достать для тебя еду для меня не проблема.
— Это хорошо. Я уж думала, придётся принимать его подачки.
— Ну знаешь, подачки не подачки, а жить захочешь — и не так раскорячишься.
Фейра поперхнулась.
— У тебя шутка на любой случай жизни есть?
— Есть народная мудрость. Любая проблема может стать началом пути к успеху, если к проблеме отнестись с юмором. Вот так-то. Хочешь, чтобы проблема тебя покинула, посмейся над ней.
Какое-то время она раздумывала над моими словами.
— Может, ты и права. Когда я с тобой, я смеюсь. А когда я смеюсь, мне легче. Сама не знаю почему.
— Смех изгоняет страх. Потому и легче.
— Когда ты пела, тоже было хорошо, — стараясь выглядеть как можно более невозмутимо, произнесла она.
— Когда поешь с кем-то, ещё лучше.
— Я не знаю песен.
— Я научу. Загадку-то не разгадала?
Она погрустнела.
— Думай тогда. И слушай.
Я подсела к ней поближе, приобняв за плечи.
— Что стоишь, качаясь, тонкая рябина,
Головой склоняясь до самого тына,
А через дорогу за рекой широкой
Так же одиноко дуб стоит высокий.
Я тихо покачивалась в такт мелодии, убаюкивая Фейру. Похоже, она начала засыпать.
Как бы мне, рябине, к дубу перебраться,
Я б тогда не стала гнуться и качаться,
Тонкими ветвями я б к нему прижалась
И с его листвой день и ночь шепталась.
Но нельзя рябине к дубу перебраться,
Знать, ей сиротине век одной качаться. (1)
Ну точно спит. Я вздохнула и, плотнее закутав её в плащ, ушла, оставив одну. Зря я это сделала. Ох как зря.
_______________________________________
https://biblioteka-online.org/book/korolevstvo-sipov-i-roz/reader?page=199 — оригинал разговора Фейры с Ризандом. Глава 38. Страницы 199 — 203.
1) Народный песенный вариант стихотворения Ивана Захаровича Сурикова «Рябина».
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу