Падение Сугуру Гето (гет)

Прошло четыре беззаботных тёплых дня. Сугуру и Мияки купались в океане, загорали, а вечерами на шезлонгах нежились под тёплым бризом, провожая закат и попивая прохладные коктейли. Все жизненные проблемы были выброшены из юных голов. Единственное, над чем парочка задумывалась, — какой крем взять с собой на пляж? SPF 30 или 50? Они были счастливы и наслаждались каждой минутой, проведённой вместе.

В четвёртый день их уединения на остров пришёл циклон, обрушивший проливной дождь. В тот вечер они лежали на кровати, по очереди читая друг другу танка. Гето сидел, опершись спиной о спинку кровати, Мияки лежала поперёк у его ног.

Она увлечённо зачитывала Исси, покачивая ногами в воздухе и накручивая прядь волос на палец. В это время Сугуру незаметно потянулся к столику. Посматривая на неё, он выдвинул ящик, достал из шкатулки кольцо и крепко зажал его в руке.

— Теперь моя очередь, — сказал он, когда Мияки закончила.

Сугуру улыбнулся, взял свой сборник, открыл заранее подготовленную страницу и начал читать:

— Если спросишь ты —

Я отвечу, не тая.

Нет преград меж нас.

Твоя ноша — мне не в тягость,

Моя боль — тебе знакома.

Он ждал, когда она повернётся, чтобы придвинуться к ней и предложить навсегда остаться вместе. Но Мияки лежала неподвижно и смотрела на обложку закрытой книги.

От услышанных слов о ноше и боли в её голове снова прорезался голос. Только сейчас он был уверенный и властный.

«Мияки, хватит. Прошло больше года, а ты всё молчишь. Момент-то удобный. Он читает тебе о доверии, боли, о том, что между вами нет преград. Хватит! Ему пора узнать твоё тёмное прошлое».

— Мияки, — тихо позвал Гето.

Она не слышала. Он привстал, отложил книгу и коснулся её ноги. Девушка вздрогнула и повернулась к Гето.

— О чём задумалась? — спросил Сугуру, усаживаясь обратно, немного разочаровавшись, что важный момент не удался.

Мияки виновато посмотрела ему в глаза и отвернулась.

— Сугуру, — чуть дрожащим голосом произнесла она.

— Что-то случилось? — спросил Гето, по-прежнему крепко сжимая в руке кольцо.

— Нет, — девушка опустила голову. — Всё в порядке. Просто… — она сделала глубокий бесшумный вдох. — ...я должна кое-что тебе рассказать. Давно должна была.

— Хорошо. Я внимательно слушаю, — он покосился на свою сжатую ладонь, которая непроизвольно дрогнула.

Мияки немного помолчала, собираясь с мыслями.

— Помнишь, ты рассказывал про ту миссию? И человека, который убил девочку? — она подняла взгляд на него. — Ты тогда сказал, что люди могут убивать без сожаления...

— Помню, — резко ответил он, перебив её. На мгновение в его голове всплыла картина с мёртвой Рико. Внутри всё неприятно сжалось. — Но предпочёл бы забыть об этом.

От его резкости девушка почувствовала стук своего сердца где-то в горле. Она сглотнула.

— Однажды я тоже так смогла, — Мияки перевела взгляд на стену. Гето в непонимании нахмурил брови. — Мне было тринадцать. И я убила двоих одноклассников. — Мияки немного помолчала и продолжила: — Они приставали ко мне, хотели избить, хватали за волосы. Я разозлилась. И… — она крепко сжала простынь. — ...я их убила. И в тот момент ни о чём не жалела.

Гето широко раскрыл глаза. Его лицо приобрело то же выражение, что в момент убийства на Окинаве. Кулак с кольцом сжался сильнее. Он не мог поверить в то, что только что услышал.

«Люди, — пронеслось в его голове. — Они все одинаковы».

Он хотел произнести её имя, но не смог разомкнуть губ. Гето чувствовал, как внутри всё напряглось, а тьма, что уснула, снова начала тянуть руки к его горлу. Мияки повернула к нему голову.

— Я долго откладывала этот разговор. Мне было страшно признаться тебе в этом, — её глаза заполнялись слезами. — Мне страшно до сих пор. — Она посмотрела в потолок, не давая слезам скатиться по щекам. — Маги, — усмехнулась Мияки. — Они же существуют, чтобы защищать людей. Я знаю это не только из твоих рассказов. В тринадцать я грезила учебой в Киотском магическом колледже. Но однажды убила того, кто слабее меня, Сугуру. И одного будущего мага, поменявшись с ним местами. Ты можешь меня осудить, возненавидеть, бросить. И возможно, так будет лучше.

Мияки рассказала ему всё, начиная с того самого дня, когда впервые обнаружила, что не совсем обычная. Она рассказала о своей технике, как убила одноклассников, как иногда видит их кровь на своих руках и как постоянно вздрагивает, услышав хлопок чужих ладоней. Гето внимательно слушал. Каждое её слово вытесняло весь воздух из его груди. Но он заметил, как внутреннее напряжение постепенно отпускает. Ведь она не одна из этих отвратительных существ, которые понятия не имеют о его сложном мире.

Мияки закончила свой рассказ, но по-прежнему не могла повернуться и посмотреть Сугуру в глаза. В комнате воцарилась тишина. За окном дождь начал лить с удвоенной силой. Ей хотелось выбежать на улицу под этот дождь, упасть на колени и закричать. Ей хотелось, чтобы поток воды снёс её в океан, чтобы окончательно освободиться от этой ноши.

— Поэтому ты иногда смотришь на свои руки? — спокойно спросил Сугуру, глядя на неё.

Мияки не сразу ответила, но инстинктивно взглянула на свои ладони.

«Теперь они чистые, Мияки. Ты молодец», — похвалил голос.

— Да, — ответила она одновременно и голосу, и Гето.

Слёзы ручьём покатились из её глаз, но внутри стало легче. И она приняла бы любой выбор Гето после своего признания. В свою очередь, глядя на неё, он думал совсем о другом.

«Она не одна из них. Мияки — своя. И она больше знает, что такое тьма».

Эта мысль показалась ему странной, но принесла горькое облегчение.

— Тот день навсегда лишил меня мечты стать первоклассным магом. — продолжила Мияки. — Поэтому я решила, что буду учителем. Буду учить детей добру и любви к ближним. Чтобы однажды кто-то не повторил мою ошибку.

Гето сунул руку в карман спортивных штанов и медленно разжал. Кольцо оказалось на дне кармана. Он отвернулся.

«Не сегодня», — подумал Сугуру.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая барабанящими по стеклу каплями.

— Сатору... — он начал размышлять вслух. Мияки резко повернула к нему голову. — Он видел в тебе проклятую энергию ещё в тот день, в парке. И всё это время молчал. Друг называется. — усмехнулся он.

— Это не его дело, — ответила Мияки. — Это касается только меня.

Сугуру перевёл взгляд на девушку. Спустя пару минут он встал, потянувшись к её рукам, и крепко сжал холодные ладони Мияки.

— Нас, — сказал он, глядя ей в глаза.

На лице Мияки возникло непонимание.

— Тебя не смущает, что я убийца? Что мои руки в крови, Сугуру?

— Нет, — тихо ответил он, чувствуя, как тьма окончательно расползалась по всему телу и затихла. — Не смущает. Спасибо, что нашла в себе силы и рассказала.

Сугуру придвинулся ближе к ней. Она заметила, как изменилось его лицо, как расслабились плечи. Словно с Гето спал груз, который тяготил его весь этот год.

— Наш мир жесток, Мияки. И тьма есть у всех, даже у магов, — он прижал её ладонь к своей щеке. — Нам больше незачем терзаться этим. Есть ты и я. И то, что мы видели.

Они молча смотрели друг на друга. Его взгляд изучающе скользнул по её лицу, задерживаясь на губах и мокрых от слёз ресницах. Сугуру резко выпрямился, одним движением развернул Мияки спиной и притянул к своей груди, заключая в объятия. От неожиданности девушка вздрогнула. Сугуру убрал прядь её волос за ухо. Пальцы нашли узел халата Мияки и развязали его. Шёлк соскользнул с одного плеча. За окном послышалось завывание ветра. Капли дождя с удвоенной силой забили в стекло. Сугуру улыбнулся, закрыл глаза и, едва касаясь, провёл кончиком носа вверх по уху Мияки, от чего по её спине рассыпались мурашки. Он сделал медленный и глубокий вдох. Ему показалось, что она стала пахнуть совсем иначе, чем-то сладким и принадлежащим только ему. Губы Сугуру коснулись шеи, где пульсировала жилка. Он провёл ими вниз, задержался у ключицы, ощущая её дрожь под своим дыханием. Сугуру поцеловал то место, где когда-то был фиолетовый след от его зубов. Мияки вздрогнула. Гето крепче прижал её к себе, чуть слышно шепнув:

— Всё хорошо.

Его губы проложили дорожку вверх, к уху Мияки. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, чувствуя, как его горячее дыхание растекается по коже и успокаивает её.

— Выходит, я не одинок в этом, — тихо сказал Гето. — Мы одинаковы, Мияки.

Она закрыла глаза и откинула голову на его плечо, забывая обо всём. Главным было то, что Сугуру принял её, не осудил и не ушёл. Дышать стало гораздо легче. И сейчас, в этот самый момент, ей захотелось навсегда принадлежать только ему.

* * *

Дождь закончился почти под утро. Мияки проснулась от непривычной тишины. Все эти дни её будил крик чаек. А сейчас была тишина. Она открыла глаза. Солнце ещё не встало, а в комнате было слишком серо. Девушка машинально положила руку на сторону Сугуру. Его не было рядом. Пальцы сжали холодную простыню. Мияки дёрнулась, резко вдохнула и шире открыла глаза. Она подскочила, окинула взглядом комнату. Краем глаз девушка заметила, как чуть колыхнулась штора, впуская в комнату влажный утренний воздух. Она накинула халат, на цыпочках подошла к балкону и отодвинула штору.

Гето стоял спиной к ней с опущенной головой, в одних штанах, оперевшись руками о железные перила. Солнце только-только начало пробиваться сквозь тучи. Утренний ветерок трепал его волосы. Мияки сделала шаг к нему, скрипнув балконной дверью. Гето поднял голову.

— Я думал о прошлом, — произнёс он. — О нас, о том, что произошло с нами...

Глядя на него, Мияки затаила дыхание и обняла себя за плечи. Он медленно повернулся к ней. В этот момент Сугуру был похож на того растерянного парня, каким она запомнила его в день их знакомства. Но взгляд Гето был совсем другим, более решительным, уверенным, с холодной хитринкой, которой раньше не было.

— Я больше не хочу оглядываться назад, — продолжил он. — Давай с сегодняшнего дня начнём жизнь заново. Давай оставим прошлое позади и больше не будем вспоминать нас прежних.

Мияки молчала. Она поняла, о чём говорит Гето. Они больше не обязаны тащить за собой всё то, что с ними случилось. А камень, который она несла все годы, месяцы, пока они встречались, окончательно рассыпался. И с сегодняшнего дня весь этот груз останется здесь, на этом острове, в этом номере.

— Я не стал другим, Мияки. И ты не станешь другой. Но мы вместе можем попробовать стать... — Гето на секунду задумался. — ...сильнее. Сделать наш мир лучше.

Она подошла ближе и коснулась его щеки. Сугуру проследил за движением её руки девушки и губами поймал запястье. Он посмотрел Мияки в глаза и улыбнулся. Сунув руку в карман, Гето нащупал на дне кольцо, которое хотел подарить ещё вчера, после прочтения романтического танка. Он снова сжал его.

— В следующем году мне восемнадцать, Мияки, — сказал он. — В свой день рождения я хотел бы познакомиться с твоими родителями и попросить у них разрешения быть с тобой.

Он вынул из кармана руку и разжал кулак между ними. Мияки посмотрела на кольцо, а затем на Сугуру.

— И в горе, и в радости? — спросил он.

От неожиданности девушка ощутила ком в горле. Она не могла понять, что нужно делать в этот момент — хотелось смеяться и плакать одновременно. Не дожидаясь ответа, Сугуру взял ладонь Мияки в свою, надел на палец кольцо и прижался лбом к её лбу. Его дыхание окончательно выровнялось.

— Сугуру, — выдохнула она, глядя ему в глаза. — Вместе, до конца.

Он отстранился и крепко обнял её. Руки Мияки сомкнулись на его пояснице. Она закрыла глаза, прижавшись головой к его груди.

Ветер стих. Море стало спокойным и начало светлеть. Тучи наконец-то расходились. А там, где горизонт встречается с водой, показалась первая полоска чистого золота.