Право молчать (гет)

Сидим на лавочке, пока дочка катается с горки. Рядом Катька, курит, прикрывая сигарету ладонью, чтобы никто не увидел.

— Слышала, Ленка разводится, — говорит она.

— Да ты что?

— Ага. Застукала своего с какой-то из «ВКонтакте». Переписка, фотки, всё дела. Говорит, жизнь насмарку.

— А дети?

— А что дети? Переживут. Сейчас все так живут. Нормально.

Катька затягивается, выпускает дым в сторону.

— Слушай, Вер, а ты жалеешь?

— О чем?

— Ну, что тогда, в молодости... ну, что много их было. Не жалеешь?

Я смотрю на дочку. Она висит на турнике вниз головой, волосы касаются песка.

— Жалею, Кать.

— Ого. А я думала, ты гордишься.

— Чем гордиться? Тем, что раздала себя по кускам, а теперь собрать не могу?

Катька молчит. Смотрит на свою сигарету.

— А я не знаю, — говорит она наконец. — Я тоже, бывало... А сейчас с Серегой вроде нормально. Иногда думаю: а если б он узнал? Если б я ему рассказала? Страшно.

— Не расскажешь?

— Не-а. Да и зачем? Ему же хуже будет.

— А тебе?

— Что — мне?

— Легче? Что молчишь?

Катька долго смотрит на окурок. Потом поднимает глаза.

— Знаешь, я вчера ночью не спала. Сидела, вспоминала. Всех подряд. Некоторых даже по именам не помню, а лица — вот они, перед глазами. И думаю: а если бы можно было вернуться и сказать той себе, дуре, которая в «Республику» поперлась... Что бы я сказала?

— И что?

— Не знаю. Наверное, ничего. Она бы не послушала. Я бы не послушала.

Тушит сигарету, прячет окурок в карман.

— Ладно, моя орет уже. Погнала.

Уходит, не оборачиваясь.